Главная > Учебное пособие


Вслед за Петраркой и Боккаччо, Никколо Никколи завещал свою библиотеку родному городу с обязательным условием: книги должны быть доступны всем желающим. Однако воля покойного не была выполнена сразу: на библиотеке Никколи лежали долги, и ее должны были распродать по частям. Благодаря вмешательству правителя Флоренции Козимо Медичи этого не произошло. Медичи расплатился с кредиторами и, более того, решил пополнить библиотеку новыми книгами. Желая делать это планово, он обратился к другу Никколи – секретарю папской курии Томазо Перентучелли, ставшему впоследствии римским папой, с просьбой составить список желаемых приобретений. Согласно перечню библиотека докомплектовывалась: книги частью были куплены, частью – переписаны.

Для первой публичной библиотеки Флоренции по воле Медичи было перестроено здание монастыря святого Марка. Был назначен библиотекарь, который привел библиотеку в образцовый порядок и составил опись этого собрания. Продолжали пополнять библиотеку и наследники Козимо Медичи. Сегодня книги из библиотеки монастыря святого Марка хранятся в фондах Государственной библиотеки Флоренции.

Вслед за Италией публичные библиотеки открываются в Англии (XV в.), Германии и Швеции (XVI в.), Франции (XVII в.). Все чаще в собственность городов передаются монастырские библиотеки. В кругу именитых и образованных горожан стало модным завещать свои книжные собрания городу или местному университету. Эти библиотеки не были публичными в нашем современном понимании, но они существенно отличались от средневековых библиотек с их скудным фондом и крайне узким кругом читателей, ограниченным владельцем частной библиотеки или отцами церкви. В библиотечных фондах преобладающими становятся книги светского содержания на национальных языках. Доступ к фондам получают не только епископы, монахи, ученые и студенты, но и купцы, мастера, инженеры, юристы.

Остановимся для примера на истории первой публичной библиотеки Франции. Эта история показательна и с точки зрения того, что ею руководил выдающийся человек – Габриэль Нодэ, и с точки зрения того, что на судьбе этой библиотеки ярко отразились исторические перипетии того времени.

В историю Франции и всемирную историю библиотечного дела эта библиотека вошла под именем “библиотеки Мазарини”. Мазарини (1602-1661) – могущественный кардинал, известный нам по романам А. Дюма. Великой романист при всей своей проницательности явно недооценил культурный потенциал и масштаб личности Джулио Мазарини. Блестяще для своего времени образованный человек, Мазарини, в частности, сумел воплотить в жизнь идею создания публичной библиотеки. Желая, чтобы его библиотека богатством книжного собрания, великолепием помещения и тщательной организацией превзошла все известные библиотеки Европы, Мазарини пригласил для устройства этого дворца-музея знающего человека, Габриэля Нодэ (1600-1653). Врач по образованию, Нодэ проявлял интерес и к гуманистическим философским учениям. Несколько лет он проработал библиотекарем частной коллекции в одной французской аристократической семье. Свой опыт работы в этой библиотеке, а также впечатления от осмотра многих частных библиотек Франции и Италии он изложил в трактате “Советы по устройству библиотеки” (1627), пользовавшемся широкой популярностью в Европе.

И

Дж. Мазарини (1602 – 1661)

деальная библиотека, писал Нодэ, создается по правилу: “Каждый должен найти в ней то, что он ищет”. Само это положение подразумевало, что библиотека, принадлежащая одному, должна быть доступна для других. Девизом библиотеки Нодэ были слова “Открыто для всех желающих войти сюда для занятий”. Единственным оправданием огромных расходов на содержание библиотеки может быть передача культурных богатств в общественное пользование. Таким образом, Нодэ своей книгой, а затем и своей практической деятельностью начал осуществлять реальный переход к перспективной и прогрессивной идее публичности библиотечного дела. Большое внимание автор уделил раскрытию методов комплектования и устройства библиотек, их оборудования; обоснованию необходимости и важности ведения алфавитного и систематического каталогов. Затронуты в книге и многие другие библиотечные проблемы.

Нодэ считал, что библиотекари не должны «походить на тех скряг, которые никогда не удовлетворены своими богатствами, или на надоедливую змею, препятствующую тому, чтобы кто-нибудь сорвал плоды в саду Гесперид». Они должны понять, что книги, как и все вещи, «должны оцениваться по выгоде и пользе, которые из них можно извлечь». В этой связи он придавал огромное значение правильной организации библиотеки и, в первую очередь, целесообразной расстановке библиотечных фондов. Без этого, – писал Нодэ, – «все наши изыскания были бы напрасными, а наш труд бесплодным». Если книги плохо организованы, то даже собрание в 50000 томов нельзя назвать библиотекой, как толпа в 30000 человек без организации и командиров не является армией.

Излагая эти идеи, Нодэ и не подозревал, что скоро ему выпадет счастье воплотить свою теорию, свой идеал в реальность.

Мазарини поставил перед Нодэ задачу: создать грандиозную, невиданную в Европе, библиотеку за неслыханно короткий срок. Нодэ соблазнила и сама эта задача, и то, что у него не будет в организации библиотеки финансовых ограничений. Но более всего Нодэ был покорен обещанием Мазарини открыть двери библиотеки для публики.

Н

Читальный зал Библиотеки Мазарини.

Париж

одэ начал активно комплектовать библиотеку: он покупал книги целыми коллекциями и опустошал книжные лавки. В то время (40-е годы XVII века) в Париже было около 150 книжных лавок. Опустошив книжные прилавки столицы и исчерпав возможности книжного рынка Франции, Нодэ отправился в многомесячное путешествие по европейским городам. Он скупал книги тележками, тюками и кипами, частью – даже на вес, не изучая титульных листов. В Риме говорили, что книжные лавки разорены словно завоевателем, а не библиотекарем. Не надо упрекать Нодэ в неразборчивости – он пытался в кратчайшие сроки создать основу крупной универсальной библиотеки.

В то же самое время быстрыми темпами для библиотеки Мазарини строилось специальное здание-дворец. Полки в хранилище, столы и кресла для будущих читателей делались по чертежам неутомимого библиотекаря. 12 переплетчиков трудились здесь же. В огромном количестве Нодэ заказывал перья, чернила, бумагу, часы.

В 1644 году библиотека, в которой было уже 45 тысяч томов, открылась для читателей. Читальный зал был рассчитан на 100 человек одновременно. Книжный фонд Нодэ расположил в систематическом порядке: отдельные залы были отведены под философию, теологию, естественные науки, политику и т. д. Гордостью Нодэ была коллекция писаний еретиков. Она насчитывала более 6 тысяч томов, и, как и остальная литература, была открыта для посетителей. Нодэ был свойственен плюрализм во всем. Когда позже в стране поднялась волна ненависти к “сицилийскому шпиону” и “узурпатору” Мазарини, и появились едкие памфлеты против него (так называемые “мазаринады”), Нодэ хладнокровно собирал и их. Было собрано более 500 мазаринад. При всем при том библиотекарь сохранял верность кардиналу и в своей публицистике открыто защищал его.

Дальнейшая судьба этой библиотеки тесно связана с судьбой Мазарини. Когда в 1651 году, опасаясь народного гнева, кардинал тайно бежал из Франции, Парижский парламент отдал приказ об аресте Мазарини и конфискации его имущества. Была назначена огромная денежная премия за голову кардинала. Но денег у парламента не было и для того, чтобы собрать средства на премию, решено было распродать с аукциона библиотеку Мазарини. Нодэ, как мог, старался предотвратить или хотя бы отсрочить этот аукцион, но он не в силах был противостоять парламенту и за несколько дней библиотека, которую он создавал целое десятилетие, распалась, как карточный домик.

После распродажи библиотеки Мазарини, Нодэ принял приглашение шведской королевы Кристины, известной своей образованностью и любовью к книгам. Кристина, имевшая богатую королевскую библиотеку, приобрела 4 тысячи ценнейших книг из библиотеки Мазарини. Нодэ отправился в Швецию и два года работал над каталогизацией и систематизацией фонда, восполнением пробелов в комплектовании королевской библиотеки.

В 1653 году Мазарини вернулся в свой дворец победителем, он создал новую библиотеку. Многие участники аукциона – за деньги или бесплатно – вернули кардиналу купленные на аукционе книги. Королева Кристина тоже решила принести в дар Франции книги из собрания кардинала. Нодэ отправился в Париж с намерением возобновить свою работу в библиотеке Мазарини. Но великому библиотекарю уже не довелось выполнить свое желание: здоровье его было расшатано, и по дороге он скончался.

Библиотека Мазарини позже была объявлена национальным достоянием и в настоящее время она входит в состав национальной библиотеки Франции.

Завершая обзор развития библиотек в средние века и эпоху Возрождения, можно сделать следующий вывод. В период с V до середины XVII веков библиотеки в своем развитии прошли длинный эволюционный путь от небольших книжных собраний в монастырях, состоявших преимущественно из теологической литературы и имевших очень ограниченный круг пользователей, до библиотек университетов и частных собраний, которые были прообразом современной публичной библиотеки с ее универсальным книжным фондом общественного пользования. На темпы этой эволюции значительное влияние оказали развитие науки и промышленности, изобретение книгопечатания и распространение идей Возрождения.

Значительный рост книжной продукции стимулировал решение проблемы раскрытия фондов для читателей. В это время начинает активно развиваться библиография, создаются книготорговые каталоги, совершенствуется техника книгоописания и практика систематизации литературы. Все это исподволь готовило почву для будущего расцвета библиотечного дела.

БИБЛИОТЕКИ В КИЕВСКОЙ РУСИ (XI XIII века)

Киевская Русь была одним из могущественных и крупных европейских государств с высоко развитой экономикой и культурой. Это была страна с множеством городов и сел. Общее количество городов ко времени монгольского нашествия приближалось к тремстам. О Киевском государстве хорошо знали в Константинополе и Риме, императоры заключали с ним договоры, миссионеры стремились приобщить его к христианству, купцы – завязать торговые связи. Ученые-географы Средней Азии и Ирана составляли описания Руси. Нередкими гостями были представители халифов Багдада.

Уже к концу Х века границы древнерусского государства простирались от устья Дуная до дельты Волги, от предгорий Кавказа до Финского залива.

Рассматриваемый в данной лекции период начинается с распространения христианства в Киевской Руси (ХI в.) и охватывает последующие века вплоть до ХIII века.

С точки зрения академика Б.В. Раушенбаха – видного специалиста в области космонавтики и известного исследователя древнерусской культуры – крещение Руси князем Владимиром стало завершением своего рода феодальной реформы, сопоставимой по своему значению и последствиям с реформами Петра I. Во-первых, князь прочно обосновался в Киеве, определив таким образом центр раннефеодальной Руси. Во-вторых, он постарался идейно объединить дружественные славянские племена с помощью общей для всех религии – христианства.

Государственная реформа Владимира высвободила постепенно накапливавшийся в древнерусском государстве потенциал – началось бурное, стремительное развитие страны.

Однако процесс единения был долгим и трудным. К началу ХIII века на месте единого государства создаются и живут самостоятельной жизнью суверенные княжества, равные по масштабам западноевропейским королевствам. В середине ХII века было 15 княжеств, в начале ХIII – около 50. Русь вступила в период феодальной раздробленности, для которого характерны не только экономическая, политическая и военная самостоятельность русских княжеств, но и усиление местных традиций в их культуре. Вместе с тем историки отмечают, что центростремительные процессы носили уже необратимый характер и применительно к ХI-ХIII векам уже можно говорить о единой древнерусской культуре.

  1. Развитие письменности в Киевской Руси

Письменность у славян, в том числе и у восточных, появилась довольно рано. Академик С.П. Обнорский считал, что уже в VI веке у руссов существовали примитивные формы письменности в виде простейших счетных знаков в форме черточек и зарубок, родовых и личных знаков, маршрутных схем и календарных заметок. Конечно, такое письмо было непригодно для записи военных и торговых документов, богослужебных текстов и исторических хроник. Для этого славяне использовали греческие и латинские буквы. На протяжении двух-трех столетий греческое и латинское письмо приспосабливалось к передаче фонетики славянского языка.

Известно, что в середине IХ века видел и “обрел” книги, написанные древнерусскими буквами (“роусьскыми письменами) будущий изобретатель славянской азбуки и христианский миссионер Константин Философ, более известный нам под своим монашеским именем – Кирилл. Аналогичные свидетельства есть и в записках некоторых арабских путешественников, которые приводят образцы древних русских надписей. Тем не менее, существование “протокирилловского” письма долгое время оспаривалось учеными, пока в 1949 году не было найдено прямое доказательство существования “роусьских письмен”. Археологическая экспедиция, работавшая недалеко от Смоленска, при раскопках курганов обнаружила строчку, вернее, всего одно слово, начертанное на корчаге (сосуде типа амфоры). На глиняном черепке корчаги была найдена надпись из восьми букв: слово “гороухша”, то есть горчица. Удалось установить примерную дату изготовления корчаги – начало Х века. Таким образом, не вызывает сомнения, что письменность у славян возникла в дохристианский период.

Упорядочили славянскую азбуку просветители Кирилл и Мефодий. По повелению византийского императора Михаила и патриарха Фотия им было поручено разработать славянскую азбуку и перевести на славянский язык основные богослужебные книги.

Братья Кирилл и Мефодий родились в Македонии в семье крупного военачальника. С детства они интересовались наукой. В короткий срок изучили грамматику, диалектику, риторику, арифметику, геометрию, астрономию, музыку и “прочие эллинские художества”. Старший брат – Мефодий – рано поступил на военную службу, был правителем одной из областей, затем стал игуменом монастыря. Младший – Кирилл – обучался наукам более углубленно под руководством патриарха Фотия. Получив при императорском дворе блестящее образование, Кирилл отказался от высоких административных должностей и занял скромное место библиотекаря патриаршей библиотеки. Потом он преподавал философию, по поручению Фотия выезжал в разные страны с религиозной миссией.

Кирилл и Мефодий достаточно быстро справились с заданием и в несколько месяцев им удалось порядочить славянскую азбуку и ввести в нее новые знаки, передающие звуки, которые были в славянской речи, но отсутствовали в греческой. Впоследствии они перевели на славянский язык основные богословские тексты. Это произошло в 863 году.

С Х века уже на основе славянской азбуки начинается активное распространение литературы духовного содержания: религиозных произведений, церковных богослужебных книг, богословских сочинений, поучений. В первую очередь распространялись Евангелие, Псалтырь, жития святых. Количество этих книг постепенно увеличивается после официального принятия христианства (988 г.), учреждения на Руси митрополитства, открытия в 991-992 годах епархий в Белгороде, Чернигове, Владимире-Волынском, Ростове, Новгороде.

Памятники письменности постепенно собираются князьями и духовенством в церковных соборах, при монастырях или монастырских школах.

2. Библиотека Киевской Софии – первая русская библиотека

Первое дошедшее до нас летописное упоминание о библиотеке на Руси относится к 1037 году. В летописи об этом говорится так: “ В лето 1037 года заложил Ярослав град великий, у этого же града Златые врата. Заложил и церковь святой Софии ... И любил Ярослав церковные уставы ... и книги любил, читая их часто днем и ночью. И собрал писцов многих, и переводили они с греческого на славянский язык, и списали они книг множество, ими же поучаются верные люди ... Ярослав же, книги многие написав, положил в церкви святой Софии, которую создал сам ...Как если бы один землю вспашет, другой же засеет, а иные жнут и едят пищу неоскудевающую, – так и этот. Отец ведь его Владимир землю вспахал и размягчил... Этот же засеял книжными словами сердца людей, а мы пожинаем, учение принимаем книжное”.

Т

Памятный знак, установленный на территории Софийского заповедника в связи с 930-летием библиотеки

аким образом, Ярослав Мудрый собрал писцов и поручил им сделать копии с многих книг, которые к тому времени были написаны на славянском языке и приказал перевести греческие книги на славянский язык. Князь кроме того приобрел много других книг. Все это книжное богатство Ярослав поместил в Софийском соборе в Киеве. Так была основана первая известная нам библиотека на Руси.

Работа по переписыванию и переводу книг, начатая при Ярославе Мудром, была продолжена его потомками, поэтому фонд первой русской библиотеки непрерывно увеличивался. Вероятно, библиотека Софийского собора в Киеве для своего времени была самым полным собранием рукописных книг Киевской Руси. Точное число книг неизвестно, но летопись свидетельствует, что переписывание и приобретение книг было организовано широко и велось из года в год. Некоторые ученые считают, что библиотека Киевской Софии насчитывала “великие тысячи книг”. Историк русской церкви Е. Голубинский определял книжный фонд этой библиотеки в 500 томов. Думается, что мы так и не узнаем точное количество книг в первой русской библиотеке и удовольствуемся тем, что их было “множество”.

Хотя фонд Киевской Софии не сохранился (до нас дошло всего лишь две рукописи, которые предположительно были созданы в скриптории при библиотеке) и отсутствуют какие-либо описи библиотеки, ученые попытались определить ее состав. Помогла им в этом одна из сохранившихся рукописей – “Изборник” 1073 года. Она представляет собой сборник из 400 статей энциклопедического характера, составленный на основе книжных фондов Киевской Софии (как сказано в приписке – “Избрано из многих книг княжьих”). Таким образом, по приведенным в “Изборнике” ссылкам на источники можно с большой степенью вероятности судить о составе фондов первой русской библиотеки.

Фонд состоял преимущественно из религиозной литературы – это отражало стремление киевского князя поддержать распространение христианства на Руси и укрепление русской церкви. Поэтому в составе библиотеки были жития святых, евангельские и апостольские поучения, пророческие беседы. Кроме того, составитель “Изборника” включил в его состав материалы из источников светского содержания – исторических хроник, естественнонаучных сочинений, философских и юридических трактатов. Анализ содержания сборника показал, что работа составителя была творческой, так как он не просто копировал и переводил сочинения (в основном византийских авторов, реже – античных), но и подвергал их определенной редакции – сокращал, компилировал. Установлено, что при составлении “Изборника” использовались и оригинальные произведения древнерусской литературы – например, статья “Слово о почитании книжном” – первое в истории русской культуры сочинение о пользе, методах и цели чтения.

Естественно предположить, что в фонде библиотеки Киевского Софийского собора хранились и важные государственные документы, созданные в Киевской Руси – первый сборник законов “Русская правда”, “Церковный устав”, первые отечественные летописи и оригинальные произведения русских книжников – “Слово о законе и благодати” Иллариона и другие.

Хотя круг читателей библиотеки был очень ограничен, сам факт собирания и хранения литературы способствовал увеличению на Руси числа грамотных и образованных людей. На книгах, хранящихся в каменном Софийском соборе, воспитывались поколения русских книжников.

Сохранить библиотеку в то время было делом весьма сложным. Если судить по древним актам и летописям, книги тогда приравнивались к самой дорогой утвари – золотым и серебряным сосудам, драгоценным украшениям. Необычная ценность рукописей являлась причиной того, что при набегах врагов и разграблениях они всегда были желанной добычей, часто переходившей из рук в руки. Гибли книги и при частых в те времена пожарах. Можно даже говорить о том, что библиотека Святой Софии неоднократно гибла и возрождалась вновь. Например, в 1169 году Мстислав – сын Андрея Боголюбского, взял Киев, три дня грабил собор и вывез оттуда все книги. В 1203 году половцы в союзе с русскими князьями грабили Софию и опять пострадал книжный фонд библиотеки. В 1240 году город грабили татары. Дальнейшая судьба библиотеки неизвестна, никаких следов ее до сих пор не найдено. Но, с другой стороны, нет ни одного упоминания о ее гибели. Поэтому можно принять версии некоторых исследователей, полагающих, что эта легендарная библиотека и по сей день остается в подземельях киевского собора.

Легенда о «кладе Ярославове» имеет богатую, но, увы, еще не исследованную историю. В древнем Киеве ходило немало слухов о сокровищах Ярослава Мудрого, в том числе, и о первой русской библиотеке. Народная молва указывала на Софию как на место, где эти богатства хранились, а затем были спрятаны. Видимо, считалось, что клад замурован в соборе или подземельях вокруг него. Появились и искатели клада Ярославова. Легенда о несметных книжных богатствах великого князя снова ожила под пером анонимного автора «Истории русов» – замечательного украинского литературного памятника XVIII века, которым зачитывались К. Рылеев, А. Пушкин, Н. Гоголь и Т. Шевченко.

В литературе по истории книги и библиотечного дела приводится немало сведений о поисках библиотеки Ярослава Мудрого. «Клад Ярослава» искали с очень давних пор. В начале ХХ века возле северо-западного угла собора осела почва и показалась галерея, выложенная из камня. Этой подземной галереей заинтересовались члены Киевского общества охраны памятников старины и искусства. В результате предпринятых археологических исследований удалось установить немало интересных и неожиданных фактов. В галерее были найдены различные предметы, свидетельствующие об особой древности подземелья, часть которого возникла, возможно, еще во времена Киевской Руси. Раскопки велись известными учеными А.Д. Эртелем и П.П. Покрышкиным. Они смогли расчистить только часть подземелья. В одном месте исследователи обнаружили небольшой кусочек березовой коры, своего рода берестяную грамоту, с весьма загадочной надписью: «А ще кто найде сей ход, тот найде великий клад Ярослав». Судя по характеру письма, запись была сделана в XVII веке. Она скорее всего оставлена кладоискателями, побывавшими в подземелье. Удалось обнаружить и еще одно рукописное свидетельство подобного рода. На стене ниши почерком начала XYIII века было нацарапано: «Выкопани гроши року» и поставлен какой-то непонятный знак. К сожалению, столь многообещающие раскопки пришлось прервать по причинам, не зависящим от ученых. Провал, ведущий в подземелье, был засыпан, и о находках скоро забыли. В 1915 году известный русский спелеолог И. Я. Стеллецкий, долгое время занимавшийся поисками библиотеки Ивана Грозного, снова обратил внимание на подземный ход, который вел под Софийский собор. Ученый предположил наличие в подземелье остатков библиотеки Ярослава Мудрого, но землевладелец, на чьей территории ход начинался, запретил производить раскопки. В 1925 году профессор В.Г. Ляскоронский обнаружил на территории собора огромный погреб, где было найдено много древних вещей. По-видимому, с остальными подземельями этот погреб не сообщался, так как никакого хода найти не удалось. Поиски В.Г. Ляскоронского почти ничего нового не прибавили к находкам и выводам его предшественников. Изучение подземелий собора Святой Софии на этом, к сожалению, закончились. И тайна клада Ярославова до сих пор не разгадана. И – кто знает – может быть, дальнейшие систематические поиски помогут обнаружить остатки первой русской библиотеки.

Библиотека при Киевском Софийском соборе – центре митрополии – имела большое значение для всей русской церкви и ее управления. Это было самое полное для того времени собрание книг Киевской Руси. По рукописям, хранившимся в этой библиотеке, списывались новые книги, выверялись находившиеся в обращении тексты, делались переводы. Библиотека являлась не только центральным книгохранилищем митрополии, но и государственной библиотекой, осуществлявшей сбор и хранение важнейших государственных документов.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. История библиотечного дела (2)

    Документ
    История библиотечного дела Герценка: Вятские ... собственном достоинстве. Очерки по истории библиотечно-библиографической интеллигенции XX века ... библиотечного дела; Зе- лов Н.С. Документы о российских меценатах в личных фондах ГАРФ; Дмитриева К.А. История ...
  2. История библиотечного дела северной осетии

    Документ
    ИСТОРИЯ БИБЛИОТЕЧНОГО ДЕЛА СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ Кавказ, ... обходиться без книги. История библиотечного дела дореволюционного Владикавказа является одним ... уважения. Их вклад в историю развития библиотечного дела дореволюционного Владикавказа огромен. Среди ...
  3. История библиотечного дела

    Учебное пособие
    ... является история отдельных библиотечных учреждений, историческая динамика библиотечного социального института, развитие библиотечных идей. История библиотечного дела тесно ...
  4. Председатель ИСТОРИЯ БИБЛИОТЕЧНОГО ДЕЛА В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ Учебно-методический комплекс по специальности 071201 «Библиотечно-информационная деятельность»

    Учебно-методический комплекс
    ... в. 16. Международное библиотечно-библиографическое сотрудничество: история и современность. по курсу «История библиотечного дела в России» 1. Библиотечное дело Древней Руси ...
  5. «Библиотечное дело» Основное содержание курса

    Документ
    «Библиотечное дело» Основное содержание курса Тема 1. История книги и библиотеки. (2 часа) Письменность и книжное дело на Руси ... .) Распространение книгопечатания на Руси. Тема 2. История библиотечного дела за рубежом. (2 часа) Зарождение библиотек ...

Другие похожие документы..