Главная > Документ


Человеческая личность

Совершенный человек

Учение Церкви о совершенстве Христа, как по Божеству, так и по человечеству чрезвычайно важно и мы остановимся на нем подробнее и начнем с того, что сначала уточним богословский смысл понятия «совершенный» (teleios - греч.). В древнегреческом языке слово «teleios» указывает на совершенство, полноту, целостность, законченность, безукоризненность, беспорочность того к кому (или чему) оно относится, и может употребляться как в природном (отсутствие повреждения), так и в нравственном (отсутствие греха или порока) смысле35. Подобное употребление этого слова имеет место и в Священном Писании36. В творениях святых отцов в отношении Господа Иисуса Христа это слово употребляется так же и в нравственном, и в природном смысле37. Сразу необходимо заметить, что в понимании богословского термина «совершенный» встречаются две ошибки:

Первая – когда «совершенный» используют как синоним слова «истинный», не придавая значения тому, что объем этих понятий разный. Понятие «истинный человек» содержит в себе утверждение о реальности, непризрачности человека, а понятие «совершенный человек» означает, что данный человек не только реален, но и обладает всей полнотой человеческого естества без какого-либо ущерба или повреждения, как в отношении человеческой природы, так и в духовно-нравственном смысле. Т.е., такой человек обладает неповрежденной природой  и абсолютно безгрешен. Если о каком-либо человеке можно сказать «истинный человек», это еще не значит, что его можно назвать «совершенным человеком», но, если мы сказали о человеке, что он «совершенный», то тем самым мы уже имплицитно утверждаем истинность его существования. Исходя из этого, в строгом догматическом смысле сказать «совершенный человек» позволительно только в отношении Господа нашего Иисуса Христа, как это и делали святые отцы. Например, свт. Афанасий Великий писал: «Христос именуется совершенным Богом и совершенным Человеком; не потому что Божеское совершенство переменилось в совершенство человеческое (что нечестиво), и не по преуспеянии в добродетели и присвоении правды (да не будет сего!); но по полноте бытия, да то и другое будет единый, по всему совершенный, вместе Бог и Человек»38. По мысли свт. Афанасия, совершенство Плоти Христа не разрывает нашего природного единства с Ним, но является Его отличительным достоинством: «Христос освободил нас в Своем, подобном нашему, но совершенном и самом истинном образе»39.

Вторая, встречающаяся ошибка заключается в том, что богословский смысл понятия «совершенный человек» сужается до узкого антиаполлинарианского значения, т.е., к утверждению, что совершенный человек – это человек, имеющий ум. Такое искаженное понимание совершенства возникает при невнимательной интерпретации святоотеческих текстов обращенных против ереси Аполлинария. Святые отцы, доказывая Аполлинарию ошибочность его учения, говорили: так как Христос – совершенный Человек, то Он имеет и человеческий ум (nous – греч.); т. е. наличие ума  - это одно из необходимых условий совершенства, но не достаточное. Только лишь к наличию ума понятие о совершенстве человеческой природы Спасителя никогда не сводилось. С первых веков христианства совершенство человеческой природы Христа понималось святыми отцами, как всецелая полнота человеческого бытия без какого-либо греховного расстройства или недостатка. Например, свт. Игнатий Антиохийский (ок. 107 г.),  ограждая своих учеников от докетических воззрений, учил: «Он (Христос)... соделался Человеком совершенным)»40. Несколько позднее святой Ириней Лионский учил, что Христос есть «Человек... во всем совершенный»41. Ясно, что ни свт. Игнатий, ни свт. Ириней, говоря о совершенстве человеческой природы Христа, не сводят это совершенство к банальному «наличию человеческого ума». Для них и для всех иных святых отцов совершенство означает всецелую природную полноту и нравственную безупречность Спасителя.

Теперь, во-первых, вернемся к тексту вероопределения ААЦ-и о человеческой природе нашего Спасителя, а во-вторых, о Его личной абсолютной безгрешности, т.е., к фразе «совершенный в человечестве». Исходя из вышесказанного становится ясно, что здесь говорится о полноте и неповрежденности, в том числе и первородным грехом (amartia - греч.). В этом «Исповедании Веры» просто и ясно, в соответствии со святоотеческой традицией, раскрывается учение о совершенстве человеческого естества Спасителя, ибо Истинный Бог родился в подлинном и совершенном естестве истинного человека: всецел в Своем, всецел в нашем. Нашим же называем то, что Творец положил в нас в начале и что Он восхотел возвратить нам. Ибо и следа в Спасителе не было того, что привнес в человека искуситель, и что прельщенный человек допустил в себя. Таким образом, вероопределением ААЦ-и было утверждено церковное учение о совершенстве человеческого естества Спасителя, исключающее всякую возможную мысль об ущербности или греховном расстройстве Плоти Христовой. Безгрешность, непорочность, неподвластность первородному греху (amartia – греч.) отличает Спасителя от всех нас, но не разрывает нашего с Ним природного единства. Ибо греховное состояние природы неестественно для человека (святые отцы называли его противоестественным или нижеестественным), возникло после грехопадения и потому не является необходимым свойством человеческой природы. Поэтому восприятие Спасителем полной человеческой природы не означает, что Он воспринял ее вместе с первородным грехом, как пишет пр. Иоанн Дамаскин, «Он воспринял всего человека и все, свойственное человеку, кроме греха (horis amartias – греч.), потому что грех (amartia – греч.) не естественен и не Творцом всеян в  нас»42. Преподобный Ефрем Сирин эту мысль изложил в более развернутом и ярком виде: «Поскольку тело Адама создано было ранее, чем явились в нем расстройства, посему и Христос не принял расстройства, которые позднее получил Адам, так как они были некоторым придатком немощности к здравой природе. Итак, Господь здравою принял ту природу, здравость которой погибла, дабы человек через здравую природу Господа возвратил себе здравость первобытной своей природы»43. Наличие неукоризненных немощей в человеческом естестве Спасителя давало повод некоторым еретикам (например, Феодору Мопсуестийскому) учить о расстроенности грехом Плоти Христа. Но, согласно мысли святых отцов, наличие неукоризненных немощей говорит о Его уничижительном состоянии (воспринял «зрак раба»), но не о греховном расстройстве Его человеческой природы, ибо Он сделался причастным человеческих немощей, но отсюда не следует, что сделался участником и наших грехов. Он воспринял образ раба без скверны греха.

Церковное учение о том, что Христос имел совершенное человеческое естество, непричастное первородному греху, является принципиально важным с сотериологической точки зрения. Армянская Апостольская Церковь, через Священное Писание и единый голос отцов свидетельствует, что «Христос заклан за нас»44. Об этом предсказывали пророки: «Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего [было] на Нем, и ранами Его мы исцелились»45. Эта ключевая сотериологическая идея была навечно запечатлена святыми отцами в словах Символа веры: «распятаго же за ны». Мысль о том, что Сын Божий стал Человеком, чтобы пострадать за нас, за наши грехи непререкаема и лежит в основании православной сотериологии. Но в каком случае возможно страдание за чужие грехи? Страдания за нас Господа нашего Иисуса Христа возможны только тогда, если Он не имеет необходимости страдать за Себя, т. е., если Он не имеет греховного расстройства в Своем человеческом естестве (первородного греха) и не имеет личных грехов. Совершенство человеческого естества Спасителя означает, что оно «непорочно и нескверно; потому что врачует от позора и от недостатков и скверн, произведенных повреждением; ибо хотя воспринял на Себя наши грехи и понес болезни, но Сам не подвергся ничему, требующему уврачевания»46. Но необходимо также знать, что смерть Господа нашего была не только для искупления нашего от греха, но и для того, «чтобы мир познал любовь, - пишет Исаак Сирин, - которую Бог имеет к твари. Если бы все это восхитительное дело произошло только ради оставления грехов, было бы достаточно искупить нас каким-либо другим способом. Что можно было бы возразить, если бы Он совершил все это посредством обычной смерти? Но Он умер весьма необычным образом - для того, чтобы ты понял смысл таинства: Он вкусил смерть в страшном страдании Креста. Какая была необходимость в этом оскорблении и этом оплевании? Для нашего искупления достаточно было смерти - Его смерти! - без всего остального, что произошло. О премудрость Божия, исполненная любви! Теперь ты понимаешь и сознаешь, почему пришествие Христово сопровождалось всеми событиями, которые последовали за ним, ведь Он Сам весьма ясно указал цель Свою пресвятыми устами Своими: Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного47. Сказал же Он это о Воплощении и о том обновлении, которое принес Он миру»48.

Истинный человек

А теперь давайте уточним богословский смысл понятия «истинный». Итак, если мы исповедуем одного и того же Христа как истинного Бога и как истинного Человека, и если с помощью философии возможно обезличить человеческое естество и впасть в антропологический минимализм, лишив тем самым Господа Богочеловеческого Лика, то давайте и мы обратимся к философии и рассмотрим - что такое «истинный человек», что такое человеческая личность и какие качества ей присущи, и постараемся доказать обратное, т.е., то, что природа не может мыслиться без личности, как и личность – вне своей природы, а также то, что личности присущи индивидуальные качества, ибо личность человеческая — это существо духовно-телесной природы, и поэтому нельзя ею пренебрегать, это уникальное «Я», неповторимое в своей абсолютной единичности, обладающее самосознанием, потому что оно имеет интеллектуальную природу и является самой собой в той мере, в какой отдает себя другим. В своих решениях оно руководствуется сознательно принятыми ценностными суждениями, оно властно над собой и свободно (добровольно) отдает себя.

Личность человеческая есть своя собственная цель и предназначение. Очевидно, что полная самореализация предполагает личное бессмертие и, следовательно, дух, разумную душу и тело, т.е., истинное человеческое естество, которое, будучи обезличенным и исключенным из Христовой Богочеловеческой Личности, теряет свою полноту и целостность, и превращается в обобщающее понятие. В самом деле: с одной стороны, личность подчинена законам материи, пространства и времени, а с другой стороны, превосходит материю, пространство и время, будучи трансцендентной, по отношению к ним. Она также знает, что, несмотря ни на что, она есть единое существо, единое «Я», в котором обнаруживаются эти болезненные противоречия. Далее, личность есть существо субсистентное, то есть, она существует сама по себе. В ней есть некая несообщаемая внутренняя суть, благодаря которой она осознает свое глубинное единство, одиночество и ни с кем не разделимую ответственность. Никакое другое человеческое существо не может коснуться этой сердцевины личности. Но в то же время личность — это непременно открытое существо: открытое вертикально — Богу, от которого она непрестанно получает бытие и существование; и горизонтально — людям, с которыми она может входить в многообразные взаимообогащающие отношения.

В соматическом аспекте личность вступает в зрелый возраст, когда о ней можно сказать, что ее развитие полностью завершилось. Но в психологическом аспекте, в том, что порождается симбиозом тела, разумной души и духа, что в наибольшей степени делает личность личностью, ее развитие не завершается никогда. В течение всей жизни, до тех пор, пока личность сохраняет свои свойства, она продолжает создавать себя, и этот процесс бесконечен по определению. Истинный человек как личность все время слышит зов истины и добра, на который может ответить или не ответить, ответить так или иначе, самоосуществиться или саморазрушиться, и этот выбор осуществляет его личная воля. Воля, которая войдет или не войдет в единство с волей Божией. Ибо процесс развития человеческой жизни есть собственно процесс развития человеческого духа с переводом продуктов этого развития на практику жизни, а простое подчинение существующей действительности это рабское отбывание жизни. Рабское состояние человека есть состояние наличное, свободное же развитие жизни представляет собою только идеал человеческих стремлений, который лишь постепенно осуществляется человеком в действительном развитии его духа, как разумно творческой силы.

Философские течения

По чисто богословским соображениям, когда требовалось объяснить факт грехопадения человека, блаженный Августин нисколько не задумался приписать человеку liberum arbitrium indifferentiae, т.е., свободу поступать, так или иначе, решительно без всякого основания по одному только безусловному акту хотения (желания). Когда же требовалось объяснить факт непрерывной наклонности человека к греху, тот же блаженный Августин нисколько не задумался утвердить для человека решительную необходимость греха (peccandi necessitas) - такую необходимость, над которою возвысится человек не имеет никакой возможности, т.е., нисколько не задумался утвердить полный детерминизм человеческой воли. Детерминизм - философское учение о воле как целиком определяемой внутренними психологическими причинами и внешними обстоятельствами, причем нет места так называемой свободе воли.

По априорно-метафизическим соображениям Декарт, исходя из понятия о душе, как о мыслящей субстанции, признавал в человеке безусловную свободу воли, а Спиноза, исходя из того же понятия о душе, но не только не как о субстанции, а как о модусе абсолютной субстанции, находил в человеке одну только иллюзию свободы. Метафизика - в буквальном смысле – «то, что после физики – meta ta fisika», так были названы Андроником Родосским в изданном им сборнике сочинений Аристотеля статьи, не имеющие собственного заглавия и помещенные им после трактатов по физике. Впоследствии название метафизики стали прилагать к наиболее общей части философии, к учениям о высших принципах познания (онтология), о Боге, о первоначале мира, о бессмертии души и свободе воли, причем до Канта все названные вопросы рассматривались догматически, допуская возможность абсолютного познания. В этом смысле под метафизикой ныне разумеют не критическую (по терминологии Канта) философию, решающую высшие вопросы познания, исходя из положения о тождестве познания и действительности. Позитивная философия Канта признает самую постановку метафизических вопросов, выходящих за пределы возможного знания.

Психологи-спиритуалисты, например, обыкновенно изображают динамику духа и потому необходимо должны утверждать свободу воли, а психологи-материалисты напротив стараются представить механику душевных явлений и потому необходимо должны отрицать свободу воли. Спиритуализм - философское направление, противоположное материализму, подразделяется на абсолютный спиритуализм и относительный. Абсолютный спиритуализм рассматривает душу как субстанцию, тело как чистое представление; относительный спиритуализм приближается к департаментализму, признает за телом самостоятельное существование, но рассматривает его как продукт душевной деятельности. Представители спиритуализма: Аристотель, Фома Аквинский, Лейбниц, Беркли, Фихте, Шопенгауэр49. Материализм - философское учение, по которому материя является единственным основанием всего существующего, также и явлений духовного порядка. Противоположные воззрения идеализм, витализм и спиритуализм - космологический материализм сводит все происходящее в мире, который рассматривается им как большой механизм, на различного рода движения материальных частиц; психологический материализм считает душевные явления порождением организованной материи (нервных центров); этический материализм видит единственную цель человеческой жизни в благополучии и наслаждении; экономический материализм рассматривает явления умственной, нравственной, социально-политической и культурной жизни, как продукты исключительно естественных и экономических факторов (см. Работы К.Маркса). Основателем материализма был Левкипп и его ученик Демокрит (атомистическая система), в древности же представителями его еще были эпикурейцы (Лукреций), возобновлен Гассенди; в XVIII в.- Гоббс, Пристли, Гольбах, Ла-Меттри, Кабанис, наконец, в XIX в.- Фейербах, Фогт, Молешотт, Бюхнер и др.50

Сторонники индетерминизма под именем свободы воли защищали безусловный произвол, т.е., измышляли и отстаивали чистый миф, поборники же динамизма воли вместо действительной определяемости воли утверждали ее принуждаемость и эту принуждаемость мыслили в аналогии с физической необходимостью, т.е., с одной категории фактов и таким же образом в свою очередь измышляли и отстаивали только одну из ученых нелепостей. Индетерминизм - учение о свободе воли в выборе решения. Абсолютный индетерминизм учит о полной независимости воли от всяких мотивов; психологический индетерминизм объявляет свободу фактом сознания, воля зависит от внутренних мотивов, имеющих свое обоснование в самом хотящем субъекте. Динамизм - такое мировоззрение, которое рассматривает материю как форму проявления действующих сил.

Свобода воли

Когда мы объясняем себе, какое ни будь действие человека, мы по закону причинности всегда мыслим это действие, как произведение человеческой воли: человек захотел сделать известное дело, потому что это было ему приятно или выгодно или по какой ни будь другой причине. Если же в отдельных случаях никаких оснований хотения (желания) мы не знаем и отыскать их не можем, то факт хотения (желания) в этих случаях остается для нашего познания предельным фактом, т.е., таким фактом, который не имеет для себя решительного объяснения: человек захотел сделать известное дело только потому что он захотел его сделать51. Этот предельный пункт объяснения в человеке существует не в отношении себя самого, а только в отношении других людей, внутреннего мира которых мы не ведаем. Если бы нашелся такой человек, который в отношении себя самого решительно был бы не в состоянии объяснить, почему ему захотелось сделать известное дело, и все-таки сделал его, то, по верному замечанию Шеллинга, он в этом случае и на этом основании не мог бы приписывать себе безусловную свободу воли, потому что в отношении себя самого он не имел бы никакого права остановится перед последним объяснением своего поступка, что он сделал известное дело просто по глупости52. Человеческая воля не может быть безусловной, а деятельность воли в условиях есть то же самое, что и ее деятельность по закону причины. Всякие действия, определяемые такими причинами, суть именно собственные действия самого субъекта, ни от кого и ни от чего, помимо него, независимые и, следовательно, - произвольные. Следовательно, в понятии произвольности исключается не вообще необходимость, а одна только внешняя необходимость волевой деятельности, так что произвольное действие, сознаваемое независимым ни от какой внешней причины, все-таки может быть действием механически необходимым. Даже такой крайний поборник детерминизма, как Спиноза пишет, что «я называю свободною такую вещь, которая существует и действует по необходимости, вытекающей лишь из ее природы»53. Но понятие метафизической свободы нельзя переводить на понятие воли, ибо воля относится не к выражению действий, а к процессу их осуществления, так что она может быть свободной или несвободной, нисколько не разрушая природы своего деятеля. Весь процесс волевой деятельности есть процесс эмпирический, а потому и говорить о нем можно только на основании фактов, а не на основании посторонних соображений. Ибо под именем воли мы не можем разуметь ничего другого, как только способность субъекта действовать по мотивам чисто внутреннего происхождения, т.е., по таким мотивам, которые определяются в сознании в форме известных хотений (желаний). Где существует воля, там есть и желание, а где есть желание, там есть и определенный мотив желания, потому что желать можно только чего ни будь, а желать ничего значит совсем не хотеть. Следовательно, воля по существу своему неразрывно связанна с процессом мотивации и вне этой связи совершенно немыслима. Поэтому связь мотива и воли имеет всеобщий характер, т.е., она, безусловно, охватывает собою все возможные случаи волевой деятельности, так что в этом отношении никаких споров о воле существовать не может54.

Человек не может не чувствовать голода, если в его организме не достает необходимого количества питательных веществ, и он не может не чувствовать жажды, если в его организме не достает необходимого количества воды. Следовательно, хотение (желание) человека есть и пить с роковой необходимостью определяется его физической природой, и пока он носит эту природу, он не может не иметь тех хотений (желаний), которые ею (природой) определяются. Положим, он может уморить себя голодом или жаждой, но в этом случае он, очевидно, не хотения (желания) свои устранит от себя, а наоборот только себя самого устранит от своих раковых хотений (желаний). Пока же он не устранит себя от этих хотений (желаний), или сами хотения не прекратятся в нем с его смертью, он неизменно будет хотеть, хотя бы и не желал хотеть. Следовательно, воля в этих желаниях связана роковою необходимостью, и потому произвольное действие в осуществлении этих желаний, по существу своих условий, есть действие необходимое. Следовательно, пока человек думает, что он ест и пьет только потому что он этого хочет, он думает совершенно верно. Но если бы он пошел в своих размышлениях дальше и наивно вообразил бы себе, что будто он может хотеть и не хотеть есть и пить, он вполне бы уподобился тому камню, который представил Спиноза в качестве примера для отрицания в человеке свободы воли. Во всех отправлениях своей физической природы человек определяется к деятельности конечным образом не хотениями (желаниями) своими, а потребностями самой этой природы. Следовательно, в области животной мотивации волевого процесса можно говорить об одной только произвольности, но ни в коем случае нельзя говорить о свободе воли55.

Свободная воля присуща личности, которая имеет бытие в своем естестве, а не безликому естеству, т.е., она присуща естеству, которое не мыслится без лица, без индивидуума, без личности. Ибо именно личности принадлежит произвольная, т.е. свободная склонность на что-либо (gnwvmh ), или произволение (proaivresi ), т.е., когда из двух предлежащих нам одно избираем и предпочитаем другому. Эту свободу выбора иногда называют личной или ипостасной волей. Также необходимо отметить, что Христос Своим сорокадневным постом в пустыне показал нам, что человек не только хлебом насущным жив, но что вера, надежда и любовь способны направить свободную волю человека так, что он может преодолеть даже такие необходимые потребности организма как голод и жажду. Этим еще раз подчеркивается Его добровольное усвоение нашего естества, Его добровольное восприятие наших страстей, Его обоженное человечество, в котором грех отделен от души, а тленность от Плоти, Его единая воплощенная природа, в которой Божество и человечество, оставаясь самими собой, соединились и, проникая друг в друга, остались неизменными. Пришедши на землю для того, чтобы разрушить дела диавола, Господь мог бы, конечно, уничтожить их сразу одним дыханием уст Своих, но надо знать и помнить, что дела диавола коренились в заблуждениях свободной человеческой души, которую Господь явился спасти, не лишая свободы, этого величайшего дара Божия человеку, созданному не пешкой, не бездушным автоматом и не животным, руководимым бессознательным инстинктом, но свободной разумной личностью, а что не воспринято, то не спасено. В отношении к Божеству Иисуса Христа это искушение было борьбой духа зла, за сохранение своей власти над людьми с помощью призраков знания и счастья, с Сыном Божиим, пришедшим спасти человека. Это искушение направлялось против Иисуса-Человека, на Которого диавол надеялся простереть свое влияние, совратить Его волю на ложный путь. Христос пришел на землю для того, чтобы основать среди людей Свое Царство - Царство Божие. Два пути могли вести к этой цели: один, о котором как раз мечтали тогдашние иудеи, - путь скорого и блистательного воцарения Мессии, как земного царя, другой - путь медленный и тернистый, путь добровольного нравственного перерождения людей, сопряженный с многими страданиями не только для последователей Мессии, но и для Него Самого. Диавол и хотел отклонить Господа от второго пути, попытавшись прельстить Его, по человечеству, конечно, легкостью первого, сулившего не страдания, а только славу. Следовательно, если мы не будем отрицать во Христе человеческую сторону Его Лика, т.е., ели мы не будем видеть во Христе Богочеловека и будем отрицать в Нем Богочеловеческую Личность, то, тем самым, полностью нарушим идеал нашего спасения. Ибо, прежде всего, пользуясь голодом, который мучил Иисуса, как Человека, диавол попытался убедить Его использовать Свою Божественную силу для того, чтобы избавиться от этого тягостного для каждого человека чувства голода. Указывая на камни, которые в этой местности и поныне напоминают своей формой хлебы, он говорит: «если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни эти сделались хлебами». Диавол надеялся, что, соблазнившись этим однажды, Иисус будет и впредь поступать так же: оградит себя легионами ангелов от толпы врагов, снидет со Креста или призовет Илию спасти Его56, и тогда дело спасения человечества крестными страданиями Сына Божия не осуществилось бы. Богочеловек, для других претворявший воду в вино и чудесно умножавший хлебы, отверг этот лукавый совет словами Моисея, - сказанными относительно манны, которой 40 лет Бог питал народ Свой в пустыне: «не одним хлебом живет человек, но всяким [словом], исходящим из уст Господа»57. Под «словом» здесь надо понимать благую волю Божию, промышляющую о человеке. Господь творил чудеса для удовлетворения нужд других, а не Своих собственных: если бы Он при всех Своих страданиях, вместо того, чтобы терпеть их, прибегал к Своей Божественной власти, Он не мог бы быть примером для нас. Повторяя часто это чудо, Он мог бы увлечь за Собой всех людей, требовавших тогда «хлеба и зрелищ», но эти люди не были бы надежны для основываемого Им свободного Царства Божия, ибо цель Его была та, чтобы люди свободно шли за Ним по слову Его, но не как рабы, увлекаемые легкостью обладания земными благами. Ибо «суетные помыслы и неведение подобным животному делают человека, - говорит Исаак Сирин, - лишая его веры, беспокоя ум его и наполняя его призраками рассеянных помыслов. Ибо отсутствие веры лишает человека истинного знания о Боге и того доверия к Нему, которое должен он иметь на всякое мгновение»58.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. ПОСВЯЩАЕТСЯ 1700-летию КРЕЩЕНИЯ АРМЕНИИ ИСТОКИ ХРИСТИАНСТВА АРМЯНСКАЯ АПОСТОЛЬСКАЯ СВЯТАЯ ЦЕРКОВЬ (I - V века) СВЯТОЙ ЭЧМИАДЗИН 2007 Книга издана по благословению СВЯТЕЙШЕГО ПАТРИАРХА и КАТОЛИКОСА ВСЕХ АРМЯН ГАРЕГИНА ВТОРОГО Повелением

    Книга
    ... лик Господа нашего, изображенный на Святыне. Истинный Лик дает нам Иисус ... единство естества Господа нашего Иисуса Христа, в спасительное Домостроительство Божие и светозарное учение, веру в ... Нерсисяна. С.-Петер­бург: Изд. ААЦ. 1999 8. Тер-Давтян К.С. ...
  2. Министерства внутренних дел российской федерации» (7)

    Автореферат диссертации
    ... заповедям блаженства, данным Господом Иисусом Христом в его «Нагорной ... апостольская церковь (ААЦ) Одна из ... Учение «Дуси» Марченко названо «ритмологией». Его суть сводится к тому, что наша ... множество этноконфессиональных ликов. Классифицировать мировой ...
  3. Министерства внутренних дел российской федерации» (8)

    Документ
    ... заповедям блаженства, данным Господом Иисусом Христом в его «Нагорной ... апостольская церковь (ААЦ) Одна из ... Учение «Дуси» Марченко названо «ритмологией». Его суть сводится к тому, что наша ... множество этноконфессиональных ликов. Классифицировать мировой ...
  4. Армянские святые письмена

    Документ
    ... , мир от Бога Отца и от Господа Иисуса Христа, Сына Отчего, в истине и любви» ... hайр Мер — Отче Наш. Вардан причислен к лику святых ААЦ. 16 Гайк (hайк ... там вместе с протоармянами. В Армении учеными выявлена и колыбель индоевропейского праязыка — санскрита ...
  5. Российская благотворительность в зеркале сми (31)

    Документ
    ... депутатов и ученых. Предметом обсуждения ... мне тоже Господь послал возможность ... а также ликами князей Александра Невского ... Грузинской епархии ААЦ "Айартун". ... молодежного движения "Наши" и православными ... Библии - сцену рождения Иисуса Христа. - Созидание - ...

Другие похожие документы..