Главная > Список учебников


Глава 3

Структура социологического знания

В современной методологии — и в нашей стране, и за рубежом – научное знание принято понимать иерархически и мыслить здание социологической науки состоящим из пяти этажей (схема 3.1). Верхний этаж — это научная картина мира (философские предпосылки), четвертый — общая теория, включающая категории самого абстрактного уровня, третий — частные, или специальные, теории, обычно формализованные, логически компактные и конкретные модели социальных процессов.

Второй этаж представлен эмпирическими исследованиями сравнительными, крупномасштабными, репрезентативными исследованиями, соответствующими самым строгим требованиям науки и способствующими приращению нового знания. Основное предназначение эмпирических исследований — не просто собрать и обработать факты, а обеспечить надежную проверку теории, ее верификацию.

Нижний этаж — это прикладные исследования, маломасштабные и нерепрезентативные, призванные изучить конкретную социальную проблему и разработать практические рекомендации для ее решения. К прикладной социологии относятся все политические опросы, изучение общественного мнения, маркетинговые исследования, управленческое консультирование, деловые игры и ряд других направлений, которые не ориентированы на проверку фундаментальной теории и приращение нового знания. Четыре верхних уровня социологического здания представлены фундаментальной социологией, а нижний, пятый – прикладной.

На уровне эмпирических исследований мы подходим к такому важному вопросу, как тематическое, проблемное поле науки. Это самый конкретный уровень определения предмета исследования. Что это такое? Это совокупность всех эмпирических исследований, проводимых во всех странах в данное конкретное время. Если в стране более 10 или 20 тыс. социологов и каждый занимается своей узкой темой то общее тематическое поле социологии представляет сшитое из разных лоскутков одеяло. Где-то его плотность выше, а где-то ниже. Это означает, что некоторые темы, как, например, удовлетворенность трудом, проработаны очень подробно и тщательно, а другие темы затронуты весьма поверхностно. По одним темам проведены десятки и сотни исследований, по другим — единицы. Но и в насыщенных секторах науки, если присмотреться внимательнее, неизученных проблем более чем хватает. Когда составляется перечень всех исследований, скажем, по адаптации (в советское время их было проведено около 30), то обнаруживается их структурная неполнота.

Во-первых, подавляющее большинство исследований посвящены производственной и трудовой адаптации, мало или вообще не затрагивая другие ее виды, во-вторых, изучены только временные, пространственные и психологические аспекты адаптации, но оставлены без внимания структурные характеристики. К примеру, так и осталось невыясненным, какие группы лучше, а какие хуже адаптируются, из каких элементов состоит социальная адаптация, повышается или снижается уровень адаптации в кризисные периоды

Схема 3.1. Уровни и типы определения предмета социологии

по сравнению со стабильными, от каких социальных характеристик (класса, пола, возраста, профессии и др.) адаптация зависит больше, в каких по численности (малых, средних или крупных) коллективах ее уровень выше и т.д.

Прикладные исследования — самый низкий уровень социологии. Это совокупность частных исследований, как правило, однообъектных, которые завершаются разработкой практических мероприятий и иногда их внедрением (однообъектные исследования — практические рекомендации-внедрения). Прикладные исследования — это исследования местных событий. Цель прикладного исследования – не описания социальной реальности, а ее изменение. Важно знать инструменты прикладной социологии, ее цели и задачи. Если социолог, не зная этого, принесет на предприятие методологию фундаментального исследования и будет изучать, например, динамику ценностных ориентации, то его не поймут. Потому что практические работники, которые будут выступать заказчиками, в этих категориях не рассуждают, они говорят совершенно другим языком. Перед прикладником, в отличие от академического ученого, стоят совершенно другие проблемы.

Выделенные пять уровней и типов знания различаются двумя параметрами — степенью обобщенности (абстрактности) понятий, используемых на данном уровне, и степенью распространенности знаний данного уровня, иными словами, количеством проведенных исследований или созданных теорий. Пятиуровневую структуру знаний можно представить в виде пирамиды, помещенной в декартову систему координат (схема 3.2).

По степени обобщенности самой абстрактной является научная картина мира, а самым конкретным знанием выступает прикладное, касающееся одного объекта и нацеленное на решение конкретной ситуации, проблемы, задачи.

По степени распространенности знания самой редкой является научная картина мира; в каждой социальной науке таких картин всего несколько. Общих теорий уже больше, возможно, около двух десятков. Частных теорий в каждой дисциплине насчитываются десятки и сотни. Проведены тысячи эмпирических исследований. Количество осуществленных на заводах, в банках, городах, микрорайонах и т.д. прикладных исследований вообще невозможно подсчитать. Как правило, они нигде не фиксируются, в научные статьи их результаты не облекаются, единственным источником информации о них служат отчеты, хранящиеся в архивах предприятий или фирм.

Эмпирические и прикладные исследования – разные типы социологического исследования, у них разные методологии и технологии. Существуют две отличительные черты, которые позволяют их разграничить.

1. Приращение новых знаний. Эмпирические исследования, нацеленные на приращение знаний, либо подтверждают, либо опровергают какую-то частную теорию. Прикладные исследования не нацелены на приращение новых знаний, и они используют частные теории, т.е. прикладывают их к конкретному объекту.

2. Репрезентативность. Эмпирические исследования обязательно должны быть репрезентативными. У них множество объектов, например средние города в разных регионах. Прикладное исследование не обязано быть репрезентативным, оно проводится на одном объекте (одно предприятие).

Для прикладников академическими учеными разрабатываются такие стандартные анкеты и стандартные инструменты, по которым тиражируется опыт по разным предприятиям, например тест Кетелла. Он применяется на многих предприятиях для одной и той же цели: оценки личных и деловых

Схема 3.2. Пирамида уровней и типов научного знания качеств. И никаких новых знаний для науки не добывается, новые знания только для администрации.

Таким образом, социологическое знание в целом не является гомогенной системой и не только потому, что в нем присутствуют разнокачественные уровни — теоретический и эмпирический, но еще и потому, что сюда органически включено метатеоретическое (философское) знание. Современная логика науки признает как удлинение теоретического цикла познания, так и введение в него новых, дополнительных уровней, что предполагает переориентацию содержания теоретического знания.

Самый верхний уровень теоретического знания, связанный с научной картиной мира, еще не является собственно социологическим. Поскольку он образован абстрактными категориями, имеющими универсальное для всех наук значение, его правильнее относить к философии. Философское знание составляет основу научной картины мира.

Такие понятия, как «картина мира», «стиль мышления», «надтео-ретические логические структуры» и «предпосылочное знание», описывают одно и то же, а именно — метатеоретическое знание. Собственно теоретическое знание ограничено построением теорий — общих и частных. Специфическая черта теории — способность предсказывать события. Философия только объясняет мир. Выделяют три основные познавательные функции научной теории — описание, объяснение и предсказание.

В противоположность этому на метатеоретическом уровне происходит обобщение, осмысление и критическая переоценка того, что сделано на теоретическом уровне — теоретических результатов и самой практики теоретической работы. Если основным элементом теоретического знания является закон, утверждение о необходимых, существенных связях между явлениями, то метатеоретическое знание формируется в виде принципов различного порядка, в которых утверждается нечто уже о самой теории.

Метатеоретические принципы, или архетипическое знание, как их еще называют, задают определенное видение мира и методологию исследования и часто формулируются в неявном виде. Напротив, элементы общей теории все до единого должны формулироваться явным образом, а элементы частной теории должны не только явно выражаться, но и записываться на языке формальной логики или математики.

Научная картина мира (НКМ) в социологии — это совокупность самых общих представлений, часто носящих философский характер, о том, как устроена и каким законам подчиняется социальная реальность, в которой существуют общество и образующие его индивиды. НКМ управляет и регулирует процессом создания общей социологической теории (ОСТ), а последняя влияет на образование частных теорий. НКМ напоминает компас, который помогает ориентироваться ученому в законах социального познания. Компас указывает только общее направление, а конкретную карту местности ученому дают общая и частные социологические теории.

В НКМ включены основные понятия, которые описывают социальная реальность (общество, социальные группы, личности, мотивы, ценностные ориентации, коллективные представления и т.д.). В отличие от общей теории, они логически не связаны друг с другом в единое и проверяемое на опыте целое. ОСТ, опираясь на частную социологическую теорию (более конкретные совокупности понятий), строит логическое целое относительно не всей социальной реальности, а ее узкого фрагмента. К примеру, общая социологическая теория может быть посвящена выяснению того, что такое ценностные ориентации личности или социальные институты, т.е. крупным темам. ОСТ вытекает из НКМ, но опирается на частные социологические теории (ЧСТ), которых великое множество.

Картина мира включает следующие компоненты:

• общефилософские (метатеоретические) положения о строении мира (онтология) и его развитии (динамика, генезис);

• общенаучные принципы, выступающие в роли нормативных регуляторов деятельности ученого (объективность и достоверность научного знания, истинность, и др.);

• идеологические стандарты и нравственные ценности;

• эвристические модели, заимствованные их других областей знания и используемые как средство объяснения социальной реальности (например, сравнение общества с живым организмом у Г. Спенсера).

НКМ – это совокупность самых общих теоретических суждений о том, как устроена та реальность, которую предстоит изучать. В отличие от научной теории, где все элементы выверены и пригнаны друг к другу, как в механизме сверхточных часов, в научной картине все приблизительно, неточно, предварительно.

Теорию иногда сравнивают с сетью, которую исследователь набрасывает на мир. Все, что вылавливается такой сетью, считает B.C. Степин, и есть предмет теории20. Картина мира дает предварительный эскиз этой сети, задавая предположительный и довольно приблизительный характер не только конфигурации, но и размеров ее ячеек. Действительно, философские и ценностные суждения, которые входят в состав социологической картины мира, вряд ли дадут точные параметры реальных объектов. Они определятся позже, после эмпирической стадии исследования. Однако на промежуточной стадии грубые контуры социальной реальности, задаваемые картиной мира, конкретизируются и отшлифуются сначала на уровне общей, а затем частной теории.

К примеру, социологическая картина мира определяет, что социолог, в отличие от физика, должен изучать не природу, а общество. На абстрактном уровне совершенно очевидно, что общество, во-первых, состоит из конкретных людей, во-вторых, обладает некоей структурой и формируется этими людьми. Но как конкретно выглядят общество и люди? Общество и людей изучает множество наук, в том числе антропология, демография, этнография, политология. А в чем заключается специфика социологии? Представители различных направлений (в данном случае их лучше именовать перспективами) предлагали свое определение специфики социологии и того, что она, в отличие от других наук, должна изучать.

М. Вебер, ориентировавшийся на неокантианскую философию, считал, что реальны только индивиды, которых и должна изучать социология. Социолог не может познать такие абстрактные сущности, как народ вообще, класс вообще, государство вообще. Их составляют конкретные индивиды, изучая поведение, мотивацию и ценностные ориентации которых, можно затем определить контуры народа, класса, государства. Его оппонент, Э. Дюркгейм, придерживавшийся позитивизма, напротив, единственно реальным признавал коллективное сознание и социальную общность, аргументируя свою позицию тем, что общность всегда больше механической суммы отдельных индивидов. Если это так, то изучение отдельных представителей ничего не скажет о природе сообщества, у которого есть нечто, неразложимое на индивидуальные мотивы и потребности, скажем, традиции, обычаи, коллективные символы и верования, которым подчиняется индивид, но которые прямо не следуют из его поведенческих поступков и убеждений.

У Вебера и Дюркгейма разные картины мира, опирающиеся на разные онтологии (учения о структуре мира) и разные философские традиции: Вебер опирается на традиции номинализма, а Дюркгейм — реализма. Однако кроме этих двух перспектив в социологии существуют и другие, которые формируют собственные картины мира, непохожие на первые, например марксизм, символический интеракционизм, этнометодология. Они иначе определяют то, что должна изучать социология, и то, как устроен тот мир, который она исследует.

Решающее влияние на НКМ оказывает философия. Это свидетельствует о том, что социология еще не рассталась до конца со своим философским прошлым. В одних странах такой отход произошел раньше, в других позже. В России с 20-х по 80-е годы XX в. социологию считали частью философии, научные степени кандидата и доктора социологии появились только в начале 90-х годов. Правда, в США социологи по сию пору носят звания магистров и докторов философии, но это формальная дань прошлому. Никакого вмешательства в развитие социологии философия здесь не оказывает. Напротив, в Западной Европе, где сильны философские традиции, социология создала более глубокую теорию и более аналитична, чем американская.

В Европе фундаментальные знания в области философии являлись обязательным компонентом социологического образования. У социологов был широкий философский выбор: философия Канта и Гегеля, неокантианство и неогегельянство, позитивизм и неопозитивизм, феноменология и экзистенциализм, религиозная философия и философия жизни, томизм, агностицизм, сенсуализм и т.д. В США господствовало лишь одно направление — прагматизм, который и повлиял на основание американской социологии, ее менталитет и практическую направленность. Позитивизм, который оказал второе по значению влияние, особенно на становление количественной методологии и техники эмпирических исследований, был экспортирован из Европы. В Европу выезжали на учебу чуть ли не все американские социологи. Здесь они получали фундаментальную философскую, а вместе с ней теоретико-методологическую подготовку. Т. Парсонс, самый выдающийся американский социолог, прошел в Германии полный курс обучения. Другие мыслители, определившие облик американской социологии, в частности П. Лазарсфельд и П. Сорокин, эмигрировали в США из Европы, где вскоре создали научные школы и целые поколения социологов, впитавших европейскую интеллектуальную традицию. После Второй мировой войны в США уехали большинство выдающихся европейских социологов, а потому учиться философии в Европе было уже не у кого. Оторванное от своих корней молодое поколение европейских социологов обращало свои взоры не в Европу, а в США, откуда приходили все новомодные веяния и куда им приходилось выезжать на обучение эмпирической социологии. К 60-м годам в США оформились собственные, непохожие на европейские аналоги, философские течения, в частности символический интеракционизм, которые, оставаясь во многом в сфере философии, органично влились в социологическое знание. С той поры можно говорить о том, что социология стала порождать собственную, нацеленную на обслуживание своих нужд, философию. Такие социолого-философские течения получили название социологических перспектив (иногда их также именуют школами, направлениями, парадигмами).

Научные картины мира интегрированы в культуру некоторой эпохи и цивилизации. Картина мира помогает вписать добытые теорией и эмпирией точные знания в абстрактный и неточный мир культурных ценностей. Конкретная культура конкретной эпохи оказывает явное и неявное давление на ученого, задавая цели и задачи науки, определяя критерии оценки и содержание знаний. Это может быть не только общекультурное давление, но и политическое, религиозное, экономическое. Выдержать культурное давление, принять на себя первый удар тех ценностей и установок, которые к науке не относятся, и призвана картина мира. Занимая промежуточное положение между культурой общества и конкретной научной деятельностью, она смягчает удар и переводит одно на язык другого.

Таким образом, культура каждой страны создает собственную философию, а та накладывает отпечаток на ход развития социологии. Однако культура общества проникает в науку не только через мир фундаментальных ценностей и идеалов, но и через повседневную жизнь ученого. В этом смысле говорят, что научная картина тесно соприкасается с обыденной картиной мира (ОКМ), которая есть у каждого из нас. ОКМ строится на протяжении всей жизни, постоянно корректируется и обновляется. Иногда ее отождествляют с жизненной философией. В ОКМ входят суждения, почерпнутые из обыденного сознания и общественного мнения. «Верхи всегда крадут», «полагайся в жизни только на самого себя», «народ любит жесткого и сильного правителя» и т.п. — все это обыденные суждения, описывающие социальную реальность и входящие в состав ОКМ.

В ОКМ источником знаний выступают интуиция, здравый смысл, жизненный опыт, заблуждения, суеверия, политические пристрастия и стереотипы, она черпается из общения с людьми, средств массовой информации и т.п. В отличие от нее источником знаний в НКМ выступает наука. Если ОКМ всегда индивидуальна (как результат деятельности конкретного человека), то НКМ является коллективным плодом деятельности всего научного сообщества. Она формируется в ходе профессиональной – теоретической и эмпирической — работы, в процессе обучения и повышения профессионального мастерства, чтения общей и специальной литературы, общения с коллегами, в том числе на семинарах и конференциях. В разные исторические эпохи существовали различные типы ОКМ. Обыденные картины мира различаются в зависимости от того, к какому слою, классу, сословию, нации принадлежат ее творцы, в какую историческую эпоху они проживали. ОКМ зависит также от уровня образования, среды обитания (город или деревня) и иных факторов. Картины мира пролетариев и буржуазии, подростков и пожилых существенно отличаются. Хотя, несомненно, во все картины мира входят какие-то общие, имеющие универсальное значение, элементы.

НКМ в социологии также подвержена изменениям, но они обусловлены развитием научных знаний, появлением новых направлений, парадигм и социологических перспектив. НКМ структурного функционализма или марксизма существенно отличается от таковой в символическом интеракционизме. Хотя им присущи некие общие композиционные элементы, которые свидетельствуют о принадлежности указанных картин к социологии, а не к психологии или физике. Такие универсальные элементы определяются законами социального, прежде всего социологического, познания. К примеру, ни одно из указанных выше направлений (перспектив), не изучает изолированного индивида, как делает это психология, или влияние материального поля, изучаемого физикой.

Тематика ОКМ и НКМ в социологии во многом совпадает, поскольку обе касаются философского осмысления общественной реальности. Такое осмысление, несмотря на разные источники, касается одних и тех же важных тем: семьи и брака, труда и трудовых отношений, политики, экономики, искусства, религии и т.д. Обычные люди, как и ученые, размышляют над тем, в каком возрасте люди должны вступать в брак, каких партнеров себе выбирать и зачем вообще люди женятся; зачем нужна служба в армии и как влияет на нее дедовщина. Ничего подобного нет в физике или биологии, почти нет в психологии или экономике. В отличие от них социология больше открыта обыденному миру. Социолог является частью его и пользуется в своих суждениях знаниями, привнесенными из повседневного мира.

ОКМ служит переходным звеном на пути к формированию НКМ. Социолог руководствуется в проведении исследований не только научными данными и специальной литературой, но в значительной мере своим жизненным опытом и представлениями здравого смысла. Социолог — член этого общества. Он живет такой же жизнью, какой живут его респонденты, а значит, он подвержен политическим пристрастиям, амбициям и культурным предрассудкам. В методологическом плане его задача — не спутать две разные картины мира, не подменять научное знание обыденным. Простое на первый взгляд правило учеными постоянно нарушается, о чем свидетельствуют очень многие статьи, публикуемые в высокопрофессиональном журнале «Социологические исследования».

Так, автор статьи о Прибалтике высказывает пожелание, чтобы населяющие ее народы (прибалты и русские) воссоединились, иначе дальнейшие отношения и впредь будут носить негативный характер. Подобное суждение, выданное в качестве практической рекомендации, только частично опирается на полученные факты (высказывания респондентов о необходимости народам жить в мире и согласии), но в основном это проявление его гражданской позиции. Аргументация автора о том, что прибалты и русские, долгое время жившие вместе, почти сроднились и готовы к совместному существованию, которое было искусственно (в силу политических амбиций руководства двух стран) прервано, не выдерживает серьезной критики по двум причинам. Во-первых, ни один аргумент невозможно подтвердить эмпирически или проверить экспериментально. Во-вторых, точка зрения прибалтийских авторов, также изучавших данную проблему, прямо противоположна. К примеру, многие эстонские социологи считают, что искусственным было совместное проживание двух народов, произошедшее насильно в результате интервенции, а не их разрыв. В будущем только раздельное проживание и политическая самостоятельность позволят эстонскому этносу восстановить свои национальные традиции, повысить материальное благосостояние и самосознание народа. Прибалтийские социологи доказывают, что воссоединение невозможно в силу языковых и национальных различий, прозападной ориентации стран Балтии и евроазиатской ориентации России.

В результате относительно одного и того же круга явлений, одной и той же реальности выстраиваются совершенно разные картины мира. Позиции русских и прибалтийских социологов роднит лишь то, что научные суждения в них переплетены с обыденными. Под них не подведен никакой фундамент. Не существует общей социологической теории, объясняющей правомерность той или иной позиции, не существует частных теорий, применимых к данной ситуации (большинство теорий межнациональных отношений в мировой социологии созданы на американском материале), нет надежных и всесторонних эмпирических исследований. Когда образуется такого рода вакуум, то его заполняют суждения ОКМ.

Картины мира варьируются от общества к обществу и даже от сегмента к сегменту внутри одного общества. В этом смысле говорят, что китаец «живет в совершенно ином мире», нежели западный житель. Национальные стили мышления и создаваемые ими картины мира различаются не только в терминах содержащихся в них элементов религии, этики или политической философии, но также в таких категориях, как время, пространство, число. На поверку очень несходными оказываются, например, «мир» Древней Греции и «мир» древней Иудеи, «мир» традиционного индуизма и «мир» индуизма современного Запада. Укорененностью идей в социальной реальности, в истории и социальной структуре данного общества занимается специальная отрасль социологии — социология знания.

Частным видом картины мира, а именно религиозной картиной, занимается другая дисциплина — социология религии. Иногда ее считают самостоятельной ветвью, а иногда — частью социологии знания.

Социология религии, в отличие от библеистики или теологии, не интересуется теоретическими вопросами содержания религиозной доктрины, не обсуждает вневременной характер постулатов христианской веры. Она помещает идеи о богах, о космосе и вечности в социальный контекст, в систему социальных институтов, статусов и ролей, исследует, как эти постулаты соотносятся с конкретно-историческими взглядами, мыслями, образом жизни и стилем мышления больших социальных групп (социальных страт) в многоязычных городах Римской империи, где возникли и функционировали первые христианские общины, в средневековой Европе, где они превратились в господствующую силу и преследовали (институт инквизиции) иноверцев. Социологию религии могут интересовать также способы легитимации и сакрализации политической власти в традиционном обществе, причины корреляции между посещаемостью церкви и классовой принадлежностью в современном западном обществе, где регулярное посещение церкви является одним из признаков принадлежности к среднему классу, тогда как непосещение характерно для рабочего класса.

Вместе с тем эти вопросы изучаются и в рамках социологии знания. Социология знания обнаруживает определенную связь между верой человека (либо ее внешним выражением) и годовым доходом человека: при снижении второго падает уровень первой и наоборот.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Социология Учебник /

    Список учебников
    ... заведений, обучающихся по направлению 040200 "Социология"Социология: Учебник / Ю.Г. Волков. - 4-e изд., перераб. и доп. - М.: Альфа ... ) ISBN 978-5-98281-290-2 Учебник по общей социологии, написанный в соответствии с новым государственным ...
  2. Социология в россии под редакцией

    Литература
    ... в этой отрасли социологии. Литература 1. Смелзер Н. Социология. М.,1964. Разд. 1. Гл. 2; Гидденс Э. Социология: учебник 90-х гг ... . Реферированное изд. Челябинск. 1991. Ч. II и др. 2. Кравченко А.И. Введение в социологию ...
  3. Социология том 1 методология и история социологии

    Учебники и учебные пособия
    ... , 1996. Гиддингс Ф.Г. Основания социологии. Киев-Харьков, 1898. Гидденс Э. Социология: учебник 90-х годов (реферированное ... . ред. Г.В.Осипов. М.: Аспект Пресс, 1998. Социология. Учебник для вузов / Г.В.Осипов, А.В. Кабыща, М.Р.Тульчинский ...
  4. Учебники учебные пособия с грифами министерства образования и умо 2006-2011 гг

    Документ
    ... я7 К 77 Кравченко, Альберт Иванович. Социология : учебник / А. И. Кравченко ; МГУ. - М. : Проспект, 2006. - 534 ... . У24 я73 Э 40 Экономика и социология труда : учебник для студ. вузов спец. "Управление ...
  5. Учебники учебные пособия с грифами министерства образования и умо 2006-2011 гг

    Учебники и учебные пособия
    ... я7 К 77 Кравченко, Альберт Иванович. Социология : учебник / А. И. Кравченко ; МГУ. - М. : Проспект, 2006. - 534 ... . У24 я73 Э 40 Экономика и социология труда : учебник для студ. вузов спец. "Управление ...

Другие похожие документы..