Главная > Автореферат диссертации


Страноведение (регионоведение) не является интегративной, «синтетической» дисциплиной. Интеграция, синтез научных знаний в рамках страноведения-регионоведения вряд ли возможны по причине продолжающейся дифференциации наук. Доказательством, по мнению сторонников этого аргумента, является отсутствие конкретных страноведческих работ, которые бы показали, что в результате «коллекционирования» происходит переход количественных накопле-ний в качественное их изменение, т.е. в новое знание.

  • Регионоведение (страноведение) не имеет собственной методо-логической базы, поэтому не приходится говорить о его самос-тоятельном научном статусе.

    В последнее время скептицизм в отношении комплексного регионоведения-страноведения получил дополнительные импульсы, задаваемые углубляющейся глобализацией (она как бы усиливает антирегионалистические тенденции), а также выходом на авансцену в науке таких новых актуальных сюжетов, как охрана окружающей среды, природопользование и т.д.

    Таким образом, как видно, дискуссии по вопросу о месте КР–КС в системе научного знания не являются в большинстве случаев противостоянием амбиций их участников – они отражают достаточно серьезные реальности как объективного, так и субъективного характера. Каждый из названных выше аргументов оппонентов КР и КС содержит определенные резоны. Но, признавая это, нельзя сбрасывать со счетов и

    другую позицию.

    Немало ученых не соглашалось и не соглашается сейчас с утверждениями о подчиненном, организующем, сугубо информацион-ном характере комплексного страноведения. И.М. Маейергойз, известный отечественный ученый-географ, автор концепции экономико-географического страноведения писал: «Современное страноведение нельзя понимать как организационную форму объединения разнородных знаний о той или иной стране, как более или менее искусное соединение всех сведений о стране … [15. С. 35].

    Регионоведение-страноведение – это сравнительно новая область знаний, она находится в стадии становления. Совершенно очевидно, что какие-то его проблемы должны быть отнесены к болезням роста.

    Комплексное регионоведение-страноведение на уровне «высшего синтеза» действительно не получило пока широкого развития. Но и абсолютировать это обстоятельство вряд ли целесообразно. В научном сообществе получили высокую оценку регионоведческо-страноведческие работы многих советских авторов (И.А. Витвера, И.М. Майергоиза, Я.Г. Машбица и др.), не говоря о дореволюционных ученых.

    Идея географического синтеза Н.Н. Баранского как концептуальной основы страноведения означала по сути своей установку на его развитие как науки. И в этом плане он продолжал традиции своих выдающихся предшественников – П.П. Семенова-Тян-Шанского и В.П. Семенова-Тян-Шанского, стоявших у истоков идеи синтеза [3. С. 383].

    В своей борьбе за институализацию страноведения Н.Н. Баранский руководствовался интересами науки и общества. Необходимость страноведения как самостоятельной научной географической отрасли он выводил, прежде всего, из логики развития науки. По его убеждению, углубляющаяся дифференциация в науке, в том числе и в географии, грозит затормозить ее прогресс, т.к. специализация естественна и прогрессивна до тех пор, пока не теряется связь между явлениями многочисленных отмежеванных областей знаний.

    Озабоченность продолжающимся процессом дифференциации наук, другой ученый, Ю.Г. Саушкин, выразил таким образом: «Ученые, подобно лилипутам, стали видеть не всего Гулливера в целом, а разглядывают или его пальцы, или нос, или обшлага рукавов его кафтана… Узкие специалисты перестают понимать друг друга, теряют общую научную ориентацию, не видят путей развития науки в целом …» [3. С. 434].

    Н.Н. Баранский, безусловно, понимал всю сложность реализации идеи синтеза. «В какой именно части и насколько удастся превра- тить страноведческий комплекс в синтез, это есть вопрос факта», – писал он [2. С. 43].

    Положение Н.Н. Баранского о страноведении как организацион-ной форме объединения разносторонних знаний, которое, как уже говорилось, используется оппонентами КС–КР, вряд ли может служить весомым аргументом. Во-первых, потому, что оно не вписывается в суть концепции страноведения, выдвинутой Н.Н. Барановским. Во-вторых, как справедливо отметил Я.Г. Машбиц, его можно трактовать и как обоснование синтеза данных многих наук. В-третьих, нельзя исключать того, что это положение – своего рода тактика, цель которой смягчить сопротивление оппонентов, в неизбежности которого Н.Н. Баранскому сомневаться не приходилось: он был крупным ученым, прошедшим через горнило многих научных (и не вполне таковых) дискуссий.

    Есть еще одно обстоятельство, на которое обращают внимание «защитники» КС и КР. Это – общественная потребность в нем. Для общества, широкой публики интерес к регионам, странам носит не дифференцированный, а интегральный характер. Именно это имел в виду Н.Н. Баранский, когда незадолго до своей смерти посоветовал сделать «географию общенародной наукой», а стать таковой она, по его убеждению, могла только как наука целостная, и эту целостность он связывал именно с комплексным страноведением [3. С. 434].

    Что касается отсутствия у регионоведения собственной методоло-гии, то это отсутствие еще не означает невозможности ее выработки. Кроме того, в настоящее время вообще достаточно мало наук, обладающих только своими собственными методами. Даже математика сегодня использует инструменты формальной логики, принципы философии, элементы общей теории систем. Методы, которые та или иная наука заимствует у других наук, как правило, адаптируются к предмету ее изучения.

    Это положение целиком и полностью относится к регионове-дению (и страноведению). Имея междисциплинарный, комплексный характер, регионоведение использует как общенаучные методы, так и методы экономической географии, политических наук, истории, физической географии, экономики и т.д.

    У комплексного страноведения-компексного регионоведения, несмотря на имеющиеся проблемы, есть серьезные предпосылки для развития.

    Во-первых, имеются кадры страноведов. В их создании – большая заслуга Н.Н. Баранского. В качестве одного из условий становления страноведения он предложил реализацию своей, рассчитанной на перспективу, программы подготовки подобных специалистов. По сей день не потеряли значения требования к страноведу, сформулированные Н.Н. Баранским. «Для страноведов, – писал он, – еще в большей степени, чем для физико- и экономико-географов необходимы широкое развитие, начитанность в литературе философской, политической, исторической, экономической и, кроме всего этого, еще некоторый литературный талант» [2. С.37].

    Справедливости ради следует отметить, что в России специалистов-страноведов, а тем более специалистов высокой страноведческой культуры все же явно не хватает.

    Во-вторых, есть научные основы страноведения. Речь идет не только об идеях, заложенных в трудах Н.Н. Баранского, Я.Г. Машбица, И.М. Маергойза. Они развиваются и дополняются их современными преемниками. Например, методологические основы страноведения значительно усиливаются появившимися недавно работами Н.С. Мироненко, Ю.Н. Гладкого, А.И. Чистобаева. Учебное пособие Н.С. Мироненко «Страноведение» (2001) существенно пополняет и углубляет арсенал методов исследования основных элементов комплексного страноведческого исследования – территории, географии-ческого положения, расселения и др. Несомненное достоинство работы – представленная в ней методика применения в страноведении логико-математического, сравнительно-географического, сравнительно-исторического, балансового, картографического методов, системного подхода.

    Ценность учебника Ю.Н. Гладкого и А.И. Чистобаева «Регионоведение» (2002), на наш взгляд, заключается в том, что его авторы а) дают интересную (хотя и не бесспорную) трактовку сути страноведения и регионоведения и их соотношения; б) дополняют традиционную регионализацию мира по физико-географическому, экономико-политическому основаниям культурно-цивилизационным основанием, а следовательно, обогащают и страноведение; в) делают достаточно успешную попытку связать специфику основных макрорегионов мира с их историко-культурным развитием; г) «очеловечивают» регионоведческий (страноведческий) обзор, уделяя особое внимание этническим, демографическим, конфессиональным, политико-географическим характеристикам территорий.

    В-третьих, на возрождение комплексного страноведения «работают» новые геополитические реальности современного мира, появление на карте мира все новых и новых государств. Все это уже сейчас, например, требует серьезных исследований по странам Центральной Азии, Азиатско-Тихоокеанского региона, значение которых для России изменилось не только по масштабам, но и по существу.

    В-четвертых, углубляющиеся интегральные процессы, многогран-ное взаимодействие стран также создает потребность в страноведческих работах разных видов: геоинформационного, общеобразовательного, культурно-просветительского, научного.

    Но дело не только в потребностях прагматического характера. Интеграция – это и многочисленные контакты, сотрудничество ученых всего мира, что, безусловно, усиливает потенциал отечественного страноведения и регионоведения.

    Конечно, сами по себе названные предпосылки – это еще не решение проблем регионоведения. У них есть и другие, например, финансовые аспекты. Но, представляется, что они тоже не должны быть препятствием для осуществления регионоведческих, страноведческих программ. Как подчеркивал Н.Н. Баранский, «только в виде страноведческих сводок, хорошо и литературно оформленных, география приобретает общедоступную и общеинтересную форму, становится готовым для широкого рынка товаром».

    Таким образом, дело возрождения и дальнейшего развития страноведения находится в руках ученых и организаторов науки.

    Контрольные вопросы

    1. Каково соотношение понятий «комплексное регионоведение» и «комплексное страноведение»?

    2. Что является объектом КР?

    3. Как можно определить предмет КР?

    4. Что означает междисциплинарный характер КР? Как он может быть объяснен?

    5. Каковы функции КР и КС?

    6. Как определяется место КР и КС в системе научного знания?

    7. Чем определяется дискуссионный характер вопроса о месте КР (КС) в системе научного знания?

    1. Из истории страноведения и страноведческой мысли

    Новые явления в европейском страноведении в XVIXVII вв. Страноведческие научные школы в Германии и Франции в XIX – начале XX вв. Страноведение в России в XVIII в. Страноведческая мысль и страноведение в России в XIX – начале XX в. Н.Н. Баранский и его вклад в развитие отечественного страноведения. Появление новых страноведческих концепций в СССР в 70–80-х гг. XX в.

    Данное название раздела не случайно. Оно, прежде всего, «идет» от литературы, в которой длительное время имела место расшири-тельная трактовка страноведения (отчасти она сохраняется и сегодня), когда в качестве объектов страноведения рассматривались и собственно страны, и районы (регионы) внутри стран, и межстрановые регионы. Таким образом, история страноведения – это, по существу, и история регионоведения. А это значит, что идеи о принципах, содержании, методах страноведческих исследований (о чем речь ниже), имеющие достаточно глубокую историю, безусловно, распространимы на все регионоведческие исследования.

    Цель данного раздела – обозначить наиболее значимые вехи в развитии страноведческой (регионоведческой) мысли и конкретного страноведения (регионоведения) в мире вообще, и в России.

    Зарождение комплексного страноведения можно с полным основанием отнести к древности. Дело в том, что до Нового времени именно страноведческие описания территорий давали интегральные представления о природе, экономике, населении мира.

    Но уже в период позднего средневековья, перехода к Новому времени начали появляться страноведческие работы нового типа. Их отличительным свойством становилось «количественное» описание отдельных стран. Совершенно очевидно, что порождалась такая литература потребностями торговых людей, государственных служащих, потребностями эпохи Великих географических открытий, расширения торговли и мануфактурного производства, конкуренции, соперничества как между деловыми людьми, так и между европейскими странами.

    Ярким примером «количественного» описания является труд Людовико Гвиччардини (1521–1589) «Описание Нидерландов», опубликованный в 1567 г. и выдержавший 35 изданий на 7 языках.

    «Описание» состояло из двух частей. Первая часть содержала общие материалы – о названии страны, ее географическом положении, климате, почвах, тогдашних границах (Нидерланды в середине XVI в. – это Голландия, Бельгия, Люксембург, Северная Франция). В этой части описывались также быт, нравы, ремесла, торговля, управление. Вторая – основная – часть книги посвящалась характеристике 17 провинций страны. В ней приводились количественные показатели развития хозяйства с комментариями, рассматривались природные условия и особенности экономико-географического положения. Большое место занимало описание населенных пунктов каждой провинции [46. С. 62].

    Российский ученый-географ В.К. Яцунский называл «Описание Нидерландов» Л. Гвиччардини первым научным трудом в области экономической географии. Если в этой оценке и есть преувеличение, работа Л. Гвиччардини остается замечательным для своего времени трудом страноведческого характера.

    Первая попытка разработки научных основ географии, в том числе страноведения, относится к середине XVII в. В 1650 г. в Амстердаме появилась книга Бернхарда Варениуса (Варена) (1622–1650) «География генеральная».

    Б. Варениус провел оригинальную классификацию разделов географической науки, выделив в ней общую (генеральную) географию, изучающую земной шар в целом, и частичную (собственную) – рассматривающую страны и их части, вплоть до отдельных местностей. Таким образом, в частной географии, по Варениусу, сочетались страноведение и краеведение в нашем современном понимании. При этом он подчеркивал единство общей и частной географии как двух взаимосвязанных частей одной науки.

    В частной географии, или страноведении, Б. Варениус вычленил три раздела, характеризующие «свойства» страны:

    1. «земные» (границы, конфигурация территории, ее величина, рельеф, природные ресурсы, географическое положение, растительный и животный мир);

    2. «небесные» (астрономические характеристики, климат);

    3. «человеческие» (население, его жизнедеятельность, доходы, ремесло, торговля, образование, политическое устройство, города и т.п.) [46. С. 63].

    Произведение Б. Варениуса дважды издавалось в Англии под редакцией И. Ньютона. В 1718 г. оно было опубликовано в России по распоряжению Петра I.

    В XVII–XX вв. складываются, приобретают свои неповторимые черты различные научные страноведческие школы. Остановимся на характеристике некоторых из них.

    Немецкая школа страноведения.

    Она зародилась в XVII–XVIII вв. в германских университетах под флагом «описательного страноведения». Другое ее название – школа «камеральной статистики». Оно происходит от немецкого kamera – дом. То есть камеральная статистика – это статистика о доме (государстве).

    Основатель камеральной статистики – немецкий географ Ахенваль. Задача камеральной статистики, по Ахенвалю, – обслуживание текущей работы правительства и университетская подготовка чиновников. В соответствии с этой задачей страны должны были описываться в определенной последовательности – территория государства, его границы, административное деление, государственное устройство и государственный аппарат, финансы, бюджет, природные ресурсы, население, отрасли хозяйства, военные силы, отношения с другими странами.

    Все эти данные ориентированы были на формирование у чиновников представлений о состоянии того или иного государства, его особенностях. Фактически камеральная статистика не выходила за рамки первичных обобщений, не говоря уже о глубоком анализе процессов и проблем государственного развития. Не случайно К. Маркс иронично отозвался о камеральной статистике как о «мешанине разнообразнейших сведений, чистилищный огонь которых должен выдержать каждый преисполненный надежд кандидат в германские бюрократы» [36. С.14].

    Постепенно из описательного государствоведения выделились такие науки, как статистика, государственное право. Продолжением того, что осталось, стало отраслево-статистическое направление в экономической географии. Его характерными чертами были перегруженность фактами и слабость пространственного анализа связей между ними. Необходимость выхода на уровень теоретических обобщений всей суммы накопленных фактов и тенденций получила воплощение в парадигме географического детерминизма.

    Географический детерминизм был реакцией географов на работу Ч. Дарвина «О происхождении видов». Согласно теории географичес-кого детерминизма, «содержание человеческой деятельности определяется параметрами естественной среды обитания». Именно так выразил суть данной теории Ф. Ратцель – один из основоположников научной школы XIX в., получившей название антропогеографии. Это направление до Ф. Ратцеля развивалось К. Риттером.

    Карл Риттер в 1820 г. организовал кафедру географии в Берлинском университете и был ее руководителем в течение 39 лет. Он занимал очень высокое место в научном сообществе не только как прекрасный педагог (его учениками были Э. Реклю, П.П. Семенов, А. Гюйо и др.), но и как ученый.

    Главный труд К. Риттера – «Землеведение». До конца жизни ему удалось подготовить 19 томов. Научная концепция, положенная К. Риттером в основу этого труда, – это идея единства в разнообразии. География, по Риттеру, – это сравнительное землеведение. В качестве крупных региональных единиц Риттер рассматривал континенты, части континентов и страны. Быт, психику, нравы людей, экономику стран он ставил в зависимость от природного окружения, считая, что Земля – это жилище, дом рода человеческого.

    Фридрих Ратцель – профессор Лейпцигского университета с 1886 г. Это был разносторонний ученый, оставивший после себя труды почти по всем разделам географии. Крупнейшие работы Ф. Ратцеля – «Земля и жизнь. Сравнительное землеведение» в двух томах (в русском переводе этот труд был опубликован в 1903–1905 гг.), «Антропогеография» (в русском переводе «Народоведение»), изданная в 1882 и 1891 гг., «Политическая география» (вышла в свет в 1897 г.).

    По мнению Ф. Ратцеля, ключевым элементом географии является страноведение, которое не может ограничиваться простым описанием. Синтез географического описания и исторического объяснения и должна была обеспечить разработанная Ф. Ратцелем антропогеографии-ческая концепция.

    Ф. Ратцель был уверен в большом влиянии природных факторов на уклад и поведение людей, обитающих в различных климатических условиях. Так, избыток тепла и влажности при их незначительном колебании, присущий тропикам, порождает, по Ратцелю, ослабление силы воли, упадок энергии, потребность в покое у жителей тропических стран.

    В трудах Ф. Ратцеля последовательно проводился тезис о единстве и целостности человечества при всем богатстве и разнообразии человеческого опыта и культур. Задачей народоведения, по Ратцелю, является прежде всего «не указание различий, а указание переходов и внутренней связи, так как человечество есть целое, хотя и сложного образования…» [3. С. 239]. Но безусловно верное положение о разнообразии культур, возникших в различных природных условиях, у Ф. Ратцеля становится основанием для деления культур на низшие и высшие. «Настоящей культурной зоной», по его убеждению, является умеренный пояс и, соответственно, носителями высшей культуры у него оказываются те обитатели этого пояса, которые в большей степени сохранили изначальную чистоту, т.е. германцы.

    Представление о превосходстве германцев над другими народами, которое культивировалось и до Ратцеля, как известно, было использовано фашистской идеологией. В нацистской Германии «пришлась ко двору» и еще одна идея, обосновываемая Ф. Ратцелем в его «Политической географии…». Это идея о государстве как живом биологическом организме, которое, подобно этому организму, должно или расти, или погибнуть. Таким образом, основным законом жизни и истории народов и государств, по Ратцелю, является борьба за жизненное пространство, поглощение одних государств другими, более сильными. Эти идеи Ф. Ратцеля не позволяют однозначно оценивать его вклад в развитие науки [3. С. 237].

    И К. Риттер и Ф. Ратцель, несомненно, переоценивали роль природных факторов в жизни и расселении людей, их влияние на политику. Но их географический детерминизм подготовил почву для развития нового научного направления геополитики, а также для французской школы «географии человека».

    Крупнейшие антропогеографы в конце XIX – начале XX вв. были и в России. Это А.А. Крубер, Л.Д. Синицкий, опубликовавшие в 1923 г., соответственно, такие работы как «Общее землеведение. Био- и антропогеография», «Очерки общего землеведения. Антропогеогра-фия». Историки географической науки отмечают, что русский антропогеографии, при всей схематичности ее теоретических подходов, удалось преодолеть детерминистские «перегибы» немецких антропо-географов [36. С. 15].

    В рамках парадигмы географического детерминизма работал Л.И. Мечников, опубликовавший в 1889 г. свою знаменитую работу «Цивилизация и великие исторические реки». Географическая трактовка этнической истории Евразии прослеживается в трудах Л.Н. Гумилева.

    Во Франции во второй половине XIX – начале XX вв. сложилась научная школа, известная как школа «географии человека». Отличительной ее чертой была ярко выраженная страноведческая направленность. Виднейшие представители школы – Элизе Реклю и Видаль де ля Блаш.

    Французские ученые не отрицали воздействия природных условий на человеческую историю. Но они не были сторонниками жесткого географического детерминизма. Так, Э. Реклю, подчеркивая, что человек не в состоянии сделать себя «независимым от климата и физических условий обитаемой им страны» в то же время обращал внимание на роль человека как фактора, изменяющего природу. Историю человечества он рассматривал как результат взаимодействия природы и человечества. Но, не считая человеческое общество пассивным участником игры природы, детерминист Реклю напоминал: «…среди причин, которые обусловили падение стольких цивилизаций в истории человечества, на первое место следует поставить грубое наси-лие большинства народов над общей кормилицей, землей» [3. С. 245].

    Видаль де ля Блаш предложил концепцию поссибилизма. Природа, по Видалю, предоставляет возможности для своего освоения, но способы человеческого воздействия на нее, приспособление к внешним условиям зависят от традиций и образа жизни людей. То есть одни и те же природные условия по-разному воспринимаются людьми с разными культурами и традициями.

    Ученые школы «географии человека» считали, что основные усилия в работе следует направлять на региональные исследования. Каждый край, как подчеркивал Видаль де ля Блаш, «является выражением серии собственных причин и действий». Программа региональных характеристик была дана им в книге «Картина географии Франции» (1903). Стержнем программы была идея единства, взаимосвязи взаимодействия природы и человека. Выражением этого взаимодействия у Видаля де ля Блаша выступал «образ жизни», который он называл «первичным, основным» предметом исследования.

    Концептуальные идеи французских ученых нашли свое конкретное отражение в их многочисленных трудах. Э. Реклю было подготовлено грандиозное издание «Всеобщая география. Земля и люди». За 20 лет – с 1873 г. – вышло 19 томов, по 900 страниц в каждом: пять томов о Европе, пять – об Азии, четыре – об Африке, четыре – об Америке, один – об Австралии и Океании. В книгах Э. Реклю талантливо представлено описание природы, экономики, культуры жизни людей отдельных стран мира.

    Основу описаний составляют именно народы, города, достопримечательности, а не природные особенности. Современники называли «Всеобщую географию» Реклю грандиозным научным памятником XIX в. Так, в частности, отзывался о труде Э. Реклю ректор Нового университета в Брюсселе Гильом де Греф, добавляя при этом, что он заставляет читателей полюбить автора так же, как он призывает их полюбить всех людей [3. С. 246]. С Э. Реклю тесно сотрудничали ученые различных стран, в том числе российские – Л.И. Мечников, П.А. Кропоткин. Последний написал значительную часть тома «Всеобщей географии», посвященного России.

    Видаль де ля Блаш известен прежде всего своим шедевром «Картины географии Франции». Этот труд отличали гуманистический подход и большое искусство описания. В нем не было жесткой схемы,

    материал излагался так, чтобы читатель почувствовал «аромат» территории. Поэтому выбирались и нередко ставились в один ряд далекие друг от друга, но впечатляющие, например, археологические, климатические, политические, детали и факты, тщательно описывались характер изгородей, тип домов, хозяйственных построек и т.п. Такой метод соответствовал принципу ученого: «изучать огромное человечес-кое развитие в его окружении».

    Историки науки, отмечая некоторое родство французской школы «географии человека» с немецкой антропогеографией, в то же время подчеркивают, что различий между этими двумя страноведческими школами все же больше, чем сходства. Конкретная территория у французских ученых уподоблялась личности, человеку с его индивидуальными свойствами, качествами, потому на первый план они выдвигали задачу выявления своеобразия территории, которое, по их мнению, определялось способом адаптации человека к природным условиям.



  • Скачать документ

    Похожие документы:

    1. Рабочая программа дисциплины «введение в регионоведение» рекомендуется для направления подготовки

      Документ
      ... И ФИНАНСОВ РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ДИСЦИПЛИНЫ «ВВЕДЕНИЕ В РЕГИОНОВЕДЕНИЕ» Рекомендуется для направления подготовки 032000 ... Европы. Компетенции, сформированные учебной дисциплиной «Введение в регионоведение», являются необходимыми для успешного освоения ...
    2. Правительство российской федерации " высшая школа экономики" программа дисциплины «введение в регионоведение»

      Программа дисциплины
      ... подготовки бакалавра, изучающих дисциплину «Введение в регионоведение». Данная программа разработана в соответствии ... литература: Иванова М.В. Введение в регионоведение. Томск, 2008. Воскресенский А.Д. Комплексное регионоведение // Интеллект на ...
    3. 1 Что изучает предмет «введение в регионоведение» 3

      Документ
      1. Что изучает предмет «введение в регионоведение» 3 2. Основные направления региональной политики за ... словарь: 38 1. Что изучает предмет «введение в регионоведение» Регионоведение - научно-образовательное направление, изучающее региональные ...
    4. Программа государственного экзамена по комплексному регионоведению

      Программа
      ... междисциплинарный экзамен Общие профессиональные дисциплины Введение в регионоведение Новая история стран Азии и Африки ... международных отношений. ПРОГРАММА И ЛИТЕРАТУРА Раздел 1. Введение в регионоведение Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР): подходы ...
    5. Программа государственного экзамена по комплексному регионоведению

      Программа
      ... междисциплинарный экзамен Общие профессиональные дисциплины Введение в регионоведение Новая история стран Азии и Африки ... международных отношений. ПРОГРАММА И ЛИТЕРАТУРА Раздел 1. Введение в регионоведение Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР): подходы ...

    Другие похожие документы..