Главная > Экзаменационные вопросы


31. Связь «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» с устным народным творчеством.

    В. Г. Белинский писал, что Лермонтов в «Песне про купца Калашникова» перенесся в историческое прошлое русской жизни, «подслушал биение его пульса... усвоил себе склад его старинной речи, простодушную суровость его нравов, богатырскую силу и широкий размет его чувства, и как будто современник этой эпохи условия ее грубой и дикой общественности, со всеми их оттенками, как будто бы никогда и не знавал о других, — и вынес из нее вымышленную быль, которая достовернее всякой действительности, несомненнее всякой истории...
    
     Поэма Лермонтова — создание мужественное, зрелое и столько же художественное, сколько и народное...»
    
     «...В «Песне» Лермонтов ставил себе задачи гораздо более широкие, чем подражание старинному русскому эпосу. Прежде всего — задачу проникновения в исторический характер эпохи, в быт и психологию нравов. Вот почему стиль «Песни» не вполне однороден: здесь две основных линии. Одна из них связана с темой царя и царского окружения, с темой опричника Кирибеевича:
    
     Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич! Про тебя нашу песню сложили мы, Про твово опричника, Да про смелого купца, про Калашникова...
    
     Это линия наиболее условная, обобщающая известные фольклорные мотивы. Но с появлением Степана Калашникова в поэму входит элемент вещественной и психологической конкретности.
    
     Опустел широкий гостиный двор. Запирает Степан Парамонович Свою лавочку дверью дубовою Да замком немецким со пружиною...
    
     Быт Калашникова, его поведение в качестве оскорбленного главы семьи... — это опыт исторической характеристики нравов. Так демократическая тема купца Калашникова переводит поэму из условного, легендарного плана в план бытовой реальности» (Л. Я. Гинзбург).
    
     Колорит эпохи, образы царя Ивана Грозного и опричника Кирибеевича Лермонтов воссоздал на основе песенных образов — в духе и стиле народных исторических и «разбойничьих» песен. Народные песни помогли создать и фигуру купца Калашникова. Интересно сравнить песню про царского шурина Темрюковича из сборника Кирши Данилова с фрагментом поэмы Лермонтова:
    
     А и гой еси, Царь Государь, Царь Иван Васильевич!    
     Все Князи, Бояра, могучие богатыри    
     Пьют, едят, потешаются.    
     На великих на радостях;    
     Один не пьет не ест твой Царской гость дорогой,    
     Мастрюк Темрюкович, молодой Черкашенин.    
     Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!    
     Про тебе нашу песню сложили мы,    
     Про твово любимого опричника,    
     Да про смелого купца, про Калашникова <...>    
     То за трапезой сидит во златом венце,    
     Сидит Грозный царь Иван Васильевич <...>    
     Улыбаясь, царь повелел тогда    
     Вина сладкого заморского    
     Нацедить в свои золоченый ковш    
     И поднесть его опричникам,    
     И все пили, царя славили.    
     Лишь один из них, из опричников,    
     Удалой боец, буйный молодец.    
     В золотом ковше не мочил усов...

32. М.Ю.Лермонтов «Герой нашего времени». Обзор романа.

    «Герой нашего времени» — первый крупный социально-психологический роман в русской литературе. Это роман, но одновременно и цикл повестей с общим главным героем, а иногда и рассказчиком. Роман имеет ряд композиционных особенностей: по ходу повествования несколько раз меняется рассказчик; нарушена хронологическая последовательность событий.
    
     Начинается повествование с более поздних событий из жизни Печорина, каким он был во время встречи с рассказчиком. После этого мы узнаем о смерти Печорина. Как раз с этого момента голос предоставляется самому Печорину.
    
     На протяжении всего повествования господствует ощущение «тайны души», иногда кажется, что мы близки к «разгадке», но это ожидание нас обманывает.
    
     Основная проблема романа «Герой нашего времени» четко определена Лермонтовым в предисловии: он рисует «современного человека, каким он его понимает», его герой — портрет не одного человека, а «портрет, составленный из пороков всего нашего поколения». Автор подчеркивает свое стремление создать типический образ героя своего времени. Белинский назвал роман «грустной думой о нашем времени». В образе Печорина получили свое выражение коренные особенности последекабристской эпохи, в которой, по словам Герцена, на поверхности «видны были только потери», внутри же «совершалась великая работа... глухая и безмолвная, но деятельная и беспрерывная».
    
     Особенностью романа является то, что портрет героя времени создается как история одной человеческой души. Личность и жизнь Печорина неповторимы, но в этом — индивидуализированное выражение судьбы целого поколения. «История души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа». Сам Печорин, размышляя о своей жизни, находит в ней много общего с судьбой целого поколения: «Мы не способны более к великим жертвам ни для блага человечества, ни даже для собственного нашего счастья, потому что знаем его невозможность и равнодушно переходим от сомнения к сомнению».
    
     Установка на воссоздание истории одной души позволила Лермонтову создать характер сложный и противоречивый. В поступках и высказываниях Печорина немало такого, что возмущает нравственное чувство, кажется жестоким и эгоистичным. Он подчеркнуто холодно обходится с Максимом Максимычем, который так ждал встречи с ним; рассудочно играет чувствами княжны Мери; циничны его рассуждения о том, что он смотрит на страдания и радости других только в отношении к себе. Парадоксальными кажутся его афоризмы о дружбе («Из двух друзей всегда один раб другого»), о любви («Женщины любят только тех, кого не знают»), о счастье («А что такое счастье? Насыщенная гордость»). Печорин, как злой дух, приносит страдания всем, кто встречается на его пути: Бэле и ее близким, семье «честных контрабандистов», Мери, Грушницкому. При этом он является самым строгим судьей самому себе. Он называет себя «нравственным калекой», не раз сравнивает себя с палачом («невольно я разыгрываю жалкую роль палача», «я играл роль топора в руках судьбы»). Никто лучше Печорина не понимает, насколько пуста и бессмысленна его жизнь. Вспоминая перед дуэлью прошедшее, он не может ответить на вопрос: «Зачем я жил? Для какой цели я родился?» Жизнь томит Печорина: «Я — как человек, зевающий на бале, который не едет спать только потому, что еще нет его кареты».
    
     Но все же лучшая половина его души не умерла. Он тщательно прячет ее от посторонних глаз, но его жажда любви, добра и красоты, способность к доброте постоянно прорывается сквозь скептицизм и «холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой». Живая душа Печорина — в потрясенности смертью Бэлы, в слезах отчаяния, когда он понял, что навек потерял Веру, в способности отдаваться обаянию природы даже перед дуэлью, в умении взглянуть на себя со стороны. Обаяние личности Печорина — в его остром уме, силе и твердости характера, в нежелании смириться с обстоятельствами, в гордом вызове, брошенном судьбе: «Я люблю сомневаться во всем... я всегда смелее иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает». Даже в жалком Грушницком он надеется увидеть пробуждение благородства и совести.
    
     Но почему же жизнь Печорина — «ровный путь без цели»? Лермонтов отвечает на него названием романа. На что мог направить свои богатые возможности Печорин? Выгодная женитьба или новая звездочка на эполетах его не привлекают. Абстрактные идеи добра и справедливости не выдерживают столкновения с жизнью. От мечтаний молодости осталась «одна усталость... и смутное воспоминание, исполненное сожалений». Социально-психологические условия эпохи требуют слепого послушания и следования традициям, делают его героем времени, во многом объясняют его трагедию. Но проблема шире: разочарование и тяжелый груз скептицизма — тоже черта времени. Герцен: «Вынужденные молчать, сдерживая слезы, мы научились, замыкаясь в себе, вынашивать свои мысли — и какие мысли!.. То были сомнения, отрицания, мысли, полные ярости».

33. Особенности характера Печорина, проявляющиеся в его взаимоотношениях с другими действующими лицами романа «Герой нашего времени» (Печорин и Максим Максимыч, Печорин и Грушницкий и т. д.).

    Образ Печорина — центральный в романе М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени». Все остальные персонажи сгруппированы вокруг него, оттеняя отдельные стороны его характера и поступков, хотя каждый из героев романа интересен сам по себе.
    
     Грушницкий. Почему молодой юнкер так неприятен Печорину? Грушницкий отнюдь не является злодеем, с которым стоило бы бороться. Он — посредственность, ему присуща вполне простительная в его возрасте слабость — «драпироваться в необыкновенные чувства», «страсть декламировать». Он как бы стремится играть роль «существа, обреченного каким-то тайным страданиям». Грушницкий — пародия на Печорина. Поэтому он и раздражает главного героя романа, тот начинает своеобразную игру. Печорин раскрывает истинное лицо Грушницкого: мстительного и подлого, способного выстрелить в безоружного человека. Во время дуэли он предлагает Грушницкому примирение. Но ситуация уже необратима: «Нам на земле вдвоем нет места!» Грушницкий оттеняет истинность и значительность душевных мук Печорина, этого «страдающего эгоиста», глубину и исключительность его натуры. Но в ситуации с Грушницким проявляется и разрушительная сила индивидуализма Печорина.
    
     Интересно и сопоставление Печорина с Максимом Максимычем. Этот старый штабс-капитан — человек честный и добрый, его суждения несут отпечаток жизненного опыта и здравого смысла. Он привязан к Печорину, глубоко переживает его холодность при неожиданной встрече. Искренность и непосредственность Максима Максимыча оттеняют по контрасту вежливое безразличие Печорина. Но в то же время очевидно, что Максиму Максимычу, живущему обыденными житейскими заботами, совершенно не понятен мир Печорина, и это если не оправдывает, то как-то объясняет нежелание Печорина отобедать с ним и рассказать ему о своей жизни в Петербурге.
    
     Грушницкий и Вернер — это две порознь существующие в жизни ипостаси характера Печорина. Первый — утрированное отражение чисто внешних печоринских черт, второй воспроизводит немало его внутренних качеств. В этом смысле Грушницкий и Вернер представляют полную противоположность друг другу. Внешняя красота и эффектность Грушницкого контрастируют с непривлекательной наружностью доктора Вернера. Уродливо себялюбивой душе Грушницкого противостоит обаяние «красоты душевной» Вернера: в душе первого нет «ни на грош поэзии», другой — «поэт на деле». Грушницкий — ограниченный эгоист, Вернер способен на подлинно гуманные чувства. Но характер Печорина намного сложнее простой арифметической суммы качеств одного и другого.
    
     Личность Печорина своеобразно раскрывается и через его отношения с женщинами. О женщинах и любви он говорит с иронией, разуверившись и в том и в другом. Но история отношений Печорина с каждой из героинь приобретает драматический и даже трагический характер. Бэла привлекает Печорина цельностью и естественностью натуры. В «любви дикарки» он искренне пытается найти
    
     забвение от мучавшей его тоски, но его беспокойное воображение и ненасытное сердце не могли долго жить одним чувством. Смерть Бэлы — тяжелое обвинение Печорину. Но его вина искупается тем потрясением, которое он испытал. Спустя много лет, когда Максим Максимыч упомянул о Бэле, Печорин «чуть-чуть» побледнел и отвернулся... почти тотчас принужденно зевнув». В истории с Мери раскрываются самые неприглядные стороны печоринского индивидуализма. Затевая интригу, Печорин не преследует никаких корыстных целей. Мери молода, привыкла к успеху, самолюбива, доверчива. Ее обаяние начинает испытывать и Печорин. Лишь извечный страх потерять свободу заставляет его подавить в себе зарождающееся чувство. Печорин несомненно нанес Мери глубокую душевную травму. Но и в резкости Печорина есть своеобразное благородство: он откровенно говорит княжне, что не любит ее, чтобы не мучить себя и девушку; вызывает на дуэль Грушницкого, защищая ее честь.
    
     Вера. Любовь к ней — глубокое и давнее чувство: «Она единственная женщина в мире, которую я не в силах был обмануть». Вера лучше, чем кто-либо другой, «проникла во все тайны» его души. Их любовь — это любовь-страдание. «Ты любил меня как собственность, как источник радостей, тревог и печалей, сменявшихся взаимно». Потеря Веры переживается Печориным мучительно, так как любовь к ней была единственным глубоким чувством, наполнявшим его жизнь.

34. Пьеса Н.В.Гоголя «Ревизор». Разоблачение нравственных пороков людей. Значение авторских ремарок.

    Действие комедии происходит в неком уездном городе, «от которого хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь», в городе-призраке, на самом деле не существующем, но представляющим собой типичный образ русских уездных городов. Для проезжих, а особенно для важных, значительных персон, в нем царит благополучие: «...улицы выметены, во всем порядок, арестанты хорошо содержатся, пьяниц мало...» Но это созданный городничим и его подчиненными мираж, за которым скрывается истинная жизнь города, построенная на ложной морали. Взятки, обман, воровство на службе, даже «безобидное» чтение почтмейстером чужих писем считаются нормой, а городничего называют умным, ибо «он не любит пропускать того, что плывет в руки». Существует даже некая иерархия взяточничества, согласно которой нельзя
    
     «брать не по чину». Каждый чиновник, как и принято, « радеет о своих выгодах », не желая честно исполнять служебный долг. Так, судья Ляпкин-Тяпкин, человек, представляющий правосудие, отвечающий за жизни других людей, по своим же собственным словам, «даже не заглядывает в докладные записки — только рукой махает».
    
     Эту мнимую идиллию, в которой пребывают жители города, нарушает страшное известие — приехал ревизор. В суматохе перепуганные чиновники, старающиеся создать видимость порядка и своей честности, принимают за инкогнито проезжего петербургского регистратора, оказавшись сбитыми с толку его самоуверенностью и манерой поведения типичного столичного чиновника. Мнимый ревизор Хлестаков, такой, каким он представляется чиновникам города. Хлестаков, «находящийся на дружеской ноге с Пушкиным», имеющий один из самых знаменитых домов в Петербурге, «где собираются князья и графы, а иной раз и министр», Хлестаков, «которого сам государственный совет боится», — фантом. Этому призраку и начинают всячески прислуживать и угождать чиновники, на которых лживые рассказы Хлестакова производят огромное впечатление. В рассказах этих нам предстает миражный мир Петербурга, его кривое отражение, город-призрак, город чиновников, взяточников, мошенников, плутов, картежников, город Хлестаковых и Тряпичкиных.
    
     Надо сказать, что Хлестаков занимает миражное положение не только для чиновников, он и сам пребывает в иллюзиях. Будучи всего лишь регистратором, Хлестаков считает себя важной персоной и даже не удивляется повышенному вниманию и заботе чиновников, считая это в порядке вещей. Фантасмагорично и положение городничего, который, породнившись с «простым елестратишкой», радуется, что «сделался птицей высокого полета», мечтает «влезть в генералы», тогда как судья Ляпкин-Тяпкин считает себя куда более достойным претендентом на эту должность, опять же питая иллюзии по поводу собственной значимости. Городничему, его жене и дочери все начинают оказывать мнимые почести, выражать лживую, неискреннюю радость, в душе завидуя им и проклиная их. В итоге же, когда раскрывается истинное положение дел, когда Сквозник-Дмухановский и другие чиновники понимают, как жестоко они обманулись, на них надвигается новый призрак — на этот раз настоящий ревизор...
    
     Особую роль в комедии «Ревизор» играют ремарки. В «Замечаниях для господ актеров» автор дает характеристику героев — открыто выражая свое отношение («Он умнее своего барина... и молча плут») или скрывая его в портретных описаниях («...очень толстый, неповоротливый и неуклюжий человек»). Для гоголевских ремарок характерна ирония.
    
     Авторские замечания, предваряющие последнюю «немую» сцену комедии, создают эффект особого «электрического потрясения». В. И. Немирович-Данченко пишет: «Автор в своей ремарке требует, чтобы сцена держалась полторы минуты. Кто знает, — быть может, много раз переживая эту сцену... поэт почти точно вычислил длительность ее... Когда я спрашивал суфлера, то он ответил: «Я даю занавес, когда если бы еще секунда — и мое сердце разорвалось бы».

35. Идея гуманизма в повести Н.В.Гоголя «Шинель».

    Герой повести Николая Васильевича Гоголя «Шинель» Акакий Акакиевич Башмачкин во всем обижен судьбой, но он не ропщет: ему уже за пятьдесят, он не пошел дальше переписки бумаг, не поднялся чином выше титулярного советника — и все-таки смирен, кроток, лишен честолюбивых мечтаний. Нет у Башмачкина ни семьи, ни друзей, не ходит он ни в театр, ни в гости. Все его «духовные» потребности удовлетворяются переписыванием бумаг: «Мало сказать: он служил ревностно, — нет, он служил с любовью». За человека его никто не считает. «Молодые чиновники подсмеивались и острились над ним, во сколько хватало канцелярского остроумия...» Ни одного слова не отвечал Башмачкин своим обидчикам, даже не прекращал работы и не делал ошибок в письме.
    
     Гоголь вводит в повесть образ молодого чиновника — может быть, имеющий автобиографический характер. Этот чиновник, поступив на службу, присоединился было к насмешкам над Баш-мачкиным, но, услышав его слова, вдруг остановился, «как будто пронзенный, и с тех пор как будто все переменилось перед ним и показалось в другом виде... И долго потом, среди самых веселых минут, представлялся ему низенький чиновник с лысинкою на лбу, с своими проникающими словами: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?» — ив этих проникающих словах звенели другие слова: «Я брат твой». «Возлюби ближнего, как самого себя» — если эта истина попирается, человеческому миру не на чем держаться.
    
     Шитье шинели явилось не просто спасением тела от холода, а возвышением души, утверждением человеческого достоинства. Это был не только подвиг Акакия Акакиевича, но еще и подвиг Петровича, портного-пьяницы, он душу свою в нее вложил, он каждый шов сделал любовно. Как истинный художник, Петрович деньги за шитье взял самые малые, зато, вручив бережно шинель, шел тайком за Акакием Акакиевичем, чтобы еще раз полюбоваться на свое творение.
    
     История Акакия Акакиевича — своеобразная притча, иллюстрирующая слова Евангелия:
    
     «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царствие Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют Землю. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут».

36. Н.В.Гоголь. «Тарас Бульба». Смысл сопоставления Остапа и Андрия. Патриотическое звучание повести.

    В «Тарасе Бульбе» дано героико-романтическое изображение национально-освободительной борьбы украинского народа. Тарас Бульба предстает перед читателем как личность незаурядная, и в то же время он частица своего народа — запорожских казаков. Идея пламенного патриотизма, несгибаемого мужества, неодолимости «русского товарищества» пронизывает все повествование.
    
     Образ Запорожской Сечи предстает в идеальном (а отчасти и утопическом) освещении. Гоголь рисует союз людей, построенный на основе всеобщего равенства и независимости, — людей, свободных от феодального притеснения. В «Тарасе Бульбе» можно усмотреть своеобразный «руссоизм» — «неволе душных городов», населенных представителями панской Польши, противостоит вольная, полная движения, радостная жизнь украинских казаков. Тарас Бульба — дворянин, но он полностью на стороне сражающегося народа, преисполненного богатырских сил и высоких нравственных идеалов свободы и братства.
    
     Сопоставление Остапа и Андрия имеет в повести глубокий социально-философский и художественный смысл. Гоголь переосмысливает библейский мотив жертвоприношения Авраама: Андрий (жертвенный агнец Исаак) не спасен Богом, а Тарас Бульба (ветхозаветный Авраам) приносит его в жертву православию: «как молодой барашек, почуявший под сердцем смертельное железо, повис он головой и повалился на траву, не сказавши ни одного слова». В противоположность изменнику Андрию Остап, другой сын Тараса Бульбы, распят мучителями на эшафоте за веру, подобно Христу («Остап выносил терзания и пытки, как исполин»). Тарас Бульба «стоял в толпе, потупив голову и в то же время гордо приподняв очи, и одобрительно только говорил: «Добре, сынку, добре! » Отцеоставленность Остапа и его крик, подобный воплю Христа на кресте: «Батько! Где ты? Слышишь ли ты?» («Боже Мой, Боже Мой, для чего ты Меня оставил?» — Матф., 27:46) рождает ответный возглас Тараса Бульбы (как бы ответ Бога умирающим за него верным христианам): «Слышу!» Таким образом, эпическое единство образа Тараса Бульбы раздваивается в образах его сыновей. Образ Остапа воплощает идею неразрывной связи с родовым телом, верность рыцарской чести и Отечеству, образ Андрия — идею отпадения, эгоистической разобщенности людей, отрыва от целого: коллектива, народа, Бога (мотив грехопадения).

37. «Мертвые души» Н.В.Гоголя. Смысл названия и своеобразие жанра.

    Понятие « мертвая душа » в поэме имеет несколько значений, Чичиков скупает «мертвые души», чтобы, оформив купчую, заложить купленных крестьян уже как живых в опекунский совет и получить за них кругленькую сумму. Но с понятием «мертвая душа» неразрывно связана социальная направленность произведения. Затея Чичикова и обычна, и фантастична. Обычна, так как покупка крестьян была повседневным делом, а фантастична, поскольку продаются и покупаются те, от кого, по определению Чичикова, «остался один не осязаемый чувствами звук». Но разница между живыми и мертвыми оказывается условной, все дело только в странности товара. Как говорит Коробочка, «никогда еще не случалось продавать... покойников. Живых-то бы я уступила, вот и третьего года протопопу двух девок, по сто рублей каждую». Таким образом, фантастичность события переносится с авантюры Чичикова на реальную действительность, где человек становится товаром, где бумага подменяет людей.
    
     Постепенно трансформируется и содержание понятия «мертвая душа». Абакум Дыров, Степан Пробка, каретник- Михей и другие умершие крестьяне, купленные Чичиковым, не воспринимаются как «мертвые души»: они показаны как люди яркие, самобытные. Этого нельзя сказать об их живых хозяевах — которые и оказываются «мертвыми душами» в подлинном смысле этого слова.
    
     Но «мертвые души» — не только помещики и чиновники: это «безответно мертвые обыватели», страшные «неподвижным холодом души своей и бесплодной пустыне сердца». В Манилова и Собакевича может превратиться любой человек, если «ничтожная страстишка к чему-нибудь мелкому» разрастется в нем, заставляя его «позабывать великие и святые обязанности и в ничтожных побрякушках видеть великое и святое». «Ноздрев долго еще не выведется из мира. Он везде между нами и, может быть, только ходит в другом кафтане». Не случайно портрет кансдого помещика сопровождается психологическим комментарием, раскрывающим его общечеловеческий смысл. В одиннадцатой главе Гоголь предлагает читателю не просто посмеяться над Чичиковым и другими персонажами, а «углубить вовнутрь собственной души сей тяжелый запрос: «А нет ли и во мне какой-нибудь части Чичикова?» Таким образом, название поэмы оказывается очень емким и многоплановым.
    
     Для «идеального» мира душа бессмертна, ибо она — воплощение Божественного начала в человеке. А в мире «реальном» вполне может быть «мертвая душа», потому что для него душа только то, что отличает живого человека от покойника. В эпизоде смерти прокурора окружающие догадались о том, что у него «была точно душа», лишь когда он стал «одно только бездушное тело». Этот мир безумен — он забыл о душе, а бездуховность и есть причина распада. Только с понимания этой причины может начаться возрождение России, возвращение утраченных идеалов, духовности, души. Мир «идеальный» — мир духовности. В нем не может быть Плюшкина, Собакевича, Ноздрева, Коробочки. В нем есть души — бессмертные человеческие души. Он идеален во всех значениях этого слова. И поэтому этот мир нельзя воссоздать эпически. Духовный мир описывает иной род литературы — лирика. Именно поэтому Гоголь
    
     определяет жанр произведения как лиро-эпический, назвав «Мертвые души» поэмой.

38. Н.В.Гоголь «Мертвые души». Образы помещиков. Человеческие типы.

    Центральное место в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души» занимают пять глав, в которых представлены образы помещиков: Манилова, Коробочки, Ноздрева, Собакевича и Плюшкина. Главы расположены в особой последовательности по степени деградации героев.
    
     Манилов — значимое имя (от глагола «манить», «заманивать») иронически обыгрывается Гоголем, пародирующим лень, бесплодную мечтательность, прожектерство, сентиментальность. Образ Манилова динамически разворачивается из пословицы: человек ни то ни се, ни в городе Богдан, ни в селе Селифан. Вещи, окружающие Манилова, свидетельствуют о его неприспособленности, оторванности от жизни, о безразличии к реальности: господский дом стоит на юру, «открытом всем ветрам»; Манилов проводит время в беседке с надписью «Храм уединенного размышления», где ему приходят в голову разные фантастические проекты, например провести подземный ход от дома или выстроить через пруд каменный мост; в кабинете Манилова два года подряд лежит книжка, с закладкой на 14-й странице; в картузах, табачнице рассыпан пепел, горки выбитой из трубки золы аккуратно расставлены на столе и окнах, что составляет досуг Манилова. Манилов, погруженный в заманчивые размышления, никогда не выезжает на поля, а между тем мужики пьянствуют, у сереньких изб деревни Манилова ни одного деревца — «только одно бревно»; хозяйство идет как-то само собой; ключница ворует, слуги спят и повесничают.
    
     Портрет Манилова построен по принципу нагнетания восторженности, гостеприимства до крайнего избытка, переходящего в отрицательное качество: «черты лица его были не лишены приятности, но в эту приятность, казалось, чересчур было передано сахару»; в лице Манилова «выражение не только сладкое, но даже приторное, подобное той микстуре, которую ловкий светский доктор засластил немилосердно...» «В первую минуту разговора с ним не можешь не сказать: «Какой приятный и добрый человек!» В следующую... ничего не скажешь, а в третью скажешь: «Черт знает что такое!» — и отойдешь подальше!..»
    
     Любовь Манилова и его жены пародийно-сентиментальна. Они носят друг другу конфетки и лакомые кусочки со словами: «Разинь, душенька, свой ротик, я тебе положу этот кусочек». Утонченная деликатность выражается в абсурдных фразах «щи, но от чистого сердца», «майский день, именины сердца».
    
     Чиновники, по словам Манилова, сплошь препочтеннейшие и прелюбезнейшие люди. Образ Манилова олицетворяет общечеловеческое явление — «маниловщину», то есть склонность к созданию химер, псевдофилософствованию.
    
     Коробочка. Фамилия Коробочки метафорически выражает сущность ее натуры: бережливой, недоверчивой, боязливой, скудоумной, упрямой и суеверной. Коробочка — «одна из тех матушек, небольших помещиц, которые плачутся на неурожай, убытки и держат голову несколько набок, а между тем набирают понемногу деньжонок в пестрядевые мешочки... В один... целковики, в другой полтиннички, в третий четвертачки...» Комод, где лежат, помимо белья, нитяных моточков, распоротого салопа, мешочки с деньгами, — аналог Коробочки (как и шкатулка Чичикова). Мелочность Коробочки, животная ограниченность ее интересов заботами о собственном хозяйстве подчеркивается птичье-животным антуражем вокруг нее: соседи-помещики Бобров, Свиньин; «индейкам и курам не было числа...» Вещи в доме Коробочки, с одной стороны, отражают ее наивное представление о пышной красоте, с другой — ее скопидомство. «Комната была обвешана старенькими полосатыми обоями; картины с какими-то птицами; между окон старинные маленькие зеркала с темными рамками в виде свернувшихся листьев; за всяким зеркалом заложены были или письмо, или старая колода карт, или чулок; стенные часы с нарисованными цветами на циферблате». Общечеловеческая страсть, изображенная Гоголем в образе Коробочки, — «дубиноголовость». Коробочка боится продешевить при продаже «мертвых душ», опасается, как бы Чичиков не обманул ее, хочет выждать, чтобы «как-нибудь не понести убытку». Коробочка поначалу полагает, будто Чичиков намерен выкапывать мертвых из земли. Она собирается подсунуть Чичикову вместо «мертвых душ» пеньку и мед, цены на которые она знает, в отношении же «душ» Коробочка заявляет: «лучше ж я маненько повременю, авось понаедут купцы, да применюсь к ценам». Коробочка решается продать «души» со страху и из суеверия, ибо Чичиков посулил ей черта и чуть не проклял («да пропади и околей со всей вашей деревней!»). В образе Коробочки заключен тип «дубиноголового» упрямца, омертвевшего в своей ограниченности: «иной и почтенный, и государственный даже человек, а на деле выходит совершенная Коробочка. Как зарубил что себе в голову, то уж ничем его не пересилишь».
    
     Собакевич. Богатырская мощь (нога, обутая в сапог исполинского размера), подвиги за обеденным столом (ватрушки «гораздо больше тарелки», «индюк ростом с теленка»), богатырское здоровье («пятый десяток живу, ни разу не был болен») пародируют облик и деяния сказочных богатырей. Грубость и неуклюжесть — суть портрета Собакевича. Природа, создавая его лицо, «рубила со всего плеча: хватила топором раз — вышел нос, хватила другой — вышли губы, большим сверлом ковырнула глаза и, не обскобливши, пустила на свет...». Вещи вокруг Собакевича повторяют тяжелое и прочное тело хозяина: крепкий и асимметричный дом, «как у нас строят для военных поселений и немецких колонистов; пузатое ореховое бюро — совершенный медведь; стол, кресло";, стулья, казалось, говорили: «И я тоже Собаке-вич!» Он хозяин, материалист, и ему нет дела до «сокровищ на небесах». Ругает всех подряд, видит во всех мерзавцев и мошенников. Губернатор — «первый разбойник в мире», «за копейку зарежет» . Весь город — «мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет... один там только и есть порядочный человек: прокурор; да и тот, если сказать правду, свинья». О душе Собакевич вспоминает только, торгуясь с Чичиковым, сводя ее сущность к вещественной оболочке: «У вас душа человеческая все равно что пареная репа». Нереализованные героические потенции «омертвелой» души Собакевича пародийно представлены портретами героев. Собакевич — «человек-кулак». Он выражает общечеловеческую страсть к тяжелому, земному, плотскому. Сила и воля Собакевича лишены идеала, души.
    
     Ноздрев — персонаж поэмы Гоголя «Мертвые души». Это тип «разбитного малого», кутилы. Он «исторический человек», ибо всякий раз попадает в историю: либо он напивается в буфете, либо он врет, что держал лошадь голубой или розовой масти. Он охоч до женского пола, не прочь «попользоваться насчет клубнички». Главная страсть Ноздрева — «нагадить ближнему»: распускал небылицы, расстраивал свадьбу, торговую сделку, по-прежнему считал себя приятелем того, кому нагадил. Страсть Ноздрева общечеловеческая — не зависит от чина. Подобно Ноздреву, гадит человек «с благородной наружностью, со звездой на груди».
    
     «Чуткий Нос (Ноздрев!) его слышал за несколько десятков верст, где была ярмарка со всякими съездами и балами». Вещи вокруг Ноздрева тождественны его хвастливой и азартной натуре. В его доме все заляпано краской: мужики белят стены. Пруд, где раньше «водилась рыба такой величины, что два человека с трудом вытаскивали штуку». Поле, где Ноздрев ловил зайца за задние ноги. В его кабинете вместо книг сабли и турецкие кинжалы, на одном из которых написано: «Мастер Савелий Сибиряков». Шарманка: «Уже Ноздрев давно перестал вертеть, но в шарманке была одна дудка очень бойкая, никак не хотевшая угомониться, и долго еще потом она свистела одна». Даже блохи в доме Ноздрева «пребойкие насекомые». Энергичный, деятельный Ноздрев лишен внутреннего содержания, а потому мертв. Он меняет все что угодно: ружья, собак, лошадей, шарманку — не ради выгоды, а ради самого процесса. Он шулер, он подпаивает Чичикова, чтобы обыграть в карты. Играя с Чичиковым в шашки, ухитряется обшлагом рукава продвинуть шашки в дамки. Еда у Ноздрева выражает его бесшабашный дух: «кое-что пригорело, кое-что и вовсе не сварилось... словом, катай-валяй, было бы горячо, а вкус какой-нибудь, верно, выйдет».
    
     Он импульсивен и гневлив. В пьяном виде сечет розгами помещика Максимова, собирается побить Чичикова. Он первым выдал тайну Чичикова на балу у губернатора, после чего «сел на пол и стал хватать за полы танцующих». Портрет: «возвращался домой он иногда с одной только бакенбардой, и то довольно жидкой. Но здоровые и полные щеки его так хорошо были сотворены и вмещали в себя столько растительной силы, что бакенбарды скоро вырастали вновь, еще даже лучше прежних».
    
     Плюшкин. Образ заплесневелого сухаря, оставшегося от кулича, — обратная метафора фамилии. Портрет Плюшкина создается с помощью гиперболических деталей: предстает бесполым существом, Чичиков принимает его за ключницу. «Один подбородок только выступал очень далеко вперед, так, что он должен был всякий раз закрывать его платком, чтобы не заплевать». На засаленном и замасленном халате «вместо двух болталось четыре полы». Это общечеловеческий тип скупца: «прореха на человечестве». Предметный мир вокруг Плюшкина свидетельствует о гнилости, тлении, умирании, упадке. Хлеб гниет в кладовых, зеленая плесень покрывает ограды и ворота, бревенчатая мостовая ходит, «как фортепьянные клавиши», избы, где «многие крыши сквозят, как решето». Из рачительного, образцового хозяина Плюшкин трансформируется в паука. После смерти жены старшая дочь убегает со штаб-ротмистром, Плюшкин проклинает ее и сына, ставшего военным. Вещи ветшают, время останавливается. Умственные способности Плюшкина тоже приходят в упадок, сводятся к подозрительности, ничтожной мелочности: дворовых он считает ворами и мошенниками; составляя список «мертвых душ» на четвертке листка, сокрушается, что нельзя отделить еще осьмушку.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Ответы на экзаменационные вопросы по истории России 11 класс

    Экзаменационные вопросы
    ... Ответынаэкзаменационныевопросыпо истории России 11 класс. Для удобства пользования вопросы и ответы размещены в хронологическом порядке. Источники: 1) Ответынавопросы/билеты по ... массовыми тиражами дешевую литературудля народы. Огромной ...
  2. Ответы на экзаменационные вопросы по истории россии 9 класс источники

    Экзаменационные вопросы
    ... Ответынаэкзаменационныевопросыпо истории России 9 класс. Источники: Ответынавопросы/билеты по истории России 9 кл. – 48 вопросов ... имело для Руси иго? Ответна первый вопрос очевиден: ... знаменитых постановлений повопросамлитературы, музыки, ...
  3. Ответы на экзаменационные вопросы по истории россии 9 класс источники

    Экзаменационные вопросы
    ... Ответынаэкзаменационныевопросыпо истории России 9 класс. Источники: Ответынавопросы/билеты по истории России 9 кл. – 48 вопросов ... имело для Руси иго? Ответна первый вопрос очевиден: ... знаменитых постановлений повопросамлитературы, музыки, ...
  4. Ответы на экзаменационные билеты по истории россии (9 класс) девятиклассники! здесь выложены приблизительные ответы на новые экзаменационные билеты удачи в изучении учитель истории билет № 1 вопрос 1 древняя русь в ix – начале xii в

    Экзаменационные билеты
    ... Ответынаэкзаменационные билеты по истории России (9 класс) Девятиклассники! Здесь выложены приблизительные ответына новые экзаменационные ... для Екатерины стало решение «польского вопроса» ... харак­терным явлением как в литературе, так и в кинематографе ...
  5. Ответы на экзаменационные билеты по истории россии (9 класс) девятиклассники! здесь выложены приблизительные ответы на новые экзаменационные билеты удачи в изучении учитель истории билет № 1 вопрос 1 древняя русь в ix – начале xii в

    Экзаменационные билеты
    ... Ответынаэкзаменационные билеты по истории России (9 класс) Девятиклассники! Здесь выложены приблизительные ответына новые экзаменационные ... для Екатерины стало решение «польского вопроса» ... харак­терным явлением как в литературе, так и в кинематографе ...

Другие похожие документы..