Главная > Документ


Технологический процесс

Изучение старых планов, карт, архивных документов позволяет воссоздать не только историю заводов, но и сложный технологический процесс получения продукции - пушек, якорей, холодного и огнестрельного оружия.

Сначала происходила заготовка сырья (добывалось в непосредственной близости от заводов, на Студеновском и Романовском рудниках). Липецкая земля была богата запасами железных руд, преобладал бурый железняк; содержание железа в руде колебалось от 20-22% до 51-52%. Залегала руда неглубоко, поэтому добывали ее с помощью клиньев, кувалд и поднимали наверх в корзинах или деревянных бадьях.

Обогащение руды. Процесс состоял в дроблении и обжиге бурого железняка в специальной печи. На Липецких заводах каждая домна потребляла в год 52330 пудов (837 тонн) руды. Обогащением руды занимались специальные работники, называвшиеся «рудниками», которых в 1725 году на заводах было 35 человек.

На одну домну Липецкого завода, на один выпуск в сутки употреблялось 120 пудов обожженной руды, из которой выплавлялось 51,5 пудов. Плавка руды проводилась на древесном угле, да и не только плавка, но и все нагревательные процессы. Так, например, нагрев чугуна при его перековке в железо.

Следующий этап - разливка чугуна в формы. Формовка была безопочная. Она производилась сразу же после выпуска чугуна. По желобам, сделанным на полу доменного амбара, металл заливался в подготовленные формы. Отливки несложной конфигурации делались в земляных формах. Для повышения газопроницаемости формовочной земли использовался толченый «сок» (шлак) и песок.

Сложнее было с подготовкой форм для литья пушек, размеры которых были унифицированы Указом Петра I в 1701, где говорилось о том, чтобы впредь пушки изготовлялись только по чертежам. И сами пушки должны были быть одинаковой длины, веса, и «чтобы чертою не более или не менее назначенного были».

По чертежу, выполнявшемуся один к одному, то есть в натуральную величину, изготавливали пушки. После подготовки модели приступали к изготовлению формы. Модель обмазывали глиной, которую высушивали, после чего накладывали арматуру из прутов, проволоки, обручей и, обмазав вновь глиной, подвергали сушке над огнем. После этого модель из формы вынимали. Форму обмазывали салом и обжигали, «чтоб оная просохла вся, и сырого места на ней не было». К форме присоединяли изготовленную отдельно часть для отливки «яблока» и вставляли стержень. Готовую форму помещали в специальную яму (чан) перед печью. Для получения хорошей структуры металла у отливки оставляли большой выпар, «главу», в которой концентрировались газовые пузыри, и за счет которого происходила усадка. После заливки в формы металла, как он «начнет токмо стынуть», вынимали стержень. После отрезали прибыльную часть – «голову».

В XVII веке на Тульских заводах весь процесс изготовления формы и отливки выполнялся доменным мастером. На Липецких заводах этим занимались специальные люди - пушечные мастера. В 1725-1726 годах на липецкой группе заводов были: «у пушечного дела один мастер, подмастерья - двое, литухов и мазальщиков - шесть человек, глинщиков - пять, гончаров – восемь». Основная часть чугуна шла на литье пушек и ядер.

Ковка якоря - это один из наиболее сложных технологических процессов, так как для его изготовления требовалось сварить как минимум около пяти деталей огромного веса. Сваривались якоря кузнечной сваркой, но липецкие кузнецы ей не владели. Сложность этого процесса состояла в том, что металл нужно было нагревать до сварочной температуры и выполнять сварку в ее определенном интервале, то есть металл не должен был остывать. Во-вторых, на воздухе металл окислялся, поэтому кузнец должен был при помощи специальной присадки удалять окалину, чтобы она не попала между сварочными деталями. Ковка якоря - работа очень ответственная, поэтому после сварки якоря испытывали. Суть испытаний состояла в следующем: якорь поднимали на большую высоту и бросали на чугунные плиты. И только после этого его клеймили. Ковку холодного и огнестрельного оружия выполняли только из высококачественного металла.

Специальным Указом от 10 марта 1712 года все заводы вместе с приписанными крестьянами были оставлены в ведомстве Адмиралтейской коллегии. Но финансовое состояние и рентабельность казенных предприятий доставляли немало забот. Поэтому частным лицам, бравшим на содержание железоделательные заводы, предоставлялись большие льготы в уплате налогов.

После смерти Петра I казенные заводы, лишенные опытных, добросовестных работников и необходимого государственного контроля, начали давать продукцию худшую и притом обходившуюся дороже, чем на частных заводах. Поэтому началась их раздача в частные руки. Была составлена комиссия по оценке группы липецких железоделательных заводов, под именем которых значились: собственно липецкие - Верхний и Нижний; Кузьминский и, перешедший к тому времени из частных рук в казну, Боринский завод. В составе комиссии по передаче и продаже этих заводов, «мастеровые завода в том знающие люди», воронежские купецкие люди из пригородов Романова, Белоколодска, Соколъска, люди от берг-коллегии и поверенный Репнина. Комиссия нашла, что липецкие железоделательные заводы «со всеми к тем материалы и припасы, с инструментами и со всяким заводским строением, с плотинами, с мастеровыми и работными людьми - стоят 75880 рублей».

Такая оценка не устраивали Репнина, и он апеллировал государыне, которая назначила другую комиссию, с тем, чтобы заводы «оценить по сущей справедливости». Теперь оценщиками были взяты мастера «из-за морских партикулярных заводов», кроме того, в комиссию введён сановитый князь Григорий Ухтомский.

Результаты работы другой комиссии были трудно объяснимы: теперь стоимость липецких железоделательных заводов снизилась до 20169 рублей, то есть почти в четыре раза меньше предыдущей, поэтому возникла необходимость посылки в Липецк третьей коллегии, так как между двумя оценками «усмотрена великая рознь».

В результате работы третьей комиссии родилась новая цифра: 22096 рублей. Именно эта стоимость была утверждена сенатом для выплаты её Репниным с рассрочкой на пять лет

.

Новопетровский металлургический завод

Получив заводы в 1757 году, Репнин Пётр Ивановичу восстановил обветшалые заводы и начал строительство Новопетровского завода, (примерно с 1758 до 1759 года). Он был задуман как передельный (молотовый), то есть не имеющий собственных домен и предназначался для перековки чугунных «штыков» (слитков) в сталь. Он был выстроен на земле, приобретённой у помещиков города Белоколодска (современное село Пады). Заводская плотина имела длину 254 метра, ширину 6 саженей и высоту 7 аршин. Размеры молотовой фабрики, которая «забрана в столбы сосновым облым лесом» мерою длины 10,5 саженей, поперечины 6 саженей. Крыта она тесом. В ней 4 молотовых горна, 4 пары мехов и 6 наковален. Для привода мехов использовалось 4 вала, и 3 вала приводили в движение «боевые молоты». Здесь же стоял отдельный кузнечный горн, используемый при ремонтах. На базе плотины, помимо молотовой фабрики, работала и мукомольная мельница. Завод функционировал до 1777 года и был остановлен из-за отсутствия леса для жжения угля.

Местонахождение завода было неизвестно. Единственное его упоминание можно встретить в работе В. И. Недосекина, считавшего, что завод стоял в семи верстах выше по течению от старого Боринского завода, что, как выяснилось, не соответствует действительности. Работа с картографическими материалами XVIII века позволила установить, что завод находился не выше, а ниже по течению от села Борино и Боринского железоделательного завода. Эти данные удалось подтвердить в 1996 году.

В связи с трехсотлетием Российского военно-морского флота, на средства Государственной дирекции по охране культурного наследия Липецкой области, были организованы работы по обследованию мест, связанных со строительством Азовского флота, в том числе, металлургического комплекса на реке Белый Колодезь. В процессе археологических исследований 1996 года установлено точное место, где находился, завод, подтверждены данные карт и местное предание, утверждавшее, что на этом месте существовал Новопетровский завод. Была обследована сохранившаяся часть заводской плотины, находившаяся в 2,5 километрах ниже по течению реки Белый колодезь, и от южной окраины села Борино 300 метров ниже плотины «мокрого пруда».

Плотина построена в том месте, где пойма имеет наименьшую ширину, а выше по течению расширяется, давая возможность разлиться запруженной реке и создать значительный запас воды. Общая длина плотины составляла свыше 500 метров, что соответствует упомянутой длине. Правая часть плотины - около 250 метров, оказалась разрушена. Длина сохранившейся части плотины составляет в настоящий момент 280 метров, в плане она представляет прямую линию. Сечение насыпи трапециевидное. Ширина её по гребню 5,5 метров, по подошве 23 метра, высота 4,5 метра, скаты имеют разную длину: внутренний, более крутой, - 7,5 метров, внешний -10,5 метров. У левого края плотины, в месте примыкания к автотрассе, большая промоина. Судя по сохранившемуся ниже плотины озеру, в этом месте были устроены «лари» и стояли «водяные» колёса. На противоположном (правом) конце плотины, вероятно, находился вешняк. Это место, как наиболее уязвимое, подверглось наибольшему разрушению. Зачистка левого края плотины позволила изучить особенности её сооружения. Тело плотины осыпано глиной и суглинком, взятым на прилегающих террасах. Деревянные конструкции, применяемые при сооружении плотин - ряды свай, прослойки хвороста, деревянная облицовка и тому подобное - отсутствуют. Особенностью плотины являются две воронкообразные ямы неясного происхождения у левого её края с внешней стороны. Диаметр первой слева ямы - 8 метров, глубина около 1,5 метра. Диаметр второй - 10 метров, глубина - почти 2 метра.

Во второй яме обнаружена чугунная отливка длиной 100 мм прямоугольного сечения 70х70 мм и напоминающая отколотую орудийную (пушечную) цапфу и 2 отливка диаметром 65 мм, длиной 112 мм. Шурфы, заложенные рядом с плотиной с внешней стороны ее, подтвердили, что здесь находился именно передельный, то есть Новопетровский завод. Во всех шурфах под дерновым слоем на материке лежал сплошной слой мелкого древесного угля и угольной пыли мощностью до 30 сантиметров. Такое количество угля, распространенное на большой площади, могло скопиться только на территории металлургического предприятия. Отсутствие доменных шлаков подтверждает мысль о том, что завод был передельный. Результаты шурфовки дают возможность предположить наличие у центральной части плотины склада древесного угля, использовавшегося для нагрева металла в кирпичных горнах, а под левым берегом - молотового амбара.

Здесь же, на высоком левом берегу Белого Колодезя, находились жилые постройки, прослеженные по многочисленным ямам на склоне террасы ниже плотины. Еще одним подтверждением правильности определения местонахождения Новопетровского завода является сохранившийся на карте 1942 года топоним «Ольховец» - название балки, расположенной на правом берегу у плотины. В документах XVIII века в описании местонахождения Новопетровского завода есть его упоминание.

С переходом в 1757 году липецких железоделательных заводов из казны в частные руки и без того царившее на них недовольство многократно усилилось, и поэтому, созданные в процессе деятельности Репнина условия, оказались невыносимыми, что и вызвало длительные волнения. Теперь на заводах зарплату стали выдавать зачастую не деньгами, а в виде залежавшихся на складе изделий завода: серпов, кос, ядер, чугуна, ножей. Прогон «сквозь строй» - особый вид жестокого средневекового наказания, стал обычным явлением.

Не выдержав унижения и бесправия, мастеровые и работные люди обратились в декабре 1760 года в берг-коллегию и Воронежскую губернскую канцелярию за помощью. Описав все ужасы своего положения, они просили оградить их от произвола приказчиков, хозяина и возвратить заводы в казну. Нужно сказать, что право на подачу челобитной тогда имелось, но осуществление этого права на деле считалось властями бунтом и жестоко преследовалось. Формально следствие по челобитной было передано Романовской канцелярии. Однако она не спешила, часто вызывала написавших жалобу в Романов на допрос, но положение не менялось. Рабочие подали еще несколько челобитных, однако, видя, что воеводская канцелярия «все чинит в помощь приказчикам, а не им», отказались являться на допрос, а в декабре 1763 года заявили, что впредь «к работам не пойдут и приказчиков слушать не будут». Но в своем протесте они пошли еще дальше и организовали своеобразный орган рабочего самоуправления - Станичную избу, во главе которой поставили «подмастерья оружейной команды» Григория Куприянова.

Станичная изба направляла жизнь и деятельность всей массы работных людей заводов: давала рекомендации, как вести себя с администрацией, разрешала отпуска на полевые работы, организовала сбор денег для оказания помощи стачечникам. Это был беспрецедентный случай в истории волнений на заводах России. Берг-коллегия растерялась перед таким оборотом событий и приказала «уничтожить Станичную избу, ибо такой избы прежде не бывало». Команда солдат, посланная в 1765 году в Липецк, не могла привести рабочих в повиновение. Станичная изба, так напугавшая всех, продолжала существовать и активно действовать. А заводы продолжали простаивать...

В обстановке участившихся бунтов крестьян перед Пугачевским восстанием, нагонявших страх и вызывавших бурные приступы раздражения и гнева императрицы Екатерины II, о волнениях на липецких заводах ей осмелились доложить только 13 апреля 1766 года - более чем через пять лет после их начала. Последовало повеление: «бунт на липецких железных заводах пресечь немедленно, главных бунтовщиков Куприянова и 10 его товарищей сечь кнутом публично и сослать вместе с женами и детьми навечно на каторгу в Нерчинск на средства остальных рабочих». Выполнение этого повеления поручалось воронежскому губернатору Маслову. Но 22 июня Маслов докладывал сенату, что сечь ему некого, так как в Липецке он виновников не обнаружил.

А тем временем шесть липецких челобитчиков во главе с Куприяновым тайно пробирались в Петербург для подачи челобитной лично самой императрице. После многочисленных злоключений и мытарств они все-таки добрались до столицы и 19 июля 1766 года вручили челобитную самой Екатерине II - тогда почти необычный случай. И сразу же все они были арестованы. Дальше шли допросы с пристрастием, неизбежная жестокая экзекуция и высылка Куприянова и всей Станичной избы с семьями на вечную каторгу в Нерчинск.

Казалось бы, на этом с волнением в Липецке было покончено. Но воля липчан не была сломлена. Борьба продолжалась. Во-первых, рабочие категорически отказались присутствовать на экзекуции товарищей, и она прошла не публично; во-вторых, они отказались платить деньги за проезд своих ссыльных товарищей на каторгу, явно выражая этим моральную поддержку наказанным; в-третьих, опять поставили ряд условий и продолжали сопротивление. Войска, посланные снова в Липецк, по-прежнему были бессильны привести их в повиновение. Волнения прекратились лишь в 1769 году, когда правительство вынужденно было удовлетворить главное требование работных людей: вернуть заводы в казну. Результат этой неравной борьбы оказался на редкость значительным, решение - возвратить в казну. Чему способствовало начало новой Русско-Турецкой войны и нужда в восстановлении производства.

Сократилось также количество приписных к заводам крестьян. В 1742 году на Липецком, Боринском и Кузьминском заводах работало 624 человека. Всего число приписанных к липецким железоделательным заводам крестьян к середине XVIII века превосходило размеры потребности в рабочей силе. На заводах работала только часть крестьян, а с остальных взималась подушная подать на финансирование заводов. К концу века их не было совсем.

До самых последних дней заводы боролись за своё существование, но «умирание» было предрешено, прежде всего, энергетическим кризисом - не было древесного угля. Все леса в округе 60 верст выжжены, а возить уголь было слишком дорого. Отдаленность от театров военных действий делала нашу продукцию экономически невыгодной. Вследствие этого и отсутствие постоянных правительственных заказов на изготовление оружия для армии и флота - основной продукции заводов. Также немаловажным фактом является большая конкуренция со стороны заводов, выстроенных на севере страны, небольшое техническое отставание оборудования и технологии производства и невозможность в связи с ними выпускать пушки большего калибра.

Как объясняется в переписке заводчан с правительством, «каждая из липецких домен не помещает более 135 пуд, а в 36- фунтовую пушку потребно металла 225 пуд. И так как при делании оных, заводские мастера принуждены плавить руду в двух домнах и сливать в одну пушечную форму. Но так как металл в разных домнах ровно созреть не может, то от сего и происходит, что пушки большею частью не выдерживают пробы. Так что по последним сделанным пробам из 17 пушек вышло годных только 3... Поэтому сливка из разных домен в одну форму - совсем бесполезно и чугуна от рваных пушек находится ныне при заводе 180 тыс. пудов». Итак, оказывается, в 1781 году максимальная вместимость каждой из липецких домен была равна всего только 135 пудам, или 2,2 тонны. Это и заставило пушки более крупного калибра изготавливать из металла двух домен, что не могло не вызвать огромного брака. Всё это, как видим, и сыграло роковую роль в дальнейшей судьбе заводов.

В Сенат был сделан запрос, что делать дальше с липецкими железоделательными заводами? Может быть, построить более мощные домны? Ответ пришёл через год. Но ответ был неутешительным. Он гласил: «Артиллерию и снаряды отливать на Олонецких заводах. На Липецких заводах производить уже только ковку железа из оставшегося чугуна...». Такой ответ был равносилен закрытию заводов, так как они лишались права производства военных припасов, для чего, в сущности, они и были построены.

Официально заводы закрыты в 1795 году.

Из далекого прошлого доносится до нас в последний раз известие о судьбе заводских сооружений и построек. С грустью читаем свидетельство современника, очевидца их разрушения в 1803 году: «Насупротив колодезя минеральных вод лежат развалины бывших заводов, представляющие в одном месте совсем разваливающуюся стену, в другом половину кровли, свесившейся уже до земли, местами раскрытой, а местами и совсем разрушенной. Иногда видны одни только печи... Вокруг сего разбросаны пушки и разные машины... От сих огромных заводов, стоивших казне большой суммы, остались ныне одни развалины... Внутри и около них видны остатки машин, как-то: меха раздувальные сажен в пять длины, колеса чугунные и множества других водо-действующих вещей, приносящих честь уму их основателя. В магазейнах хранятся и доныне модели и формы пушек и множество других материалов, принадлежащих заводу. Около сих в большом количестве разбросаны чугунные пушки и различные к сему делу следующие инструменты, из коих ныне так заросли уже землёю, что и отыскать их не без довольного труда. Кучи угольев, лежавшие в небрежении, множество строения деревянного развалилось и только что гниет понапрасну, а многое от ветхости уже развалилось. На заводской скрыне, посредством которой действовала вода, построенная мучная мельница занимает место всех бывших заводских здесь действий...».

При входе в Липецкий областной краеведческий музей стояла узкая и высокая, в рост человека, чугунная плита с надписью: «Перестроены в 1776 году». Это одно из материальных свидетельств попытки липчан преодолеть техническое отставание наших железоделательных заводов в последние годы их существования. Теперь липчане, глядя на эту реликвию, невольно вспоминают тот период истории города, которым они гордятся. Таким образом, просуществовав почти сто лет, заводы из-за недостатка топливного материала для выплавки чугуна, перенесли свою деятельность в Луганск и, когда запустелые заводские здания в 1805 году были разобраны на курортные строения, казалось, была потеряна всяческая надежда на возобновление металлургического дела в Липецком крае. Липецкие железные заводы прекратили свое существование. Но они дали жизнь посёлку, ставшему уездным городом Тамбовского наместничества. Эта жизнь продолжалась уже независимо от породивших его заводов.

Что же представлял собой Липецк? Полную количественную характеристику и социальную структуру населения поселка дает нам четвертая ревизия, проходившая в России в 1781 году. На этот момент он уже два года формально был на положении уездного города: «купцов 195, мещан 532, однодворцев 601, при казенном заводе мастеровых 1020, шляпников 238, погонщиков 229, положенных по штату 37, сверх штату 37. Итого 2975 душ мужского пола». В то время при переписи считались только жители мужского пола. Удваивая это количество, получим полную, довольно внушительную тогда цифру жителей населенного пункта - примерно 6000 человек. Что касается количества зданий, то в Липецке в тот же период имелось: «Церквей каменных - одна, деревянных - три, казенного строения деревянного - восемь, дворов каменных - два, деревянных - шестьсот восемьдесят семь».

Какова же была планировка поселка? До нас дошел план, зафиксировавший его застройку в 1787 году. Как черты взрослого человека уже заложены в ребенке, так планировка и будущий облик центра города Липецка были заложены уже тогда размещением заводских сооружений и расселением мастеровых завода. Не зная истории формирования нынешнего центра города, просто невозможно объяснить теперь особенности исторического центра города - района Нижнего парка и Комсомольского пруда. А именно эти особенности и создают индивидуальность и неповторимость облика нашего города. Через века дошли до нас однажды сложившиеся улицы Монастырка, (ныне имени Салтыкова-Щедрина), площадь Старобазарная (пл. Революции), а также трассы по плотинам прудов, показанные на древних планах. Это оказало свое влияние на структуру центра. Однако, ища на плане города другие улицы и здания, мы зря потратим время. Потому что все улицы были ликвидированы, а дома снесены в процессе перепланировки и нового строительства города (по генплану 1805 года).

Со строительством курорта не заканчивается история металлургии в Липецке. На месте Петровских заводов в XIX веке функционирует небольшой Литейный завод братьев Миловановых, рядом в конце XIX века строится завод Быхановых. А в 1898 году в пригородном селе Сокольском начинается строительство Сокольского металлургического завода. Эти предприятия сохраняют металлургическое производство, традиции и кадры для грандиозного нового подъема Липецкой металлургической промышленности. Черная металлургия является одной из ведущих отраслей тяжелой индустрии, основой развития большинства отраслей народного хозяйства. В 1913 году страна по производству черных металлов занимала 5-е место в мире, но ее доля в мировой выплавке чугуна и стали составляла лишь 5,3 %.

Уже в первые годы советской власти правительство принимает энергичные меры по преодолению катастрофического положения в черной металлургии, вызванного революцией, гражданской войной и иностранной интервенцией. В годы довоенных пятилеток реконструировались старые и строились новые металлургические предприятия. В соответствии с постановлением СНК СССР от 25 февраля 1931 года в марте на базе Липецкого железорудного месторождения и местных известняков было начато строительство Новолипецкого металлургического завода. С первых дней на строительстве были взяты высокие темпы. Большое развитие получило движение ударничества: третья часть всех работников была ударниками. Строительство завода было сопряжено с большими трудностями, главными из которых были отсутствие необходимого опыта, нехватка трудовых ресурсов и материалов.

Самоотверженный труд коллектива строителей увенчался большим успехом. 6 ноября 1934 года в 15 часов 35 минут была пущена первая доменная печь завода. Вступила в строи 115-я доменная печь Советского Союза. 7 ноября 1934 года доменная печь № 1 объёмом 930 куб.м. выдала первый чугун. Этот день стал датой основания Новолипецкого металлургического завода. Через год выдала первый чугун вторая доменная печь такого же объема. Продукция завода предназначалась для машиностроительных заводов Центра и Юга страны.

Деятельность Петра I в нашем крае имела большое значение в развитии мощного металлургического центра, а существование здесь Липецких железоделательных заводов очень сильно возвысило статус и значение города. Поэтому лучшим свидетельством уважения и признательности нашим предкам должно явиться создание мемориала или музея, посвященного липецким железоделательным заводам XVIII века.

Анна Королькова,

СОШ с. Ильино Липецкого района.

Руководитель: З.В. Слепнева.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. ДЕТСКОГО И ЮНОШЕСКОГО ТУРИЗМА МОЯ РОДИНА – ЛИПЕЦКИЙ КРАЙ ЛИПЕЦК – 2003

    Документ
    ... ЛИПЕЦКОЙ ОБЛАСТИ ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ ЦЕНТР ДЕТСКОГО И ЮНОШЕСКОГО ТУРИЗМА МОЯ РОДИНАЛИПЕЦКИЙ КРАЙ ЛИПЕЦК – 2003 ББК 63.3 (2Р – 4 Ли) М 87 МОЯ РОДИНАЛИПЕЦКИЙ КРАЙ ... -1; Талицкий Чамлык-1 и другие. Летом 2002 года под руководством аспиранта ЛГПУ ...
  2. ДЕТСКОГО И ЮНОШЕСКОГО ТУРИЗМА МОЯ РОДИНА – ЛИПЕЦКИЙ КРАЙ ЛИПЕЦК – 2002

    Документ
    ... АДМИНИСТРАЦИИ ЛИПЕЦКОЙ ОБЛАСТИ ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ ЦЕНТР ДЕТСКОГО И ЮНОШЕСКОГО ТУРИЗМА МОЯ РОДИНАЛИПЕЦКИЙ КРАЙ ЛИПЕЦК2002 ББК 63.3 (2Р – 4 Ли) М 87 МОЯ РОДИНАЛИПЕЦКИЙ КРАЙ Выпуск ...
  3. Управление образования и науки детский оздоровительно-образовательный центр (спорта и туризма) организация

    Методические рекомендации
    ... природы» (2001, 2004 гг.), «Моя родинаЛипецкий край» (2002, 2003, 2004, 2005 гг.). ... инструкторов детско-юношеского туризма. - М., 2004. СОДЕРЖАНИЕ Учителю о школьном туризме 1 Из истории детского туризма 3 Школьный туризм в Липецкой области ...
  4. Программа средней общеобразовательной школы №61 имени г липецка на 2006-2010 гг

    Программа
    ... С 2001-2002 учебного года ... краеведческий конкурс «Россия – Родина моя» 2003 г.- 3 место ... за реферат «Петр Первый и Липецкий край. Диплом 2 степени и звание ... Областным и городским центрами детского и юношеского туризма, городским краеведческим музеем ...
  5. 2006 г г липецк 1 информационная карта программы развития учреждения

    Программа
    ... Липецка и ЦРТДиЮ "Советский". С 2002 г. организацию возглавляет Председатель Валерия Руднева. Сегодня Детская ... Это мой дом и моя семья» ... края ... детская картинная галерея, комната школьника, база детского и юношеского туризма и экскурсий, детский ... к Родине; ...

Другие похожие документы..