Главная > Документ


Но если мы знаем, что речь наша монотонна из-за дурной привычки нагромождать однообразные союзы или вводные замечания, то следует ради слушателей почистить текст и натренировать себя в построении более легких и изящных фраз. В этом состоит языковая задача лектора, которому следует постоянно помнить, что его речь — эталон для многих слушателей, орудие воздействия на их чувства и форма приобщения масс к неисчерпаемым богатствам русского литературного языка.

На смену таким классическим «достоинствам слога», как «приличие» и «плавность», наше время выдвигает требование простоты и доступности публичной речи. Оба эти качества связаны с ясностью и точностью языка, рассчитанного на понимание определенной аудиторией. О любых самых сложных явлениях можно и нужно говорить как можно яснее и проще, однако это удается только тем, кто прекрасно знает свой предмет. «Что неясно представляешь, то неясно и выражаешь» — утверждал Н.Г. Чернышевский.

Когда мы говорили о точности словоупотребления, о критериях ясности речи, то главным образом рассматривали аспект речи, связанный с понятийной стороной. Но в peчи ярко выражен и другой ее аспект - эстетический, то есть тот, который влияет на наши чувства, когда мы либо получаем удовольствие от речи, либо не можем преодолеть раздражения и внутреннего неприятия ее. Остановимся кратко на тех языковых средствах, которые призваны воздействовать на чувства слушателей.

Язык на всех уровнях содержит экспрессивные категории, сильно действующие на наши чувства, и все эти категории входят в изобразительные средства. Первый языковой уровень — фонетический — не обладает собственным понятийным содержанием, но через экспрессию звуков и сочетаний может вызвать в нашем представлении какие-то неясные образы, воспринимаемые эмоционально. Так, еще М.В. Ломоносов писал: «В российском языке, как кажется, частое повторение письмени А способствовать может к изображению великолепия, великого пространства, глубины и вышины, также и внезапного страха; учащение письмен Е, И, Э, Ю — к изображению нежности, ласкательства, плачевных или малых вещей; через Я показать можно приятность, увеселение, нежность и склонность; через О, У, Ы — страшные и сильные вещи: гнев, зависть, боль и печаль»[60].

Классическая риторика, взяв эти качества звучащей речи на вооружение, вывела из них правила благозвучия речи в противовес какофонии, которая создается стечением неподобающих звуков или их чрезмерно частым повторением, вызывающим неприятные ощущения у слушателей.

На внутренней экспрессии звуков и звукосочетаний строили свои стихи и теории стиха поэты-символисты В. Хлебников, А. Крученых, А. Туфанов и др. Поэты особенно широко пользуются звуковой экспрессией для создания так называемой звукописи при помощи аллитерации и ассонанса[61]. Истинный поэт всегда ощущает и органично передает эстетическую сущность звука и интонации, выраженной в ритме стиха, во всем его «интонационном гуле».

Но надо ли все эти эстетические качества звучащей речи учитывать лектору? Думается, что при составлении текста выступления это почти невозможно, да и не обязательно — ведь не артист же он в конце концов! Но при прослушивании себя с магнитофона следует заменить те места, которые «плохо звучат», коробят своим неблагозвучием эстетическое чувство. Скопление шипящих и свистящих, тяжелое нагромождение согласных в том месте речи, в котором вам хотелось бы вызвать приятное чувство у слушателей, и тому подобные неблагозвучия можно устранить даже при прочтении лекции вслух, без магнитофона. Только надо обязательно прочитать полный текст выразительно. Прослушивание своей лекции перед ее чтением в аудитории не только позволяет внести коррективы в текст, но и совершенствует речевой слух и чувство языка.

Ярче всего языковая экспрессия проявляется в лексике. Выбирая из синонимического или омонимического ряда наиболее подходящее слово, мы руководствуемся не только его точностью, ясностью, но учитываем и яркость, смысловой вес, когда надо подчеркнуть, усилить мысль. Лектор может воспользоваться словом, прикрепленным к любому языковому пласту, если оно не нарушит общего строя лекции, ее композиционно-стилистического единства. Причем экспрессивность в слове может быть выражена не только лексически («великий человек»), но и при помощи словообразовательных элементов — суффиксов, приставок («человечище», «распрекрасный»).

В языке помимо экспрессивной лексики существуют и специальные средства, служащие для украшения речи – так называемые тропы, которые в классическом красноречии квалифицировались как «язык воображения, пленительный и живописный, основанный на подобиях и разных отношениях». Давая подробную классификацию тропов, Н. Кошанский указывал, что они «есть перенесение слова (иногда и мысли) от собственного значения к несобственному»: 1) по подобию (метафора), 2) по качеству (метонимия), 3) по количеству (синекдоха) и 4) по противоположению (ирония), а также их виды или варианты — гипербола, аллегория, эмфазис. Подробно об этих стилистических категориях, свойственных прежде всего художественной литературе, можно прочесть в специальных изданиях.

Ораторы древности широко использовали тропы для усиления воздействия речи на слушателей, для привлечения их сердец. Вспомните богатейшую систему изобразительных средств в речах Эсхина и Демосфена. Такие сочетания, как «скопище мятежных», «дерзнул», «попирая могилы», «сей великий муж», «дабы», «в чреду свою», «прилично летам» и т.п., создают возвышенный стиль, торжественный тон речи, а такие уничижительные экспрессивные слова, как «срамно бежали», «слабейший и ничтожнейший из смертных», «гибельный рок», «пагубные советы», направлены на возбуждение ненависти к, противнику.

Прекрасны и возвышенны слова в речи Демосфена, но не меньшее воздействие на чувства слушателей оказывала музыка его речи, созданная с помощью различных синтаксических фигур, т.е. образных средств синтаксиса: здесь и торжественные обращения к гражданам, и призывы к богам, введенные в середину фразы, и риторический вопрос («Эсхин! Если ты один предвидел будущее, зачем же не открыл его?»), повторы и градации («Кто из Греков… кто из смертных…»). В речи Эсхина также эстетически значима резкая смена длинного периода живой картиной с короткими и резкими кадрами описания в настоящем времени («Представьте: стены рушатся, град падает, домы в пламени,..»), как и многие другие интонационно-синтаксические средства.

А вот как использованы приемы синтаксической выразительности современным лектором. Замена плавного, спокойного синтаксиса начала речи резкими, короткими, отрывистыми фразами подчеркивает характер сообщаемого материала: «Вы прекрасно знаете о том огромном подъеме ораторского искусства, который наблюдался в первые годы Советской власти, когда в этом была насущная потребность. Каждому хотелось принять активное участие в политической жизни. Каждый чувствовал себя хозяином новой страны, стремился принять участие в этой подлинно государственной работе. Мы, диалектики, знаем, что такой количественный рост приводит к качественному скачку.

Попробуем сегодня вернуться к тем замечательным дням, к тем людям, которые закладывали фундамент советского красноречия, к тем, кто вместе с Лениным, рядом с Владимиром Ильичей создавал основы советской устной пропаганды.

Велик круг людей, о которых надо говорить в связи с этим. Нам следует подробно проанализировать ораторское мастерство и Кирова, и Орджоникидзе, и Луначарского, и Калинина. Мы должны вспомнить и о Володарском, и об Урицком. Словом, одной лекции здесь мало, для того чтобы рассказать о каждом из них, ибо каждый из названных деятелей партии заслуживает отдельного подробного разговора о его пропагандистском мастерстве.

Мы же с вами рассмотрим опыт лишь трех выдающихся пропагандистов партии — Калинина, Луначарского и Володарского. Почему отобраны именно эти имена?

Анализ практики каждого из выбранных нами ораторов позволяет сделать некоторые выводы об идейном единстве ораторов ленинской школы, о том, как зарождались и закреплялись в ней ленинские принципы, которые легли затем в основу советского пропагандистского искусства…

Итак, начнем наш разговор с Володарского. 1891— 1918 годы. Вот две даты его жизненного пути. Всего 27 лет. Только один, неполный даже год живет Володарский после свершения Великой Октябрьской революции. Но это месяцы, которые не сравнятся с иными жизнями…»

Короткие, стреляющие фразы — это тоже фигуры. Кошанский характеризовал их как «язык страстей, сильный и разительный, свойственный оратору в жару чувств, в стремлении души, в пылком движении сердца». Синтаксические фигуры — это обороты слов или мысли, отступающие от простой, бесстрастной речи.

Для усиления эмоциональности речи лектор часто использует такие изобразительные средства, как эпитет, сравнение, метафора. Однако в выборе языковых средств следует не только соблюдать определенное чувство меры, но и определенные языковые условия их использования.

Метафора или любой из ее видов должны быть объективно оправданны, а сопоставляемые явления — объективно сходны в каком-то отношении, причем выделяемый признак, служащий основой сопоставления, не должен заслоняться другими, побочными, второстепенными. Метафора должна быть понятна сразу, иначе она не будет оказывать желаемого воздействия. Например, употребление метафоры «узкие каньоны улиц» неуместно в аудитории, где не все знают, что такое «каньон». Такая метафора не только не вызовет в памяти слушателей образ, ради которого лектор и использовал средство выразительности, но, наоборот, отвлечет внимание от содержания лекции, так как многие начнут мучительно вспоминать, где и в связи с чем слышали или читали это слово.

Для усиления выразительности речи широко используются и фразеологические сочетания («попасть впросак», «толочь воду в ступе», «убить время», «терпеть муки Тантала» и т.п.), пословицы и поговорки, крылатые выражения.

Вспомним речь А. Толстого на антифашистском митинге. С самого начала этого чрезвычайно эмоционального выступления мы слышим торжественное звучание, созданное умелым использованием тропов и фигур. Посмотрите на эту целиком метафорическую фразу: «Октябрь дал народу молот, чтобы ковать свое счастье, и серп, чтобы пожинать плоды его». Здесь даже порядок слов не случаен. Скажи оратор вместо «плоды его» «его плоды»— и фраза сразу же потеряла бы торжественность, музыкальность. Текст речи насыщен яркими сравнениями, олицетворениями, метафорами, но в нем нет и следа так называемой «красивости». Все лексические и синтаксические образные средства строго подчинены единому стилю и тону, ни слова не выкинешь, не переставишь, не нарушив единства.

Именно к такому использованию всех образных средств должен стремиться каждый выступающий с публичной речью.

Основной тон и речевая интонация

Общий тон речи, определяемый целью и содержанием высказывания, в процессе создания текста формируется, как мы видели, путем отбора необходимой лексики и соответствующих синтаксических конструкций. Однако слова, объединенные в синтаксические конструкции, не будучи озвученными, еще не музыка, а только лишь партитура, которую лектору, совмещающему в себе и дирижера, и исполнителя, предстоит их оживить, заставить звучать. В процессе произнесения основной тон реализуется полностью и заставляет слушателей откликаться на каждое изменение в мелодическом рисунке речи оратора.

Что же представляет собой интонация речи с физической точки зрения, и можно ли самостоятельно овладеть этим аспектом культуры речи — произносительным, интонационным? Интонация — это уже явление не языка, а речи, но без интонации все богатства языка будут мертвы.

Принято считать, что мы говорим предложениями. Однако если посмотреть на графическое изображение записи речи, то можно заметить, что речевой поток прежде всего членится на определенные такты большей или меньшей величины, но не большего диапазона, чем может хватить воздуха на выдохе. Эти речевые такты, или синтагмы, выделяются в звучащей речи при помощи изменения высоты голоса, или звуковысотного мелодического рисунка, а также паузы в сочетании с ударением, или темпо-ритмического рисунка. Все вместе и представляет собой речевую интонацию, мелодический рисунок которой, окрашенный определенным тембром, определяется целью высказывания, содержанием его и всем композиционно-стилистическим единством речи.

Тон делает музыку — гласит народная мудрость. А интонация — живая душа речи — может сделать ярким и доходчивым мало выразительный текст и, наоборот, омертвить и засушить превосходный материал. Выразительность интонации, нужный тон, темп и ритм высказывания активно помогают в создании того единства с аудиторией, которого лектор добивается с помощью разнообразных средств.

Сложность работы лектора над интонационной выразительностью речи заключается в том, что он не читает свою речь, а произносит, озвучивает, порождает. Все существующие пособия для актеров и чтецов предлагают хорошо отработанную систему упражнений по интонационной выразительности, учебной базой для которых является чтение с листа. В эту систему упражнений входят и осмысление текста — деление его на смысловые куски, которым должна соответствовать определенная интонация; и работа над выявлением подходящего для каждого смыслового куска темпа и ритма; и расстановка логических и психологических пауз и ударений; и определение тона и тембра, соответствующего целевой установке каждого куска и текста в целом. Но при этом чтец и актер производят работу несколько иного плана по сравнению с лектором. Они должны выявить из текста, написанного другим человеком, смысл или подтекст, который тот вложил в свое произведение, определить главные цели и задачи, которые ОН ставил перед собой, и в своем озвучивании текста всеми имеющимися интонационными средствами передать эти мысли и настроения. Лектор же — САМ автор текста, причем такого текста, которым он может свободно варьировать, изменять в процессе речи. И чем естественнее будет его интонация, тем скорее произойдет то самое «зажигание», которое так необходимо для эффективности лекции.

Но что значит естественность интонации? Это вовсе не означает такую ее упрощенность, которую мы позволяем в частной беседе, в домашнем разговоре; хотя иногда как средство привлечения внимания, небольшой разрядки мы можем себе позволить и такую вольность. В принципе же естественность интонации публичной речи достигается громадной предварительной работой, так же, как естественность движений балерины или гимнастки — результат титанического труда в учебных классах. И чем изнурительнее этот предварительный труд, тем легче и естественнее движения на сцене.

Предварительный труд лектора над выразительностью интонации заключается в тренировочных упражнениях. Лучше всего, если материалом для них будет служить текст лекции, обработанный соответствующим образом, т.е. превращенный как бы в партитуру для выразительного чтения.

Для ознакомления с приемами разработки интонационной партитуры возьмем отрывок лекции, подготовленной студентом художественного вуза на тему «Прогрессивные художники в борьбе за мир». Этот лектор, как и большинство художников, поэтов, музыкантов, относится к эмоциональному речевому типу, что нашло свое отражение в отборе материала и языковых средств. И сама тема, и цель высказывания, и разработанный главный тезис, и, наконец, индивидуальный речевой тип оратора настраивают на приподнятый, взволнованный тон лекции в целом. Того же требовал и состав аудитории — в основном молодые рабочие.

С самого начала лектор определил, что митингового тона быть не должно, бытовой разговор тоже не годится. Мы уже знаем, что общий тон речи обусловлен ее содержанием и целью. Тембральная же окрашенность связана как с индивидуальными свойствами голоса (индивидуальный тембр), так и с оттенками каждого «смыслового куска» текста (актуальный тембр). Система работы над индивидуальными качествами голоса, в том числе над обогащением его тембровыми модуляциями, хорошо разработана в театральной педагогике. В условиях обычного, не театрального вуза мы ограничиваемся лишь определением общего тона речи, каждой части текста и тембральной окрашенности каждого куска внутри выделенной   части.

После того как текст выступления подготовлен, лектор отрабатывает его выразительные возможности с точки зрения произнесения. Логические части текста не всегда совпадают с теми его «кусками» (выражение, принятое в сценическом искусстве), на которые он членится по интонации. Перемена тембральной окрашенности (обозначим ее знаком #) может происходить значительно чаще, чем перемена тона в целом (она обозначена в партитуре знаком).

 

Женщина-мать и мир ↑ — понятия, так тесно связанные между собой, ↑ что в воображении художника ↑ они часто сливаются в одно. ↓   #

Представляя себе мир, ↑ который надо охранять от злобных, темных сил войны, ↑ художник прежде всего воссоздает в своем воображении образ матери,↑ прижимающей к себе ребенка, ↑ укрывающей его своим телом от черной смерти, ↑ от ужасов войны. ↓    #   

Жизнь, ↑ светлая и прекрасная, ↑ любовь, ↑ созидательный труд, ↑ мягкая и лиричная природа, ↑ мир и счастье всех людей на Земле ↑ — вот та главная тема, ↑ которой посвящают свое вдохновенное творчество ↑ лучшие мастера изобразительного искусства ↑ во все времена. ↓ Z

Но в дни, ↑ когда гибнут ни в чем не повинные люди ↑ то в сожженных напалмом джунглях Вьетнама, ↑ то в разрытых снарядами песках Палестины,  ↑  когда черная смерть Хиросимы ↑ через много лет находит свои жертвы в Японии,— ↑  #

в эти дни истинный художник, ↑ художник-гражданин, ↑ житель планеты Земля, ↑ не может только любоваться красотой мирной жизни — ↑ он должен отстаивать ее, именно бороться за мир, ↑ #

как боролись наши воины ↑ во имя счастья и мира на Земле, как борются руководители нашей партии ↑ и, лучшие представители рабочих, крестьян и интеллигенции всего мира.  ↓  #

У художника в руках — ↑ сильно действующее оружие, ↑ так как образ, ↑ созданный не словом, а красками, ↑ линиями, ↑ их сочетанием или композицией, ↑ не требует перевода на разные языки, ↑ он понятен всем, ↑ кто умеет видеть, ↑ и действует разом на чувства и мысли, ↑ ум и сердце воспринимающих произведение изобразительного искусства. ↓ 

Для того чтобы обновить в своей памяти эти представления ↑ и передать вам свежие впечатления от соприкосновения с искусством, ↑ я еще раз прошел по выставочным залам, где экспонируются лучшие работы прогрессивных художников, ↑ активно борющихся за мир.↓

Я нес эти впечатления, чтобы поделиться с вами, ↑ и в то же время думал: ↓ что объединяет таких разных мастеров изобразительного искусства, ↑ как Пабло Пикассо ↓ и Борис Пророков, Давид Сикейрос ↑ и Ренато Гуттузо, ↓ графиков Стасиса Красаускаса ↑ и Савву Бродского. ↓ 

И я понял, ↑ почувствовал, ↑ что, различаясь по способу выражения мироощущения  ↑ и творческой манере, ↑ характеру и темпераменту,  ↑ возрасту и национальности, ↑ они едины в главном: ↓ в своей активной жизненной позиции, ↑ действенной любви к человеку и человечеству,  ↑  занятому созидательным трудом  ↑ во имя счастья и радости на Земле, ↓ в своей ненависти к тем, ↑ кто хочет отнять право на мирное счастье у людей ↑ во имя своих мелких корыстных целей. ↓  #

Они, ↑ прогрессивные художники, борющиеся за мир, ↑ за светлые идеалы человечества, ↑ идейно и по своей художнической сухи противостоят тем  художникам,  ↑ которые утверждают, ↑ что искусство существует только для избранных, ↑  #

так высоко эстетически образованных,  ↑  что для них не надо никакого содержания в картине, ↑ они могут воспринять мир художника,  ↑ его творческое мироощущение ↑ прямо из сочетания красок или линий. ↓ И это мол главное в произведении искусства. ↓

Такое искусство не решает никаких проблем, ↑ не является по своей сути гражданским, ↑ так как существует для самого художника ↑ и кучки его единомышленников, или скорее «единочувственников». ↓   #

 Картины подобных художников ↑ не несут в себе никакой мысли или идеи, ↑ ничего не утверждают и не отрицают, ↑ а призваны воздействовать только на эмоции, ↑ чувства, ↑ ощущения…↓   #

И вполне ПОНЯТНО, ПОЧЕМУ художники ЭТОГО ТИПА ↑ получают полную ПОДДЕРЖКУ на КАПИТАЛИСТИЧЕСКОМ Западе,↓  а  ПРОГРЕССИВНЫЕ художники, ↑ активно БОРЮЩИЕСЯ ЗА МИР, ↑ всячески ПРЕСЛЕДУЮТСЯ и ПОДВЕРГАЮТСЯ ГОНЕНИЯМ критики. ↓  #

Своими произведениями ↑  прогрессивные художники всего мира, ↑ воюют с империалистами, ↑ пытающимися развязать новую мировую войну,  ↑  они разоблачают их кровавые замыслы и призывают людей ↑ объединить усилия ↑ в борьбе за сохранение мира на Земле. ↓

 

План, выражающий логическое членение предложенного текста, следующий:

1.  Эстетический идеал художника — прекрасное в жизни, природа, мирный созидательный  труд, радостные чувства, красота души и тела человека.

2.  Художник-гражданин не может не отражать в своем искусстве того, что тревожит его сограждан, современников.

3.  Прогрессивных художников всего мира объединяет активный, деятельный гуманизм.

4.  Художник, который не хочет участвовать в борьбе за счастье всего человечества, реакционен по своей сути.

5.  Язык прогрессивных художников мира понятен всем трудящимся, так как в основе его — любовь к Человеку, социалистический гуманизм.

Вдумываясь в смысл текста с точки зрения стратегии речи, лектор искал правильный тон для каждой части, объединенной в своем содержании не только смыслом, но и исполнительской задачей (части отделены друг от друга пробелом и знаком перемены тона). Таких частей он выделил три:

Первая часть — тон светлый, приподнятый, лирический.

Вторая часть — сдержанно-гневный, напряженный тон.

Третья часть — повествовательный, размышляющий тон беседы, приглашающий слушателей к совместному размышлению.

Конечно, это весьма приблизительные характеристики тона, но в процессе выразительного чтения текста лектор находит все более точные, соответствующие задаче оттенки. На первых порах в этой работе очень кстати была бы помощь опытного педагога. За неимением такой возможности можно использовать записи на магнитную ленту.

Чем чаще меняется тембральная окраска, т.е. смысловые оттенки, выраженные переменой тембровых модуляций голоса, тем ярче общая интонация текста и сильнее ее воздействие на слушателей. Обратите внимание на куски текста, которые отделены в партитуре знаком #. Каждый такой кусок отделен не только точкой, которая выражается в речи понижением мелодики (↓), или запятой, но и паузой. Повышение мелодики обозначено знаком  (↑).

Внутри первой части, объединенной общим тоном, лектор 3 раза меняет тембральную окрашенность: 1-й кусок произносится спокойно, нейтрально, с тем чтобы дать возможность усилить яркость лирической окраски к концу всей части. Чем ярче и светлее прозвучит этот последний кусок первой части, тем сильнее будет эффект от контрастного перехода ко второй части, которой соответствует жесткая, напряженно-гневная интонация, особенно в 1-м куске. Постепенно мрачная окрашенность тона слабеет, и появляются иные оттенки этой напряженной интонации: 2-й кусок характеризуется напором, активностью, призывом; 3-й кусок, который начинается с середины предложения («…как боролись наши воины…»), возвышенно поэтичен, окрашен пафосом. В 4-м куске второй части общая напряженность тона несколько ослабевает, так как он более информативен, повествователен по сравнению с предыдущим.

Переход к третьей части совершается плавно, без эмоционального скачка, который был нужен при переходе от первой части ко второй. Здесь для лектора важно установить почти интимный тон, перейти на беседу со слушателями, которая также дробится на несколько тембрально окрашенных кусков.

Знаки повышения и понижения мелодики нужны лектору лишь на начальных этапах его работы. Логические ударения (в нашем тексте они выделены прописными буквами и обозначены только в первой фразе последнего абзаца) позволяют не только уточнить смысл всего высказывания при помощи выделения в нем тех слов, которые несут на себе главную смысловую нагрузку, но и сформировать в соединении с другими элементами речевой интонации ритм всей речи.

Сейчас, когда роль лектора в воспитании масс становится особенно значимой в общей системе идеологической работы, забота о наиболее эффективном использовании всех речевых средств воздействия на слушателей должна стать предметом пристального внимания ораторов.

И все же закончим главу о языке лектора словами Цицерона, который еще до нашей эры подчеркивал:

«Речь должна расцветать и разворачиваться только на основе полного знания предмета; если же за ней не стоит содержание, усвоенное и познанное оратором, то словесное ее выражение представляется пустой и даже ребяческой болтовней»[62]..

Заключение

Рассматривая такие большие и серьезные вопросы, как особенности публичной речи, взаимосвязь оратора и аудитории, разработка стратегии речи и выбор языковых средств, автор не ставил перед собой задачи исчерпывающе раскрыть их все. Главная цель книги — пробудить интерес читателя к названным проблемам, разжечь желание совершенствовать свое мастерство, а также подсказать некоторые направления этой работы. Выделение основных аспектов лекторского мастерства и расположение их по главам и параграфам вовсе не означают, что именно в такой последовательности надо работать над публичной речью. Ораторское искус­ство — это сложный, многоаспектный, но целостный процесс, где, как в хорошем оркестре, все инструменты должны звучать в унисон, создавая прекрасную музыку, выражающую главную идею произведения.

Ядром всей работы по подготовке лекции является разработка стратегии речи. Именно здесь, как в фокусе, концентрируются знания, умения, навыки, которые и составляют ораторское искусство. В стратегии речи, переплавляясь, соединяются в органическое целое логика, психология и лингвистика, которые составляют основу публичной речи.

Сведения, рекомендации и практические советы, которые даны в этой книге, — лишь отправные моменты, отталкиваясь от которых, молодой лектор может сориентироваться в богатой и разнообразной литературе по лекторскому мастерству и связанным с ним проблемам. Хотелось бы еще раз подчеркнуть, что выделение психологических, логических и языковых проблем и выяснение их роли в формировании умения произносить речь с трибуны отнюдь не означает пренебрежения автора к содержанию лекции. Все определяется содержанием. В данной же книге главное внимание уделено тем сторонам лекторского мастерства, которые связаны с порождением и оформлением публичной речи, содержание которой соответствует всем требованиям, принципам лекционной пропаганды. Форма неотрывна от содержания, но в первую очередь содержание определяет форму. Оно является ведущим как в выборе стратегии речи, так и всех аспектов лекции.

Автор надеется, что пытливый ум читателя отыщет новые пути совершенствования лекционной пропаганды и повышения ее эффективности.

[1] Подробнее см.: В.С. Библер. Мышление как творчество (Введение в логику мысленного диалога). М., 1974. Автор доказывает, что само мышление, а не только речь есть по сути не монолог, а «диалог с самим собой, со своим внутренним противником или собеседником», отправляясь от знаменитого высказывания И. Канта: «Мыслить — значит говорить с самим собой… значит внутренне (через репродуктивное воображение) слышать себя самого».

[2] Цит. по сб.: Вопросы лекционной пропаганды. Вып. 2. М., 1975, с. 147-152.

[3] И. Андронников. Я хочу рассказать вам… М., 1970, с. 541.

[4] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве. М., 1973, с. 298.

[5] Л. И. Брежнев. Малая земля. М., 1978, с. 32.

[6] А.Н. Толстой. Собр.  соч. в 10-ти  т., т. 10. М., 1961, с. 561.

[7] Цит. по кн.: А. Твардовский. О литературе. М., 1973, с 270—272.

[8] См.: Г. 3. Апресян. Ораторское искусство. М., МГУ,  1972, с 71,

[9] В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 25, с. 112.

[10] А. П. Чехов. Собр. соч. в 12-ти т., т. 6. М., 1962, с. 281 - 282.

[11] А. В. Луначарский. Собр. соч. в8-ми т., т. 7. М.,  1967, с. 454- 455.

[12] Речевой слух— психо-лингвистическая способность человека воспринимать звучащую речь во всех ее фонетических проявлениях, способность не только слышать, но одновременно и воспроизводить во внутренней речи, артикулируя и интонируя, слышимую речь. Эта способность свойственна каждому человеку. Не имея ее, не заговоришь ни на каком языке. Только у одних она развита в большей мере, как, например, у пародистов-имитаторов, у других — в меньшей.

[13] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 51.

[14] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 61.

[15] Афинянин Ктесифонт (Ктезифон) в 338 г. до н. э. предложил в собрании увенчать Демосфена золотым венком за его заслуги перед государством; восемь лет спустя он был привлечен за это предложение к суду Эсхином. Речь Эсхина против Ктесифонта, по сути дела, была направлена против Демосфена. После этой речи афиняне склонны были осудить Демосфена. Затем Демосфен великолепно произнес свою ставшую знаменитой «Речь о венке». Эсхин не набрал за свое предложение и одной пятой голосов и вынужден был  согласно закону отправиться в изгнание. И обвинительная речь Эсхина и защитительная Демосфена считались непревзойденными образцами красноречия.

[16] Н. Кошанский. Частная риторика. Спб.,  1849, с.  106—116.

[17] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 151—152.

[18] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 312 - 313.

[19] Там же, с. 313.

[20] А.Ф. Кони.  Избр. произр.  в 2-х т., т.   1. М.,  1959, с.  116.     

[21] Цит- по сб: Об ораторском искусстве, с. 166 - 168.

[22] В. Вересаев. Собр. соч. в 5-ти т., т. 4. М, 1961, с. 355—357.

[23] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 132 - 134.

[24] Г.3. Апресян. Ораторское искусство, с. 205.

[25]  Там  же, с. 205 - 206.

[26] Г.3. Апресян. Ораторское искусство, с. 208.

[27] К.А. Тимирязев, Избр. соч., т. 2. М.,  1948, с. 313.

[28] Цит. по кн.:  В.В. Одинцов.  О композиции  и стиле лекции. М„ 1975, с. 42 - 43.

[29]  Л.В. Успенский. Культура речи. М.,  1977, с. 35—37.

[30] В.И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 41, с. 313.

[31] Классические риторики вслед за «изобретением мысли» (в современном понимании — осмыслением материала) учили «расположению», придавая громадное значение этому умению при обучении монологической речи, как устной, так и письменной. Так, Н. Кошанский писал в «Общей риторике» в главе «Расположение»: «Изобретение давало способы думать, и, думая, соединять одну мысль с другою. Расположение учит соображать и, соображая, давать направление рассудку и нравственному чувству. Расположение есть действие Рассудка и Нравственного чувства, которые от частых соображений, от частых примеров сами наконец образуются, укрепляются и приемлют надлежащее направление».

[32]  В.И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 21, с. 21.

[33]  В.И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 44, с. 497.

[34] См: Вопросы лекционной пропаганды. Вып. 1, с. 66 - 88

[35] А. Крон. Бессонница.— «Новый мир», 1977, № 6, с. 54—55. На этих страницах читатель может проследить всю стратегию публичной речи, от ее подготовки и определения главной цели до оценки речи аудиторией и самим оратором.

[36] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 198.

[37] О возвышенном. М.-Л., 1966, с. 44.

[38] По вопросам звучания речи регулярно публикуются статьи в сборниках «Вопросы лекционной пропаганды», выпускаемых издательством «Знание». Специально лекторам для самостоятельной работы предназначена книга С.Т. Никольской «Техника речи», содержащая комплекс упражнений для развития речевого дыхания, голоса и хорошей дикции. М, «Знание», 1978.

[39] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 46.

[40] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 172.

[41] Н.И. Жинкин. Механизмы речи. М.,  1958, с. 348 - 365.

[42] В. Одинцов. Структура публичной речи. М., 1976, с. 25 - 26.

[43] В.  Артемов.  Курс лекций по психологии. Харьков, 1958, с. 242.

[44] В.В. Одинцов. Структура публичной речи, с. 24.

[45] И.А. Зимняя. Психологические особенности восприятия лекции s аудитории. М., 1970, с. 29.

[46] М. Кольцов. Писатель в газете. М.., 1961, с. 34 – 35.

[47] А.Н. Гвоздев. Очерки по стилистике русского языка. М., 1955, с. 19.

[48] Е.А. Ножин. Основы советского ораторского искусства. М., 1973, с. 162 - 163.

[49] В.В. Одинцов. О композиции и стиле лекции, с. 43 - 44.

[50] Л.В. Щерба. Избранные работы по русскому языку. М., 1957, с. 138.

[51] Материалы XXV съезда КПСС. М., 1976, с. 67.

[52] Там  же, с. 79.

[53] Там же, с. 79.

[54] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с, 72.

[55] Цит.   по  сб.:   Русские  писатели  о   языке   (XVI—XX  вв.)   Л., 1954, с. 73.

[56] В.И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 32, с. 442.

[57] Цит. по кн.: Корней Чуковский. Живой как жизнь, О русском языке. М., 1966, с. 18,

[58] Цит. по сб.: Русские писатели о языке, с. 577.

[59] Г. Винокур. Культура языка. М., 1930, с. 81.

[60] М. В. Ломоносов. Поли. собр. соч., т. VII. М., 1952, с. 241.

[61] Аллитерация — повторение одинаковых (или сходных) звуков или звукосочетаний, обычно с целью звукоподражания, на­пример: «Пара барабанов била бурю, пара барабанов била бой» (И. Сельвинский). Ассонанс — созвучие гласных, используемое в устойчивых словосочетаниях или как стилистическое средство. Ярким примером служит стихотворение Ф. Тютчева «Вешние воды>, ассонансная основа которого гениально выявлена и усилена С. Рах­маниновым в одноименном романсе.

[62] Цит. по сб.: Об ораторском искусстве, с. 44.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА НАУЧНОЙ РЕЧИ Спецкурс для негуманитарных специальностей вузов Учебно-методический комплекс Балашов – 2008

    Учебно-методический комплекс
    ... речи в публичном выступлении? Почему в устной научной речи важно соблюдение норм речевого этикета? Чтотакое ... глав и заключения. В первой главе рассматриваются… Во второй главе анализируются… В третьей главе ... изделий в Иванове для последующей реализации ...
  2. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА НАУЧНОЙ РЕЧИ Спецкурс для негуманитарных специальностей вузов Учебно-методический комплекс Балашов – 2008

    Учебно-методический комплекс
    ... речи в публичном выступлении? Почему в устной научной речи важно соблюдение норм речевого этикета? Чтотакое ... глав и заключения. В первой главе рассматриваются… Во второй главе анализируются… В третьей главе ... изделий в Иванове для последующей реализации ...
  3. «риторика и культура речи наука образование практика»

    Документ
    ... речи [1, с. 34]. В.А. Лазарева считает, чтотакие ... 95–98. Иванова, И. П. Морфемный статус нулевой морфемы / И. П. Иванова // Philologia. Исследования ... сомневается, чтоглавой Семьи ... анализ публичнойречи; – проводить стилистический анализ публичнойречи; ...
  4. «риторика и культура речи наука образование практика»

    Документ
    ... речи [1, с. 34]. В.А. Лазарева считает, чтотакие ... 95–98. Иванова, И. П. Морфемный статус нулевой морфемы / И. П. Иванова // Philologia. Исследования ... сомневается, чтоглавой Семьи ... анализ публичнойречи; – проводить стилистический анализ публичнойречи; ...
  5. Русский язык и культура речи (7)

    Государственный образовательный стандарт
    ... используемые в воздействующей публичнойречи. 1. Метафора представляет ... Звуки и интонации русской речи. М , 1977 и посл изд. 2. Водина Н.С., Иванова А. Ю. Клюев ... Так, в главе II говорилось о том, что аннотации и рефераты относятся к научному стилю речи ...

Другие похожие документы..