Главная > Документ

1

Смотреть полностью

Игорь Дроговоз

ЖЕЛЕЗНЫЙ КУЛАК РККА”

Танковые и механизированное корпуса Красной Армии 1932-41 гг.

Техника-молодежи”, 1999 г.

СОДЕРЖАНИЕ

Создание автобронетанковых войск РККА

Механизированные корпуса

Танковый парк на кануне войны

Противник

Механизированные корпуса в бою

Северо-западный фронт

Западный фронт

Юго-западный фронт

Южный фронт

Моторизованные дивизии

Танковые дивизии

Заключение

Приложение

Список использованной литературы

Список использованных сокращений.

Накануне Второй Мировой войны Советская страна располагала самыми мощными в мире бронетанковыми силами. Под стать им были и возможности отечественной промышленности, доказавшей способность к выполнению самых грандиозных планов и успевшей дать армии десятки тысяч машин. Танковая мощь, насчитывающая в несколько раз больше единиц бронетехники, чем все остальные армии мира, вместе взятые, была сведена в крупные ударные соединения - корпуса и дивизии, была разработана тактика их применения и получен известный боевой опыт. Все они просуществовали недолго, сгорев в пламени боев первых месяцев Великой Отечественной войны, но оставили заметный след в ее истории. В данной работе делается попытка рассмотреть короткую историю механизированных корпусов 1940-1941 гг. формирования, их структуру и опыт боевого применения, прослежены судьбы входивших в них танковых и моторизованных дивизий, на основе архивных материалов, боевых донесений, сводных отчетов, формуляров частей и соединений, свидетельств очевидцев и участников боев.

СОЗДАНИЕ АВТОБРОНЕТАНКОВЫХ ВОЙСК РККА

Первые танки появились в Красной армии в годы гражданской войны. Это были трофейные машины, захваченные в боях и использовавшиеся затем против бывших владельцев. Впервые в бою они были применены в ходе советско-польской войны 4 июля 1920 г., когда в районе Полоцка наступление 33 СД поддержали 3 танка “Рикардо” (такое наименование получили в РККА английские Мk.V) 2-го автобронетанкового отряда. К концу 1920 г. в составе Красной армии насчитывалось уже 55 автомобильных и 10 автотанковых отрядов, имевших на вооружении английские Mk.V, французские Renault FT.17 и бронеавтомобили. В мае 1921 г. приказом РВС было создано Управление начальника бронесил РККА, которому также были подчинены бронепоезда, количество которых было в пределах 105-120 единиц. Всего Броневые Силы республики имели около 29 тысяч личного состава в 208 отрядах. В ходе послевоенного перехода на штаты мирного времени летом 1923 г. Броневые Силы были расформированы. Отряды бронеавтомобилей передали в кавалерию, а танки и бронепоезда в пехоту и артиллерию, соответственно.

В том же году все автотанковые отряды сведены в Отдельную эскадру танков (само название говорит о том, что многие военные специалисты видели большое сходство между танками и боевыми кораблями и способами их применения). В 1924 г. эскадра была переведена на полковую систему. Танковый полк имел в своем составе 2 танковых батальона (линейный и учебный) и подразделения обслуживания, всего 356 человек, 18 танков. В последующие годы было развернуто еще несколько танковых полков трехбатальонного состава. Начался период поиска наиболее эффективных организационных форм танковых сил, который затянулся на 20 лет, вплоть до начала Великой Отечественной войны. Да и в ходе войны и после нее организационная структура бронетанковых войск еще неоднократно претерпевала многочисленные изменения.

Развитие автобронетанковых войск тормозило отсутствие собственных образцов бронетанковой техники. Так, к 1927 г. танковый парк РККА был представлен всего 90 машинами трофейных марок “Рикардо”, “Тейлор” и “Рено”.

Но трофейные машины уже порядком износились, а так как новых поступлений из-за границы не было, встал вопрос о создании собственных образцов бронетанковой техники. С этой целью в апреле 1924 г. создается Военно-техническое управление (ВТУ) РККА. 22 ноября 1929 г. ВТУ преобразовано в Управление Механизации и Моторизации Армии (УММА). Возглавил его командарм 2-го ранга (с 1935 г.) И.А.Халепский. Позже его должность стала называться - начальник Автобронетанкового Управления (АБТУ) РККА. Это Управление сделало очень много для создания танковых войск СССР, хотя судьба самого Халепского была печальной - в 1937 г. он был арестован, а в 1938 г. расстрелян.

Еще в 1927 г. под руководством начальника Генштаба РККА М.Н.Тухачевского был разработан 5-летний план развития вооруженных сил до 1932 г., но, как ни странно, первоначально танки в нем не упоминались. Впрочем, тогда еще было не ясно, какими им быть и насколько скоро промышленность освоит их производство. Ошибку исправили, и в окончательном варианте плана намечалось в течение пятилетки выпустить 1075 танков.

18 июля 1928 г. Реввоенсовет принял за основу ";Систему танко-, тракторо-, авто-, броневооружения РККА";, составленную под руководством заместителя начальника Генштаба В.К.Триандафилова, известного как убежденного сторонника “броневого дела”. Она действовала до конца 30-х годов в нескольких последовательных редакциях на каждую пятилетку.

30 июля 1928 г. Совнарком утвердил первый пятилетний план развития и реконструкции Вооруженных Сил СССР на 1928-32 гг. Согласно ему, к концу пятилетки, помимо выпуска 1075 танков, необходимо было сформировать дополнительно 3 новых танковых полка. В июле 1929 г. этот план был пересмотрен в сторону увеличения - к концу пятилетки в Красной Армии должно было быть 5,5 тысяч танков. В действительности за 1929-1933 гг. промышленность выдала 7,5 тысяч танков.

К 1932 г. Реввоенсовет уже предусматривал иметь в составе бронетанковых войск: 3 механизированные бригады (МБР), 30 смешанных танковых батальонов (32 легких и 34 средних танка в каждом), 4 тяжелых танковых батальона (35 танков в каждом) Резерва Главного Командования (РГК) и 13 механизированных полков в кавалерии.

Появление в больших количествах собственных образцов бронетехники позволило приступить к созданию новых организационных структур танковых войск. 17 июня 1929 г. Реввоенсовет по предложению В.К.Триандафилова принимает постановление, в котором говорилось: “Принимая во внимание, что новый род оружия, каким являются броне силы, недостаточно изучен как в смысле тактического его применения (для самостоятельного и совместно с пехотой и конницей), так и в смысле наиболее выгодных организационных форм, признать необходимым организовать в 1929-1930 гг. постоянную опытную механизированную часть.” Через месяц документ был утвержден ЦК ВКП(б), причем помимо прочего оговаривалась и минимальная программа выпуска 3,5 тысяч танков в годы первой пятилетки.

Во исполнение постановления в 1929 г. был сформирован опытный механизированный полк, состоявший из батальона танков МС-1, автобронедивизиона БА-27, мотострелкового батальона и авиаотряда. В этом же году полк принял участие в учениях Белорусского военного округа (БелВО).

В мае 1930 г. полк развертывается в 1-ю механизированную бригаду, в дальнейшем получившую имя К.Б.Калиновского - первого командира бригады. Её первоначальный состав - танковый полк (двухбатальонного состава), моторизованный полк пехоты, разведывательный батальон, артиллерийский дивизион и специализированные подразделения. На вооружении бригада имела 60 МС-1, 32 танкетки, 17 БА-27, 264 автомашины, 12 тракторов. В 1931 г. организационно-штатная структура была усилена. Теперь 1-я МБР включала в свой состав:

1) ударную группу - танковый полк, состоявший из двух танковых батальонов и двух дивизионов самоходной артиллерии (из-за отсутствия САУ оснащены буксируемыми 76-мм пушками на автотяге);

2) разведывательную группу - батальон танкеток, автоброневой дивизион, автопулеметный батальон и артиллерийский дивизион;

3) артиллерийскую группу - 3 дивизиона 76-мм пушек и 122-мм гаубиц, дивизион ПВО;

4) батальон пехоты на автомашинах.

Численность личного состава составляла 4700 человек, вооружение: 119 танков, 100 танкеток, 15 бронеавтомобилей, 63 самоходные зенитно-пулеметные установки, 32 76-мм пушки, 16 122-мм гаубицы, 12 76-мм и 32 37-мм зенитных орудия, 270 автомашин, 100 тракторов.

В это же время (1932 г.) были сформированы 4 танковых полка трехбатальонного состава: 1-й в Смоленске, 2-й - в Ленинграде, 3-й - в МВО, 4-й - в Харькове, 3 отдельных территориальных танковых батальона. В кавалерийских соединениях было создано 2 механизированных полка, 2 механизированных дивизиона и 3 механизированных эскадрона. Однако все это было только началом. В духе тогдашнего подъема предусматривались гораздо более масштабные меры.

1 августа 1931 г. Совет Труда и Обороны СССР принял “Большую танковую программу”, в которой говорилось, что достижения в области танкостроения (рост производства танков - 170 ед. в 1930 г., появление новых образцов БТТ) создали прочные предпосылки к коренному изменению общей оперативно-тактической доктрины по применению танков и потребовали решительных организационных изменений автобронетанковых войск в сторону создания высших механизированных соединений, способных самостоятельно решать задачи как на поле сражения, так и на всей оперативной глубине современного боевого фронта. Новая быстроходная материальная часть создала предпосылки к разработке теории глубокого боя и операций.” Планы были под стать названию: в первый же год предполагалось дать армии 10 тысяч машин. Этим же постановлением была создана комиссия для разработки организации автобронетанковых войск (АБТВ), которая на совещании 9 марта 1933 г. рекомендовала иметь в РККА механизированные корпуса, состоящие из мехбригад, танковые бригады РГК, механизированные полки в кавалерии, танковые батальоны в стрелковых дивизиях.

Наряду с изменениями оргштатной структуры АБТВ менялись и взгляды на применение танков. В 20-е годы основным принципом боевого применения танков считалось их тесное взаимодействие с пехотой. Вместе с тем, уже во “Временной инструкции по боевому применению танков” 1928 г., предусматривалось использование танков и в качестве так называемой свободно маневрирующей группы передового эшелона, действующего вне огневой и зрительной связи с пехотой. Это положение было включено в Полевой устав РККА в 1929 г.

В конце 20-х годов благодаря трудам В.К.Триандафилова и главного инспектора танковых войск (1-й замначальника УММА) К.Б.Калиновского была сформулирована “Теория наступления современных армий в современной войне” (более известна как “Теория глубокого боя и операций”), суть которой выражалась решением двух задач:

1. Взлом фронта противника одновременным ударом на всю его тактическую глубину.

2. Немедленный ввод в прорыв механизированных войск, которые во взаимодействии с авиацией должны наступать на всю глубину оперативной обороны противника до поражения всей его группировки.

Вместе с тем эта военная доктрина, при всей ее прогрессивности, была очевидным отражением царивших тогда настроений и “пролетарской стратегии сокрушения”, провозглашенной Сталиным и Ворошиловым, не предполагая другой картины событий, что и сыграло трагическую роль спустя десятилетие.

Гибель Триандафилова и Калиновского в 1931 г. в авиакатастрофе прервала их плодотворную деятельность.

С начала 30-х годов начинается новый этап развития теории применения АБТВ. Эти проблемы обсуждались на страницах журналов “Механизация и моторизация РККА”, “Автобронетанковый журнал”, “Военная мысль” и других. Активное участие в дискуссии приняли С.Н.Аммосов, А.Е.Громыченко, П.Д.Гладков, А.А.Игнатьев, П.А.Ротмистров, И.П.Сухов и другие. Результатом ее стало создание официальной теории, закрепленной в наставлениях по боевому применению АБТВ 1932-1937 гг. и в Полевых уставах РККА 1936-1939 гг. Ими предусматривались три основные формы боевого применения танковых войск:

а) в тесном взаимодействии с пехотой или конницей в качестве групп их непосредственной поддержке (танковые группы НПП, НПК);

б) в тактическом взаимодействии со стрелковыми и кавалерийскими частями и соединениями в качестве групп их дальней поддержки (танковые группы ДПП);

в) в оперативном взаимодействии с крупными общевойсковыми объединениями (армия, фронт) в составе самостоятельных механизированных и танковых соединений.

Масштабные задачи требовали новых организационных структур. Крупным шагом стало появление качественно новых более мощных тактических соединений - механизированных корпусов, позволявших реализовать выдвинутые требования. 11 марта 1932 г. Реввоенсовет принял решение сформировать два мехкорпуса следующего состава:

- механизированная бригада на Т-26:

- 3 танковых батальона;

- стрелково-пулеметный батальон (СПБ);

- артиллерийский дивизион;

- саперный батальон;

- зенитно-пулеметная рота.

- механизированная бригада на БТ (состав тот же);

- стрелково-пулеметная бригада (СПБР);

- разведывательный батальон;

- саперный батальон;

- огнеметный батальон;

- зенитно-артиллерийский дивизион;

- техническая база;

- рота регулирования движения;

- авиаотряд.

В апреле 1932 г. Комиссия Обороны при СНК СССР по докладу Реввоенсовета приняла постановление по формированию мехкорпусов. Первый механизированный корпус был развернут в ЛенВО на базе 11-й Краснознаменной Ленинградской стрелковой дивизии (СД) осенью 1932 г. В состав 11-го МК вошли 31, 32 МБР и 33-я СПБР. Одновременно в Украинском ВО на базе 45-й Краснознаменной Волынской СД началось формирование 45-го МК (133, 134 МБР, 135 СПБР).

В том же, 1932 г. началось формирование пяти отдельных МБР - 2-й - в Украинском ВО; 3, 4, 5-й - в БелВО; 6-й - в ОКДВА; двух танковых полков, четырех механизированных дивизионов кавалерии, 15 танковых и 65 танкетных батальона для стрелковых дивизий.

Из-за обострения обстановки на Дальнем Востоке 11-й мехкорпус, вернее одна 32-я МБР (31-я МБР и 33-я СПБР остались в ЛенВО), был переброшен на советско-монгольскую границу в Забайкалье, где в его состав вошла 20-я МБР, сформированная в 1933 г. в МВО и переведена затем в район Кяхты - ставший местом дислокации всего 11-го МК.

К 1 января 1934 г. в РККА имелось 2 мехкорпуса, 6 мехбригад, 6 танковых полков, 23 танковых батальона и 37 отдельных танковых рот стрелковых дивизий, 14 мехполков и 5 мехдивизионов в кавалерии. Укомплектованность их всех была на уровне 47% от штатной.

В 1933 г. был принят план развития РККА на 2-ю пятилетку, который предусматривал иметь к 1 января 1938 г. 25 механизированных и танковых бригад (переформировывались из танковых полков). Поэтому в 1934 г. было сформировано еще два мехкорпуса - 7-й в ЛенВО на базе 31-й МБР и 32 СПБР, 5-й МК в МВО был переформирован из 1-й МБР, с оставлением имени К.Б.Калиновского. В следующем, 1935 г., мехкорпуса были переведены на новые штаты, поскольку опыт показал, что они малоподвижны и плохо управляемы из-за недостатка средств связи. Низкая надежность матчасти и плохая обученность личного состава приводили к выходу из строя большого количества танков на марше. Было сокращено число корпусных частей, а функции снабжения и техобеспечения передавались в бригады, что было весьма существенным для сопровождения деятельности и покрытия всех потребностей эксплуатации боевых частей.

Для повышения подвижности танки Т-26 в корпусах с февраля 1935 г. были заменены более быстроходными колесно-гусеничными БТ. Теперь мехкорпус состоял из управления, двух МБР, СПБР, отдельного танкового батальона (разведывательного) и батальона связи. По штату он должен был иметь 8965 человек личного состава, 348 танков БТ, 63 Т-37, 52 химических танка (так тогда именовались огнеметные танки) ОТ-26. Всего 463 танка, 20 орудий, 1444 автомашины. Эти меры позволили повысить мобильность мехкорпусов, но проблем управления частями не решили.

Отдельные мехбригады стали иметь в своем составе:

- три танковых батальона;

- стрелково-пулеметный батальон;

- батальон боевого обеспечения;

- ремонтно-восстановительный батальон;

- автотранспортную роту;

- роту связи;

- разведывательную роту.

По штату в бригаде имелось 2745 человек, 145 Т-26, 56 артиллерийских и химических танков, 28 БА, 482 автомашины и 39 тракторов.

К 1936 г. АБТВ выросли качественно и количественно - и если в 1927 г. в их составе имелось 90 танков и 1050 автомобилей, то в 1935 г. было уже более 8 тысяч танков и 35 тысяч автомашин.

В 1936 г. танковый парк АБТВ РККА состоял из следующих машин:

- разведывательный плавающий танк Т-37 - основной танк службы обеспечения всех мехсоединений и средство боевой разведки пехоты;

- общевойсковой танк Т-26 - основной танк количественного усиления РГК и танк общевойсковых соединений;

- оперативный танк БТ - танк самостоятельных мехсоединений;

- Т-28 - танк качественного усиления РГК, предназначенный для преодоления сильно укрепленных оборонительных полос;

- Т-35 - танк качественного усиления РГК при прорыве особо сильных и заблаговременно укрепленных полос;

- химические танки; *

- саперные танки;

- танки управления и телетанки с радиоуправлением.

* Так тогда именовались огнеметные машины и танки, предназначенные для ведения химической войны с заражением местности ОВ и её дегазации.

Большой вред развитию автобронетанковых войск принесли сталинские репрессии, нанесшие огромный урон командным и техническим кадрам. Были арестованы и расстреляны: командир 45-го МК комдив А.Н.Борисенко, командир 11-го МК комдив Я.Л.Давидовский, командир 8-й МБР комдив Д.А.Шмидт, командир МБР Уральского ВО комдив М.М.Бакши, начальник АБТВ ОКДВА комдив С.И.Деревцов, первый начальник АБТУ РККА И.А.Халепский, сменивший его на этом посту комдив Г.Г.Бокис и многие, многие другие.

В 1937 г. был принят 3-й пятилетний план развития и реконструкции РККА на 1938-42 гг. Им предусматривалось:

1) сохранение имеющегося числа танковых соединений - 4 корпуса, 21 танковая бригада, а также три отдельные МББР на бронемашинах (сформированные в 1937 г. в Забайкальском ВО для действий в условиях пустынно-степной местности, затем передислоцированные в Монголию, в каждой имелось по 80 БА. Базировались (1939 г.) 7-я МББР - Дзамин-Уде, 8-я - Баин-Тумен, 9-я - Ундурхан).

2) создание вместо учебных бригад - одиннадцати учебных танковых полков.

3) переход на усиленные танковые взводы с пятью машинами вместо прежних трех.

4) установить штатную численность танков на уровне: легкотанковая бригада - 278 танков БТ, танковая бригада - 267 Т-26, тяжелотанковая бригада - 183 (136 Т-28, 37 БТ, 10 химических), бригада Т-35 - 148 (94 Т-35, 44 БТ и 10 химических), танковый полк - от 190 до 267 танков.

5) ввести в состав каждой стрелковой дивизии танковый батальон двух ротного состава (Т-26 и Т-38), а в кавалерийскую дивизию - танковый полк.

6) устранить деление названий на механизированные и танковые части, сохранив одно название - танковые.

7) легкотанковые бригады (в том числе и в составе танковых корпусов) перевести на новую организацию:

- 4 танковых батальона по 54 линейных и 6 артиллерийских танков в каждом;

- разведывательный;

- мотострелковый батальоны;

- подразделения обеспечения.

В 1938 г. все мехкорпуса, бригады, полки были переименованы в танковые со сменой нумерации - к примеру, 32-я МБР ЗабВО превратилась в 11-ю ТБР. К началу 1939 г. в РККА имелось 4 танковых корпуса (ТК) - 10-й - в ЛенВО, 15-й - в ЗапВО, 20-й - в ЗабВО, 25-й - в КВО. По штату корпус имел 560 танков и 12710 человек личного состава.

В августе 1938 г. танкистам ОКДВА пришлось вступить в бой. Во время конфликта в районе озера Хасан, в боях с японцами участвовала 2-я МБР (сформирована в апреле 1932 г. в Киеве, в 1934 г. переброшена на Дальний Восток, в октябре 1938 г. преобразована в 42-ю ЛТБР).

Летом 1939 г. в конфликте на реке Халхин-Гол приняли участие 6-я и 11-я танковые бригады ЗабВО в составе 1-й армейской группы. Они сыграли главную роль в окружении и разгроме 6-й японской армии, показав высокие боевые качества. Были и потери - так 11-я ТБР потеряла в боях 186 танков, из них 84 - безвозвратно. За эти бои 11-я ТБР была награждена орденом Ленина и ей присвоили имя комбрига Яковлева, погибшего в бою. 6-я ТБР стала Краснознаменной.

Боевые действия 1938-1939 гг. показали недостатки в организации войск. 8-22 августа 1939 г. эти вопросы обсуждала специальная комиссия под председательством заместителя НКО Г.И.Кулика. В нее входили - С.М.Буденный, Б.М.Шапошников, Е.А.Щаденко, С.К.Тимошенко, М.П.Ковалев, К.А.Мерецков и другие. Она решила:

“1. Танковый корпус оставить, исключив из его состава стрелково-пулеметную бригаду. Исключить стрелково-пулеметный батальон из состава танковой бригады.

2. В наступлении при развитии прорыва танковый корпус должен работать на пехоту и кавалерию. В этих условиях, танковые бригады действуют в тесной связи с пехотой и артиллерией. Танковый корпус иногда может действовать и самостоятельно, когда противник расстроен и не способен к обороне.”

Было рекомендовано использовать для самостоятельных действий танковые бригады, вооруженные танками БТ, а для усиления стрелковых войск - бригады танков Т-26 и Т-28. Нетрудно заметить в этом усиление в руководстве РККА роли “кавалеристов” сталинского окружения, пришедших на смену выбитым командным кадрам. Как бы то ни было, вскоре следующая военная компания позволила проверить возможности танковых войск почти в полном соответствии с первоначальным назначением и едва ли не в полигонных условиях.

В сентябре 1939 г. в походе на Западную Украину и Западную Белоруссию участвовали: в составе Белорусского фронта - 15-й танковый корпус (2-я, 27-я ЛТБР, 20-я МСБР) под командованием комдива М.П.Петрова, 6-я легкотанковая бригада п-ка Болотникова и другие части; в составе Украинского фронта - 25-й танковый корпус (4-я, 5-я ЛТБР, 1-я МСПБР) п-ка И.О.Яркина, 23-я, 24-я, 26-я легкотанковые бригады.

Поход показал, что командиры корпусов с большим трудом руководили действиями танковых бригад, а их подвижность оставляла желать большего. Особенно это касалось соединения п-ка И.О.Яркина, танкисты которого отставали даже от пехоты и кавалерии, из-за нераспорядительности командования оказывались в их тылах, а порой скоплением своих машин забивали дороги преграждали путь другим частям. Очевидной была необходимость “разгрузки” громоздких объединений и переход на более “управляемые” и подвижные в оперативном отношении формы. На основании этого Главный военный совет 21 ноября 1939 г. признал необходимым расформировать управления танковых корпусов и стрелково-пулеметные бригады. Вместо корпусов была введена более гибкая структура - моторизированная дивизия (очевидное влияние опыта германского “союзника” по польской компании - соединения вермахта быстро доказали свою эффективность). В 1940 г. планировалось сформировать 8 таких дивизий, а в 1941 г. - следующие 7, которые предполагалось использовать для развития успеха общевойсковой армии или в составе конно-механизированной группы (фронтовая подвижная группа). Управления танковых корпусов и корпусные части расформировывались к 15 января 1940 г. Вместе с тем сохранялись танковые бригады. Еще 22 августа 1939 г. НКО К.Е.Ворошилов направил доклад Сталину, в котором предложил сформировать 16 танковых бригад, оснащенных танками БТ, 16 ТБР Т-26 РГК по 238 танков в каждой, 3 ТБР Т-28 РГК по 117 Т-28 и 39 БТ, 1 ТБР Т-35 РГК из 32 Т-35 и 85 Т-28. Эти предложения были утверждены и в качестве основной единицы автобронетанковых войск принята танковая бригада. Количество танков по штату позднее было изменено - в легкотанковой бригаде - 258 машин, в тяжелых - 156. К маю 1940 г. было развернуто 39 танковых бригад и 4 моторизированные дивизии - 1, 15, 81, 109-я.

Зимой 1939-1940 гг. танкистам выпало еще одно испытание - советско-финляндская война, где им пришлось действовать в самых неподходящих для танков условиях. Начало войны прервало начатое реформирование и ликвидацию корпусов. На Карельском перешейке вели боевые действия 10-й танковый корпус (1, 13 ЛТБР, 15 СПБР), 34-я ЛТБР, 20-я танковая бригада и другие соединения. 20-я бригада в сентябре 1939 г. была переброшена из Слуцка в ЛенВО и имела в своем составе 145 Т-28 и 20 БА-20, с 13.12.1939 г. в ней проходили испытания новые тяжелые танки - КВ, СМК и Т-100. Потери бригады в боях составили 96 Т-28.

Общие потери Красной Армии на Карельском перешейке в период с 30.11.1939 г. по 10.03.1940 г. составили 3178 танков.

К маю 1940 г. в РККА имелось 39 танковых бригад - 32 легкотанковые, 3 - оснащенные танками Т-28, одна (14-я тяжелая ТБР) - танков Т-35 и Т-28 и три, на вооружении которых имелись химические танки. В 20-ти кавалерийских дивизиях имелось по танковому полку (всего 64 батальона), а в стрелковых дивизиях - 98 отдельных танковых батальонов.

Но на этом преобразования не закончились. Наоборот, в 1940 г. началась новая кардинальная перестройка организационных форм АБТВ. В июне 1940 г. в НКО СССР был рассмотрен опыт применения танков на Халхин-Голе, боевых действий немецких танковых войск в Европе. Новое руководство НКО во главе с С.К.Тимошенко решило в кратчайшие сроки догнать и перегнать Вермахт по количеству и качеству бронетанковых войск. Основной ударной силой их должны были стать танковые дивизии, объединенные в мехкорпуса.

Механизированные корпуса

9 июня 1940 г. НКО СССР С.К.Тимошенко утвердил план формирования мехкорпусов и передал свои предложения в СНК СССР. 6 июля 1940 г. вышло постановление СНК СССР №1193-464сс, в котором говорилось:

“СНК СССР постановляет:

1. Утвердить организацию механизированного корпуса в составе двух танковых дивизий, моторизованной дивизии, мотоциклетного полка, одной авиаэскадрильи, дорожного батальона и батальона связи корпуса. Механизированному корпусу придать одну авиабригаду в составе 2-х ближнебомбардировочных и одного истребительного авиаполков.

2. Утвердить организацию танковой дивизии механизированного корпуса и отдельной танковой дивизии в составе:

а) 2-х танковых полков по одному батальону тяжелых танков (в каждом), 2-х батальонов средних танков и батальону огнеметных танков в каждом полку;

б) одного моторизованного полка в составе 3-х стрелковых батальонов и одной 6-орудийной батареи полковой артиллерии;

в) одного артиллерийского полка в составе 2-х дивизионов: одного дивизиона 122-мм гаубиц и одного дивизиона 152-мм гаубиц;

г) зенитного дивизиона, разведывательного батальона, мостового батальона и тыловых частей обслуживания...

3. Моторизованную дивизию иметь в составе и организации, утвержденной постановлением Комитета Обороны от 22 мая 1940 г. №215сс.

4. Утвердить штатную численность:

а) управления механизированного корпуса с мотоциклетным полком на мирное время - 2662 человек, и на военное время - 2862 человек;

б) танковой дивизии на мирное время - 10943 человек, и на военное время - 11343 человек;

в) моторизованной дивизии на мирное время - 11000 человек, на военное время - 12000 человек.

5. Всего в РККА иметь 8 механизированных корпусов и 2 отдельные танковые дивизии, всего 8 управлений мехкорпусов с мотоциклетным полком и корпусными частями, 18 танковых дивизий и 8 моторизованных дивизий...”

На формирование танковых дивизий были обращены имевшиеся танковые бригады, главным образом в пограничных военных округах. Моторизованные дивизии создавались на базе стрелковых. Личный состав и командные кадры поступали из расформированных кавалерийских дивизий и корпусов. В 1940 г. это были: в Западном Особом ВО - управление 3-го кавалерийского корпуса, 7-я Самарская, 11-я имени Морозова, 4-я Донская казачья кавдивизия, в КОВО - управление 4-го кавалерийского корпуса, 16-я Сибирская и 34-я кавалерийская дивизия, в ЛенВО - 25-я КД, в СКВО - 10-я Терско-Ставропольская, 12-я Кубанская казачья КД, в ДВО - 31-я КД, в ЗабВО - 15-я, 22-я КД. На базе управления 4-го КК был сформирован 8-й мехкорпус КОВО. Командир 6-го КК А.И.Еременко стал командиром 3-го МК, формирование которого началось в ЗапОВО, а завершилось в ПрибВО. Многие кавалеристы в 1940 г. превратились в танкистов.

2-й мехкорпус, включавший в свой состав 11-ю и 16-ю ТД, 15-ю МД, 6-й МЦП, 182-й отдельный батальон связи, 49-й инженерный батальон формировался в Одесском военном округе на базе управления 55-го СК, 173-й СД, 4-й ТБР.

8-й мехкорпус КОВО был развернут на базе управления 4-го КК, 7-й СД, 14-й тяжелой и 23-й легкотанковой бригад.

Всего до конца 1940 г. были развернуты следующие мехкорпуса:

1-й - в ЛенВО - 1, 3 ТД, 163 МД, 5 МЦП

2-й - в ОдВО - 11, 16 ТД, 15 МД, 6 МЦП

3-й - в ПрибВО - 2, 5 ТД, 84 МД

4-й - в КОВО - 8, 32 ТД, 81 МД, 3 МЦП

5-й - в ЗабВО - 13, 17 ТД, 109 МД, 8 МЦП

6-й - в ЗапОВО - 4, 7 ТД, 29 МД, 4 МЦП

7-й - в МВО - 14, 18 ТД, 1 МСД, 9 МЦП

8-й - в КОВО - 12, 34 ТД, 7 МД, 2 МЦП

В Закавказском округе формировалась 6-я танковая дивизия, в Среднеазиатском - 9-я ТД. В конце 1940 г. в КОВО был дополнительно развернут 9-й мехкорпус.

Каждый мехкорпус в случае полного укомплектования имел огромную ударную мощь. По штату 1941 г. в нем должно было быть - 36000 человек, 1031 танк (120 тяжелых, 420 средних, 316 БТ, 17 легких и 152 химических), 358 орудий и минометов, 268 бронеавтомобилей БА-10, 116 БА-20.

Идея массированного применения танков в конце 30-х годов овладела умами многих военных теоретиков и начала обретать организационные формы. В Германии в 1935 г. были сформированы первые три танковые дивизии, имевшие по 500 танков каждая. Затем по мере развертывания новых танковых соединений численность танков в дивизиях сокращалась. В 1939 г. в ней было 324 танка. В 1937-38 гг. началось формирование легких пехотных дивизий каждая из которых имела в своем составе 86 танков. По мере поступления танков они были переформированы в танковые. В 1939 г. в Германии создаются первые моторизованные корпуса, состав которых не был постоянным, а затем и танковые группы. К 1941г. численность танков в танковой дивизии была снижена до 147-209 единиц, чем достигалась большая гибкость и подвижность танковых соединений при одновременном росте их числа.

Во Франции к 10 мая 1940 г. были сформированы 3 легкие механизированные и 4 бронетанковые дивизии. Бронетанковая дивизия насчитывала до 200 танков, механизированная - 260 танков и бронемашин. Полностью завершить формирование этих соединений французам не удалось. В Англии в 1940 г. началось формирование бронетанковых дивизий, каждая из которых имела до 300 танков. В США в 1940 г. началось формирование первых бронетанковых дивизий. К концу 1941 г. их уже имелось 4. В Японии к 1940 г. были созданы 2 танковые группы.

По взглядам советского военного руководства мехкорпуса представляли собой основное ударное средство сухопутных войск. В наступлении мехкорпус предусматривалось использовать в качестве подвижных групп для развития наступления на большую глубину. Они должны были вводиться в прорыв, совершенный стрелковыми войсками, либо самостоятельно прорывать слабую оборону противника, а затем совместно с воздушно-десантными войсками при поддержке авиации развивать тактический прорыв в стратегический. Главными задачами мехкорпуса при действиях в оперативной глубине являлись разгром резервов противника и в первую очередь его подвижных соединений, нарушение управления и деморализация всего тыла вражеских войск на данном направлении, захват важных рубежей и объектов, овладение которыми обеспечивает наиболее быстрое достижение цели операции. Основной формой применения механизированного корпуса в оборонительной операции считалось нанесение мощных контрударов с целью уничтожения прорвавшихся группировок противника. Ощутимое “головокружение от успехов”, читавшееся в этих планах, подчиненных стратегии упреждающего удара, обернулось трагедией спустя считанные месяцы.

Большинство механизированных корпусов входило в состав армий прикрытия, будучи их главной ударной силой. Остальные находились в окружном подчинении, составляя в случае войны резерв командующих фронтами.

Эта реорганизация, призванная обеспечить РККА небывало мощную ударную силу, в конечном счете оказалась неудачной, как по несвоевременности в канун войны, так и по невозможности быстро завершить ее имевшимися ресурсами. Сама затея обернулась затянувшимся периодом переформирования, ротации людей и техники, что вело к снижению боеготовности уже сложившихся частей и соединений. Лучшее на пороге войны оказалось врагом хорошего.

Темпы развертывания мехкорпусов были очень высокими, что вызывало массу проблем. Из-за нехватки новых танков их пришлось забирать из танковых батальонов стрелковых дивизий, и танковых полков кавалерийских дивизий, лишив эти соединения главной ударной силы. Как признавал в своих мемуарах Г.К.Жуков, “мы не рассчитали объективных возможностей нашей танковой промышленности. Для полного укомплектования новых мехкорпусов требовалось 16,6 тысяч танков только новых типов, а всего около 32 тысяч танков. Такого количества машин в течении одного года практически при любых условиях взять было неоткуда, недоставало и технических, командных кадров”. Несмотря на это, вместо качественного совершенствования имевшихся БТ и Т-26 был выбран путь количественного наращивания сил и средств, без учета возможностей. Девяти корпусов командованию РККА показалось мало, хотя, будь они укомплектованы по штату, то в два с лишним раза превзошли бы танковые войска Германии по числу машин и могли решить исход любого сражения. Но вместо оснащения существующих мехкорпусов и их боевого слаживания в феврале 1941 г. Генштаб разработал еще более широкий план формирования бронетанковых и механизированных войск, предусматривающий создание еще 21 корпуса. Сталин не сразу поддержал этот план, утвердив его лишь в марте 1941 г. И с апреля 1941 г. началось массовое развертывание новых механизированных корпусов, для которых не было ни танков, ни командных кадров, ни обученных танкистов. Кадры спешно переучивали из других родов войск, что не лучшим образом сказывалось на уровне новоиспеченных экипажей, получивших мизерную практику эксплуатации танков. Для этого процесса были задействованы оставшиеся танковые бригады, и некоторые кавдивизии (так 27-й МК САВО создавался на базе 19-й КД). Но, если вчерашние артиллеристы, связисты и шофера все же годились на роль наводчиков и механиков-водителей, то на руководящие должности назначать было просто некого (вот когда сказались последствия “чисток” предыдущих годов). Командирские навыки, опыт и ответственность выковывались многолетней практикой, и в канун войны во многих штабах остались неукомплектованными даже ведущие отделы, включая оперативные и разведывательные (так было в 15, 16, 19 и 22-м мехкорпусах).

Командные кадры готовила Военная Академия Механизации и Моторизации (ВАММ) в Москве и годичные курсы при ней. Для подготовки командного и технического состава среднего звена расширялась сеть учебных заведений АБТВ. К 1941 г. в нее входили Орловское им.Фрунзе, 1-е Харьковское, 1-е и 2-е Саратовское, 1-е Ульяновское танковые, Киевское танко-техническое, Пушкинское авто техническое, Горьковское авто мотоциклетное, Полтавское тракторное училища.

В феврале-марте 1941 г. были развернуты: Казанское, Сызранское, Чкаловское, 2-е Ульяновское, 3-е Саратовское танковые, Ордженикидзеградское автомотоциклетное, Камышинское тракторное училища. Все они находились в ведении боевой подготовки АБТВ РККА и имели следующие профили подготовки:

- командиры танковых, автомобильных и мотоциклетных взводов;

- помощники командиров автомобильных и мотоциклетных рот по технической части (автомобильные техники);

- помощники командиров батарей по техчасти (тракторные техники).

Для усовершенствования командных кадров действовали:

- Ленинградские Краснознаменные бронетанковые курсы усовершенствования командного состава (ЛК БТКУКС), созданные в 1928 г. и готовившие командиров батальонов и рот, адъютантов батальонов.

- Казанские курсы усовершенствования военно-технического состава РККА (созданы в 1933 г.) - готовили помощников командиров танковых рот, батальонов по технической части, помощников командиров авторот и батальонов.

- Харьковские КУКС запаса танковых войск (созданы в марте 1941 г.) готовили командиров танковых рот и батальонов, адъютантов батальонов.

Но не смотря на все усилия, проблема командных и технических кадров была очень острой. Вот данные по некоторым соединениям на июнь 1941 г.: в 35-й ТД 9-го МК КОВО вместо 8 командиров танковых батальонов имелось 3 (укомплектованность 37%), командиров рот - 13 вместо 24 (54,2%), командиров взводов - 6 вместо 74 (8%). В 215-й МД 22-го МК КОВО не хватало 5 командиров батальонов, 13 командиров рот, укомплектованность младшим командным составом - 31%, техническим - 27%. 11-й мехкорпус ЗапВО был обеспечен командными кадрами на 36%. В 1940-1941 гг. Сталин пошел даже на то, чтобы выпустить из лагерей часть репрессированных командиров и направить их в мехкорпуса. К.К.Рокосовский из заключенного стал командиром 9-го мехкорпуса в КОВО.

Из-за быстрых темпов развертывания мехкорпусов не удавалось организовать боевое слаживание частей и подразделений. В декабре 1940 г., выступая на совещании высшего комсостава РККА, начальник АБТУ Я.Н.Федоренко отметил: “В этом году корпуса и дивизии отрабатывали вопросы вхождения в прорыв и наступления, но это только ознакомление, никакого боевого взаимодействия и сплоченности в этих вопросах еще нет”. Подготовку танковой роты в оборонительном и наступательном бою предполагалось завершить лишь к маю-июню 1941 г., а слаживание полка, дивизии и корпуса намечалось на более поздние сроки.

Организация боевых действий мехкорпусов в основном отрабатывалась на теоретических занятиях в ВАММ РККА им.И.В.Сталина, а будущий противник - танкисты Вермахта, в это время учились на полях сражений, отрабатывая тактику танковых клиньев и охватов.

К началу Великой Отечественной войны было сформировано 29 механизированных корпусов, имевших различную степень укомплектованности.

Механизированные корпуса РККА

МК

Место дислокации

Командир

Состав

1

ЛенВО Псков

г-м М.Л.Чернявский

1, 3 ТД, 163 МД, 5 МЦП

2

ОдВО Тирасполь

г-л Ю.В.Новосельский

11, 16 ТД, 15 МД, 6 МЦП

3

ПрибВО Вильнюс

г-м А.В.Куркин

2, 5 ТД, 84 МД, МЦП

4

КОВО Львов

г-м А.А.Власов

8, 32 ТД, 81 МД, 3 МЦП

5

ЗабВО Борзя

г-м И.П.Алексеенко

13, 17 ТД, 109 МД, 8 МЦП

6

ЗапВО Белосток

г-м М.Г.Хацкилевич

4, 7 ТД, 29 МД, 4 МЦП

7

МВО Москва

г-м В.И.Виноградов

14, 18 ТД, 1 МСД, 9 МЦП

8

КОВО Дрогобыч

г-л Д.И.Рябышев

12, 34 ТД, 7 МД, 2 МЦП

9

КОВО Новоград-Волынск

г-м К.К.Рокоссовский

20, 35 ТД, 131 МД, 32 МЦП

10

ЛенВО Ленинград

г-м И.Г.Лазарев

21, 24 ТД, 198 МД, 7 МЦП

11

ЗапВО Волковыск

г-м Д.К.Мостовенко

29, 33 ТД, 204 МД, 16 МЦП

12

ПрибВО Елгава

г-м Н.М.Шестопалов

23, 28 ТД, 202 МД, 10 МЦП

13

ЗапОВО Бельск-Подлясны

г-м П.Н.Ахлюстин

25, 31 ТД, 208 МД, 18 МЦП

14

ЗапОВО Кобрин

г-м С.И.Оборин

22, 30 ТД, 205 МД, 20 МЦП

15

КОВО Броды

г-м И.И.Карпезо

10, 37 ТД, 212 МД, 25 МЦП

16

КОВО Каменец-Подольск

к-д А.Д.Соколов

15, 39 ТД, 240 МД, 19 МЦП

17

ЗапОВО Барановичи

г-м М.П.Петров

27, 36, ТД, 209 МД, 22 МЦП

18

ОдВО Аккерман

г-м П.В.Волох

44, 47 ТД, 218 МД, 26 МЦП

19

КОВО Бердичев

г-м Н.В.Фекленко

40, 43 ТД, 213 МД, 21 МЦП

20

ЗапОВО Борисов

г-м А.Г.Никитин

26, 38 ТД, 210 МД, 24 МЦП

21

МВО Идрица

г-м Д.Д.Лелюшенко

42, 46 ТД, 185 МД

22

КОВО Ровно

г-м С.М.Кондрусев

19, 41 ТД, 215 МД, 23 МЦП

23

ОрВО Орел

г-м М.А.Мясников

48, 51 ТД, 220 МД, 27 МЦП

24

КОВО Проскуров

г-м В.И.Чистяков

45, 49 ТД, 216 МД, 17 МЦП

25

ХВО Харьков

г-м С.М.Кривошеин

50, 55 ТД, 219 МД, 12 МЦП

26

СКВО

52, 56 ТД, 103 МД, 27 МЦП

27

САВО Мары

г-м И.Е.Петров

9, 53 ТД, 221 МД, 31 МЦП

28

ЗКВО Тбилиси

6, 54 ТД, 236 МД, 13 МЦП

30

ДВФ

58, 60 ТД, 239 МД

Примечание: 5, 26, 27 МК в июне 1941 г. перебрасывались в приграничные округа в составе армий второго стратегического эшелона.

Большинство мехкорпусов не имело необходимого количества вооружения и боевой техники. Укомплектованность к середине июня 1941 г. составляла: по автомобилям - 39%, тракторам - 44%, ремонтным средствам - 29 %, мотоциклам - 17%.

О количественном составе танкового парка мехкорпусов говорит следующая таблица:

Мехкорпус

Округ

Количество

танков

Из них КВ и Т-34

Подчинение

1,10

ЛенВО

1506

15

Окружного подчинения

3,12

ПрибВО

1393

109

В составе 8 и 11 А

6

ЗапОВО

1021

352

В составе 10 армии

11

ЗапОВО

237

31

В составе 3 армии

13

ЗапОВО

294

-

В составе 10 армии

14

ЗапОВО

520

-

В составе 4 армии

17

ЗапОВО

36

-

Окружного подчинения

20

ЗапОВО

93

-

Окружного подчинения

4

КОВО

892

414

В составе 6 армии

8

КОВО

858

171

В составе 26 армии

9

КОВО

285

-

Окружного подчинения

15

КОВО

733

131

Окружного подчинения

16

КОВО

608

-

В составе 12 армии

19

КОВО

280

11

Окружного подчинения

22

КОВО

647

31

В составе 5 армии

24

КОВО

222

-

Окружного подчинения

2

ОдВО

489

60

В составе 9 армии

18

ОдВО

280

-

В составе 9 армии

7,21

МВО

1134

9

Окружного подчинения

25

ХВО

300

20

Окружного подчинения

23

ОрВО

413

21

Окружного подчинения

26

СКВО

184

-

Окружного подчинения

28

ЗКВО

869

-

Окружного подчинения

27

САВО

356

-

Окружного подчинения

5+57,61 ТД

ЗабВО

2602

-

В составе 16 армии

30+59,69 ТД

ДВФ

2969

-

Окружного подчинения

В других источниках встречаются иные цифры. Так по данным Владимирского, в 9-м МК КОВО имелось 300 танков, в 19-м МК - 450, в 22-м МК - 707. Как видим различие довольно большое.

Наибольшее количество танков было в мехкорпусах КОВО, что вполне соответствовало точке зрения Сталина о том, что в случае войны главный удар немцы нанесут на Украине. Поэтому юго-западное направление считалось основным. 4-й и 8-й мехкорпуса имели одних только КВ и Т-34 около 600 штук и более 1000 танков других марок.

Много хлопот доставляла пестрота танкового парка корпусов. Многие машины были сняты с производства, к ним прекратили выпускать запасные части. Новые танки - КВ, Т-34 только поступали в войска и были еще слабо освоены личным составом.

В связи с тем, что укомплектование мехкорпусов затягивалось, Генштаб 16 мая 1941 г. направил в войска директиву, согласно которой в целях усиления противотанковых возможностей войск 50 танковых полков мехкорпусов до получения ими танков вооружались 76 и 45-мм пушками и пулеметами ДТ для использования их в случае необходимости в качестве противотанковых полков и дивизионов. На полк полагалось 18 45-мм пушек, 24 76-мм пушки, 24 пулемета. Но претворить директиву Генштаба в жизнь до начала войны не удалось, а 17-й и 20-й мехкорпуса ЗапОВО, танковые полки которых должны были получить противотанковую артиллерию, вообще использовались в боях как стрелковые части.

Дислокация механизированных корпусов на кануне войны была выгодной для ведения наступательных операций. На Белостокском выступе находились 6-й, 11-й и 13-й мехкорпуса, на Львовском выступе - 4-й, 8-й и 15-й МК, что позволяло в случае конфликта нанести удар по флангам Люблинской группировки немцев. 3-й и 12-й МК предназначались для действий против Тильзитской группировки. 2-й и 18-й МК создавали угрозу нефтепромыслам в Румынии. С севера над Румынией нависали 16-й мехкорпус 12-й армии и мехкорпуса окружного подчинения КОВО. Однако нападение Германии изменило ситуацию - такое расположение Советских войск стало ловушкой для противника.

Соотношение положенного по штату и фактически имеющегося количества боевых машин, артиллерии в мехкорпусах на 13-19 июня 1941 г.

Соотношение положенного по штату и фактически имеющегося количества боевых машин,

артиллерии в мехкорпусах на 13-19 июня 1941 г.

Типы БТТ и

По

Механизированные корпуса

вооружения

штату

6

11

13

14

17

20

9

19

КВ

126

114

3

-

-

-

-

-

5

Т-34

420

238

28

-

-

-

-

-

2

БТ-5, -7

316

416

44

15

6

24

13

134

-

Т-26

152

126

162

263

504

1

80

148

291

Прочие

17

127

-

16

10

11

-

18

152

Всего танков

1031

1021

237

294

520

36

93

300

450

БА-20

116

102

45

5

23

4

5

-

-

БА-10

152

127

96

29

21

31

6

-

-

Всего БА

268

229

141

34

44

35

11

-

-

50-мм минометы

138

114

124

121

127

138

109

114

109

82-мм минометы

48

49

38

27

38

37

49

48

32

Всего минометов

186

163

162

148

165

175

158

162

141

76-мм пушки

24

24

21

20

20

51

48

20

12

45-мм пушки

36

36

36

36

36

41

36

-

-

37-мм зен.оруд.

32

32

8

12

24

12

12

12

12

76-мм зен.оруд.

4

4

4

4

4

4

4

-

-

Всего пушек

96

96

69

72

84

108

100

-

-

122-мм гаубицы

40

40

36

36

40

42

44

34

24

152-мм гаубицы

36

36

16

36

36

12

-

24

16

Всего гаубиц

76

76

52

72

76

54

44

58

40

Танковый парк на кануне войны

По сей день не поддается точной оценке общее количество танков в Красной армии накануне войны. Долгое время в отечественной литературе о нем говорилось одной фразой: “Советская Армия имела в строю танки разных типов, из них 1861 танк Т-34 и КВ. Основную массу машин составляли легкие танки устаревших конструкций”. Лишь в последнее время стали появляться цифры, реально оценивающие количество танков, имевшихся в РККА, однако и они расходятся ввиду различия данных в разных архивных источниках (одной из причин этого является известное отечественное отношение к подаче сведений и объективности при составлении отчетности).

Генерал-майор Л.Г.Ивашов (“ВИЖ” №11’89) называет цифру 23457 танков, из них 30% - боеготовые.

Издание Генштаба “Гриф секретности снят...” (М., 1993 г.) определяет их количество в 22600 единиц (тяжелых - 500, средних - 900, легких - 21200). Эти данные по некоторым параметрам вызывают сомнение - во-первых, уже много лет хрестоматийным является количество танков КВ к началу войны - 636, а ведь еще были тяжелые танки Т-35, которых выпустили около 60. В сумме число тяжелых танков получается значительно больше 500. Во-вторых 1225 Т-34 (тоже устоявшаяся цифра) плюс несколько сотен Т-28 (в 3-й ТД - 38, в 8-й - 68, в 10-й - 61 и т.д.) никак не равняются 900. Процент исправных танков определен в 27. А в общем можно сказать, что в этой книге гриф секретности так и не снят.

Наибольшее доверие вызывает “Сводная ведомость количественного и качественного состава танков и САУ, находившихся в военных округах, на рембазах и складах НКО по состоянию на 1 июня 1941 г.” Н.П.Золотова и С.И.Исаева (“ВИЖ” №11’93). Согласно ей в РККА на вооружении состояло 23106 танков и САУ. Из них боеготовые - 18691 или 80,9%. Но и это число не окончательно - с 31 мая по 21 июня 1941 г. с заводов было отгружено 206 новых танков (КВ - 41, Т-34 - 138, Т-40 - 27).

К боеготовым машинам здесь отнесены танки, входящие в 1-ю и 2-ю категории согласно Наставлению по учету и отчетности в Красной Армии:

1-я категория - новое, не бывшее в эксплуатации, отвечающее требованиям технических условий и вполне годное к использованию по прямому назначению.

2-я категория - бывшее (находящееся) в эксплуатации, вполне исправное и годное к использованию по прямому назначению. Сюда же относится имущество, требующее войскового ремонта (текущий ремонт, осуществляемый силами самой части).

Группировки войск, рембазы, склады

Всего танков

и САУ

Из них

боеготовых

Требуют ремонта

Боеготовых, в %

Лен ВО

1857

1543

314

83,1

ПрибОВО

1549

1274

275

82,2

ЗапОВО

2900

2192

708

75,6

КОВО

5465

4788

677

87,6

ОдВО

1011

743

268

73,5

ЗКВО

877

717

160

81,8

САВО

363

288

75

79,3

ДВФ

3201

2963

238

92,6

ЗабВО

2496

2074

422

83,1

АрхВО

26

25

1

96,2

МВО

1173

949

224

80,9

ПриВО

443

335

108

75,6

ОрВО

321

199

122

62

ХВО

305

220

85

72,1

СКВО

157

133

24

84,1

УрВО

53

48

5

90,6

СибВО

216

199

17

92,1

Рембазы НКО

677

0

677

0

Склады НКО

16

1

15

6,3

Всего в РККА

23106

18691

4415

80,9

Авторы оговариваются, что достоверной информации, раскрывающей состояние танкового парка РККА на 22 июня нет. Но из всех встречающихся данных - эти представляются наиболее правдоподобными, хотя и противоречат многим устоявшимся показателям, особенно качественного состояния советских танков (согласитесь, между 27% исправных и 80,9% разница довольно большая).

В общее количество танков здесь включены машины мехкорпусов, танковых полков кавалерийских дивизий, танковых батальонов воздушно-десантных корпусов и стрелковых дивизий. Оценивая численность машин на западном направлении, следует учитывать, что танковые силы КОВО, ПрибОВО, ОдВО, ЛенВО и ЗапВО с началом пополнились техникой переброшенной из тыловых округов.

А как немецкое командование оценивало состояние АБТВ РККА? Перед войной главное командование Вермахта определяло количество танковых дивизий в 7, плюс 38 танковых (мотомеханизированных) бригад. Недостоверность этих сведений была вызвана тем, что формирование мехкорпусов продолжалось, а штатная материальная часть отсутствовала. Уже после начала войны начальник Генштаба сухопутных войск Германии Г.Гальдер в служебном дневнике сделал следующую запись: “Количество танков, имеющихся у противника, предположительно, составляет 15000 машин. Это соответствует 35 танковым дивизиям. Из них на фронте обнаружено 22. На Дальнем Востоке - 5 танковых дивизий. Отсутствует 8 (около 3 предположительно на севере, в том числе одна - 6 ТК, переброшенная из района Москвы). Не считая трех дивизий, упомянутых в скобках, русское командование имеет 5 танковых дивизий, которые оно может использовать в качестве оперативного резерва” (запись от 2.07.1941 г.). “Численность танковых войск у противника оказалась большей, чем предполагалось” (25.07.1941 г.). В целом представления немцев о численности противостоящих им в западных округах танковых сил были достаточно достоверными и остается только удивляться, как они рискнули начать войну, выдвинув против этой армады свои 3329 танков, в большинстве своем легких.

Весь наш огромный танковый парк был потерян в боях лета-осени 1941 г. Общие потери советских танков также остаются под вопросом. Цифры из разных источников, включая донесения частей и соединений, поданные в суматохе отступления значительно различаются, поэтому приведем здесь официальные данные Генштаба, обнародованные в 1993 г.

Потери бронетанковых и механизированных войск в 1941 г.

Наименование

Состояло

на 22 июня

Поступило

22.06-31.12

Ресурс

Потери

% потерь

к ресурсу

Танки, тыс. шт.

22,6

5,6

28,2

20,5

72,7

в том числе:

- тяжелые

0,5

1

1,5

0,9

60

- средние

0,9

2,2

3,1

2,3

74,2

- легкие

21,2

2,4

23,6

17,3

73,3

БА, тягачи, др. БТТ

13,1

10,8

23,9

3

12,5

Потери бронетанковой техники в операция 1941 г.

Наименование операции, продолжительность (суток)

Потери танков в операции

Среднесуточные

потери

Прибалтийская оборонительная операция, 22.06-9.07.1941 г. (18)

2523

140

Белорусская оборонительная операция, 22.06-9.07.1941 г. (18)

4799

267

Оборонительная операция в Западной Украине, 22.06-6.07.1941 г. (15)

4381

292

Оборонительная операция в Заполярье, Карелии, 29.06-10.10.1941 г. (104)

546

5

Киевская оборонительная операция, 7.07-26.09.1941 г. (82)

411

5

Ленинградская оборонительная операция, 10.07-30.09.1941 г. (83)

1492

18

Смоленское сражение, 10.07-10.09.1941 г. (63)

1348

21

Московская оборонительная операция, 30.09-5.12.1941 г. (67)

2785

42

Наивысший уровень потерь танков был во время оборонительных боев на Западной Украине, где мехкорпуса Юго-западного фронта пытались остановить наступление войск группы армий “Юг” на Киев. Из-за неудачного расположения армий прикрытия главный удар немецкой группировки пришелся на стык 5-й и 6-й армий. Командование Юго-западного фронта во главе с г-л М.П.Кирпоносом не сумело организовать и провести контрудар, хотя у него были все основания надеяться на успех - более чем пятикратное превосходство в танках, наличие большого количества машин новых марок (758 КВ и Т-34). Но из-за бездарного руководства, отсутствия отлаженной системы материально-технического обеспечения, господства в воздухе немецкой авиации все усилия пошли прахом.

Большое количество техники было просто брошено при отходе советских войск. Так, только на складе в Дубно немецкими войсками было захвачено 215 танков, 50 противотанковых пушек и много другого имущества. В 10-й танковой дивизии 15-го МК оставлено при отступлении 140 танков (для сравнения боевые потери составили 110 машин). В 8-й танковой дивизии 4-го МК экипажами было уничтожено 107 танков, 10 пропали без вести, 6 застряло в болоте и было брошено. Зная все это, уже можно не удивляться среднесуточным потерям ЮЗФ в 292 танка. Такого уровня потерь не было даже в самых крупных танковых сражениях войны - к примеру, в Курской битве, этот показатель колебался от 68 (в Орловской наступательной операции) до 89 (в Белгород-харьковской наступательной операции).

Противник

Танковые дивизии Вермахта, действовавшие против советских механизированных корпусов, летом 1941 г. были сведены в 4 танковые группы, входившие в состав групп армий “Север”, “Центр”, “Юг”.

В группу армии “Север” входила 4-я танковая группа, которой командовал генерал-полковник Гёпнер. Она включала в себя:

- 41-й моторизованный корпус - 1-я и 6-я ТД, 36-я МПД;

- 269-я пехотная дивизия - командир генерал Рейнгардт;

- 56-й МК - 8-я ТД, 3-я МПД, 290-я ПД - генерал Манштейн;

- МПД СС “Totenkopf”.

В составе группы амии “Центр” находились 3-я танковая группа генерал-полковника Гота и 2-я танковая группа генерал-полковника Гудериана. В своем составе они имели:

3-я ТГр:

- 6-й АК - 6-я и 26-я ПД - генерал Ферстер;

- 39-й МК - 7-я и 20-я ТД, 14-я и 20-я МПД - генерал Шмидт;

- 5-й АК - 5-я и 35-я ПД - генерал Руоф;

- 57-й МК - 12-я и 19-я ТД, 18-я МПД - генерал Кунтцен.

2-я ТГр:

- 46-й МК - 10-я ТД, МПД СС “Das Reich” - генерал Фитингоф;

- 47-й МК - 17-я и 18-я ТД, 29-я МПД, 167-я ПД - генерал Лемельзен;

- 12-й АК - 31-я и 45-я ПД - генерал Шрот;

- 24-й МК - 3-я и 4-я ТД, 10-я МПД, 34-я ПД, 1-я КД - генерал Гейр;

- 255-я, 267-я ПД.

В полосе группы армии “Юг” действовала 1-я танковая группа генерал-полковника фон Клейста в составе:

- 14-й МК - 9-я и 16-я ТД, МПД СС “Viking”;

- 3-й МК - 14-я ТД, 44-я и 298-я ПД - генерал Макензен;

- 29-й АК - 111-я и 299-я ПД - генерал Обстфельдер;

- 48-й МК - 11-я ТД, 57-я и 75-я ПД - генерал Кемпф;

- 13-я ТД, 16-я, 25-я МПД.

В резерве ОКХ находились 2-я и 5-я танковые дивизии.

Наибольшие проблемы для немцев создавали новые советские танки КВ и Т-34. В документе Вермахта говорилось: “Большинство самых тяжелых танков противника было подбито 105-мм пушками, меньше подбито 88-мм зенитными пушками. Имеется также случай, когда легкая полевая гаубица подбила бронебойной гранатой 50-тонный танк противника с дистанции 40 м. Степень обученности русских водителей танков, по-видимому, низкая. Наблюдаются частые порывы гусениц.”

Немецкие войска использовали тактику, которая позволяла наносить противнику максимальный урон. Танковые дивизии Вермахта обычно продвигались по трем маршрутам. При этом центральная колонна была выдвинута вперед и имела в своем составе наибольшее количество противотанковой артиллерии. Правая и левая колонны двигались уступом и после завязки боя центральной колонной выходили на фланги и стремились окружить советские части, обороняющиеся на этом участке. Избегая лобовых атак, центральная колонна отходила назад, чтобы втянуть советские войска в “мешок”, а затем ударами с фланга и тыла окружить и разгромит их. При этом достигалось четкое взаимодействие танков с пехотой, артиллерией и авиацией. Пехота, продвигаясь на автомашинах, немедленно закрепляла рубежи, занятые танками. Там где советские танкисты контратаковали противника, он быстро развертывал противотанковую артиллерию. Авиация наносила методические удары одновременно по переднему краю и в глубине.

В “Докладе о боевых действиях” 43-й танковой дивизии 19-го МК за период с 22 по 29 июня 1941 г. о тактике немецких войск говорилось следующее: “Противник при организации боя хорошо использовал все средства подавления в их тесном взаимодействии с пехотой. С каждой танковой частью противника действует авиация. Артиллерийский огонь также корректируется авиацией. Во время артподготовки и в зависимости от ее результатов противник выдвигает штурмовые группы автоматчиков и батареи легких минометов, которые, захватив выгодные рубежи, закрепляются до подхода главных сил. Одновременно его танки стремятся обтекать наши фланги, а танки центра наводят на танковые засады. Вслед за этим противник производит сильный огневой налет по нашей артиллерии и танкам и вводит в бой свои танки на одном из флангов наших боевых порядков. Боевой порядок танков противника установлен следующий:

1-й эшелон - тяжелые танки;

2-й эшелон - средние танки, у каждого на прицепе орудие ПТО и десант автоматчиков;

3-й эшелон - легкие танки, также с орудиями ПТО и десантными группами автоматчиков и минометами на машинах типа “пикап”.

Вместе с тем силы противника отнюдь не исчерпывались механизированными и танковыми соединениями, и доля потерь советских танков в дуэлях с ними была не самой большой. Основные удары первых дней войны немцы наносили силами авиации, бомбардировочными и штурмовыми налетами выводившими из строя технику и личный состав частей РККА в местах дислокации, на марше и при выдвижении к фронту.

Механизированные корпуса в бою

С первого дня войны механизированные корпуса оказались вовлеченными в ожесточенные бои с немецкими войсками. Им не пришлось прорывать оборону противника, входить в прорыв и действовать в глубине тыла, как это предусматривалось предвоенными планами. Основным видом их боевой деятельности стало нанесение контрударов по прорвавшимся ударным группировкам противника, что само по себе до войны считалось маловероятным.

В первые дни войны боевая деятельность мехкорпусов определялась приказом Народного комиссара обороны СССР №3, отданным в 22.07 22 июня 1941 г. Он гласил:

“1. Противник, нанося главные удары из Сувалкского выступа на Олита и из района Замостье на фронте Владимир-волынский, Радзехов, вспомогательные удары в направлениях Тильзит, Шауляй и Седлиц, Волковыск в течении 22 июня, понеся большие потери, достиг небольших успехов на указанных направлениях...

2. Приказываю:

а) Армиям Северного фронта продолжать прочное прикрытие государственной границы, граница слева - прежняя;

б) Армиям Северо-западного фронта, прочно удерживая побережье Балтийского моря, нанести мощный контрудар из района Каунас во фланг и тыл Сувалкской группировки противника, уничтожить ее во взаимодействии с Западным фронтом и к исходу 24 июня овладеть районом Сувалки, граница слева - прежняя;

в) Армиям Западного фронта, сдерживая противника на Варшавском направлении, нанести мощный контрудар силами не менее двух мехкорпусов и авиации фронта во фланг и тыл Сувалкской группировки противника, уничтожить ее совместно с Северо-западным фронтом и к исходу 24 июня овладеть районом Сувалки...

г) Армиям Юго-западного фронта, прочно удерживая государственную границу с Венгрией, концентрическими ударами в общем направлении на Люблин силами 5 и 6 армии, не менее 5 мехкорпусов и всей авиации фронта окружить и уничтожить группировку противника, наступающую на фронте Владимир-волынский, Крыстынополь, к исходу 24 июня овладеть районом Люблин, прочно обеспечить себя с Краковского направления;

д) Армиям Южного фронта не допустить вторжения противника на нашу территорию; при попытке противника нанести удар в черновицком направлении или форсировать реки Прут и Дунай мощными фланговыми ударами наземных войск во взаимодействии с авиацией уничтожить его; двумя мехкорпусами в ночь на 23 июня сосредоточиться в районе Кишинев и лесов северо-западнее Кишинева.”

Эта директива НКО отражала скорее желаемое, чем реальное положение вещей на фронте. Начальник Генштаба Г.К.Жуков, находившийся в это время в штабе ЮЗФ, не принимал участия в ее подготовке и в телефонном разговоре со своим заместителем Ватутиным заметил: “Но мы еще точно не знаем, где и какими силами противник наносит свои удары. Не лучше ли до утра разобраться в том, что происходит на фронте, и уж тогда принять нужное решение.” Однако вопрос был уже решен Сталиным и Тимошенко. Войска приступили к исполнению приказа, хотя в этот момент он абсолютно не соответствовал сложившейся обстановке, когда войска неорганизованно отходили на восток, отсутствовала связь между частями и соединениями, а многие штабы армий потеряли управление войсками.

Больших успехов в этих боях мехкорпусам добиться не удалось, но замедлить продвижение вражеских войск на направлениях главных ударов они сумели, хотя и ценой огромных потерь. В первые недели войны мехкорпуса потеряли практически все танки, большинство личного состава - результатом этого стало директивное письмо Ставки ВГК от 15 июля 1941 г., которым предусматривалось упразднение мехкорпусов. Танковые дивизии передавались в подчинение командующих армиями, моторизованные переформировывались в стрелковые. Управления мехкорпусов использовались для развертывания новых объединений - так, управление 8-го мехкорпуса в июле было преобразовано в управление 38-й армии ЮЗФ.

Северо-западный фронт

В состав войск Прибалтийского военного округа накануне войны входили 3-й и 12-й мехкорпуса. Выдвижение к границе 12-й мехкорпус начал по приказу командующего округом г-п Ф.И.Кузнецова еще 18 июня. После начала боевых действий командиры мехкорпусов получили приказ уже командующего фронтом о нанесении контрудара по прорвавшейся группировке противника: “12-му мехкорпусу - ликвидировать 23-й ТД танки противника в Кретинге, главные силы корпуса развернуть на фронте Тельтяй, Повентис для удара по флангу и тылу противника, прорывающемуся на Тауроген. 3-му мехкорпусу, оставив 5-ю ТД в распоряжении командующего 11-й армией, 2-й ТД и 84-й МД в ночь на 23 июня выйти заранее в путь движения район Росиены для удара во взаимодействии 12-м МК с 9-й артбригадой ПТО по противнику”. 12-й мехкорпус и части 10-го стрелкового корпуса из района Варняй, Ужвентис и 2-я танковая дивизия 3-го МК совместно с 48-й стрелковой дивизией из района Кейданяй, Расейняй ударом по сходящимся направлениям на Скаудвиле должны были разгромить тильзитскую группировку немцев. Но вследствие плохой организации и обеспечения контрудар 23-24 июня свелся к поспешным, несогласованным по месту и времени действиям.

Командующий АБТВ СЗФ П.П.Полубояров так описывал эти события: “Выдвижение войск для контрудара происходило в условиях, когда дивизии первого эшелона 8-й армии отходили под натиском противника... Дивизии 12-го мехкорпуса еще при выдвижении на исходные рубежи подверглись сильному воздействию авиации врага. В районе Жаренай произошло неожиданное столкновение частей 23-й танковой дивизии с противником. Врагу удалось отрезать от боевых подразделений тылы её 46-го танкового полка. И тем не менее полки этой дивизии все же смогли вовремя сосредоточиться для контрудара в районе Лаукува. Что же касается 28-й танковой дивизии, то её части вышли в намеченные районы с опозданием на три часа. Часть её сил оказалась связанной с отражением танковых атак врага в районе Кельме. Здесь же ожесточенные бои с противником вела и 202-я МД корпуса. Начало контрудара пришлось сдвинуть на три часа. Действия 12-го мехкорпуса практически вылились во встречное сражение без должной подготовки”.

2-я танковая дивизия 3-го МК вместе с частями 48-й и 125-й стрелковых дивизий контратаковала врага с утра 23-го июня, но и её действия территориального успеха не принесли. 24-го июня на направлении контрудара развернулось ожесточенное встречное танковое сражение. На фронте примерно около 60 км и в глубину до 25 км в боях с обеих сторон одновременно участвовало до 1000 танков. К вечеру 2-я танковая дивизия была окружена немецкими войсками и 26 июня разгромлена.

27 июня был разгромлен штаб 12-го мехкорпуса. Комкор Н.М.Шестопалов захвачен в плен (вместо него с 1.07 командиром 12-го корпуса назначен п-к В.Я.Гринберг). 4 июля корпус выведен в резерв фронта.

А вот взгляд с другой стороны - начальника Генштаба Вермахта Гальдера: “Войска группы армий “Север” почти на всем фронте (за исключением 291-й пехотной дивизии, наступающей на Либаву, отражали танковые контратаки противника, которые, предположительно, вел 3-й танковый корпус русских при поддержке нескольких мотомеханизированных бригад. Несмотря на это усиленному правому крылу группы армий удалось продвинуться до Виилькомира (Укмерге). На этом участке фронта русские также сражаются упорно и ожесточенно (запись от 24 июня)”. 25 июня Гальдер делает следующую запись: “ Ясно лишь, что только 3-й танковый корпус противника, с самого начала находившийся в этом районе, разбит танковым корпусом Рейнгардта и что танковый корпус Манштейна настолько далеко продвинулся на восток, что вынудил русских начать отход за Западную Двину. Противник организованно отходит, прикрывая отход танковыми соединениями.”

Результаты оказались незначительными, а потери в танках велики. Только 12-й мехкорпус к 29 июня потерял до 80% матчасти. Уже с 25 июня мехкорпуса вели арьергардные бои отдельными частями, прикрывал отход 8-й, 11-й и 27-й армий СЗФ.

В результате прорыва 4-й танковой группы войска СЗФ отходили в расходящихся направлениях - 8-я армия на Ригу, 11-я на Полоцк, а дорога на Даугавпилс и к переправам через Западную Двину оказалась открытой. Уже утром 26 июня 8-я танковая дивизия 56-го МК Манштейна подошла к Даугавпилсу. Для ликвидации прорыва из МВО на СЗФ был переброшен 21-й мехкорпус г-м Д.Д.Лелюшенко, получивший приказ прикрыть даугавпилское направление, а частью сил уничтожить войска противника в районе Резекне. С утра 28-го июня соединения 21-го МК, имевшие всего 98 танков, перешли в наступление. Итогом трехдневных боев стала остановка немецкого наступления до 2-го июля, вплоть до подхода главных сил германской 4-й танковой бригады. Командир 56-го моторизованного корпуса Манштейн в своих мемуарах так описывал эти события: “Как можно было предвидеть, противник подтянул свежие силы и не только от Пскова, но и от Минска и Москвы. Вскоре нам пришлось на северном берегу Двины обороняться от атак противника, поддержанных одной танковой дивизией. На некоторых участках дело принимало серьезный оборот... Конечно, если бы мы пытались дальнейшим продвижением удержать фортуну, это было бы азартной игрой. Она могла бы заманить нас в пропасть. Следовательно, цель - Ленинград - отодвигалась от нас в далекое будущее, а корпус должен был выжидать у Даугавпилса... Наконец 2-го июля мы смогли вновь выступить после того, как в корпус прибыло третье механизированное соединение - дивизия СС “Totenkopf”, а слева от нас 41-й танковый корпус перешел Двину у Якобштадта (Екабпилс)”.

В июле, для срыва намерений немцев прорваться к Новгороду, на СЗФ был отправлен 1-й мехкорпус г-м М.Д.Чернявского, входивший до войны в состав ЛенВО. К этому моменту в нем оставалось одна 3-я танковая дивизия, да и та без одного танкового батальона, МСП и ОЗАДН. Еще перед войной 17 июня из его состава была изъята 1-я танковая дивизия. 30 июня корпус вошел в состав СЗФ и на следующий день 163-я МД была передана в 27-й армии. 5.07 части 1-го мехкорпуса после тяжелого боя заняли город Остров, но к вечеру были вынуждены оставить его. 14-15 июля корпус нанес удар по 8-й танковой дивизии 56-го МК в районе города Сольцы, отбросив ее на 40 км. Гальдер 17.07.41 г. записывает в дневнике: “8-ю танковую дивизию придется отвести с фронта. Части дивизии СС “Мертвая голова” подтянулись и прикрыли ее фланг. Сегодня в 16.00 1-й армейский корпус перейдет в наступление, что облегчит положение на этом фланге.” Этот контрудар имел следствием приостановку немецкого наступления на Ленинград до выхода на рубеж р.Луга основных сил 18-й армии немцев и полного приведения в порядок 4-й ТГр. Но и сам 1-й мехкорпус перестал существовать как танковое объединение, потеряв большую часть танков.

К середине июля все четыре мехкорпуса, действовавшие в полосе СЗФ в результате огромных потерь (с 22 июня по 9 июля - 2523 танка) превратились в ослабленные стрелковые части, прикрывавшие отход войск фронта, а вскоре были расформированы.

Западный фронт

Здесь директива №3 НКО Тимошенко вечером 22 июня поставила перед командирами мехкорпусов задачу - ударами в районе Гродно в направлении Сувалки совместно с войсками СЗФ окружить и к исходу 24 июня уничтожить сувалкинскую группировку немцев. Для контрудара привлекались 6-й мехкорпус 10-й армии, 11-й мехкорпус 3-й армии и 6-й кавалерийский корпус. Общее руководство механизированной группой возлагалось на заместителя командующего фронтом генерала И.В.Болдина. Маршал Г.К.Жуков гораздо позже признал, что “в сложившейся обстановке к исходу 22 июня единственно правильным могли быть только контрудары МК против клиньев бронетанковых группировок противника. Предпринятые контрудары в большинстве своем были организованы плохо, а потому и не достигли цели.”

11-й мехкорпус генерала Д.К.Мостовенко уже 22 июня вступил в бой на правом фланге Западного фронта, связь с ним была потеряна. 6-й мехкорпус генерала М.Г.Хацкилевича 23 июня начал выдвижение из района Белостока в направлении Гродно, понеся потери от ударов немецкой авиации. 4-я и 7-я танковые дивизии вышли на рубеж развертывания к полудню 23 июня, где были встречены сильным противотанковым огнем и подверглись ударам авиации. В результате ожесточенного боя им удалось отбросить прорвавшиеся юго-восточнее Гродно части Вермахта и к вечеру выйти в полосу обороны 27-й стрелковой дивизии 3-й армии. На следующий день, после захвата немцами Гродно, 6-й мехкорпус наносил удар в северном направлении. Натолкнувшись на мощную противотанковую оборону, корпус понес большие потери. Несмотря на то, что действия танкистов поддерживали 12 и 13 БАД фронтовой авиации, 42 и 52 БАД 3-го авиакорпуса дальнего действия, из-за господства в воздухе немецкой авиации действия наземных войск велись в очень тяжелых условиях.

Во второй половине дня 24 июня танковые дивизии 6-го мехкорпуса были перенацелены на юго-восток от Гродно, где вечером вступили в бой с соединениями 3-й танковой группы Гота, пытаясь остановить ее продвижение на Минском направлении. Введя в сражение 8-й и 20-й армейские корпуса, 25 июня противнику удалось расчленить дивизии 6-го мехкорпуса которые были вынуждены вести разрозненные, не связанные общим замыслом бои. Генерал Болдин со своим штабом оказался в окружении и потерял связь с командованием 6-го МК. Командующий ЗФ Павлов вечером 25 июня отдал командиру 6-го корпуса приказ: “Немедленно прервите бой и форсированным маршем, следуя ночью и днем, сосредоточьтесь в Слоним” (который еще 24 июня был захвачен 17-й ТД генерала фон Арнима). 6-й и 11-й мехкорпуса действовавшие против двух армейских корпусов 9-й армии немцев понесли значительные потери и из-за отсутствия должного материально-технического снабжения в разгар боя оказались без горючего и боеприпасов. Под ударами немецких войск они вместе с частями 3-й армии были вынуждены отходить в сторону Налибокской пущи, что привело к образованию большого разрыва между флангами СЗФ и ЗФ. В конце июня дивизии 6-го и 11-го мехкорпусов попали в окружение западнее Минска.

14-й мехкорпус генерала С.И.Оборина, входивший в состав 4-й армии генерала А.А.Коробкова вечером 22 июня получил боевой приказ командующего войсками 4-й армии №02, который гласил: “14-му мехкорпусу (22-я и 30-я ТД, 205-я МСД) с утра 23 июня нанести удар с рубежа Крывляны, Пелища, Хмелево в общем направлении Высоке-Литовски с задачей к исходу дня уничтожить противника восточнее реки Западный Буг”. В шесть часов 23 июня части 14-го мехкорпуса, 28-го СК, 75-й СД начали контратаки против 47-го, 24-го МК и 12-го армейского корпуса. К началу атаки 30-я танковая дивизия имела до 130 танков, 22-я ТД около 100. В ходе боя дивизии понесли большие потери от огня артиллерии, авиации, танков. Оказавшись под угрозой окружения в результате обхода с Севера силами 17-й танковой дивизии немцев, вынуждены были отходить. Общие потери 14-го мехкорпуса в танках составили 120 машин. Контрудар успеха не имел, а 4-я армия была расчленена войсками Гудериана и начала отход в направлении Слуцка. 14-й мехкорпус прикрывал ее отход. К 28 июня в нем осталось всего 2 танка Т-26 и корпус был выведен в тыл и расформирован. В неудаче был обвинен генерал С.И.Оборин (25.06 ранен, а командование 14-го МК принял п-к И.В.Тутаринов) его арестовали, а затем расстреляли.

13-й, 17-й и 20-й мехкорпуса к началу войны находились еще в процессе формирования, поэтому в боях использовались как стрелковые части, оставшись к июлю без танков.

В начале июля в состав войск Западного фронта вошли 5-й мехкорпус генерала И.П.Алексеенко, ранее предназначавшегося для ЮЗФ, и 7-й мехкорпус генерала В.И.Виноградова из МВО, имевшие в своем составе 924 и 715 танков соответственно. Их включили в состав 20-й армии генерала П.А.Курочкина, который получил приказ командующего ЗФ: “Прочно удерживая рубежи реки Западная Двина, Днепр, с утра 6 июля 1941 г. перейти в решительное наступление для уничтожения лепельской группировки противника”. Глубина ударов была определена для 5-го мехкорпуса до 140 км, для 7-го до 130 км. Заместитель командующего ЗФ генерал Еременко после войны писал: “Идея контрудара, подсказанная Ставкой, шла в разрез с теми мероприятиями, которые намечались до вступления Тимошенко в командование фронтом. В той обстановке целесообразно было бы сосредоточить 5 и 7 корпуса в треугольнике Смоленск-Витебск-Орша, чтобы использовать их для нанесения контрудара в случае прорыва противником нашей обороны, созданной на линии Витебск-Орша... При подавляющем господстве авиации противника и отсутствии данных о намерениях и силах врага выдвижение корпусов было связано с риском их окружения и уничтожения. Эффект же от этих действий ни в коей мере не мог окупить их потери”. Утром 6 июля 5, 7-й мехкорпуса вступили в бой. “Вначале их действия развивались довольно успешно: оба корпуса, преодолевая сопротивление врага, достигли района севернее и южнее Сенно. Противник выдвинул сюда 17-ю и 18-ю танковые дивизии. В течении двух дней наши корпуса отражали натиск этих соединений, чем задержали продвижение всей 3-й танковой группы противника к Днепру... Однако контрудар механизированных корпусов не получил развития. Гитлеровцы бросили сюда крупные силы авиации, и наши корпуса оказались в тяжелом положении, понеся потери. Они вынуждены были начать отход в тяжелых условиях под ударами танков и авиации противника.” В результате тяжелых боев 5-й и 7-й мехкорпуса потеряли более 50% танков и были выведены в резерв.

Генерал-майор танковых войск А.В.Борзиков в докладе начальнику ГАБТУ РККА так оценивал их действия: “Корпуса (5-й и 7-й) дерутся хорошо, плохо только то, что штабы малооперативны и неповоротливы, и еще плохо, что много машин достается противнику из-за неисправности пустяшной. Организовать ремонт, эвакуацию не умеют ни дивизия, ни мехкорпус, ни армия, ни фронт. Нет запчастей, нет резины, снабжают плохо. У мехкорпусов нет авиации, а отсюда они слепы, подчас бьют по пустому месту и отсутствует связь между ними. Потери у 5-го и 7-го большие. Сейчас 5-й Орши и 7-й Витебска и юго-западнее, будут действовать во взаимодействии с пехотой. Противник применяет поливку зажигательной смеси... танки горят. Самые большие потери от авиации. Потеряно 50% матчасти и большая часть танков требует ремонта.

На Западный фронт в июле 1941 г. также прибыли 25-й мехкорпус г-м С.М.Кривошеина из Харьковского ВО, 23-й мехкорпус г-м М.А.Мясникова из состава войск Орловского ВО, 27-й мехкорпус г-м И.Е.Петрова из Среднеазиатского ВО. Вскоре после прибытия на фронт, они были расформированы, а дивизии, входящие в их состав стали отдельными.

25-й мехкорпус 4 июля в районе Новозыбково вошел в состав 21-й армии (ранее он предназначался ЮЗФ и даже начал 30.06 выгрузку на станции Ирпень у Киева, но из-за сложной обстановки на Западном фронте переброшен в Белоруссию). Получив дополнительно 32 танка Т-34, корпус нанес контрудар под Бобруйском. Командир 25-го корпуса С.М.Кривошеин встретился здесь в бою со своим старым знакомым - командующим 2-й танковой группы Гудерианом. В сентябре 1939 г. они вмести принимали парад советских и немецких войск в Бресте по случаю победы над Польшей.

В боях на Западном фронте советские танковые войска несли огромные потери. В период с 22 июня по 9 июля 1941 г. было потеряно 4799 танков при среднесуточных 267. Весь танковый парк мехкорпусов Западного фронта остался на территории Белоруссии.

Юго-западный фронт

К началу войны в составе ЮЗФ (до 22 июня - КОВО) находилось 8 мехкорпусов, имевших различную степень укомплектованности. Наиболее мощной силой были 4-й и 8-й мехкорпуса.

Директивой НКО №3 от 22 июня им была поставлена задача при поддержке авиации нанести сходящиеся удары на Люблин, окружить и уничтожить вражескую группировку, наступавшую в районе Владимир-волынского и к исходу 24 июля овладеть районом Люблина. Выполнение этой директивы сразу натолкнулось на большие трудности: мехкорпуса армий прикрытия (4-й, 15-й, 22-й) уже втянулись в приграничные сражения и понесли потери, мехкорпуса фронтового подчинения находились в 200-400 км от исходных рубежей развертывания для наступления и подвергались при выдвижении ударам авиации. Советская авиация, которая должна была с воздуха прикрывать мехкорпуса, из-за огромных потерь выполнить эту задачу не могла. В силу вышеперечисленных причин мехкорпуса вступали в бой в разное время, по мере подхода к полю боя.

Главной целью контрудара был разгром 1-й танковой группы Э.Клейста, прорвавшейся на стыке 5-й армии генерала М.И.Потапова и 6-й армии генерала И.Н.Музыченко. Встречное танковое сражение развернулось в районе Луцк, Дубно, Ровно с 23 июня. Со стороны Луцка и Дубно по левому флангу 1-й ТГр наносили удар 9-й мехкорпус Рокосовского и 19-й мехкорпус генерала Н.В.Фекленко. С юга, из района Броды на Радехов и Берестечко наступали 15-й мехкорпус генерала И.И.Карпезо и 8-й мехкорпус генерала Д.И.Рябышева. 23 июня немецкие войска продолжали наступление на Луцк, Берестечко, расширяя разрыв между 5-й и 6-й армиями. В этот же день началось проведение контрудара. Утром в районе Радехова на фронте шириной 70 км перешел в наступление 15-й мехкорпус, но понеся большие потери, был вынужден отойти. 4-й мехкорпус г-м А.А.Власова, вместо участия в ударе по первой танковой группе, был направлен для ликвидации прорыва противника на стыке 6 и 26-й армии в районе Мостиска (кроме 32-й ТД, которая действовала совместно с 15-м МК). Перешедший в наступление 24 июня 22-й мехкорпус с рубежа Войница, Богуславская продвинулся на 7-10 км до Локаче. Но действуя самостоятельно, без авиационной поддержки, корпус потерял более 50% танков и отошел на исходные позиции. 41-я танковая дивизия 22-го МК вообще не участвовала в контрударе.

В “Описании боевых действий 22-го мехкорпуса ЮЗФ за период с 22 по 29.06.1941 г.” об этом говорится так: “24 июня 1941 г. 19-я танковая дивизия в 13.30 контратаковала наступающие части противника в районе высоты 228.6, Александровка, Марковицы. В атаку были выведены танки Т-26, старых - 45 штук, бронемашины БА-10 - 12 штук. Большинство этих танков было уничтожено противником и выведено из строя. По достижении танками района леса южнее высоты 228.6, севернее Каневичи, пехота противника начала отступать, а из леса был открыт сильный артиллерийский и ружейно-пулеметный огонь, с последующим выходом средних и тяжелых танков. Завязался сильный танковый бой, длившийся 2,5 часа. Оставшиеся после боя танки начали выходить из боя. Пехота начала беспорядочный отход... 19-я ТД отошла на рубеж р.Сержа. В этом бою был убит командир 22-го МК г-м Кондрусев (его сменил начштаба г-м Тамручи)... С 6.00 26.06.1941 г. заняла оборону на восточном берегу р.Стырь... в составе МСП - 2 батальона, артполк: 14 орудий, 4 танка и удерживала последний до 1.07.1941 г.”

С утра 25 июня перешли в наступление с севера 9-й и 19-й мехкорпуса, отбросив части 3-го МК немцев на юго-запад от Ровно. Но развить успех не удалось из-за того, что удар с юга в виду неготовности войск был перенесен на следующий день. 26 июня по войскам 1-й ТГр и 6-й армии наносили контрудары 9-й и 19-й МК с севера, 8-й и 15-й МК с юга, вступив во встречное танковое сражение с 9-й, 11-й, 14-й и 16-й ТД немцев. 9-й и 19-й мехкорпуса в течении 26-27 июня вели бои с дивизиями 3-го МК, но под ударами авиации вынуждены были отойти в район западнее Ровно. 8-й мехкорпус нанес удар по 16-й ТД, продвинувшись на 12 км. В ночь на 27.06 он был выведен из боя и начал сосредоточение за 37-м СК.

Оперативная сводка штаба ЮЗФ №09 от 26.06.1941 г. сообщала: “8-й мехкорпус в 9.00 26 июня нерешительно атаковал мехчасти противника из района Броды в направлении Берестечко и, не имея достаточной поддержки авиацией и со стороны соседа слева - 15 МК, остановлен противником в исходном для атаки районе. 15-й мехкорпус действует также нерешительно, не выполняя приказа на атаку. К 9.00 26.06 - начало атаки - МК еще не был сосредоточен в исходном для атаки районе.” Штаб ЮЗФ видя низкую результативность контрударов, решил фронтовым резервом (31-й, 36-й, 37-й СК) укрепить оборону на рубеже Луцк, Кременец, а МК вывести из боя для подготовки нового мощного контрудара. Ставка не утвердила этого решения, приказав с утра 27 июня продолжать атаки. Отходившие дивизии 8-го МК были повернуты назад, но их усилия не были поддержаны другими МК, а сам 8-й мехкорпус попал в окружение. Командир 8-го МК г-м Д.И.Рябышев в боевом донесении от 28.06.1941 г. сообщал: “Положение частей тяжелое, прошу поддержать авиацией на 28 июня. Части противника находятся на дороге Верба, Дубно. Танки, вышедшие в район Дубно, отрезаны от 7-й дивизии, какое положение - не известно, сильно бомбит авиация. 7-я дивизия понесла большие потери”.

Контрудары мехкорпусов ЮЗФ на неделю задержали наступление 1-й танковой группы и сорвали планы противника прорваться к Киеву и окружить 6-ю, 12-ю и 26-ю армии ЮЗФ на Львовском выступе, но добиться перелома в боевых действиях не удалось.

Одной из главных причин неудачных действий советских мехкорпусов в этом сражении было отсутствие связи и взаимодействия между ними. Командир 9-го мехкорпуса К.К. Рокоссовский: “...с информацией войск о положении на фронте дело обстояло из рук вон плохо. Информацию приходилось добывать самим. И если о событиях на нашем направлении удавалось более менее узнавать и догадываться, то о происшедшем или происходящем на участке других армий Юго-западного фронта мы ничего не знали. По-видимому, и штаб 5-й армии тоже ничего не знал, ибо он нас не информировал. Связь корпуса со штабом 5-й армии чаще всего отсутствовала, а с соседями периодически прекращалась”.

Командир разведывательного батальона 43-й танковой дивизии 19-го МК В.С.Архипов: “...связь была самым слабым нашим звеном. И не только связь между двумя группами мехкорпусов, наносившими удар с юга (8-й и 15-й МК) и с севера (9-й и 19-й МК), но и связь высших штабов с этими группировками - штаба ЮЗФ... и штаба 5-й армии. Слабая, с длительными перерывами радиосвязь была причиной опозданий информации, направляемой с линии фронта в высшие штабы. Поэтому и решения, которые принимались в штабах, и, в свою очередь, передавались на фронт, часто не соответствовали изменившейся боевой обстановке. К примеру, вечером 26 июня, когда, смяв правый фланг 11-й немецкой ТД и разгромив один из ее танковых полков, наша дивизия вышла к Дубно, никто из нас не знал, что с юга, нанеся огромные потери другим соединениям 48-го немецкого моторизованного корпуса, успешно продвигается нам на встречу 8-й мехкорпус генерала Д.И.Рябышева... подобная ситуация повторилась и на следующий день, когда все три корпуса - 36-й стрелковый, 8-й и 19-й механизированные - опять наступали на дубненском направлении. Опять мы и наши соседи, стрелки 36-го корпуса, вышли на подступы к Дубно, но не знали, что в город уже ворвалась 34-я танковая дивизия п-ка И.В.Васильева из 8-го мехкорпуса. Таким образом, 26 и 27 июня советские танковые клинья дважды и очень глубоко - до 30 км врезались в оба фланга немецкого 48-го МК. Однако отсутствие связи между этими клиньями и взаимная неосведомленность не позволили довести дело до логического конца - до окружения 48-го МК между Бродами и Дубно”. Надо отметить, что Рокоссовский оценивал действия 19-го корпуса несколько иначе: “19-й мехкорпус при попытке перейти в наступление тоже атакован противником и, понеся большие потери, отброшен к Ровно, где продолжает вести бой”.

34-я танковая дивизия, занявшая Дубно, была окружена немецкими войсками и разгромлена - все танки уничтожены, командир п-к И.В.Васильев погиб.

Вообще руководство боевыми действиями мехкорпусов оставляло желать лучшего. Приказы командиров разного уровня часто противоречили один другому. Это ярко видно на примере 8-го мехкорпуса. Вот выдержка из краткого обзора действий механизированных соединений фронтов за период с 22.06 по 1.08.1941 г.: “22 июня 1941 г., не дав корпусу выполнить приказ 26-й армии, командующий фронтом назначает новый район сосредоточения и подчиняет корпус 6-й армии. Командующий 6-й армией, не учитывая, что корпус совершает марш, выполняя приказ командующего ЮЗФ, дает новый район сосредоточения. В силу этого приказа командир должен был поворачивать совершающие марш части в новом направлении. 24 июня командующий 6-й армией перебрасывает корпус в новый район. 26 июня приказом командующего фронтом №0015 корпус перебрасывается в новый район. Таким образом, не участвуя в боевых действиях, а совершая “сверхфорсированные” марши по замкнутому кругу, выполняя последователь но приказы командующих 26-й, 6-й армиями и фронтом корпус прошел в среднем 495 км, оставив на дорогах за время маршей 50% имевшейся в наличии боевой материальной части, изнуряя оставшуюся материальную часть и водительский состав. 26 июня, выполняя приказы фронта №0015 и 0016, командир МК не сосредоточив все части, вводит в бой свой корпус по частям без разведки противника, не выяснив его расположения и силы. В результате этого части нарываются на сильную ПТО и болота и несут немалые потери, не выполнив поставленной задачи. Действия корпуса с воздуха не прикрывались, взаимодействие в масштабе фронта организовано не было. Нервозность высших штабов в управлении и постановке задач, обилие приказов, не связанных один с другим, не соблюдение элементарных уставных норм в организации и проведении маршей явились главной причиной потери боеспособности корпуса и потери материальной части.”

Не лучше обстояло дело и в 15-м мехкорпусе. “Частое изменение задач корпусу и доставка приказов из штабов фронта и 6-й армии с большим опозданием вносили неясность, путаницу и излишнюю затрату моторесурсов. Например, 24 июня был получен приказ штаба фронта о выходе 15-го мехкорпуса с рубежа Колесники-Холоюв в район юго-западнее Броды для нанесения совместного удара с 8 МК в направлении Берестечко, Дубно. Части корпуса приступили к выполнению этого приказа и находились в пути следования, а некоторые уже достигли района своего сосредоточения. 25 июня последовал приказ на обратное возвращение частей корпуса на ранее занимаемый рубеж с целью подготовки наступления в направлении Радзехов, Соколь совместно с 4-м МК. В 23.00 26 июня получен новый приказ штаба фронта: разгромить мехгруппу противника, действующего на Дубно, нанося удар в направлении Лопатынь, Берестечко, Дубно. 27 июня был получен опять новый приказ, в корне меняющий задачу корпуса: отойти в район Злочувских высот. Корпус приступил к выполнению приказа, но последовал новый приказ фронта: “Невзирая ни на какие трудности и техсостояние матчасти, 28 июня наступать в направлении Берестечка.” Комментарии здесь излишни.

Начав контрудар, 8-й мехкорпус глубоко вклинился в рубежи немцев, выйдя в тыл их 11-й танковой дивизии и угрожая складам противника, развернутым в Дубно. Наступление немцев было задержано на несколько дней, однако уже к 1 июля основные силы корпуса оказались в окружении, оставшись без горючего и боеприпасов. О продолжении контрудара уже не было речи. Танкисты перешли к обороне, отбиваясь из окопанных танков, Судьба корпуса была плачевной - как отметил через пару дней Гальдер, “в ходе продолжительных упорных боев силы противника оказались перемолотыми и большая часть его соединений разбита”.

Мехкорпуса ЮЗФ понесли большие потери, что значительно снизило их боевые возможности. 30 июня войска фронта получили приказ отойти на линию укрепрайонов вдоль старой государственной границы.

Г.К.Жуков так оценил действия советских мехкорпусов: “В этих сражениях показали себя с самой лучшей стороны 22-й механизированный корпус под командованием генерал-майора С.М.Кондрусева, 27-й стрелковый корпус 5-й армии, 8-й механизированный корпус Д.И.Рябышева. Притом действия 8-го мехкорпуса могли дать больший эффект, если бы комкор не разделил корпус на две группы и вдобавок не поручил командование одной из групп генералу Н.К.Попелю, не имевшему достаточной оперативно-тактической подготовки для руководства большим сражением. 15-й мехкорпус генерала И.И.Карпезо выполнил свою задачу к сожалению, не в полную меру своих значительных по тому времени возможностей”.

В дальнейшем мехкорпуса и войска 5-й армии контрударами по флангам ударной немецкой группировки под Бердичевом, Житомиром обеспечили отход главных сил фронта на линию старых укрепрайонов. Кроме того, активные действия мехкорпусов не позволили немецким войскам окружить 6-ю, 12-ю и 26-ю армии на Западной Украине, как это было предусмотрено планами командования вермахта.

В начале июля войска группы армий “Юг” сумели прорвать советскую оборону. 7 июля 11-я танковая дивизия немцев достигла Бердичева, а 3-й моторизированный корпус 1-й танковой группы и 6-я армия вышли к Житомиру. В результате этого прорыва возникла угроза захвата Киева и окружения частей 6-й и 12-й армий ЮЗФ юго-западнее Киева. Немецкое командование после обсуждения сложившейся ситуации, приняло решение считать главной задачей войск 1-й ТГр замкнуть кольцо окружения вокруг 6-й и 12-й армий от Бердичева на Белую Церковь и далее до фронта 11-й армии. Киев же и переправы через Днепр южнее Киева представляют собой второстепенную цель. Поэтому войскам группы армий “Юг” последовал категорический приказ - направить танковую группу от Белой Церкви на Умань с целью окружения группировки противника, действующей против группы армий “Юг”. Им следовало нанести стремительный удар по Киеву, однако если город не удалось бы захватить внезапно, то не следовало ввязываться в затяжные бои и без пользы рисковать танковыми дивизиями. Гитлер требовал уничтожить возможно более крупные силы противника западнее Днепра, чтобы отнять у него возможность ведения организованных операций крупными массами войск восточнее Днепра.

Командование ЮЗФ было вынуждено предпринимать срочные меры для противодействия немецким войскам. В районе Бердичева контратаки вели сводные отряды дивизий 4-го и 15-го мехкорпусов. Сюда же был направлен 16-й мехкорпус, перебрасывается на западный фронт с Южного. Его дивизии вступали в бой прямо из эшелонов. Из частей 4-го, 15-го, 16-го МК была сформирована Бердичевская группа под командованием комдива А.Д.Соколова. В результате контратак удалось заставить немцев перейти к обороне, остановив их продвижение на Белую Церковь. При этом только 11-я ТД немцев, по германским данным, потеряла в боях более 2000 человек. Ценой кровопролитного сражения удалось задержать наступление группы армий “Центр” на юг на целую неделю (18.07.1941 г. Гальдер фиксировал проблему двинутого в охват фланга 1-й танковой группы: “Он все еще топчется в районе Бердичева и Белой Церкви.”).

В дальнейшем ударом на юг 1-й танковой группы и действиями 11-й и 17-й армий Южного фронта немцам в начале августа удалось окружить в районе Умани 6-ю и 12-ю армии ЮЗФ, которые вели бои в “котле” до 13 августа.

В боях у Бердичева особенно отличились 8-я и 10-я танковые дивизии, на неделю сковав главные силы танковой группы Клейста.

В это время тяжелые бои шли в районе Новоград-Волынского, где войска 5-й армии ЮЗФ наносили контрудары по северному флангу немецкой группировки, вышедшей к Киеву. Главной ударной силой 5-й армии три мехкорпуса: 9-й г-м А.Г.Маслова (19.07 сменил К.К.Рокосовского), 19-й г-м Н.В.Фекленко и 22-й г-м В.С.Тамручи, имевшие всего по 30-35 танков (в 19-м МК - 75 танков). Представим здесь лишь взгляд противника на эти события - выдержки из дневника Гальдера:

8.07.1941 г. - “на северном фланге группы армий “Юг” 3-й моторизованный корпус прорвал линию Сталина” (так немцы именовали пояс укреплений вдоль старой советской границы).

11.07.1941 г. - “Противник ведет сильные контратаки... с севера в районе Житомира против выдвинувшегося клина 1-й танковой группы.”

14.07.1941 г. - “Противник произвел очень сильную контратаку против северного фланга группы армий в районе Звягеля, причем на отдельных участках ему даже удалось продвинуться. Эта атака вынудила нас ввести в бой 25-ю моторизованную дивизию и лейбштандарт “Адольф Гитлер”, которые снова отбросили противника на север от шоссе Звягель-Житомир, перерезанного противником. Это шоссе является единственной коммуникацией, связывающей тыл с районом действий 3-го моторизированного корпуса. Временный перехват этого шоссе противником вызвал нехватку боеприпасов в 13-й танковой дивизии.”

18.07.1941 г. - “Участок фронта против Коростеня по-прежнему требует значительных сил для его удержания... В результате этого, на северном участке фронта группа армий, оказываются скованными значительно большие силы, чем это было бы желательно.”

Последняя фраза Гальдера во многом объясняет значение активных действий МК 5-й армии в июле 1941 г. для обороны Киева и всего хода событий на ЮЗФ. Однако силы мехкорпусов были исчерпаны контратаками и группа под Коростенем была вынуждена перейти к обороне (как отмечали немцы “танков больше не наблюдается”).

К этому времени от мехкорпусов осталась лишь тень былой мощи. В боях на территории Западной Украины в период с 22 июля по 6 июля 1941 г. был потерян 4381 танк при среднесуточных потерях - 292 танка. По данным справкам штаба Главного командования Юго-Западного направления о состоянии стрелковых и танковых дивизий фронтов от 22 июля 1941 г. “танковые дивизии насчитывали: меньше 1 тыс. человек - около 20% всех дивизий, по 1-2 тыс. человек - около 30%, по 3-5 тысячи человек - около 40%, по 10-16 тысяч человек - 10% всех дивизий. Из 12-ти танковых дивизий только две имеют по 118 и 87 танков. Большинство остальных имеют всего по несколько танков”. Во второй половине августа соединения 5-й армии, в том числе и мехкорпуса, отошли за Днепр.

В целом действия мехкорпусов в первую неделю войны против ударных группировок противника с целью изменения хода событий не увенчались успехом ни на одном из стратегических направлений. Немецкое командование, оценивая действия советских войск при нанесении контрударов, отмечало: “Перед группой армий “Юг” противник оказался на высоте в вопросах общего руководства и ведения наступательных действий оперативного масштаба. Перед группами армий “Центр” и “Север” в этом отношении противник показал себя с плохой стороны. Управление войсками в тактическом уровне и уровень боевой подготовки войск - посредственные.”

Южный фронт

В полосе ЮФ советские мехкорпуса имели огромное превосходство над противником - 769 танкам 2-го и 18-го мехкорпусов противостояли 60 румынских. Соотношение было 12,8:1. Но командующий фронтом Тюленев полагал, что его войскам противостоят 13 танковых и моторизованных дивизий немцев, хотя на самом деле их не было.

Здесь в июне-июле наиболее активно действовал 2-й мехкорпус генерала Ю.В.Новосельского. Совместно с 48-м стрелковым корпусом генерала Р.Я.Малиновского он наносил контрудары по немецким и румынским войскам на рубеже реки Прут. 8 июля ударом в стык между 4-й румынской и 11-й немецкой армиями 2-й мехкорпус остановил наступление противника.

22 июля 2-й мехкорпус нанес контрудар из района Христиановки на Умань по 11 и 16-й танковым дивизиям немцев, отбросив их на 40 км, ликвидировав угрозу окружения 18 армии.

18-й мехкорпус 30 июня из Аккермана был выведен в район Вопнярки для укомплектования и 4 июля передан в состав ЮЗФ. 19 июля он вошел в состав 18-й армии и нанес контрудар по правому флангу 52-го армейского корпуса 17-й армии южнее Винницы имея 387 танков. 25 июля дивизии 17-й армии прорвали оборону в полосе 18-го МК и 17-го СК в районе Гайсин, Тростянец. До 30 июля 18-й мехкорпус занимал оборону у Гайворона, а в августе переброшен в Павлоград.

В конце июля дивизии 2-го мехкорпуса пытались помочь полуокруженным в районе Умани 6-й и 12-й армиям ЮФ, но прорвать фронт немецких войск не смогли. К тому же танковые части ЮФ к этому времени понесли ощутимые потери, хотя боевой потенциал их еще был довольно велик. Согласно донесению помощника командующего войсками ЮФ по АБТВ г-м Штевнева от 31 июля 1941 г. в мехкорпусах ЮФ имелось:

- во 2-м МК боеспособных: 1 КВ, 18 Т-34, 68 БТ, 26 Т-26, 7 огнеметных, 27 Т-37, 90 БА-10, 64 БА-20 (всего танков - 147, на 22.06. - 489);

- 18 МК: 15 БТ и Т-26, 5 Т-28, 2 огнеметных, 1 БА-10, 4 БА-20 (всего танков - 22, на 22.06. - 280);

- 16 МК: 5 Т-28, 11 БА-10, 1 БА-20 (на 22.06. - 608 танков);

- 24 МК: 10 БТ, 64 Т-26, 2 огнеметных, 10 БА-10, 5 БА-20 (всего танков - 76, на 22.06. - 222).

“В результате израсходования материальных ресурсов, аварий, поломок требует среднего капремонта: по 2-му МК - до 200 ед., в 18-м МК - до 200 ед.”

О состоянии мехкорпусов можно судить по боевому донесению штаба 6-й армии ЮФ от 26 июля: “16-й мехкорпус с минимальными остатками: 240-й МД, 15-й и 44-й ТД, из которых сформирован отряд пехоты силою до батальона, МЦП, силою до батальона. 16-й мехкорпус совершенно не представляет из себя сколько-нибудь реальной силы.”

Мехкорпуса, дислоцированные во внутренних округах, после начала войны были расформированы и на их основе созданы десять танковых дивизий новой организации. Основной же причиной переформирования принявших немецкий удар мехкорпусов становилось, “полное исчерпание материальной части”.

При рассмотрении событий первых недель войны возникает вопрос - почему обладая огромным количественным превосходством в танках (в полосе ЗФ соотношение было 2,7:1, ЮЗФ - 5,6:1, ЮФ - 12,8:1), имея танки не уступающие, а то и превосходящие по своим боевым качествам немецкие, советские бронетанковые войска потерпели столь сокрушительное поражение?

Объяснить его превосходством противника в боевой технике и внезапностью нападения, как это делалось раньше, будет очень неубедительно.

Поэтому приведем здесь соображения командиров танковых войск, непосредственных участников описываемых событий.

П.П.Полубояров, командующий АБТВ СЗФ: “В большинстве своем контрудары наносились нашими войсками фронтально, зачастую разрознено, не сосредотачивая основных усилий на решающих направлениях, по не расстроенным и сильным группировкам противника. У врага хорошо действовала воздушная разведка. Гитлеровские летчики быстро вскрывали перегруппировки и сосредоточения наших войск, особенно они следили за перемещения ми танковых соединений”.

К.К.Рокоссовский, в июне 1941 г. командир 9-го мехкорпуса ЮЗФ: “Войска этого округа (КОВО) с первого же дня войны оказались совершенно неподготовленными к встрече врага. Их дислокация не соответствовала создавшемуся у нашей границы положению явной угрозы возможного нападения. Многие соединения не имели положенного комплекта боеприпасов и артиллерии, последнюю вывезли на полигоны, расположенные у самой границы, да там и оставили. То, что произошло 22 июня, не предусматривалось никакими планами, поэтому войска были захвачены врасплох в полном смысле этого слова. Потеря связи штаба округа с войсками усугубила тяжелое положение.

Погибали в неравном бою хорошие танкистские кадры, самоотверженно исполняя в боях роль пехоты. Даже тогда, когда совершенно ясно были установлены направления главных ударов, наносимых германскими войсками, а также их группировка и силы, командование округа оказалось неспособным взять на себя ответственность и принять кардинальное решение для спасения положения, сохранить от полного разгрома большую часть войск, оттянув их в старый укрепленный район”.

Не будем мы касаться причин поражений, носящих стратегический характер - им посвящено много литературы, особенно в последние годы. Причины же неудач оперативно-тактического уровня были оценены еще в 1941 г. В документах, не предназначенных для широкого пользования, они были изложены с исчерпывающей полнотой. В качестве примера приведем доклад помощника командующего войсками г-м танковых войск Вольского заместителю НКО СССР г-л Федоренко от 5 августа 1941 г. В нем идет речь о действиях мехкорпусов ЮЗФ, но выводы его распространимы на корпуса других фронтов.

В этом документе основными причинами быстрого выхода танковых частей из строя названы:

“1. С первого же дня войны мехкорпуса были неправильно использованы, ибо все были приданы армиям...

2. Все боевые действия мехкорпусов происходили без тщательной разведки, некоторые части совершенно не знали, что происходит в непосредственной близости. Авиационной разведки в интересах МК совершенно не велось. Управление мехкорпусами со стороны общевойсковых командиров было поставлено плохо, соединения были разбросаны (8 МК) и к моменту наступления были оторваны друг от друга. Штабы армий совершенно не были подготовлены к управлению такими крупными механизированными соединениями, как мехкорпус...

3. Штабы армий совершенно забыли, что материальная часть имеет определенные моточасы, что она требует просмотра, мелкого ремонта, дополнительного пополнения горючим и боеприпасами, а технический состав и начальники АБТО армий не подсказали им этого, и вместо того, чтобы после выполнения задачи отвести мехкорпуса, предоставив им время, необходимое для этой цели, общевойсковые командиры требовали только давай и больше ничего. Не было совершенно взаимодействия с воздушными силами. Мехкорпуса совершенно не имели прикрытия как на марше, так и на поле боя, особенно плохо обстоял вопрос об одновременной обработке переднего края артиллерией и авиацией.

4. Информация сверху вниз, а также с соседями была поставлена из рук вон плохо. Война с первого дня приняла маневренный характер, противник оказался подвижнее...

Крупнейшим недостатком было то, что приказы очень часто наслаивались, в них подчас конкретные задачи не ставились, а частая смена обстановки подчас приводила к тому, что штабы армий совершенно теряли управление МК.

Это все, что касается общевойсковых командиров. Но много было недочетов, допущенных непосредственно и командирами механизированных частей и соединений. К ним относятся:

1. Штабы МК, ТД и ТП еще не овладели должным оперативно-тактическим кругозором. Они не смогли делать правильные выводы и полностью не понимали замысла командования армии и фронта.

2. Не было маневренности - была вялость, медлительность в решении задач.

3. Действия, как правило, носили характер лобовых ударов, что приводило к ненужной потере материальной части и личного состава...

4. Неумение организовать боевые порядки корпуса по направлениям, прикрывать пути движения противника, а последний главным образом двигался по дорогам.

5. Не было стремления лишить противника возможности подвоза горючего, боеприпасов. Засады на главных направлениях его действий не практиковались.

6. Не использовались крупные населенные пункты для уничтожения противника и неумение действовать в них.

7. Управление, начиная от командира взвода до больших командиров было плохое, радио использовалось плохо, скрытое управление войсками поставлено плохо...

8. Исключительно плохо поставлена подготовка экипажей в вопросах сохранения материальной части. Имели место случаи, когда экипажи оставляли машины, имеющие боеприпасы, были отдельные случаи, когда экипажи оставляли машины и сами уходили.

9. Во всех частях и соединениях отсутствовали эвакуационные средства, а имеющиеся в наличии могли бы обеспечить МК и ТД только в наступательных операциях.

10. Личный состав новой техники не освоил, особенно КВ и Т-34, и совершенно не научен производству ремонта в полевых условиях. Ремонтные средства танковых дивизий оказались неспособными обеспечить ремонт в таком виде боя, как отход.

11. ...Отсутствие штатной организации эвакосредств приводило к тому, что эвакуация боевой материальной части... отсутствовала.

12. Штабы оказались малоподготовленными, укомплектованы, как правило, общевойсковыми командирами, не имеющими опыта работы в танковых частях.

13. В высших учебных заведениях (академии) таких видов боя, с которыми пришлось встретиться, никогда не прорабатывалось, а это явилось большим недостатком в оперативно-тактическом кругозоре большинства “командного начсостава”.

К этим выводам трудно что-либо добавить, можно лишь подтверждать конкретными фактами. Вот только несколько:

- В 8-й ТД 4-го МК ЮЗФ экипажами было уничтожено 107 танков, в том числе 25 КВ, 31 Т-34. 18 Т-34 вообще пропало по неизвестной причине.

- в 10-й ТД 15-го МК ЮЗФ было брошено при отходе 140 танков, из них 34 КВ и 9 Т-34. 6 машин пропало без вести.

- 7-я ТД 6-го МК ЗФ только 22 июня от ударов авиации потеряла 63 танка.

- 12-я ТД 8-го МК ЮЗФ за первые три дня войны прошла более 500 км, подчиняясь разноречивым приказам, потеряв при этом по техническим причинам 50% матчасти. 26 июня введена в бой с ходу, по частям, без достаточной подготовки.

- 13-я ТД 5-го МК ЗФ в разгар контрудара встала из-за отсутствия горючего. В таком же положении оказались ТД 6-го, 11-го, 12-го и других МК.

- 5-й и 7-й МК ЗФ в июле наносили контрудар на местности, совершенно не приспособленной для действий танков, что привело к большим потерям.

- 22-я ТД 14-го МК ЗФ, дислоцировавшаяся в Бресте, уже утром 22 июня в результате артобстрела потеряла большую часть танков и артиллерии. Были уничтожены склады ГСМ и боеприпасов.

- 23-я и 28-я ТД 12-го МК СЗФ, участвуя в контрударе по тильзитской группировке, вступали в бой в разное время, координация действий отсутствовала. 28-я танковая дивизия к тому же оказалась без ГСМ и вынуждена была полдня бездействовать.

Эти примеры можно продолжать, ни один мехкорпус не избежал тех бед, о которых шла речь в докладе генерала Вольского.

Моторизованные дивизии

В состав каждого механизированного корпуса наряду с двумя танковыми дивизиями входила моторизованная дивизия. Они предназначались для закрепления успеха, достигнутого танковыми дивизиями и решения других задач в глубине обороны противника. Моторизованные дивизии первых девяти мехкорпусов развертывались из стрелковых, с сохранением прежней нумерации. Для второй волны МК началось формирование новых дивизий - с нуля или на базе расформированных кавалерийских дивизий.

Состав и организация моторизованной дивизии были утверждены постановлением Комитета Обороны от 22 мая 1940 г. №215с.

Организационно моторизованная дивизия состояла из следующих частей и подразделений:

- управление дивизии.

- два мотострелковых полка, каждый в составе:

- управление полка;

- 3 стрелковых батальона (в каждом - 3 стрелковых и минометная роты);

- комендантская рота;

- рота связи;

- пушечная артиллерийская батарея (4 76-мм пушки);

- полковой медпункт.

- танковый полк (в составе 4-х танковых батальонов и подразделений обеспечения).

- гаубичный артиллерийский полк, в составе:

- 2 артиллерийских дивизиона (2 батареи по 4 орудия: батарея 122-мм гаубиц и батарея 76-мм пушек);

- артиллерийский дивизион 152-мм гаубиц (3 батареи по 4 орудия);

- подразделения обеспечения.

- разведывательный батальон, в составе:

- рота танков;

- рота бронеавтомобилей;

- мотоциклетная рота.

- истребительно-противотанковый дивизион;

- отдельный зенитно-артиллерийский дивизион (8 37-мм пушек);

- саперный батальон;

- ремонтно-восстановительный батальон;

- медико-санитарный батальон;

- артиллерийско-парковый дивизион;

- отдельный батальон связи;

- автотранспортный батальон;

- рота регулирования;

- походный хлебозавод;

- полевая почтовая станция;

- полевая касса Госбанка;

По штату военного времени в дивизии должно было быть:

- 11534 человека;

- 258 танков БТ и 17 Т-37;

- 51 бронеавтомобиль;

- 12 152-мм гаубиц;

- 16 122-мм гаубиц;

- 16 76-мм пушек;

- 30 45-мм орудий ПТО;

- 8 37-мм зенитных пушек;

- 12 зенитных пулеметов ДШК;

- 12 82-мм минометов;

- 60 50-мм минометов;

- 80 станковых пулеметов;

- 367 ручных пулеметов;

- 1587 автомашин;

- 128 тракторов;

- 159 мотоциклов.

Нумерация частей в моторизированных дивизиях была единой со стрелковыми дивизиями, то есть бессистемной (хотя до 1939 г. нумерация полков в стрелковых дивизиях отличалась простотой - их номера шли по порядку - к примеру, 11-я СД - 31-й, 32-й и 33-й СП, 24-я СД - 70-й, 71-й и 72-й СП (с 1939 г. 7-й, 168-й и 274-й СП соответственно). Примером может служить 69-я МД ДВФ (бывшая 3-я колхозная дивизия ОКДВА), не входившая в состав мехкорпуса. Ее состав: 120-й, 237-й МСП, 143-й ТП, 118-й артполк, 109-й отдельный ИПТДН, 61-й ОЗАДН, 20-й разведывательный батальон, 41-й отдельный батальон связи, 99-й легкий инженерный батальон, 800-й автотранспортных батальон, 71-й медсанбат, 118-й артпарковый дивизион, 800-я рота регулирования. 17 июля 1941 г. 69-я МД была преобразована в 107-ю ТД, при этом состав и нумерация частей остались прежними. 16 сентября 1941 г. вновь преобразована в 107-ю МСД.

Моторизованные дивизии сильно отличались по укомплектованности личным составом, вооружением и техникой. Это хорошо видно на примере трех соединений - 131-я, 213-я и 215-я МД, входивших в состав мехкорпусов КОВО. Имея личный состав, близкий к штатному (11534 человека) - в 131-й МД - 10580, в 213-й МД - 10021, в 215-й МД - 10648 человек, эти дивизии испытывали большой дефицит командных кадров: при штатной численности комначсостава в 1095 человек, имелось - в 131-й МД - 784, в 213-й МД - 459, в 215-й МД - 596. Танковый парк - в среднем 36% от штата. По дивизиям: в 131-й - 122, в 213-й - 55, в 215-й - 129.

Артвооружение - общий процент укомплектованности по трём дивизиям: 76-мм пушек - 66,6%, 37-мм пушек - 50%, 152-мм гаубицы - 22,2%, 122-мм гаубицы - 91,6%, 82-мм минометов - 88,8%, 50-мм миномётов - 100%.

Гораздо хуже обстояло дело с транспортными средствами:

- автомобили - 24% от штата. Вместо 1587 автомашин - в 131-й МД - 595, 213-й МД - 140, 215-й МД - 405;

- тракторы и тягачи - 62,6% от штата. Из 128 штатных - в 131-й МД - 69, 213-й МД - 47, 215-й МД - 62;

- мотоциклы - 3,5% от штата. Вместо 159 машин - в 131-й МД - 17, в 213-й и 215-й МД - вообще нет.

А ведь это были дивизии Первого стратегического эшелона. Во внутренних округах положение было ещё хуже. Поэтому с первых дней войны большинство мотодивизий использовалось в боях как стрелковые соединения.

Всего перед войной в составе механизированных корпусов имелось 29 моторизованных дивизий. Кроме них существовало еще несколько отдельных моторизированных дивизий.

Судьбы мотодивизий мехкорпусов в годы войны были различны:

1-я МД 7-го МК 21.09.1941 г. преобразована в 1-ю Гвардейскую МСД (с 23.01.1943 г. 1-я ГвСД). Завершила боевой путь в годы войны как 1-я Гвардейская Московско-Минская Пролетарская ордена Ленина Краснознаменная орденов Суворова и Кутузова СД.

7-я МД 8-го МК 12.09.1941 г. переформирована в 7-ю СД. 27.12.1941 г. расформирована.

15-я МД 2-го МК 6.08.1941 г. переформирована в 15-ю СД. Закончила войну как 15-я Инзенская Сивашско-Щецинская ордена Ленина Дважды Краснознаменная орденов Суворова и Трудового Красного Знамени СД.

29-я МД 6-го МК 19.09.1941 г. расформирована.

81-я МД 4-го МК 16.07.1941 г. переформирована в 81-ю СД. 27.09.1942 г. расформирована.

84-я МД 3-го МК 16.07.1941 г. переформирована в 84-ю СД. Закончила войну как 84-я Харьковская Краснознаменная СД.

103-я МД 26-го МК. 28.08.1941 г. преобразована в 103-ю СД. 27.12.1941 г. расформирована.

109-я МД 5-го МК 19.07.1941 г. преобразована в 304-ю СД.

131-я МД 9-го МК 29.07.1941 г. переформирована в 131-ю СД. 27.12.1941 г. расформирована.

163-я МД 1-го МК 15.09.1941 г. переформирована в 163-ю СД. Закончила войну как 163-я Ромненско-Киевская ордена Ленина Краснознаменная орденов Суворова и Кутузова СД.

185-я МД 21-го МК 25.08.1941 г. переформирована в 185-ю СД. Закончила войну как 185-я Панкратовско-Пражская ордена Суворова СД.

198-я МД 10-го МК 17.09.1941 г. переформирована в 198-ю СД.

202-я МД 12-го МК 20.09.1941 г. переформирована в 202-ю СД. Закончила войну как 202-я Корсунь-Шевченковская Краснознаменная орденов Суворова и Кутузова СД.

204-я МД 11-го МК 19.09.1941 г. расформирована.

205-я МД 14-го МК 30.06.1941 г. расформирована.

208-я МД 13-го МК 19.09.1941 г. расформирована.

209-я МД 17-го МК 19.09.1941 г. расформирована.

210-я МД 20-го МК 14.07.1941 г. преобразована в 4-ю КД.

212-я МД 15-го МК 29.07.1941 г. переформирована в 212-ю СД. 21.11.1941 г. расформирована.

213-я МД 19-го МК 19.09.1941 г. расформирована.

215-я МД 22-го МК 19.09.1941 г. расформирована.

216-я МД 24-го МК 19.09.1941 г. расформирована.

218-я МД 18-го МК 8.09.1941 г. переформирована в 218-ю СД. 27.09.1942 г. расформирована.

219-я МД 25-го МК 9.09.1941 г. переформирована в 219-ю СД. 27.12.1941 г. расформирована.

220-я МД 23-го МК 21.07.1941 г. переформирована в 220-ю СД. Закончила войну как 220-я Оршанская Краснознаменная ордена Суворова СД.

221-я МД 27-го МК 10.08.1941 г. расформирована.

236-я МД 28-го МК 09.1941 г. переформирована в 236-ю СД. Закончила войну как 236-я Днепропетровская Краснознаменная ордена Суворова СД.

239-я МД 30-го МК 6.08.1941 г. переформирована в 239-ю СД. Закончила войну как 239-я Краснознаменная СД.

240-я МД 16-го МК 6.08.1941 г. переформирована в 240-ю СД. Закончила войну как 240-я Киевско-Днепровская Краснознаменная орденов Суворова и Богдана Хмельницкого СД.

Большинство моторизованных дивизий после упразднения мехкорпусов были переведены на штаты стрелковых дивизий, поскольку танков в них практически не осталось, а на поступление новых надежды не было.

Танковые дивизии

Главной ударной силой мехкорпусов были две танковые дивизии, входившие в их состав. Основным предназначением танковой дивизии был прорыв слабо укрепленной обороны противника, развитие наступления на большую глубину и действия в оперативной глубине - разгром резервов, нарушение управления и деморализация тыла, захват важных объектов. В оборонительных операциях ТД должны были наносить контрудары с целью уничтожения прорвавшегося противника. Эта задача перед войной считалась второстепенной и маловероятной. Поэтому в завязавшихся боях организовать и провести должным образом контрудары так и не удалось.

Организация танковой дивизии и ее штат целиком отвечали ее предназначению. Ввиду господства теории “войны малой кровью на чужой территории”, подразумевавшей захват господства в воздухе и наступление как основной вид боевых действий, танковые дивизии имели большую ударную мощь, но совершенно недостаточное (как показала война) количество средств ПВО, эвакуационной техники.

Формирование танковых дивизий началось в соответствии и по штатам, утвержденным Постановлением СНК СССР от 6 июля 1940 г. №1193-464с.

Дивизии полагалось: личного состава - 11343 человека, танков - 413 (из них: 105 КВ, 210 Т-34, 26 БТ-7, 18 Т-26, 54 химических), бронеавтомобилей - 91, орудий и миномётов (без 50-мм) - 58. В марте 1941 г. организация танкового полка танковой дивизии была изменена - количество тяжелых танков в нём уменьшилась с 52 до 31. Соответственно число танков в дивизии сократилось с 413 до 375. В мехкорпусе вместо 1108 танков стало 1031.

В 1940 г. было сформировано 18 танковых дивизий в составе мехкорпусов и две отдельные ТД (6-я - в ЗКВО и 9-я - в САВО).

Организационная структура танковых дивизий была следующей:

- управление дивизии;

- штабная рота;

- два танковых полка, каждый в составе:

- управление полка;

- комендантская рота;

- рота связи;

- разведывательная рота;

- саперная рота;

- ремонтная рота;

- полковой медицинский пункт;

- 4 танковых батальона:

- батальон тяжелых танков - 31 КВ;

- 2 батальона средних танков по 52 Т-34 в каждом;

- батальон химических танков.

- мотострелковый полк в составе:

- управление полка;

- комендантская рота;

- рота связи;

- разведывательная рота;

- саперная рота;

- пушечная артбатарея (4 76-мм пушки);

- 3 стрелковых батальона (в каждом 3 стрелковые роты и одна минометная рота - 6 82-мм минометов);

- полковой медицинский пункт.

- гаубичный артиллерийский полк в составе:

- управление полка;

- артиллерийский дивизион 122-мм гаубиц (3 батареи по 4 орудия);

- артиллерийский дивизион 152-мм гаубиц (3 батареи по 4 орудия);

- подразделения обеспечения.

- разведывательный батальон в составе:

- взвод управления;

- взвод связи;

- комендантский взвод;

- танковая рота;

- рота средних бронеавтомобилей;

- рота легких бронеавтомобилей;

- мотоциклетная рота;

- зенитная рота (4 37-мм пушки, 12 ДШК);

- артиллерийская батарея (6 пушек ДРП);

- саперный взвод;

- взвод ранцевых огнеметов.

- отдельный зенитно-артиллерийский дивизион (2 батареи 37-мм пушек, всего 8 37-мм пушек, 36 ДШК);

- отдельный батальон связи;

- моторизованный понтонно-мостовой батальон;

- автотранспортный батальон;

- ремонтно-восстановительный батальон;

- медико-санитарный батальон;

- рота регулирования;

- полевой хлебозавод;

- полевая почтовая станция;

- полевая касса Госбанка.

Танковая рота средних танков имела 17 машин (во взводе - 5 ), батальон - 52 танка. Батальон тяжелых танков насчитывал 31 танк (10 в роте, во взводе - 3).

Нумерация частей в танковых дивизиях была проще, чем в моторизованных и стрелковых дивизиях. Номера танковых полков шли по порядку (за небольшим исключением) и соответствовали номеру дивизии умноженному на 2 и № умноженному на 2 минус 1 (например - в 47-й ТД - 93-й и 94-й ТП). Исключение: 16-я ТД - 31-й и 149-й ТП. 23-я ТД - 45-й и 144-й ТП, 24-я ТД - 48-й и 49-й ТП, 25-я ТД - 50-й и 113-й ТП, 27-я ТД - 54-й и 140-й ТП, 29-я ТД - 57-й и 59-й ТП, 31-я ТД - 46-й и 148-й ТП.

Номера мотострелкового полка, артиллерийского полка, зенитно-артиллерийского дивизиона, разведывательного батальона, понтонно-мостового, медико-санитарного, автотранспортного, ремонтно-восстановительного батальонов и батальона связи, роты регулирования и полевого хлебозавода совпадали с номером дивизии. Полевые почтовые станции и кассы Госбанка имели свою систему нумерации.

В танковых дивизиях, сформированных из мехкорпусов внутренних округов, система нумерации была нарушена - номера полков поменялись, и не имела былой стройности.

Вот состав 1-й Краснознаменной танковой дивизии: 1-й, 2-й ТП, 1-й МСП, 1-й ГАП, 1-й ОЗАДН, 1-й разведбат, 1-й понтонный батальон, 1-й отдельный батальон связи, 1-й медсанбат, 1-й автотранспортный батальон, 1-й ремонтно-восстановительный батальон, 1-я рота регулирования, 1-й полевой хлебозавод, 63-я полевая почтовая станция, 204-я полевая касса Госбанка.

Штатный состав танковой дивизии РККА в 1941 г. составлял 10942 человек, в том числе 1288 человек командно-начальствующего состава, 2331 человек младшего комсостава, 7323 рядовых.

Вооружение дивизии состояло из:

- 375 танков (63 тяжелых, 210 средних, 26 БТ, 22 Т-26, 54 химических);

- 95 бронеавтомобилей (56 БА-10 и 39 БА-20);

- 12 122-мм гаубиц;

- 12 152-мм гаубиц;

- 4 76-мм полковых пушек;

- 12 37-мм автоматических зенитных орудия;

- 18 82-мм батальонных минометов;

- 27 50-мм ротных минометов;

- 1360 автомашин;

- 84 тракторов;

- 380 мотоциклов;

- 122 ручных пулеметов;

- 390 пистолет-пулеметов;

- 1528 самозарядных винтовок.

События начала войны показали, что слабым местом танковых дивизий был недостаток зенитных и противотанковых средств, бронетранспортеров (их вообще не было), хотя все остальное вооружение было на уровне лучших образцов вермахта или даже превосходило его.

Тяжелые танки в КОВО, ЗОВО и ПрибОВО были представлены 48 Т-35 (все в составе 34-й ТД), 516 КВ-1 и КВ-2 (последних в 41-й ТД имелось к началу войны 31, но все они оставались без боекомплекта). Парк средних танков в западных округах в 1940-1941 гг. пополнился 1070 “тридцатьчетверками”. Наиболее распространенными оставались легкие БТ-5 и БТ-7 (около 3500 штук) и наиболее массовый в РККА Т-26, как и его огнеметные модификации (всего около 9500 машин). Для ведения разведки предназначались плавающие Т-37, Т-38, Т-40 и бронеавтомобили БА-20 и БА-10, которыми оснащались разведывательные батальоны и разведроты танковых дивизий.

В германской армии ничего подобного советским тяжелым танкам не было.

Для буксировки артиллерийских орудий в ТД использовались: 45-мм и 76-мм пушек - легкие артиллерийские тягачи Т-20 “Комсомолец”; 122-мм и 152-мм гаубиц - средние артиллерийские тягачи “Коминтерн”. Они выпускались с 1935 г. и к началу войны в РККА имелось 1712 машин этого типа. Применялись транспортные гусеничные тракторы СТЗ-5 (СТЗ-НАТИ-2ТВ). Кроме них использовались транспортные трактора “Сталинец-2”, производство которых началось с конца 1940 г. В каждой танковой дивизии по штату должно было быть 84 тягача и трактора. Фактически их было гораздо меньше - к примеру в 19-й ТД - 52, а во многих дивизиях дело обстояло еще хуже - в 41 ТД - 15, 20 ТД - 38, 35 ТД - 7, 40 ТД - 5. Процент укомплектованности тягачами танковых дивизий мехкорпусов 5-й армии КОВО составлял 26,1%. Кроме того, очень часто использовались и сельскохозяйственные тракторы, так как специальной техники не хватало.

Что же касается пригодности имевшихся тягачей как эвакуационного средства, то даже лучший из них - “Коминтерн” мог буксировать лишь 12-тонный груз и годился, в лучшем случае, для вывоза легких танков.

Автомобильный парк танковых дивизий был очень пестрым. Штабы мехкорпусов и дивизий, входившие в их состав, использовали штабные автобусы ГАЗ-03-30 и ГАЗ-05-193 (на шасси ГАЗ-ААА), легковые автомобили ГАЗ-М1, ГАЗ-11-73 и другие. Для транспортировки грузов и личного состава использовались: полуторатонные грузовики ГАЗ-АА; трехосные грузовые автомобили повышенной проходимости ГАЗ-ААА, грузоподъемностью 1,5-2 т. Они служили в качестве шасси для бронеавтомобилей, радиостанций, зенитных установок; трехосные грузовики ЗИС-6, которые также применялись в качестве артиллерийских тягачей и шасси для специальных машин; трехтонные грузовики ЗИС-5; пятитонные ЯАЗ.

Штатная численность автопарка танковых дивизий составляла 1360 автомашин. Но их тоже не хватало, поэтому количество автомобилей колебалось от 157 в 40-й ТД до 682 в 41-й ТД. Средняя укомплектованность танковых дивизий 9, 19, 22 мехкорпусов составляла 27% от штатной, а мотодивизий 24%.

Для ведения разведки, связи и патрульной службы широко применялись мотоциклы, представленные следующими образцами: Л-300, ПМЗ-А-750, ТИЗ-АМ-600, Иж-7, Иж-8 и Иж-9.

Каждая танковая дивизия должна была иметь по штату 380 мотоциклов. Однако в реальности картина была другой. 35, 40, 41 ТД вообще не имели мотоциклов, в 19 и 20 ТД их было по 10 машин, в 43 ТД - 18. Общий процент укомплектованности составлял всего 1,7 от штатного. Не лучше дело обстояло и в мотодивизиях - при штатном количестве 159 мотоциклов, 213, 215 МД их совсем не имели, в 131 МД имелось 17. Процент укомплектованности составлял 3,5. К тому же имевшиеся мотоциклы порядком послужили и находились в плохом техническом состоянии. Вот свидетельство командира 43-го разведбатальона 43-й ТД В.С.Архипова: “К началу июня 1941 г. 43-й разведбатальон был почти полностью сформирован. Ждали только новые мотоциклы. В мотоциклетной роте машины были старые и разных марок , да и тех очень мало, так что большая часть бойцов перевозилась на грузовиках”. Это создавало большие трудности при ведении разведки и организации связи.

Понтонно-мостовой батальон оснащался парком Н2П (принят на вооружение в 1934 г., грузоподъемность 60 т).

В качестве средств связи использовались общевойсковые радиостанции 5АК, монтируемые на шасси автомобиля. Дальность действия в телеграфном режиме - 50 км на стоянке и 30 км на ходу, в телефонном - 15 км. Перед войной в войска начали поступать радиостанции РБ (дальность в телеграфном режиме - 10 км, телефонном - 7 км), РРУ и другие. Наиболее распространенной танковой радиостанцией была 71ТК (дальность действия в телеграфном режиме - 50 км на стоянке, 30 км на ходу, в телефонном 15 км). В конце 30-х гг. на танки и БА стали устанавливать радиостанции 9Р (дальность на стоянке - 25 км, на ходу - 18 км), 10Р (40-25 км), РСМК (100-40 км). В проводной связи использовались телефонные аппараты УНА-Ф-31, УНА-И-31.

Средства связи были одним из слабых мест мехкорпусов. Как и в корпусах образца 1939 г., основными оставались танковые радиостанции 71 ТК и автомобильные 5 АК. Этих радиосредств не хватало для управления танковым корпусом прежней автоматизации, а тем более новыми корпусами, количество танков в которых увеличилась почти в 2 раза.

При однородности на бумаге, в реальности количество личного состава, вооружения и техники в танковых дивизиях было различным, полностью укомплектованных дивизий к началу войны было очень мало.

Данные по танковому парку некоторых танковых дивизий

ТД

Всего танков

КВ

Т-34

Т-28

БТ

Т-26

Т-37

1

370

-

-

-

265

105

-

3

338

-

-

38

232

68

-

7

368

51

150

-

125

42

-

8

325

50

140

68

31

36

-

10

365

63

38

61

181

22

-

19

163

-

-

-

34

129

-

20

36

-

-

-

30

6

-

30

174

-

-

-

-

174

-

35

142

-

-

-

-

142

-

40

158

-

-

-

-

19

139

41

415

31

-

-

-

383

1

43

237

5

2

-

-

230

-

Количество танков колебалось от 36 в 20 ТД до 415 в 41 ТД. Близкое к штатному число машин имели 1, 3, 7, 8, 10 ТД, большинство же дивизий находилось в начальной стадии формирования.

Сравнивая вооружение советских и немецких танковых дивизий нужно отметить, что танковая дивизия РККА по количеству танков (штатному) превосходили немецкую в 2 раза, уступая в численности личного состава (10942 против 16000 человек). Организационно-штатная структура дивизий имела отличия - в советской было 2 танковых полка 3-х батальонного состава, в немецкой - один танковый полк 2-х батальонного. Против одного мотострелкового полка (3 батальона) в ТД РККА, в немецкой имелось 2 гренадерских полка (по 2 батальона). Остальные части и подразделения были практически одинаковыми.

При полном укомплектовании по маневренным возможностям немецкие танковые дивизии превосходили советские, но уступали по ударной мощи.

Танковый парк танковых дивизий РККА тоже был разнообразным. Если 7, 8, 10 ТД имели большое количество новых танков КВ и Т-34, то в 40-й ТД из 158 танков 139 были легкобронированные плавающие Т-37 и всего 19 Т-26 и боевой потенциал ее как танкового соединения был минимальным - одно громкое название. Большинство же дивизий имело в основном танки серии БТ и Т-26 различных модификаций. Они составляли основу танковых войск перед войной.

Укомплектованность танковых дивизий вооружением и боевой техникой можно рассмотреть на примере соединений 9, 19, 22 мехкорпусов КОВО, поскольку о них имеются наиболее достоверные сведения. Начнем с личного состава. Общая укомплектованность танковых дивизий командно-начальствующим составом составляла 46% (при штатной численности 1288 человек колеблясь от 428 в 35-й ТД до 722 в 19-й ТД), младшим комсоставом - 48,7% (штатное - 2331 человек, фактически - от 687 в 20-й ТД до 1644 в 35-й ТД). Не хватало более половины командиров разного уровня. При штате в 10942 человек численность личного состава колебалась от 8434 в 43-й ТД до 9347 в 19-й ТД. Общая укомплектованность личным составом составляла 81,4%.

Танков в этих 6 дивизиях имелось 51% от штата. Разброс по типам машин был велик: КВ имелось всего - 9,41%, Т-34 - еще меньше - 0,16%, БТ - 41%, Т-26 - 649%, химических - 16%. Основной машиной был Т-26 - в 41-й ТД - 342, в 43-й ТД - 230. Немного лучше обстояло дело с артиллерийским вооружением - общий процент укомплектованности по типам орудий был следующим: 76-мм пушки - 66,6, 37-мм зенитные пушки - 33,3, 152-мм гаубицы - 66,6, 122-мм гаубицы - 86%.

Большой проблемой для командиров дивизий была нехватка автотранспорта, особенно бензовозов. К примеру в 11, 13, 17, 20 мехкорпусах автомашин имелось всего 8-26% от штатного. По приграничным округам количество автомобильной техники было следующим.

ЛенВО

ПрибОВО

ЗапОВО

КОВО

ОдВО

Всего

Средние БА

133

224

343

466

131

1297

Легкие БА

193

114

136

218

58

719

Автоцистерны

999

78

550

989

313

2939

Мастерские “А”

256

9

156

310

83

814

Мастерские “Б”

188

8

60

138

63

457

Самое тяжелое положение с бензовозами было в Прибалтийском ОВО, где командующий округом г-п Кузнецов был вынужден 18 июня 1941 г. отдать приказ: “Отобрать из числа частей округа (кроме механизированных и авиационных) бензоцистерны и передать их по 50% в 3 и 12-й мехкорпуса”.

Все это привело к печальным последствиям - в первые дни войны очень часто танки в самый неподходящий момент оказывались без горючего и были вынуждены часами ожидать его (что срывало все планы взаимодействия) или же экипажам приходилось уничтожать свои машины, чтобы они не достались противнику. В таком положении оказались 4 и 7-я танковые дивизии 6-го МК в момент контрудара по сувалкинской группировке, 28 ТД 12 МК СЗФ, что привело к большим потерям.

Другим недостатком танковых дивизий была нехватка эвакуационных средств, в результате чего не только поврежденные, но даже и исправные, но застрявшие в болотах, на реках и других препятствиях танки не эвакуировались и уничтожались. В дивизиях имелось всего по 3-4 маломощных трактора, предназначенных для эвакуации.

Кроме того, в предвоенные годы ремонт рассматривали как чисто техническое мероприятие, обеспечивающее лишь устранение неисправностей в машинах в процессе эксплуатации, но не способствовавшее восстановлению боеспособности войск. Поэтому ремонт техники на поле боя предусматривалось производить лишь после выполнения войсками боевых задач. В сочетании со слабой обученностью личного состава все это приводило к тому, что потери матчасти по не боевым причинам превышали 50%.

Свою роль в этом сыграла деморализованность напором противника, отсутствием инициативы и пресловутая слабая связь, из-за которых отрезанные от руководства и лишившиеся снабжения танкисты оказывались не в состоянии самостоятельно вести бой и даже организовать отход. Поврежденная и брошенная техника при отступлении оставалась на поле боя и доставалась противнику.

Причиной этой “расточительности”, наряду со слабостью ремонтной базы и недостатком запчастей (по существующей практике, их выпуск прекращался со снятием из планов производства самой машины), была слабая подготовка многих экипажей, впервые в армии встретившихся со сложной техникой и бросавших танки при малейших поломках, которые они не были способны устранить. По германским данным, за два первых месяца войны ими были захвачены подбитыми или брошенными экипажами 14079 советских танков.

Причины потерь матчасти 8-й ТД 4-го МК ЮЗФ на 1.08.1941г.

Имелось на 22 июня

Подбито

Пропало без вести

Завязло

в болоте

Отработало м/рес.

Уничтожено экипажем

Отправлено на завод

По неизвес. причинам

КВ

50

13

-

2

3

25

5

-

Т-34

140

54

8

2

-

31

32

10

Т-28

68

10

-

-

-

26

-

1

БТ-7

31

2

1

1

-

12

3

1

Т-26

36

6

1

1

-

13

5

-

БА-10

57

7

-

-

-

14

5

13

Причины потерь матчасти 10-й ТД 15-го МК ЮЗФ.

Тип

БТТ

Имелось

на 22 июня

Вышло по боевой тревоге

Подбито

Пропало

без вести

Оставлено

при отходе

Остаток

КВ

63

53

22

-

34

7

Т-34

38

37

23

-

9

5

Т-28

61

44

4

3

37

-

БТ-7

181

147

54

-

46

47

Т-26

22

19

7

3

14

-

БА

83

72

24

-

27

21

Об этом же идет речь в политдонесении управления пропаганды ЮЗФ от 8 июля 1941 г.: “В 22-м мехкорпусе за это же время (22.06 - 6.07.1941 г.) потеряно 46 автомашин, 119 танков, из них 58 подорвано нашими частями во время отхода из-за невозможности отремонтировать в пути. Исключительно велики потери танков КВ в 41-й танковой дивизии. Из 31 танка, имевшихся в дивизии, на 6 июня осталось 9. Выведено из строя противником - 5, подорвано экипажами - 12, отправлено в ремонт - 5... Большие потери танков КВ объясняется в первую очередь слабой технической подготовкой экипажей, низким знанием ими матчасти танков, а также отсутствием запасных частей. Были случаи, когда экипажи не могли устранить неисправности остановившихся танков КВ и подрывали их”.

Состояние многих танковых дивизий перед войной можно представить, читая “Описание боевых действий 40-й ТД 19-го МК”:

“К 22 июня 1941 г. дивизия была укомплектована танками на 8-9% и те - не табельные. Состояние матчасти для боя не соответствовало (машины Т-37, Т-38, Т-26 главным образом прошедшие средний ремонт, предназначенные для учебно-боевого парка). Табельные танки отсутствуют совершенно.

Вооружение: танковые полки имели винтовки для несения караульной службы. Начсостав личным оружием был укомплектован на 35%. Специального вооружения из-за отсутствия танков дивизия не имела.

Артиллерийский полк имел 12 орудий.

Мотострелковый полк табельным вооружением, особенно автоматическим оружием, был укомплектован на 17-18%”.

Предвоенная дислокация многих дивизий была крайне невыгодной. Вот один пример: 22-я танковая дивизия 14-го МК 4-й армии ЗапОВО располагалась в Южном военном городке Бреста (2,5 км от границы). Для нее серьезной проблемой был выход в районы сбора - чтобы попасть в район Жабинки нужно было переправиться через реку Мухавец, пересечь Варшавское Шоссе и две железнодорожные линии - Брест-Барановичи и Брест-Ковель. Это означало, что на время прохождения дивизии прекратится всякое движение в районе Бреста. Кроме того, из-за близости границы, дивизия в первые же часы войны понесла огромные потери от артиллерийского огня, лишившись к тому же боеприпасов и ГСМ.

После начала войны организационно-штабная структура многих танковых дивизий ввиду нехватки материальной части подверглась изменениям. Уже 24 июня были переформированы танковые дивизии 21-го мехкорпуса МВО. В 42 и 46-й ТД оставалось по два танковых полка, но в каждом теперь имелся всего один танковый батальон двухротного состава. В роте - 3 взвода по 3 танка. К ним добавлялось 9 командирских танков. Всего в танковой дивизии имелось 45 танков, что было меньше, чем в танковом батальоне предвоенной организации. В июле 1941 г., после упразднения механизированных корпусов, из мехкорпусов внутренних военных округов было сформировано 10 танковых дивизий новой организации - количество танков по штату в них было уменьшено до 217, в танковой роте вместо 17 танков стало 10, гаубичный артполк преобразован в противотанковый, вместо ремонтно-восстановительного батальона в состав дивизий введена ремонтно-восстановительная рота, имевшая в своем составе:

- взвод по ремонту тяжелых и средних танков;

- 2 взвода по ремонту легких танков;

- взвод по ремонту колесных машин;

- электротехнический взвод;

- взвод по ремонту артиллерийского и стрелкового оружия;

- взвод подвоза запасных частей;

- тракторный (эвакуационный) взвод.

Отдельные танковые дивизии были переданы в подчинение командующих общевойсковыми армиями.

До января 1942 г. все танковые дивизии были расформированы или преобразованы в танковые бригады, ставшие основной тактической единицей бронетанковых войск. До 1945 г. сохранились лишь 61 и 111-я танковые дивизии, входившие в состав Забайкальского фронта. Они приняли участие в разгроме Квантунской армии в августе-сентябре 1945 г.

О боевых действиях советских танковых дивизий летом 1941 г. можно судить на примере 43-й ТД 19-го МК 5-й армии ЮЗФ. Сформирована она была весной 1941 г. на базе 35-й Краснознаменной легкотанковой бригады. Эта бригада имела боевой опыт - участвовала в Советско-финляндской войне. Тогда ею командовал п-к В.Н.Кашуба. В конце 1940 г. 35-я ЛТБР была передислоцирована из-под Выборга в район Бердичева. Закончить формирование к началу войны не удалось, хотя в дивизии имелось 237 танков, из них 5 КВ, 2 Т-34 и 230 Т-26. Командовал дивизией п-к И.Г.Цибин, начальник штаба – полк. В.А.Бутман-Дорошкевич. О том, как вступила в войну 43-я ТД, говорит “Доклад о боевых действиях 43-й ТД 19-го МК за период с 22 по 29 июня 1941 г.”:

Личный состав:

Штаб дивизии был укомплектован почти полностью вполне подготовленным начсоставом, сколоченным и способным к управлению войсками, укомплектование его происходило за счет прибывшего в состав дивизии штаба 35-й Краснознаменной танковой бригады.

Старший и средний начсостав подготовлен также вполне удовлетворительно, большинство имело боевой опыт в боях с Финляндией.

Специалистами дивизия была укомплектована как по количеству, так и по качеству вполне удовлетворительно, экипажи боевых машин обучены, многие из них имели боевой опыт и имевшейся налицо техникой полностью овладели.

Младший начсостав, особенно мотострелкового полка, имелся не в комплекте на 70%, подготовлен недостаточно, так как прибыл из других частей и выдвинут из красноармейцев.

Остался необученным личный состав первых батальонов танковых полков как только прибывший на укомплектование, ввиду отсутствия материальной части, пройдя только курс молодого бойца.

Боевые машины были к бою полностью готовы, укомплектованы экипажами, но технически сильно изношены. Из наличного количества автомашин около 150 были неисправны, частично ремонтировались на рембазах и часть из них стояла без шоферов в Бердичеве до получения их из приписного состава по мобплану. Запчастей для боевых машин на складах дивизии имелось лишь на 40-45%.

Наличное количество автомашин ни в коей мере не обеспечивало дивизию для выступления в поход и поднятия всех запасов. Вследствие этого основная масса личного состава мотострелкового полка и другие специалисты не боевых машин автотранспортом подняты быть не могли. Также не могли быть подняты люди первых батальонов танковых полков, не имеющих материальной части.

Снарядов для 37-мм зенитных пушек в части не было совершенно. Для орудий 122 и 152-мм имелся всего лишь один боекомплект. МП автоматическим оружием и минометами был укомплектован на 15-20% против положенного по табелю.

Вывод: Несмотря на то, что дивизия находилась еще в стадии формирования и имела большой некомплект по основным видам вооружения, технике и в личном составе, - к боевым действиям была подготовлена и могла вести бой в том составе, в котором она находилась к 22.06.1941 г.”

В полдень 22 июня дивизии была поставлена задача сосредоточится в 20 км юго-западнее Ровно и “быть готовой к наступлению в направлении Дубно, Дубровке.” Марш своим ходом занял три дня под непрерывными ударами с воздуха при постоянном дефиците ГСМ и запчастей, которые буквально приходилось разыскивать по маршруту движения, удаляясь от части на 150-200 км. За все это время штаб дивизии не получал никакой информации о положении на фронте, разведданных и оперативных сводок, оставаясь в неведении даже о соседях с флангов и противнике. Так, считалось что основные силы Красной Армии уже успешно ведут бои западнее и задачей дивизии является ликвидация прорвавшихся танковых групп немцев. При этом полутора тысячам человек пришлось из-за нехватки транспорта двигаться пешком. Утром 36 июня танковая группа дивизии, включавшая 2 КВ, 2 Т-34 и 75 Т-26, двинувшись на Дубно, встретила отступавшие советские части. Их удалось остановить и, подчинив себе, включить в оборону. Однако дивизия осталась без артиллерии, безнадежно отставшей на марше, и не имела какого-либо прикрытия с воздуха, по прежнему не имея толком данных разведки. Тем не менее в результате танковой атаки удалось достичь цели и выйти к окраинам Дубно, отбросив противника на 15 км. Танковый бой продолжался 4 часа и его результатом стали 21 уничтоженный танк немцев, две батареи ПТО и 50 автомашин, причем из-за недостатка бронебойных снарядов КВ и Т-34 пришлось вести огонь осколочными снарядами и своей массой давить ПТО противника. Ценой этого стали 2 сгоревших КВ и 15 Т-26. Достигнутый успех развить не удалось из-за слабого взаимодействия с соседями, под фланговым контрударом немцев отошедшими назад. За ними под огнем ночью отступила и 43-я ТД.

Заняв рубежи восточнее Ровно, 43-я ТД продолжала оставаться под артогнем и бомбардировками, отбивая атаки немцев и постоянно теряя контакт с соседями, то и дело обнаруживая, что они уже покинули свои позиции. Танкистам приходилось переходить к “подвижной обороне”, с короткими контратаками оставляя один рубеж за другим и отбиваясь от наседавших немцев. К концу дня 28 июня 43-я ТД лишилась 19 танков Т-26.

Далее представлены данные по танковым дивизиям РККА с кратким описанием их боевого пути.

1-я Краснознаменная ТД сформирована в июле 1940 г. в ЛенВО на базе 20-й Краснознаменной ТБР и 1-й ЛТБР в составе 1-го МК. Дислоцировалась перед войной в Пскове. По приказу начальника штаба ЛенВО г-м Никишева 17 июня 1941 г. переброшена в Заполярье, где с начала войны и до 8 июля вела бои против 36 АК немцев в районе Алакуртти. 3.07 экипаж танка 1-го ТП под командованьем ст.с-та А.М. Борисова, удерживая рубеж у моста через реку Куолайки, в течении 32 часов отражал атаки противника. В июле (без 2-го ТП) переброшена в район Гатчины и до середины августа вела оборонительные бои на подступах к Ленинграду. В середине сентября вошла в состав 42-й армии Ленинградского фронта и оборонялась на рубеже Лигово-Пулково. 30 сентября расформирована и на ее базе создана 123-я ТБР. Командир - г-м В.И.Баранов. На 22 июня имела 370 танков и 53 бронеавтомобиля.

1-я ТД (2-го формирования) преобразована из 1-й МСД 18.08. Вела боевые действия на Западном фронте. 21 сентября переименована в 1-ю ГвМСД.

2-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ПрибВО в составе 3-го МК. Перед войной дислоцировалась в Укмерге. 22 июня находилась в районе восточнее Каунаса. 23 июня совместно с 48-й и 125-й СД наносила контрудар по войскам группы армий “Север” в направлении Скаудвиле. Во встречном танковом сражении с 6-й ТД немцев нанесла ей большой урон, но к исходу 24 июня была окружена войсками 56-го МК Манштейна и осталась без горючего и боеприпасов. В районе Расейнай один КВ из состава дивизии почти двое суток сдерживал наступление 6-й ТД г-м Ландграфа. 26 июня провела последний бой в лесу северо-восточнее города Расейняй, в котором погиб командир дивизии г-м Е.Н.Солянкин. Оставшиеся танки были взорваны, а части личного состава удалось пробиться к своим. 16 июля была расформирована.

3-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ЛенВО в составе 1-го МК. Перед войной дислоцировалась в районе Пскова, имея в своем составе 338 танков и 74 БА. В начале июля получила 10 танков КВ и была передана в состав войск СЗФ. Участвуя в контрударе по 56-му МК немцев, рвавшегося к Новгороду, 5 июля атаковала 1-ю ТД немцев, занявшую город Остров. Не имея авиационной поддержки и ведя наступление без пехоты потеряла более половины танков. 6 июля в дивизии оставалось 43 танка. К вечеру 5 июля овладела Островом, но к утру 6 июля ударом 1-й и 6-й немецких ТД была выбита из города. 7 июля 5-й ТП передан в состав 22-го СК, а 6-й ТП вел бои в составе 41-го СК, в результате чего как боевая единица 3-я ТД перестала существовать. К 1 августа в дивизии осталось 15 танков и она использовалась как стрелковая часть. 14 декабря 1941 г. преобразована в 225-ю СД (Закончила войну как 225-я Новгородская ордена Кутузова СД). Командир - п-к К.Ю.Андреев.

4-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ЗапВО в составе 6-го МК. К началу войны базировалась в районе Белостока, имея кроме прочих 63 КВ и 88 Т-34. 22 июня вступила в бой на рубеже реки Нарев, но к вечеру была выведена для участия в контрударе мехкорпусов Западного фронта. 23 июня совместно с танковыми дивизиями 6-го и 11-го МК наносила контрудар по Сувалкинской группировке немецких войск. В ходе боя осталась без горючего и боеприпасов и вынуждена отступить в сторону Новогрудок. Оставшиеся танки были взорваны. Остатки дивизии вместе с другими войсками 3-й и 10-й армий попали в окружение западнее Минска, где до 1 июля вели бои с 10-й МД противника пытаясь прорваться в район Барановичей. 6 июля расформирована. Командир - г-м А.Г.Потатурчев.

5-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ПрибВО на базе 2-й ЛТБР в составе 3-го МК. Перед войной дислоцировалась в городе Алитус. 22 июня, после выхода из пункта постоянной дислокации, дивизия должна была развернуться на фронте 30 км. Для обороны переправ в районе Алитуса и обеспечить отход 128-й СД. Части дивизии вступили в бой в разное время, по мере готовности. В тяжёлых условиях 5-я ТД не смогла выполнить боевую задачу - танковые части понесли большие потери и позволили немецким войскам захватить 3 моста через Неман. Сама дивизия оказалась в окружении на восточных берегах Немана в районе Алитуса и была практически уничтожена. Штаб 3-й танковой группы 22.06 информировал штаб армий “Центр”: “вечером 22 июня 7-я ТД имела крупнейшую танковую битву за период этой войны восточнее Олита против 5-й ТД. Уничтожено 70 танков и 20 самолетов (на аэродромах) противника. Мы потеряли 11 танков, из них 4 тяжелых...”. Командующий 3-й танковой группы Г.Гот позже вспоминал: “Для 3-й танковой группы явилось большой неожиданностью то, что все 3 моста через Неман, владение которыми входило в задачу группы, были захвачены неповреждёнными. Захват 3-х мостов стал возможен благодаря тому, что нападение явилось полной неожиданностью для противника и что последний потерял централизованное управление своими войсками”. Остатки дивизии 24 июня вошли в состав 13-й армии Западного фронта. 16 июля была расформирована. Командир - п-к Ф.Ф.Федоров.

6-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ЗакВО как отдельная танковая дивизия, затем включена в состав 28-го МК. Перед войной базировалась в Армении будучи полностью укомплектованной. После расформирования в июле 1941 г. 28-го МК в качестве отдельной ТД включена в состав 47-й армии. В августе переброшена в район Нахичевани, откуда 25 августа в составе 45-й армии вступила на территорию Ирана и совершила марш к Тебризу. Позже возвращена в ЗакВО, где 17 октября была расформирована, а на ее базе создана 6-я ТБР. Командир - п-к В.А.Алексеев.

7-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ЗапВО в составе 6-го МК. Перед войной дислоцировалась в районе Белостока, имея в своем составе 368 танков (из них 51 КВ, 150 Т-34). Одна из наиболее укомплектованных и мощных танковых дивизий РККА. 22 июня поднята по тревоге, в ночь на 23-е совершила марш в район восточнее Белостока для ликвидации якобы прорвавшейся ТД немцев, потеряв от ударов авиации 63 танка, но противника не обнаружила. В ночь на 24-е июня совершила марш в район южнее Гродно, но противника опять не обнаружила. 24-25 июня участвовала в контрударе 6-го МК против прорвавшихся немецких войск. Из-за отсутствия горючего потеряла почти все танки и отошла в сторону Минска, где попала в окружение вместе с войсками 3 и 10-й армий. В конце июня пыталась прорвать фронт 12-й немецкой танковой дивизии в направлении Молодечно с целью выхода из окружения, но к 1 июля потеряла все танки. 6 июля была расформирована. Командир - г-м С.В.Борзилов (погиб в окружении 28.09.1941 г.).

8-я ТД сформирована в июле 1940 г. в КОВО в составе 4-го МК. К началу войны находилась в районе Львова, имея в своем составе 325 танков (из них 50 КВ, 140 Т-34). С 22 июня вела бои во львовском выступе в районе Городка, Немирова с войсками группы армий “Юг”. 23 июня в районе Радехова отбивала атаки 262-й ПД и других войск 44-го армейского корпуса противника. 26 июня передана в подчинение командира 15-го МК. В конце июня - начале июля вела оборонительные бои на Западной Украине и отходила к Киеву. С 8 июля сводный отряд дивизии оборонял Бердичев. В конце июля попала в окружение под Уманью, но сумела вырваться из кольца. В середине августа вела бои у Днепропетровска. 20 сентября была расформирована и на ее основе создана 130-я ТБР. Командир - п-к П.С.Фотченков.

9-я ТД сформирована в июле 1940 г. в САВО как отдельная танковая дивизия, затем включена в состав 27-го МК. Дислоцировалась в городе Мары. В середине июня началась переброска частей дивизии на Украину. После начала войны 27-й МК был расформирован, а 9-я ТД стала отдельной. Вскоре она сменила нумерацию, став 104-й ТД. Командир - п-к В.Г.Бурков.

10-я ТД сформирована в июле 1940 г. в КОВО в составе 4-го МК. В 1941 г. передана в 15-й МК. Дислоцировалась перед войной в городе Золочев. Полностью укомплектована - 365 танков (из них 63 КВ, 38 Т-34) и 83 БА. 22 июня совершила марш в район Радехова, Броды, где 23-го вступила в бой с 262-й и 297-й пехотными дивизиями противника. 26 июня в составе 15-го МК участвовала в ударе мехкорпусов ЮЗФ, наступая из района Броды на Радехов, Берестечко. В боях понесла большие потери и в дальнейшем прикрывала отход войск ЮЗФ. В начале июля у Бердичева вела бои с 11-й танковой дивизией немцев, была окружена, но сумела пробиться к своим. В конце июля вновь попала в окружение под Уманью, и вновь сумела пробиться из кольца. После переформирования 20 августа включена в состав 40-й армии, оборонялась у Конотопа. 29 августа вела наступление в направлении Шостка, Глухов. В сентябре отбивала (безуспешно) удар танковой группы Гудериана на юг, закончившийся окружением основных сил ЮЗФ. После потери почти всей матчасти 10-я ТД была выведена в тыл, в район Харькова. Здесь, 28 сентября была расформирована, а на ее базе созданы 131-я и 133-я ТБР (с 8.12.1942 г. - 11-я Гвардейская Корсуньско -Берлинская Краснознаменная орденов Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого ТБР). Командир - г-м С.Я.Огурцов (в августе попал в плен).

11-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ОдВО в составе 2-го МК. Перед войной дислоцировалась в районе Тирасполя. С началом войны вышла к советско-румынской границе, где 25 июня совместно с 74-й СД нанесла контрудар с целью ликвидации скулянского плацдарма. 27-го освободила Скуляны. В конце июня - начале июля участвовала в контрударе 2-го МК на Бельцы с целью остановить наступление противника. 8 июля нанесла удар в стык 4-й румынской и 11-й немецкой армий, сумев к 10.07 остановить врага. В связи с обострением обстановки на правом фланге ЮФ 2-й МК был переброшен в район Христиановки, где 22 июля 11-я и 16-я ТД нанесли контрудар по 11-й и 16-й танковым дивизиям немцев в направлении Умани с целью не допустить окружения 18-й армии. Задача была выполнена и в дальнейшем дивизия вела оборонительные бои, отходя на восток. К 30 июля 11-я и 16-я ТД 2-го МК потеряли 442 танка из 489. 27 августа расформирована, на ее базе создана 132-я ТБР (с 24.01.1942 г. 4-я Гвардейская Смоленско-Минская Краснознаменная ордена Суворова ТБР). Командир - г-м Г.И.Кузьмин.

12-я ТД сформирована в июле 1940 г. в КОВО в составе 8-го МК на базе 14-й ТБР. Перед войной дислоцировалась в Стрые. 22 июня после передачи 8-го МК из 26-й армии в состав 6-й армии, совершила марш в новый район сосредоточения. 23-го в районе Броды отражала удар 16-й танковой и 16-й моторизованной дивизий 48-го МК немцев. 24 июня по приказу командующего 6-й армии совершила марш в новом направлении. Получив приказ командующего ЮЗФ, 26 июня двинулась в новый район развертывания для участия в контрударе мехкорпусов. За первые 4 дня войны, подчиняясь разноречивым приказам командования, прошла 500 км и потеряла по техническим причинам 50 % матчасти. 26 июня введена в бой сходу, по частям и без достаточной подготовки. Форсировав реку Слонувка и ведя бой с 16-й немецкой танковой дивизией продвинулась на 20 км. 27 июня на рубеже Турковичи, Поддубцы понесла большие потери от артиллерийского огня и перешла к обороне. 28-го вновь атаковала противника - 16-я ТД, 75-я и 111-я ПД, продвинулась на 12 км, но к вечеру вынуждена была отойти. 29-го окружена в районе Радзивилова, но к исходу дня сумела вырваться из кольца, потеряв всю матчасть. К 30 июня в 8-м МК из 858 танков осталось 10. В последующих боях дивизия участвовала как стрелковая часть. 1 сентября расформирована, на ее базе создана 129-я ТБР. Командир - г-м Т.А.Мишанин.

13-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ЗабВО в составе 5-го МК. Дислоцировалась в районе Борзи. 15 июня 1941 г. в составе 16-й армии отправлена в КОВО. В конце июня переброшена на ЗФ, где вошла в состав 20-й армии. 5 июля, имея 238 БТ-7 и другие машины, совместно с 17-й ТД 5-го МК, 14-й и 18-й ТД 7-го МК участвовала в контрударе по 39-му и 47-му МК группы армий “Центр” на Лепельском направлении. Продвинувшись на 20 км, встала из-за отсутствия горючего. Возобновив наступление 7 июля танковые дивизии натолкнулись на организованную оборону и понесли большие потери (более 50 % матчасти). С 9 июля вела бои против 17-й ТД немцев севернее Орши. В середине июля вместе с другими войсками 20-й армии попала в окружение в районе Смоленска. В начале августа остатки дивизии пробились к своим. 10 августа расформирована. Командир - п-к Ф.У.Грачев.

14-я ТД сформирована в июле 1940 г. в МВО в составе 7-го МК. Дислоцировалась в районе Москвы. К началу войны имела 179 БТ-7 и другие танки. После начала войны 7-й мехкорпус вошел в состав войск ЗФ. 5 июля участвовала в контрударе 5 и 7 МК на Лепельском направлении против 3 ТГр. 8 июля вела встречный бой с 18-й немецкой танковой дивизией в районе Сенно. Из-за больших потерь (более 50% танков) 9 июля выведена из боя в резерв. В конце июля находилась в районе Вязьмы в резерве командующего ЗФ. 19 августа расформирована. Командир - п-к И.Д.Васильев.

15-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 16-го МК. Дислоцировалась в Станиславе. С начала войны вела бои с 48-м МК немцев, действовавшим на правом фланге 1-й танковой группы. 26 июня передана в состав 18-й армии ЮФ. В июле, опять в составе ЮЗФ, участвовала в оборонительных боях в районе Бердичева, прикрывая отход войск ЮЗФ. К концу июля потеряла почти все танки (на 30.07 в 16-м МК - 5 Т-28 и 12 БА) и оказалась в окружении под Уманью. Остаткам дивизии удалось в августе вырваться из кольца. 14 августа расформирована и на ее базе создана 4-я ТБР (с 11.11.1941 г. 1-я Гвардейская Чертковская дважды ордена Ленина Краснознаменная орденов Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого ТБР). Командир - п-к В.И.Полозков.

16-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ОдВО в составе 2-го МК. Дислоцировалась в Котовске. После начала войны вошла в состав 9-й армии ЮФ. В конце июня совместно с 11-й ТД участвовала в контрударе в направлении г.Бельцы, остановив наступление противника. Затем была переброшена в район Умани, где с 11-й ТД нанесла удар по 11-й и 16-й танковым дивизиям противника с целью ликвидации угрозы окружения 18-й армии. Отбросив противника на 40 км, в дальнейшем вела оборонительные бои в районе Христиановки. 20 августа расформирована. Командир - п-к М.И.Мындро.

17-я ТД сформирована в июле 1940 г. в ЗабВО в составе 5-го МК. Дислоцировалась в районе Борзи. К началу войны имела 255 БТ-7 и другие машины. 15 июня началась переброска дивизии на Украину, но после начала войны с 5-м МК отправлена на ЗФ. 5 июля участвовала в контрударе 5-го и 7-го МК на Лепельском направлении. Продвинувшись на 20 км, почти сутки простояла без горючего, возобновив наступление 7 июля. 8.07 вела встречный бой с 18-й танковой дивизией противника в районе Дубняков. После потери большей части танков выведена в резерв в район Орши. В дальнейшем участвовала в Смоленском сражении. 17-й МСП дивизии первым в Великой Отечественной войне награжден орденом Ленина. 28 августа расформирована и на ее базе создана 126-я ТБР. Командир - п-к И.П.Корчагин.

18-я ТД сформирована в июле 1940 г. в МВО в составе 7-го МК. Дислоцировалась в районе Москвы. 28 июня вошла в состав войск ЗФ. В июле участвовала в контрударе на Лепельском направлении. Во встречном танковом сражении с 17-й и 18-й танковыми дивизиями противника потеряла более 50% матчасти. 9 июля выведена в резерв ЗФ в район Вязьмы. В дальнейшем вела бои на московском направлении. 1 сентября расформирована и на ее базе создана 127-я ТБР. Командир - г-м Ф.Т.Ремизов.

19-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 22-го МК. Дислоцировалась в Ровно. На 22.06 имела 163 танка. В ночь на 23 июня совершила 50 км марш в район северо-восточнее Луцка, понеся потери от ударов авиации и по техническим причинам (118 танков - 72%). 24-го имея всего 45 Т-26 атаковала 14-ю немецкую танковую дивизию в районе Войницы. Потеряв большую часть танков, отступила. В бою был убит командир 22-го мехкорпуса Кондрусев, ранен командир дивизии. Остатки дивизии отошли к Ровно. 1 июля участвовала в контрударе в направлении Дубно, но подвергшись 2.07 удару с фланга дивизии СС “Адольф Гитлер” вынуждена была обороняться, отходя на восток. 10-14.07 наносила удары по 113-й пехотной и 25-й моторизованной дивизиям противника на Новоград-Волынском направлении. В конце июля - начале августа вела бои в районе Коростеньского укрепрайона . К 19.08 в дивизии остался один танк. 8 октября расформирована. Командир - г-м К.А.Семенченко.

20-я ТД сформирована в июле 1940 г. в КОВО в составе 9-го МК. Дислоцировалась в Шепетовке. К началу войны имела 36 танков. Вечером 22 июня совершила марш к Луцку. 24-го у Клевани атаковала 13-ю МД немцев, потеряв в бою все танки. 26.06 в составе 9-го МК участвовала в контрударе в районе Дубно против 13-й танковой и 299-й пехотной дивизий противника. К исходу дня из-за угрозы окружения отошла к Клевани. До 30.06 вела бои с 14-й ТД и 25-й МД немцев на рубеже реки Горынь, а затем у Клевани. 10-14.07 участвовала в контрударе на Новоград-Волынском направлении, после чего до 6 августа вела бои в районе Коростеньского укрепрайона (танков нет, 2 тысячи человек личного состава). В конце августа оборонялась в районе севернее Чернигова. 9 сентября расформирована. Командир - п-к М.Е.Катуков (в первые дни войны из-за болезни Катукова - п-к В.М.Черняев).

21-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЛенВО в составе 10-го МК. Дислоцировалась в районе Ленинграда. С начала войны находилась в резерве. В июле включена в состав 1-го МК СЗФ, затем направлена на усиление 11-й армии. Участвовала 14-18.07 в контрударе войск 11-й армии против 56 МК Манштейна в районе города Сольцы, нанося удар с севера. После 16 часов боя с 8-й ТД и 3-й МД немцев, отбросила противника на 40 км. В августе вошла в состав 48-й армии и вела оборонительные бои на СЗФ уже как стрелковая часть. 3 марта 1942 г. расформирована и на ее базе созданы 103-я (с 20.11.1944 г. - 65-я Гвардейская Севско-Померанская ордена Ленина дважды Краснознаменная орденов Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого ТБР) и 104-я ТБР. Командир - п-к Л.В.Бунин.

22-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 14-го МК на базе 29-й ТБР. Дислоцировалась в Бресте, в 2-х км от границы. В первые часы войны подверглась массированному артобстрелу, в результате которого потеряла большую часть танков, артиллерии и автомашин. Были уничтожены артсклад и склад ГСМ. Остатки дивизии к 12 часам вышли в район сосредоточения, почти не имея горючего, боеприпасов и средств связи. Во 2-й половине дня 22.06 вступила в бой с 3-й танковой дивизией генерала Моделя. 23 июня, имея около 100 танков, участвовала в контрударе 14-го МК в районе Бреста. В бою под Жабинкой с 3-й ТД понесла потери и под угрозой окружения отошла к Кобрину, где подверглась ударам авиации. Погиб командир дивизии г-м В.П.Пуганов. Командование принял п-к И.В.Коннов. 24 июня совместно с 30-й ТД, имея в общей сложности 25 танков, остановила войска 47-го МК генерала Лемельзена на рубеже реки Шара, юго-восточнее Барановичей. 25-28.06 вела бои в районе Слуцка с 3-й ТД немцев. К исходу 28.06 в дивизии оставалось 450 человек, 45 автомашин, танков нет. 28 июня расформирована.

23-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ПрибВО в составе 12-го МК. Дислоцировалась в Лиепае. 22 июня находилась в районе Куртувены. 23.06 получив приказ о нанесении контрудара по прорвавшимся войскам тильзитской группировки противника в районе Скаудвиле, совершила марш из Плунге в район Лаукува, имея в своем составе 333 Т-26. На марше потеряла от ударов авиации 17 танков. В этот же день произошло первое боевое столкновение с противником. 24.06 участвовала во встречном танковом сражении в районе Шяуляя с войсками 4-й танковой группы. К исходу дня, потеряв большую часть танков, 23-я дивизия перестала существовать как единая боевая единица. Остатки ее вошли в состав 8-й армии и до 3-го июля оборонялись в районе Острова. 8.07 под ударами 1-й танковой дивизии немцев оставила Псков. В это время в дивизии оставалось 2 исправных танка (плюс 56 поврежденных и требующих ремонта). 144 танка было потеряно от огня противника, 122 - по техническим причинам, 9 - передано другим частям. 16 августа расформирована. Командир - п-к Т.С.Орленко.

24-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЛенВО в составе 10-го МК. Дислоцировалась в районе Ленинграда. На 22 июня имела 139 БТ-2, 88 БТ-5 и другие машины. В начале июля включена в состав Лужской оперативной группы. 13.07 вступила в бой с 41-м МК противника, участвуя в контрударе на лужском рубеже. В июле-августе вела здесь оборонительные бои. В начале сентября попала в окружение вместе с войсками лужской оперативной группы. Остатки дивизии сумели пробиться к своим. 22 сентября расформирована и на ее базе созданы 124-я и 125-я танковые бригады. Командир - п-к М.И.Чесноков.

25-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 13-го МК. Дислоцировалась в районе Бельск-Подлясны. С 22 июня вела бои на Белостокском выступе. 25.06 вместе с другими войсками 10-й армии попала в окружение западнее Минска. Остатки дивизии, без матчасти, пробились к своим в конце июля на реке Сожа. 4 июля расформирована. Командир - п-к Н.М.Никифоров.

26-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 20-го МК. Дислоцировалась в районе Борисова. Перед войной в 20-м мехкорпусе было всего 93 танка. 24 июня дивизия отправлена на фронт в составе 13-й армии. В тот же день вступила в бой у станции Негорелое. 7 суток вела бои в междуречье Березины и Днепра. 29 июня вела бои на ближних подступах к Минску с 17-й ТД фон Арнима, но к исходу дня была вынуждена оставить Минск. С боями отходила до Днепра. 7.07 в дивизии имелось 3800 человек и 5 орудий. 9.07 на участке обороны 20-го МК войска 2-й танковой группы немцев прорвали фронт 13-й армии и вскоре он был выведен в тыл. 12.07 26-я ТД передана в подчинение командиру 61-го СК и 17.07 участвовала в контрударе на Оршу. Продвинувшись на запад, была остановлена немецкими войсками, и вынуждена 20 июля с большими потерями отойти на исходный рубеж. 21 июля расформирована. Командир - г-м В.Т.Обухов.

27-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 17-го МК. Дислоцировалась в Новогрудке. К началу войны формирования дивизии не было закончено. Матчасти не имелось, личный состав был вооружен винтовками на 30-35%. Небоеспособной дивизии было приказано занять оборону в районе Барановичей. На линию обороны вышло всего три тысячи человек, а остальные 6 тысяч без оружия сосредоточены в лесу. В результате удара немецких войск дивизия была разгромлена. 1 августа расформирована. Командир - п-к А.О.Ахманов.

28-я ТД сформирована в феврале 1941 г. в ПрибВО в составе 12-го МК. Дислоцировалась в Риге. 18 июня начала выдвижение к границе, имея в своем составе 210 БТ-7 и другие машины. 23 июня, получив приказ о нанесении контрудара по немецким войскам в направлении Скаудвиле, совершила марш на исходный рубеж Варнай-Ужвентис, потеряв при этом от ударов авиации 27 танков. Простояв из-за отсутствия горючего несколько часов, вступила в бой с 1-й танковой дивизией противника лишь вечером 24-го. 25.06 у Пашили разгромила колонну 8-го моторизованного полка немцев, но попав под сильный артобстрел, после 4-х часов боя, отошла, потеряв 48 танков. Всего за 25 июня было потеряно 84 танка. К 26 июня в дивизии оставалось 40 машин. В последующие дни 28-я ТД прикрывала отход войск СЗФ. 6.07 выведена в тыл на переформирование (к этому времени потеряла - от огня противника 133 танка, по техническим причинам - 68). В начале августа остатки дивизии, некоторые части 48-й армии и все приданные саперные части были объединены в оперативную группу под командованием комдива И.Т.Коровникова для обороны Новгорода, а затем участвовали в боях на Валдае. 13 сентября в дивизии было 552 человека, 4 орудия. 13 января 1942 г. 28-я ТД была преобразована в 241-ю СД (закончила войну как 241-я Винницкая орденов Богдана Хмельницкого и Красной Звезды СД). Командир - п-к И.Д.Черняховский.

29-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 11-го МК. Дислоцировалась в Гродно. 22 июня контратаковала части 20-го армейского корпуса противника в направлении Липска, но из-за неорганизованности снабжения, в разгар боя осталась без горючего и боеприпасов. В результате встречного боя на рубеже Голынка-Липск, потеряв почти всю матчасть и большое количество личного состава, отошла в сторону Новогрудок. 25.06 в дивизии оставалось 600 человек и 15 танков. В конце июня окружена западнее Минска. Из-за отсутствия горючего 2.07 была уничтожена вся матчасть. Остатки дивизии пробились к своим. 14 июля расформирована. Командир - п-к Н.П.Студнев.

30-я ТД сформирована в апреле 1941 г. в ЗапОВО в составе 14-го МК на базе 32-й ТБР. Дислоцировалась в Пружанах. Перед войной имела 174 Т-26. 22 июня вступила в бой в районе Пилицей с 18-й немецкой ТД генерала Неринга и на некоторое время остановила ее. 23.06, имея 120 танков, участвовала в контрударе 14-го МК под Брестом. В ходе встречного танкового боя с 17-й и 18-й танковыми дивизиями противника потеряла 60 танков и отошла, оставив Пружаны. Из-за плохой организации и управления контрудар не удался. 24.06 совместно с 22-й ТД вела бои на реке Шара, где большая часть пеших подразделений попала в окружение. 25-28.06 обороняла Слуцк, отражая атаки немецкой 3-й танковой дивизии. К исходу 28 июня в дивизии оставалось 1090 человек, 2 Т-26, 90 автомашин и 3 трактора. 30 июня расформирована. Командир - п-к С.И.Богданов.

31-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 13-го МК. Дислоцировалась в районе Бельск-Подлясны. 22 июня вступила в бой в полосе обороны 10-й армии ЗФ на рубеже реки Нурец. Была окружена в районе Беловежской пущи и уничтожена. 30 июня расформирована. Командир - п-к С.А.Калихович.

32-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 4-го МК на базе 30-й ЛТБР. Дислоцировалась во Львове. Была полностью укомплектована, имела около 200 КВ и Т-34. С 22 июня вела бои на Львовском выступе против правого крыла ударной группировки группы армий “Юг”. В соприкосновение с противником вошла в полдень 22.06 южнее Кристинополя. 23 июня вела бой в районе Великих Мостов. Вечером того же дня, получив приказ командующего 6-й армии - уничтожить противника в районе Каменки, атаковала немецкие войска на этом участке фронта. 24.06 выведена во Львов, где подверглась обстрелу на улицах со стороны членов ОУН. 25 июня контратаковала части 14-го МК в районе Яворова, потеряв в бою 15 танков. С 26.06 северо-западнее Львова отбивала атаки 1-й ГСД немцев. В дальнейшем вела оборонительные бои в районе Староконстантинова, Острополя. В начале июля участвовала в обороне Бердичева, действуя против немецкой 16-й танковой дивизии. Попала в окружение под Уманью в конце июля. Остатки дивизии в августе пробились к своим. 10 августа расформирована и на ее базе созданы 1-я (с 16.02.1942 г. - 6-я Гвардейская Сивашская ТБР) и 8-я ТБР (с 11.01.1942 г. 3-я Гвардейская Минско-Гданьская ордена Ленина Краснознаменная ордена Суворова ТБР). Командир - п-к Е.Г.Пушкин.

33-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 11-го МК. Дислоцировалась в Гродно. 22 июня вступила в бой в районе Августова. 23-24.06 участвовала в контрударе 11-го МК в районе Белостока, но оставшись в разгар боя без горючего и боеприпасов, потеряла почти все танки и отошла в сторону Новогрудок. Здесь, 25.06 была окружена. Остаткам дивизии в июле удалось пробиться к своим. 14 июля расформирована. Командир - п-к М.Ф.Панов.

34-я ТД сформирована в июле 1940 г. в КОВО в составе 8-го МК на базе 14-й тяжелотанковой бригады. Дислоцировалась в Садовой Вишне. Единственная танковая дивизия имевшая на вооружении тяжёлые танки Т-35 (в 67-м 68-м танковых полках имелось 48 танков, раннее входивших в состав 14-й ТТБР, причем все они были потеряны в первые дни войны по техническим причинам). 22 июня передана из 26-й армии в состав 6-й армии и совершила марш в новый район сосредоточения. 24.06 - еще один марш (по приказу командующего 6-й армии) на новое место. 25.06 уже по приказу командующего ЮЗФ начала выдвижение для участия в контрударе в районе Дубно. За первые три дня войны прошла более 500 км, потеряв по техническим причинам 50% матчасти. 26 июня атаковала 16-ю танковую дивизию противника, продвинувшись на 10 км в направлении Берестечко. 27.06 из 34-й ТД, 24-го ТП 12-й ТД и 2-го МЦП была сформирована подвижная группа под командованием бригадного комиссара Н.К.Попеля, которому член Военного совета ЮЗФ Вашугин под угрозой расстрела приказал взять Дубно. Наступление началось без предварительной разведки и подготовки. С большими потерями дивизия к вечеру 27.06 выбила противника из Дубно, отбросив его 11-ю ТД. На следующий день была окружена немцами (16-я ТД, 75-я и 111-я ПД), и полностью уничтожена. 29.06 в бою погиб командир дивизии И.В.Васильев. К своим удалось пробиться небольшой группе во главе с Попелем. После этой неудачи корпусной комиссар Вашугин застрелился. 15 августа дивизия расформирована и на ее базе создана 2-я и 16-я танковые бригады. Командир - п-к И.В.Васильев.

35-я ТД сформирована в декабре 1940 г. в КОВО в составе 9-го МК. Дислоцировалась в Новоград-Волынске. К началу войны имела 142 танка (141 Т-26, 1 химический). 22 июня совершила марш к Луцку. 24.06 юго-западнее Клевани вступила в бой с 13-й ТД немцев, участвуя в контрударе мехкорпусов ЮЗФ. 26-27.06 вела бой с 299-й ПД на рубеже Ставок-Млынув. Вечером 27.06 отошла за реку Горынь под ударами 14-й ТД, 25-й МД противника. Затем, до 4 июля оборонялась в районе Цумань, Клевань. 10-14.07 в составе 9-го МК наносила контрудар по 44-й и 95-й пехотным дивизиям немцев на Новоград-Волынском направлении, замедлив их продвижение. В конце июля - начале августа вела бои на рубеже Коростеньского укрепрайона. К 19.08 в дивизии было 927 человек и ни одного танка. 10 сентября расформирована. Командир - г-м Н.А.Новиков.

36-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 17-го МК. Дислоцировалась в районе Барановичей. К началу войны матчасти практически не имела, поэтому с первых дней войны использовалась в оборонительных боях в Белоруссии как стрелковое соединение. 1 августа расформирована. Командир - п-к С.З.Мирошников.

37-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 15-го МК. Дислоцировалась в Суходолах. 22 июня совершила марш к границе в район западнее Броды. В составе 15-го мехкорпуса участвовала в контрударе по правому флангу 1-й танковой группы Клейста, наступая из района Брод в направлении Радехов, Берестечко. В боях с 297-й ПД понесла большие потери и вынуждена была отходить. В начале июля оборонялась в районе Бердичева, затем на подступах к Киеву. 10 августа расформирована и на ее базе создана 3-я ТБР. Командир - п-к Ф.Г.Аникушкин.

38-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗапОВО в составе 20-го МК. Дислоцировалась в районе Барановичей. На 22 июня в 3-х дивизиях 20-го мехкорпуса имелось 13 танков БТ и 80 Т-26. 24.06 отправлена на фронт в составе 13-й армии. До 30 июня вела бои на подступах к Минску с 17-й ТД фон Арнима. После того, как Минск был оставлен, отошла на рубеж Березино, Свислачь. До 9.07 вела оборонительные бои на рубеже Березины, Днепра. После того, как немцы прорвали фронт на участке обороны 20-го МК, он был выведен в тыл. 17 июля в составе 61-го стрелкового корпуса, совместно с 26-й ТД, начала наступление на Оршу. Продвинулась вперед, но к 20.07 была отброшена на исходный рубеж. 1 августа расформирована.

39-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 16-го МК. Дислоцировалась в Черновцах. С 23 июня участвовала в боях против 48-го МК противника. 26.06 передана в состав 18-й армии ЮФ, вела бои на правом фланге ЮФ. 4.07 возвращена в состав ЮЗФ, 7 июля начала выгрузку с железнодорожных эшелонов, с ходу вступая в бой у Бердичева., где в июле-августе с боями отходила на восток. 19 сентября расформирована. Командир - п-к Н.В.Старков.

40-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 19-го МК. Дислоцировалась в Житомире. К началу войны имела 158 танков (19 Т-26, 139 Т-37). Совершив 300 км марш, 24 июня вступила в бой западнее Ровно. 26.06 участвуя в контрударе мехкорпусов ЮЗФ, вела встречный бой с немецкой 13-й танковой дивизией в котором понесла большие потери. Из-за прорыва 13-й танковой дивизии противника на стыке 40 и 43-й танковых дивизий и возникшей угрозы окружения, вынуждена была отойти. 27.06 оборонялась на подступах к Ровно, отбивая атаки 13-й ТД, 299-й ПД противника. На следующий день из-за охвата дивизий 19-го мехкорпуса 11-й немецкой ТД оставила Ровно и до 3.07 держала оборону на рубеже реки Горынь. С 4.07 начала отход к линии укрепрайонов. На 9.07 в 40 и 43-й дивизиях оставалось 75 танков. 10-14.07 участвовала в контрударе на Новоград-Волынском направлении против 99-й и 298-й ПД немцев. Затем, до 5 августа оборонялась на рубеже Коростеньского укрепрайона. 10 августа расформирована. На ее базе созданы 45-я (с 7.02.1943 г. 20-я Гвардейская Ясско-Мукденская Краснознаменная ордена Кутузова ТБР) и 47-я ТБР. Командир - п-к М.В.Широбоков.

41-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 22-го МК. Дислоцировалась во Владимир-волынском. К началу войны имела 415 танков (31 КВ, 342 Т-26, 41 химический и 1 Т-37). Все 31 КВ-2 поступили за неделю до войны и ещё не были освоены экипажами. К тому же к ним не имелось 152-мм снарядов, поэтому 24.06 начальник Генштаба Г.К.Жуков, находившийся на ЮЗФ, был вынужден приказать использовать бетонобойные снаряды образца 1909-30 гг. 22 июня соответственно мобилизационному плану дивизия ушла из Владимир-волынского в район Ковеля, но, по дороге попав в болото, застряла в нем и не смогла выполнить поставленную задачу, понеся к тому же большие потери от ударов авиации и артогня. За это был отстранен от должности командир дивизии п-к Павлов. Будучи передана в подчинение командира 15-го СК дивизия была раздроблена на мелкие подразделения: 22.06 - 41-й МСП передан в 45-ю СД, 23.06 - два танковых батальона переданы в состав 87-й СД, 5 танков для охраны штаба 5-й армии. 24.06 - 20 танков переданы 45-й СД, 30 танков 62-й СД. В этот же день танковая рота занималась погоней за мелкими десантами противника, а ещё две танковые роты отправлены для охраны КП 15-го СК. К концу 25 июня вся 41-я ТД была разделена по подразделениям. Затем до начала июля находилась в районе Ковеля, в готовности отразить удар со стороны Бреста. 1 июля, имея 16 КВ и 106 Т-26, участвовала в контрударе на Дубно против 14-й немецкой танковой дивизии, закончившемся неудачей. После отхода на восток, 10-14.07 участвовала в контрударе на Новоград-Волынском направлении против 113-й ПД, 25-й МД, МБР СС “Адольф Гитлер”. 18.07 начала отход на северо-восток. В конце июля - начале августа вела бои в районе Коростеньского укрепрайона. К 19.08 в дивизии оставался один танк. В конце августа оборонялась на Днепре, в районе Чернобыля. 9 сентября расформирована. Командир - п-к П.П.Павлов.

42-я ТД сформирована в марте 1941 г. в МВО в составе 21-го МК. Дислоцировалась в районе Идрицы. К началу войны в трех дивизиях 21-го МК было всего 98 танков. 25 июня в составе 21-го МК переброшена на СЗФ с целью прикрыть Даугавпильское направление, где наступали 8-я танковая и 3-я моторизованная дивизии 56-го МК Манштейна, прорвавшиеся на стыке 8-й и 11-й армий. Совершив 200 км марш, 29 июня вступила в бой с 121-й ПД восточнее Даугавпилса, затем участвовала в уличных боях с 3-й немецкой МД. Со 2 июля отбивала атаки 8-й ТД, 3-й МД и дивизии СС “Мертвая голова” в районе Резекне (3.07 у Далды разгромила колонну этой дивизии). В июле-августе участвовала в боях у Пскова и Новгорода как стрелковое соединение. 5 сентября расформирована и на ее базе создана 42-я танковая бригада. Командир - п-к Н.И.Воейков.

43-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 19-го МК на базе 35-й легкотанковой бригады. Дислоцировалась в Бердичеве. К началу войны имела 237 танков (5 КВ, 2 Т-34, 230 Т-26). 22 июня начала выдвижение к границе. 27-28.06 на подступах к Ровно вела бои с 13-й танковой, 299-й пехотной дивизиями. В результате прорыва немцев (11-я ТД) и возникшей угрозы окружения 28 июня оставила Ровно и начала отход на восток. В июле участвовала в контрударах по левому флангу группы армий “Юг” на Киевском направлении в районе Новоград-Волынского и Коростеньского УРа. В начале августа выведена в тыл, под Харьков. 10 августа расформирована и на ее базе создана 10-я ТБР. Командир - п-к И.Г.Цибин.

44-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ОдВО в составе 18-го МК на базе 49-й ЛТБР. Дислоцировалась в Тарутино. С начала войны вела бои в полосе ЮФ. 29 июня 18 МК был направлен на Западный фронт. 9 июля ввиду опасности окружения 6-й армии ЮЗФ войсками 1-й танковой группы, вышедшими к Бердичеву, дивизии 18-го мехкорпуса, совершавшие в этот момент марш от Черновцов к Любару, были переданы в состав 6-й армии. С 10.07 44-я дивизия вела бои у Бердичева с 16-й танковой дивизией противника. 19 июля вошла в состав 18-й армии и участвовала в контрударе южнее Винницы против 17-й немецкой армии. 25.07 войска 17-й армии прорвали оборону в полосе 18-го механизированного и 17-го стрелкового корпусов, вынудив их отходить из района Гайсин, Тростянец. К 30 июля в 18-м МК осталось 22 танка. В начале августа выведена в тыл, в район Павлограда. 21 августа расформирована. Командир - п-к В.П.Крымов.

45-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 24-го МК. Дислоцировалась в районе Проскурова. К началу войны в 45-й и 49-й танковых дивизиях имелось 222 танка. С 22 июня вела бои в составе войск 26-й армии ЮЗФ. В конце июня оборонялась в районе Староконстантинова, ведя бои с 14-м МК. В начале июля передана в состав 12-й армии, оборонялась в районе Летичевского укрепрайона. В конце июля попала в окружение под Уманью, где и погибла. 30 сентября расформирована.

46-я ТД сформирована в марте 1941 г. в МВО в составе 21-го МК. Дислоцировалась в Опочке. В конце июня переброшена на СЗФ для отражения немецкого наступления на Даугавпилс. 28 июня, в первом эшелоне 21-го МК нанесла удар по 56-му моторизованному корпусу, в результате которого противник был остановлен на этом направлении до 2 июля. После начала нового наступления немецких войск (8 ТД, 3 МД) в районе Резекне, со 2.07 с боями отходила на северо-восток. В дальнейшем оставшись без матчасти, участвовала в оборонительных боях на СЗФ. 1 сентября расформирована и на ее базе создана 46-я ТБР (с 16.02.1942 г. 7-я Гвардейская Новгородско-Берлинская Краснознаменная орденов Суворова и Красной Звезды ТБР). Командир - п-к В.А.Копцов.

47-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ОдВО в составе 18-го МК на базе 23-й ЛТБР. Дислоцировалась в Аккермане. В первые дни войны находилась в резерве. 29 июня переброшена в район Винницы, где в середине июля вступила в бой с частями 17-й армии. В конце июля попала в окружение в районе Тульчина. 28.07 остатки дивизии без матчасти пробились к своим. В начале августа из частей 18-го мехкорпуса была сформирована группа под командованием г-м П.В.Волоха, которая вела бои в составе 18-й армии. 12 августа выведена в тыл в район Полтавы для переформирования. 31 августа имея 34 танка вошла в состав 38-й армии и заняла оборону на Днепре у Кременчуга. После начала немецкого наступления с целью окружения ЮЗФ, с боями отходила к Полтаве. 10.09 наносила контрудар в районе Кобеляк, 19-22.09 вела бои на рубеже Писаревка-Шевченко у Полтавы. 30.09 выведена в тыл, в район Харькова. Здесь 47-й МСП передан 199-й стрелковой дивизии, матчасть 71-му отдельному танковому батальону. 7 октября расформирована и на ее базе создана 142-я ТБР. Командир - п-к Г.С.Родин.

48-я ТД сформирована в марте 1941 г. а ОрВО в составе 23-й МК. Дислоцировалась в районе Орла. В конце июня переброшена на Западный фронт, где 6 июля вступила в бой. Участвовала в Смоленском сражении. 2 сентября расформирована, а на ее базе созданы 17-я (с 17.11.1942 г. 9-я Гвардейская Запорожская ордена Суворова ТБР) и 18-я ТБР (с 10.04.1943 г. 42-я Гвардейская Смоленская Краснознаменная орденов Суворова, Богдана Хмельницкого, Красной Звезды ТБР). Командир - п-к Д.Я.Яковлев.

49-я ТД сформирована в марте 1941 г. в КОВО в составе 24-го МК. Дислоцировалась в районе Проскурова. С началом войны вошла в состав 26-й армии ЮЗФ, а затем, в начале июля 12-й армии. Вела оборонительные бои в районе Летичевского УРа. В конце июля попала в окружение в районе Умани. 17 сентября расформирована.

50-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ХВО в составе 25-го МК. Дислоцировалась в районе Харькова. 25 июня по железной дороге отправлена на ЮЗФ. 30 июня начала выгрузку у Киева, войдя в состав 19-й армии. Но вскоре была переброшена на ЗФ в район Гомеля. 4 июля у Новозыбково 25-й МК, получив дополнительно к 300 танкам еще 32 Т-34, вошел в состав 21-й армии и нанес удар по немецким войскам в направлении Годиловичи. В середине июля участвовала в контрударе на Бобруйск, после чего оборонялась в районе Могилева, отбивая атаки 10 и 17-й пехотных дивизий. В середине августа включена в состав 13-й армии Брянского фронта. Вела бои против войск 2-й ТГр, повернувших на юг с целью окружения ЮЗФ. 17 сентября расформирована и на ее базе создана 150-я ТБР. Командир - п-к Б.С.Бахарев.

51-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ОрВО в составе 23-го МК. Дислоцировалась в районе Орла. После начала войны в качестве отдельной танковой дивизии включена в состав 30-й армии, сформированной в МВО. В июле была преобразована в 110-ю ТД.

52-я ТД сформирована в марте 1941 г. в СКВО в составе 26-го МК. К началу войны в дивизиях 26-го МК имелось 184 танка. В середине июня в составе 19-й армии начала передислокацию на Украину. После начала войны переброшена на Западный фронт. После расформирования 26-го мехкорпуса в начале июля была преобразована в 101-ю ТД. Командир - п-к Г.М.Михайлов.

53-я ТД сформирована в марте 1941 г. в САВО в составе 27-го МК. Дислоцировалась в районе города Мары. В середине июня 27-й мехкорпус отправлен на ЗФ. После начала войны 27-й МК был расформирован. 53-я дивизия стала отдельной и преобразована в 105-ю ТД.

54-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗакВО в составе 28-го МК. После начала войны 28-й МК был расформирован, а 54-я ТД вошла в состав 47-й армии. В боевых действиях не участвовала, была расформирована, а на ее базе созданы 54-я (с 26.12.1942 г. 25-я Гвардейская Ельнинская ордена Ленина Краснознаменная ордена Суворова ТБР) и 55-я ТБР.

55-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ХВО в составе 25-го МК. Дислоцировалась в Чугуеве. 25 июня отправлена на ЮЗФ в район Киева, а в начале июля с войсками 19-й армии переброшена на ЗФ. 4.07 вошла в состав 21-й армии. Участвовала в контрударе под Бобруйском, в Смоленском сражении. 10 августа расформирована и на ее базе созданы 8-я и 14-я отдельные танковые бригады. Командир - п-к В.Н.Баданов.

56-я ТД сформирована в марте 1941 г. в СКВО в составе 26-го МК. В середине июня в составе 19-й армии отправлена на Украину. После начала войны переброшена на ЗФ. В июле, после расформирования 26-го мехкорпуса преобразована в 102-ю ТД. Командир - п-к И.Д.Илларионов.

57-я Краснознаменная ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗабВО в качестве отдельной ТД 17-й армии. Дислоцировалась в Монголии. В мае 1941 г. включена в состав 5-го МК 16-й армии и отправлена в КОВО. К началу войны имела более 300 танков. Вступила в бой под Шепетовкой, затем была переброшена на ЗФ в 19-ю армию. Вскоре передана в 20-й армии и участвовала в Смоленском сражении. С 9.07 вела бои у Красного с 29-й МД. К середине июля в дивизии не было основных сил 114-го и 115-го ТП: один потерял танки в боях под Шепетовкой, а второй находился в составе 20-й армии. 20 июля отошла за Днепр. 1 сентября расформирована и на ее базе создана 128-я ТБР. Командир - п-к В.А.Мишулин.

58-я ТД сформирована в марте 1941 г. на Дальнем Востоке в составе 30-го МК. В октябре переброшена под Москву. Участвовала в оборонительных боях под Москвой с 1-го ноября, а затем в контрнаступлении советских войск. 31 декабря расформирована и на ее базе создана 58-я ТБР. Командир - г-м А.А.Котляров.

59-я ТД сформирована в марте 1941 г. на Дальнем Востоке в качестве отдельной танковой дивизии. Дислоцировалась в районе Хабаровска. В июне отправлена на Западный фронт. По дороге преобразована в 108-ю ТД. Командир - п-к Н.И.Орлов.

60-я ТД сформирована в марте 1941 г. на Дальнем Востоке в составе 30-го МК. В октябре переброшена на СЗФ, где вошла в состав 4-й армии. 1-го ноября вступила в бой, участвуя в боях за Тихвин. В дальнейшем вела бои на СЗФ. 20 января 1942 г. расформирована и на ее базе создана 60-я ТБР. Командир - г-м А.Ф.Попов.

61-я Краснознаменная ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗабВО как отдельная ТД на базе 11-й ТБР. Дислоцировалась в Монголии в составе 17-й армии. В 1941-1945 гг. в составе Забайкальского фронта. Матчасть - БТ и Т-26. В марте 45-го получила танки Т-34. В августе 1945 г. вошла в состав 39-й армии. 9.08-2.09 1945 г. участвовала в операции по разгрому Квантунской армии в Маньчжурии. Преодолев Большой Хинган, закончила войну на Ляодунском п-ове, разгромив 107-ю и 117-ю пехотные дивизии японцев. Командир - п-к Г.И.Воронков.

101-я ТД сформирована в июле 1941 г. на базе 52-й ТД. 15 июля вступила в бой на ЗФ. Участвовала в Смоленском сражении. В середине июля вела бои в районе Смоленска, пытаясь деблокировать окруженные 16-ю, 19-ю и 20-ю армии ЗФ. 16 сентября преобразована в 101-ю МСД (20.10.1941 г. - расформирована). Командир - п-к Г.М.Михайлов.

102-я ТД сформирована в июле 1941 г. из 56-й ТД. 15 июля вступила в бой на ЗФ. В составе 24-й армии участвовала в конце августа - начале сентября в контрударе под Ельней против 20-го армейского корпуса. 10 сентября расформирована и на ее базе создана 144-я ТБР. Командир - п-к И.Д.Илларионов.

104-я ТД сформирована в июле 1941 г. из 9-й ТД. 11 июля в районе Брянска вошла в состав ЗФ. 20-22.07 вела бои с 10-й ТД немцев западнее Спас-Деменска. С 23 июля в составе оперативной группы генерала Качалова участвовала в контрударе с целью прорыва к Смоленску. При выходе из района Ельни понесла большие потери от авиации. 24 июля начала наступление в направлении Смоленска, ведя бои с 137-й и 292-й ПД. 31.07 была окружена в районе Рославля. В начале августа остатки дивизии пробились к своим. 6 сентября расформирована и на ее базе создана 145-я ТБР (с 10.04.1943 г. 43-я Гвардейская Верхнеднепровская ТБР). Командир - п-к В.Г.Бурков.

105-я ТД сформирована в июле 1941 г. из 53-й ТД. С 15 июля вела бои на Западном фронте. Участвовала в Смоленском сражении, совместно с 104-й ТД пыталась деблокировать окруженные в районе Смоленска войска. 13 сентября расформирована и на ее базе создана 146-я ТБР.

107-я ТД сформирована 17 июля 1941 г. на базе 69-й МД на Западном фронте. 18 июля совместно с 110-й ТД нанесла контрудар на Духовщину с целью выйти к Смоленску для деблокады 16-й, 19-й, 20-й армий Западного фронта. Понеся в боях с 7-й немецкой танковой дивизией большие потери, задачу выполнить не смогла. 20 июля, имея 200 танков, участвовала в наступлении 30-й армии в направлении Смоленска (до 28.07). В дальнейшем вела оборонительные бои на ЗФ. На начало сентября в дивизии было 153 танка. 16 сентября преобразована в 107-ю МСД (с 12.01.1942 г. 2-я ГвМСД, с 13.10.1942 г. 49-я Гвардейская Херсонская Краснознаменная ордена Суворова СД). Командир - п-к П.Н.Домрачев.

108-я ТД сформирована в июле 1941 г. из 59-й ТД. С 15 июля вступила в бой на Западном фронте. В конце августа в составе подвижной группы Брянского фронта участвовала в контрударе против 47-го танкового корпуса противника в районе Унечи, окончившемся неудачно. В дальнейшем оборонялась в районе Орла, ведя бои с войсками Гудериана. К 6 октября в дивизии оставалось 20 танков. В ноябре, в составе 50-й армии сражалась в районе Епифани. 2 декабря расформирована и на ее базе создана 108-я ТБР. Командир - п-к Н.И.Орлов.

109-я ТД сформирована в июле 1941 г. С 15 июля участвовала в боях на Западном фронте, Смоленском сражении (без особых успехов). 16 сентября расформирована и на ее базе создана 148-я ТБР.

110-я ТД сформирована в июле 1941 г. из 51-й ТД. В боевых действиях участвовала с 15 июля. 18 июля нанесла удар в направлении Духовщины против 7-й немецкой ТД с целью выхода к Смоленску. Задачу не выполнила и была выведена в резерв командующего ЗФ в район Ржева. В последующем вела бои на Западном фронте. 1-го сентября расформирована и на ее базе созданы 141-я и 142-я танковые бригады.

111-я ТД сформирована в марте 1941 г. в ЗабВО на территории Монголии. В 1941-1945 гг. находилась в составе 17-й армии Забайкальского фронта. Дислоцировалась в районе Чойбалсана. 9.08-3.09.1945 г. участвовала в разгроме Квантунской армии, будучи в резерве командующего Забайкальского фронта. Командир - п-к И.И.Сергеев.

112-я ТД сформирована в августе 1941 г. в составе войск Дальневосточного фронта на базе 42-й ЛТБР. Дислоцировалась в районе Ворошилова. В октябре отправлена на Западный фронт, под Москву. 5-го ноября имея 210 танков Т-26, дивизия начала боевые действия в районе Подольска в составе подвижной группы ЗФ под командованием П.А.Белова. 18 ноября нанесла контрудар по 17-й танковой дивизии противника в районе Тулы. В составе 50-й армии участвовала в контрударе под Москвой. Освобождала Ясную Поляну, 21 декабря первой вошла в Калугу. 3.01.1942 г. расформирована и на ее базе создана 112-я ТБР (с 23.10.1943 г. 44-я Гвардейская Бердичевская ордена Ленина Краснознаменная орденов Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого, Красной Звезды, Сухе-Батора и Боевого Красного Знамени МНР имени Сухе-Батора танковая бригада). Командир - п-к А.Л.Гетман.

Заключение

Неудачи первых месяцев войны и, потеря 90% всей матчасти, особенно ощутимой в корпусах и танковых дивизиях, заставили уже к концу 1941 г. перейти на новые организационные формы и штаты, больше соответствовавшие реальному положению. Основной формой организации бронетанковых и механизированных войск стали бригады - танковые, механизированные и мотострелковые, более подвижные и гибкие в структурном и тактическом отношении. Возврат к крупным боевым формам начался с весны 1942 г. Ими стали танковые корпуса, имевшие в своем составе три танковых бригады с необходимым мотострелковым и артиллерийским усилением, а осенью 1942 г. были развернуты первые механизированные корпуса с новой организационно-штатной структурой:

- 3 механизированные бригады (в каждой - танковый полк);

- танковая бригада;

- 2-3 самоходно-артиллерийских полка;

- минометный полк;

- зенитно-артиллерийский полк;

- гвардейский минометный дивизион;

- мотоциклетный батальон;

- саперный батальон;

- батальон связи.

С декабря 1941 г. автобронетанковые войска стали именоваться бронетанковыми и механизированными войсками (БТ и МВ). Организационно они состояли из танковых армий, танковых и механизированных корпусов, танковых, тяжелых танковых, механизированных, самоходно-артиллерийских и мотострелковых бригад и отдельных танковых полков.

Приложение

Гвардейские танковые корпуса Советской Армии

1-й Гвардейский Донской ордена Ленина Краснознаменный ордена Суворова танковый корпус (преобразован 8.12.1942 г. из 26-го ТК, в 1947 г. расформирован).

2-й Гвардейский Тацинский Краснознаменный ордена Суворова танковый корпус (преобразован 8.12.1942 г. из 24-го ТК, с 1946 г. - 2-я ГвТД).

3-й Гвардейский Котельниковский Краснознаменный ордена Суворова танковый корпус (преобразован 29.12.1942 г. из 7-го ТК, с 1946 г. 3-я ГвТД).

4-й Гвардейский Кантемировский ордена Ленина Краснознаменный танковый корпус (преобразован 3.01.1943 г. из 17-го ТК, с 1946 г. - 4-я ГвТД).

5-й Гвардейский Сталинградско-Киевский ордена Ленина Краснознаменный орденов Суворова, Кутузова танковый корпус (преобразован 7.02.1943 г. из 4-го ТК, с 1946 г. - 5-я ГвТД).

6-й Гвардейский Киевско-Берлинский ордена Ленина Краснознаменный орденов Суворова, Богдана Хмельницкого танковый корпус (преобразован 26.07.1943 г. из 12-го ТК, с 1946 г. - 6-я ГвТД).

7-й Гвардейский Киевско-Берлинский ордена Ленина дважды Краснознаменный ордена Суворова танковый корпус (преобразован 27.07.1943 г. из 15-го ТК, с 1946 г. - 7-я ГвТД).

8-й Гвардейский Краснознаменный ордена Суворова танковый корпус (преобразован 19.09.1943 г. из 2-го ТК с 1946 г. - 8-я ГвТД).

9-й Гвардейский Уманский ордена Ленина Краснознаменный ордена Суворова танковый корпус (преобразован 20.11.1944 г. из 3-го ТК, с 1946 г. - 9-я ГвТД).

10-й Гвардейский Уральско-Львовский Добровольческий орденов Суворова, Кутузова танковый корпус (преобразован 23.10.1943 г. из 30-го ТК, с 1946 г. - 10-я ГвТД).

11-й Гвардейский Прикарпатско-Берлинский Краснознаменный ордена Суворова танковый корпус (преобразован 23.10.1943 г. из 6-го ТК, с 1946 г. - 11-я ГвТД).

12-й Гвардейский Уманский ордена Ленина Краснознаменный ордена Суворова танковый корпус (преобразован 20.11.1944 г. из 16-го ТК, с 1946 г. - 12-я ГвТД).

Танковые корпуса Советской Армии

1-й Инстербургский Краснознаменный ТК сформирован 03.1942 г.

2-й ТК сформирован 03.1942 г. 19.09.1943 г. преобразован в 8-й ГвТК.

3-й ТК сформирован 03.1942 г. 20.11.1944 г. преобразован в 9-й ГвТК.

4-й ТК сформирован 03.1942 г. 7.02.1943 г. преобразован в 5-й ГвТК.

5-й Двинский Краснознаменный орденов Суворова, Кутузова ТК сформирован 04.1943 г.

6-й ТК сформирован 04.1942 г. 23.10.1943 г. преобразован в 11-й ГвТК.

7-й ТК сформирован 04.1942 г. 29.12.1942 г. преобразован в 3-й ГвТК.

8-й ТК сформирован 04.1942 г. Преобразован в 3-й МехК.

9-й Бобруйско-Берлинский Краснознаменный ордена Суворова ТК сформирован 05.1942 г.

10-й Днепровский ордена Суворова ТК сформирован 05.1942 г.

11-й Радомско-Берлинский Краснознаменный орденов Суворова, Кутузова ТК сформирован 05.1942 г.

12-й ТК сформирован 05.1942 г. 26.07.1943 г. преобразован в 6-й ГвТК.

13-й ТК сформирован 05.1942 г. Преобразован в 4-й ГвМехК.

14-й ТК сформирован 05.1942 г. Преобразован в 6-й МехК.

15-й ТК сформирован 05.1942 г. 27.07.1943 г. преобразован в 7-й ГвТК.

16-й ТК сформирован 06.1942 г. 20.11.1944 г. преобразован в 12-й ГвТК.

17-й ТК сформирован 06.1942 г. 3.01.1943 г. преобразован в 4-й ГвТК.

18-й Знаменско-Будапештский Краснознаменный орденов Суворова, Кутузова ТК сформирован 06.1942 г.

19-й Перекопский Краснознаменный ТК сформирован 10.1942 г.

20-й Звенигородский Краснознаменный ТК сформирован в 10.1942 г.

21-й ТК сформирован 04.1942 г. 10.06.1942 г. расформирован (погиб в окружении под Харьковом).

22-й ТК сформирован 04.1942 г. Преобразован в 5-й МехК.

23-й Будапештский ордена Суворова ТК сформирован 04.1942 г.

24-й ТК сформирован 04.1942 г. 26.12.42 г. преобразован во 2-й ГвТК.

25-й ТК сформирован 07.1942 г.

26-й ТК сформирован 07.1942 г. 8.12.1942 г. преобразован а 1-й ГвТК.

27-й ТК сформирован 06.1942 г. Преобразован в 1-й МехК.

28-й ТК сформирован 07.1942 г. Преобразован в 4-й МехК.

29-й Знаменский ордена Ленина Краснознаменный ордена Суворова ТК сформирован в 1942 г.

30-й ТК сформирован 03.1943 г. 23.10.1943 г. преобразован в 10-й ГвТК.

31-й Висленский Краснознаменный орденов Суворова, Кутузова ТК сформирован 05.1943 г.

Гвардейские механизированные корпуса Советской Армии

1-й Гвардейский Венский орденов Ленина, Кутузова МехК. Сформирован в 1942 г. на базе 1-й ГвСД.

2-й Гвардейский Николаевско-Будапештский Краснознаменный ордена Суворова МехК сформирован в 1942 г. на базе 22-й ГвСД.

3-й Гвардейский Сталинградский МехК сформирован в 1942 г. - преобразован из 4-го МК.

4-й Гвардейский Сталинградский Краснознаменный орденов Суворова, Кутузова МехК преобразован из 13-го ТК.

5-й Гвардейский Зимовниковский орденов Кутузова, Александра Невского МехК преобразован из 6-го МК.

6-й Гвардейский Львовский ордена Ленина Краснознаменный ордена Суворова МехК сформирован в 1943 г. на базе 3-й ГвМСД.

7-й Гвардейский Нежинско-Кузбасский ордена Суворова МехК преобразован из 2-го МК.

8-й Гвардейский Прикарпатско-Берлинский Краснознаменный ордена Суворова МехК преобразован из 3-го МК.

9-й Гвардейский Днестровско-Рымникский Краснознаменный ордена Кутузова МехК преобразован из 5-го МК.

Механизированные корпуса

1-й Красноградский Краснознаменный МехК преобразован из 27-го.

2-й МехК преобразован в 7-го ГвМК.

3-й МехК преобразован в 3-го ГвМК.

4-й МехК преобразован в 3-го ГвМК.

5-й МехК преобразован в 9-го ГвМК.

6-й МехК преобразован в 5-го ГвМК.

7-й Новоукраинско-Хинганский ордена Ленина Краснознаменный ордена Суворова МехК.

8-й Александрийский ордена Кутузова МехК.

9-й Киевско-Житомирский Краснознаменный ордена Суворова МехК.

10-й Краснознаменный МехК.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Андрющенко Н. На земле Белоруссии летом 1941 г. - Минск: 1985 г.

2. Анфилов В.А. Незабываемый 41. - М.: 1982 г.

3. Анфилов В.А. Провал “блицкрига”. - М.: 1974 г.

4. Архипов В.С. Время танковых атак. - М.: 1981 г.

5. Баграмян И.Х. Так начиналась война. - Киев: 1984 г.

6. Владимирский А.В. На киевском направлении. - М.: 1989 г.

7. Гальдер Ф. Военный дневник. - М.: 1971 г.

8. Гетман А.Л. Танки идут на Берлин. - М.: 1982 г.

9. Год 1941. Юго-Западный фронт. - Львов 1975 г.

10. Гриф секретности снят. Потери ВС СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах. - М.: 1993 г.

11. Драгунский Д.А. Годы в броне. - М.: 1983 г.

12. Егоров А.В. С верой в победу. - М.: 1974 г.

13. Еременко А.И. В начале войны. - М.: 1964 г.

14. Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. - М.: 1969 г.

15. Катуков М.Е. На острие главного удара. - М.: 1985 г.

16. Кривошеин С.М. Ратная быль. - М.: 1962 г.

17. Кузнецов П. Генерал Черняховский. - М.: 1969 г.

18. Киевский Краснознаменный. - М.: 1974 г.

19. Краснознаменный Белорусский Военный Округ. - М.: 1983 г.

20. Лето 1941. Украина. - Киев: 1991 г.

21. Ленинградский Военный Округ. - М.: 1974 г.

22. Лелюшенко Д.Д. Москва-Сталинград-Берлин-Прага. - М.: 1975 г.

23. Москаленко К.С. На Юго-Западном направлении. - М.: 1969 г.

24. Мялицин И. Танки вел Алексеев. - Пермь: 1978 г.

25. На Северо-западном фронте (1941-1943). - М.: 1969 г.

26. Ордена Ленина Забайкальский. - М.: 1980 г.

27. Перечень частей действующей армии. - М.: 1956 г.

28. Ротмистров П. Стальная гвардия. - М.: 1984 г.

29. Рябышев Д. Первый год войны. - М.: 1990 г.

30. Рязанский А.П. В огне танковых сражений. - М.: 1975 г.

31. Рокоссовский К.К. Солдатский долг. - М.: 1984 г.

32. Сандалов Л. Первые дни войны. - М.: 1989 г.

33. Скрытая правда войны. 1941г. - М.: 1991 г.

34. Советские танковые войска 1941-1945 гг. - М.: 1973 г.

35. Строительство и боевое применение советских танковых войск. - М.: 1979 г.

36. Танкисты в сражении за Ленинград. - Ленинград: 1987 г.

37. Танковая дивизия Вермахта. - Харьков: 1996 г.

38. Хастингс М. Операция “Оверлорд”. - М.: 1989 г.

39. Хорьков А. Грозовой июнь. - М.: 1991 г.

40. Якубовский И.И. Земля в огне. - М.: 1975 г.

41. Panov V., Solarz J. Czolgi sowieckie 1939-1945. - Warszawa: 1996 г.

42. Журналы: “Бронеколлекция”, “Военно-исторический журнал”

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ СОКРАЩЕНИЙ

А - армия

АБТВ - автобронетанковые войска

АБТУ - Автобронетанковое Управление

АК - армейский корпус Вермахта

АрхВО - Архангельский военный округ

БА - бронеавтомобиль

БелВО - Белорусский военный округ

БТ - быстроходный танк

БТТ - бронетанковая техника

БХВТ - база хранения вооружения и техники

ВГК - Верховный главнокомандующий

ВИЖ - Военно-Исторический журнал

ВО - военный округ

ВОВ - Великая Отечественная война

ВС - Вооруженные Силы

Гв - гвардейский

г-л - генерал-лейтенант

г-м - генерал-майор

г-п - генерал-полковник

ГШ - генеральный штаб

ДВФ - Дальневосточный фронт

ДПП - дальняя поддержка пехоты

ЗабВО - Забайкальский военный округ

ЗапВО - Западный военный округ

ЗапОВО - Западный особый военный округ

ЗКВО - Закавказский военный округ

ЗФ - Западный фронт

КА - Красная армия

КВО - Киевский военный округ

к-д - командир дивизии (комдив)

КД - кавалерийская дивизия

КК - кавалерийский корпус

КОВО - Киевский особый военный округ

ЛенВО - Ленинградский военный округ

л/с - личный состав

ЛТБР - легкотанковая бригада

МББР - мотоброне бригада

МБР - механизированная бригада

МВО - Московский военный округ

МД - моторизованная дивизия

МехП - механизированный полк

МК - механизированный корпус для РККА и моторизованный корпус для Вермахта.

МехК - обозначение принятое для мехкорпусов Советской Армии

МПД - мотопехотная дивизия

МСБ - мотострелковый батальон

МСБР - мотострелковая бригада

МСД - мотострелковая дивизия

МСП - мотострелковый полк

МТО - материально-техническое обеспечение

МЦП - мотоциклетный полк

НКО - Народный Комиссар Обороны

НПК - непосредственная поддержка кавалерии

НПП - непосредственная поддержка пехоты

ОдВО - Одесский военный округ

ОЗАДН - отдельный зенитно-артиллерийский дивизион

ОКДВА - Отдельная Краснознаменная Дальневосточная армия

ОрВО - Орловский военный округ

ПВО - противовоздушная оборона

ПД - пехотная дивизия (немецкая)

п-к - полковник

ПрибВО - Прибалтийский военный округ

ПТО - противотанковая оборона

РВС - Революционный военный совет

РГК - Резерв Главного Командования

РККА - Рабоче-крестьянская Красная Армия

САВО - Среднеазиатский военный округ

САУ - самоходно-артиллерийская установка

СБ - стрелковый батальон

СВ - сухопутные войска

СД - стрелковая дивизия

СЗФ - Северо-западный фронт

СК - стрелковый корпус

СНК - Совет Народных Комиссаров

СПБ - стрелково-пулеметный батальон

СПБР - стрелково-пулеметная бригада

СФ - Северный фронт

ТА - танковая армия

ТБ - танковый батальон

ТБР - танковая бригада

ТГр - танковая группа (немецкая)

ТД - танковая дивизия

ТК - танковый корпус

ТП - танковый полк

ТР - танковая рота

ТТБР - тяжелотанковая бригада

УрВО - Уральский военный округ

ХВО - Харьковский военный округ

ЮЗФ - Юго-Западный фронт

ЮФ - Южный фронт

1

Смотреть полностью


Скачать документ

Похожие документы:

  1. Дроговоз Виктор Анатольевич СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ПРОЦЕССА ОБСЛУЖИВАНИЯ ПОСТРАДАВШИХ В ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЯХ С ПОМОЩЬЮ МОБИЛЬНЫХ ТЕЛЕМЕДИЦИНСКИХ КОМПЛЕКСОВ Специальность 05

    Автореферат диссертации
    ... Борисовна кандидат технических наук, c.н.с., Шилкин Игорь Петрович Ведущая организация (предприятие): ГНИИИ ... в изданиях, рекомендованных ВАК Григорьев А.И., Орлов О.И., Дроговоз В. А., Переведенцев О.В., Леванов В. М., Ревякин Ю. Г. «Мобильный ...
  2. ЖЕЛЕЗНЫЙ КУЛАК РККА” Танковые и механизированное корпуса Красной Армии 1932-41 гг

    Документ
    ИгорьДроговоз “ЖЕЛЕЗНЫЙ КУЛАК РККА” Танковые и механизированное ...
  3. Бюллетень новых поступлений в нб ргу за 2 квартал 2009 г символы подразделений

    Бюллетень
    ... 68 Д 752 Дроговоз, Игорь Григорьевич Воздушный щит Страны Советов [Текст] / ИгорьДроговоз. - М.; ... 4 68 Д 752 Дроговоз, Игорь Григорьевич Танковый меч Страны Советов ... [Текст] /И. Г. Дроговоз. - М.; Минск : АСТ: Харвест, ...
  4. Бюллетень новых поступлений в нб ргу за 2 квартал 2009 г символы подразделений

    Бюллетень
    ... 68 Д 752 Дроговоз, Игорь Григорьевич Воздушный щит Страны Советов [Текст] / ИгорьДроговоз. - М.; ... 4 68 Д 752 Дроговоз, Игорь Григорьевич Танковый меч Страны Советов ... [Текст] /И. Г. Дроговоз. - М.; Минск : АСТ: Харвест, ...
  5. Секретные войны советского союза первая полная энциклопедия александр окороков

    Документ
    ... изуверства упоминает в интервью танкист Игорь Медведев. Советскому лейтенанту, попавшему ... капитана Анатолия Авилова, капитана Игоря Антипова и капитана Валерия Полетавкина ... . М., 2004. С. 250. ** Дроговоз И. Необъявленные войны СССР. Минск, 2004 ...

Другие похожие документы..