textarchive.ru

Главная > Документ


С. Бондаренко, В. Курильский

Неизвестные Стругацкие. Письма. Рабочие дневники. 1942–1962 г.г

Вступление

Эта книга продолжает серию «Неизвестные Стругацкие», но являемся первой из нового цикла «Письма. Рабочие дневники». Предыдущий цикл, «Черновики. Рукописи. Варианты», состоял из четырех книг, в которых были представлены черновики и ранние варианты известных произведений Аркадия и Бориса Стругацких (АБС[1]), а также некоторые рассказы и пьесы, ранее не публиковавшиеся.

Перед вами — повествование в документах и воспоминаниях (которые тоже являются отчасти документами) о жизни АБС. Речь пойдет в основном о жизни творческой. Факты личной жизни будут затрагиваться лишь в том случае, если они имели влияние на само творчество АБС (реальные случаи, перенесенные в произведения; прототипы персонажей и т. п.), либо на возможность заниматься творчеством (проблемы со здоровьем — своим и близких, переезды и ремонты, занятость детьми). Последовательность документов будет и основном хронологической.

Цель составителей — как можно меньше сообщать читателю фактов, не подкрепленных документами, и вообще во главу угла поставить сами документы, ибо никакой самый яркий пересказ все-таки не может заменить показа оригинала: так будет и правдивее, и точнее.

Вся наша жизнь состоит из документов, начиная со свидетельства о рождении и заканчивая свидетельством о смерти. Конечно, не всё, представленное в этой работе, может и должно считаться эталоном правдивости. Многое (особенно — опубликованные критические работы о творчестве АБС) могло писаться с обязательной оглядкой на внешние обстоятельства с учетом политических реалий и задач того времени. Некоторые источники (особенно воспоминания) могут ошибаться в деталях (так не было, но, скажем, настолько хотелось, чтобы было, что как бы произошло на самом деле) и даже явно противоречить друг другу. Но документы не отражают субъективного отношения публикатора к описываемому материалу и дают возможность читателю самому составить представление о данном предмете.

Для кого интересна эта работа? Для любителей творчества АБС, что естественно. Для историков литературы советского периода, для историков описываемого периода вообще, для исследователей тайны творчества. И, разумеется, для обычных читателей, неравнодушных к книгам Авторов. Ведь даже просто чтение писем или позднейших воспоминаний АБС позволяет нам по-новому взглянуть на написанное ими — заставляет переживать и радоваться вместе с Авторами, негодовать и возмущаться, ликовать и недоумевать; ждать вместе с Авторами решения какого-то вопроса и всегда поражаться, как постепенно, из литературных проб, из домашних заготовок, из споров общего характера двух хотя и братьев, но весьма разных людей, рождается сперва Писатель — Аркадий и Борис Стругацкие, затем— Произведение.

Изложение, как и в предыдущих книгах «Неизвестные Стругацкие», будет весьма эклектично, как эклектична жизнь любого человека, где личное переплетается с общественным, мечты с обязанностями, а друзья с врагами. Помимо собственно задумок и обсуждения рождающихся произведений АБС в материалах книги упоминается самими Авторами работа «на сторону» — переводы и сценарии, взаимоотношения Авторов с различными редакциями, с писательскими организациями, а также окололитературная атмосфера тех лет: «дружеские» и «вражеские» группировки, «война» молодых против старых, «противостояние» мнений о фантастике… Всё это будет описано в соответствии с тем, в какой мере об этом сообщали друг другу в цитируемых письмах Авторы, иногда с дополнением воспоминаниями или отрывками из упоминаемых Авторами публикаций.

И еще. Недаром в одном интервью Авторы назвали себя профессиональными читателями. Авторы читали всегда. И далеко не одну фантастику. Классику и новинки отечественной и зарубежной художественной литературы, беллетристику и детективы, научно-популярные книги и журналы по самым разным вопросам… Обсуждали, делились прочитанным. Мы уверены, что без этого литературного «питательного раствора», без благотворного влияния прочитанного в детстве и в последующие годы не было бы Автора «Братья Стругацкие» в том виде, в каком все мы его теперь знаем. Об отношениях не только с людьми, но и с книгами тоже пойдет речь в предлагаемой работе.

Для молодых читателей многое из упомянутого Авторами будет внове, а старшее поколение сможет сопоставить тот или иной материал со своими личными впечатлениями. Так что, вполне возможно, образуется еще одна группа читателей этого труда — «воспоминателей», или «ностальжистов».

Используемые документы

Костяк книги составляют переписка АБС за долгие годы и рабочий дневник, который Авторы регулярно вели, съезжаясь для работы.

Вообще, эпистолярный жанр — это одна из сторон творчества любого писателя, а уж для пары писателей, разделенных пространством, переписка друг с другом — необходимая часть работы. То, что у писателя-одиночки происходит невидимо-неслышимо (новая идея, проработка деталей, размышления о нужности-ненужности какой-либо линии повествования), у творческого коллектива неизбежно озвучивается: при встречах — в ходе личного общения, между встречами — в переписке и по телефону. АБС регулярно писали друг другу довольно долго, и переписка сошла на нет только, как когда-то сообщил АНС в передаче «Очевидное — невероятное», после установления прочной телефонной связи между Москвой и Ленинградом.

Письма, к сожалению, сохранились не все, но и количество оставшихся впечатляет: более тысячи. Это сейчас, при наличии Интернета и электронной почты, столько писем деятельный человек может без труда написать за год, а в то время… вспомним… бумага, ручка и чернила, потом — пишущая машинка; и не щелкнуть мышкой «Отправить», а сложить бумагу, вложить в конверт, заклеить, налепить марку, надписать адрес… да еще и отнести к ближайшему почтовому ящику, а то и на почту, так как зачастую письма сопровождали и непрерывно пересылаемые рукописи…

Первое сохранившееся письмо относится к 1942 году. С 57-го года переписка становится регулярной, достигает пика в 66-м году (75 писем! 2–3 в месяц от каждого! Спасибо почте, которая доставляла тогда письма из одной столицы в другую за день-другой) и прекращается в 84-м году. Продолжившееся телефонное общение, к сожалению, материальных следов не оставило.

Рабочий дневник велся регулярно с 3 марта 65-го года и по последнюю рабочую встречу Авторов в конце 90-го года. Состоит этот дневник из трех общих тетрадей, исписанных мелким почерком обоих Авторов. В рабочем дневнике нередко встречаются рисунки персонажей, зарисовки обстановки, а то и карты местностей, относящиеся к произведению, которое писалось в то время. Две тетради заполнены полностью, в третьей — только первые сорок страниц.

Кроме рабочего сохранился еще один дневник — дневник приездов АНа в Питер к маме. Это был тот период времени, когда АБС съезжались на квартире у мамы, днем писали, а вечерами, регулярно-традиционно, играли с мамой в карты, в «девятку», поэтому большая часть этой тетради заполнена результатами этих игр, зачастую по ней можно узнать лишь даты приездов АНа в Питер, но есть и отметки, над чем именно братья работали в то время.

Помимо названных документов, книга содержит некоторое количество дополнительных материалов,[2] так или иначе относящихся к творческой жизни АБС. Что под этим подразумевается? Во-первых, воспоминания самих АБС и о них, посвященные каким-либо конкретным событиям. Во-вторых, переписка Авторов с издательствами и киностудиями, а то и с друзьями-литераторами. В-третьих, статьи самих Авторов (напечатанные и черновики) и статьи о творчестве АБС, опубликованные в описываемое время и иногда упоминаемые Авторами в переписке. Дополнительные материалы, как правило, даются отрывочно — лишь та необходимая часть, которая позволяет читателю полнее представить себе те годы, те настроения и ту работу, на которую у Авторов уходила львиная доля времени, когда они находились вдали друг от друга.

И еще одно замечание. В этой работе используются отнюдь не все документы, а только те, с которыми составители имели возможность ознакомиться к моменту написания этой книги. Некоторые документы пока закрыты для публикации: это, к примеру, личные дневники АБС, содержащие, конечно, и немало моментов, имеющих прямое отношение к их творчеству. Некоторые документы не попали пока в поле зрения группы «Людены» (особенно это касается воспоминаний знакомых и друзей АБС и их переписки). Работа над подробнейшей документированной биографией АБС будет продолжаться и после издания этой книги, поэтому любые материалы, так или иначе дополняющие это исследование, будут приветствоваться «люденами».

О родителях

Как водится, перед биографией самого объекта исследования читателя знакомят с его родителями. С этого начнем и мы. Вот как о них рассказывал БН:

ИЗ: БНС. БЕЗ НАПАРНИКА

Отец наш, Натан Залманович Стругацкий, фигура в своем роде замечательная и характернейшая для своего времени. Херсонский адвокат Залман Стругацкий имел трех сыновей: Александра, Натана и Арона. Все трое стали большевиками, все трое участвовали в гражданской. Арон, младший, погиб в боях под Херсоном. Сохранилась его фотография: в кожанке, с наганом у пояса, смоляной чуб — дыбом (Аркадий в молодости был очень похож на него), вокруг вооруженные люди в бескозырках и в буденновках…

Старший, Александр, был инженером, изобретателем. После гражданской стал директором завода, внедрял какой-то сверхэкономичный ветряной двигатель, зимой 37-го был арестован и расстрелян («десять лет без права переписки»).

Натан, средний, во время гражданской был комиссаром, в начале 20-х был демобилизован и оказался в местечке Середина-Буда, в гостях у дальних своих родственников. Середина-Буда — это Черниговщина, замечательный стык России, Украины и Белоруссии. Там он и увидел нашу маму, Александру Ивановну Литвинчеву, дочку прасола, мелкого торговца, выбившегося из крестьян. А красавица Саша увидела Натана — комиссара, большевика, во всем ореоле войны и революции. Произошла романтическая история: отец маму похитил и увез, потому что ни о каком законном браке с коммунистом, да еще и евреем, и речи быть не могло. Дед наш, Иван Павлович, мужик крутой и твердокаменных убеждений, проклял свою любимицу, младшенькую Сашеньку, самым страшным проклятием.

Партия отправила Натана в Грузию, точнее, в Аджарию, в Батум, где он работал главным редактором газеты «Трудовой Аджаристан». Время было тяжелое, голодное, но веселое — мама всегда вспоминала о нем с нежностью. В 1925-м там же, в Батуме, родился Аркадий. Мать написала отцу своему покаянное письмо, дед велел приехать, встретил сурово, но, увидев внучонка, растаял и снял родительское проклятие.

А Натана партия направила уже в Ленинград — работать в горлит, то есть в цензуру. Отец был человеком высокой культуры, имел два высших образования… Между прочим, по рассказам мамы, он всегда мечтал стать писателем, даже выпустил две книжки, но не художественные — одну о живописце Самохвалове, другую — по иконографии Салтыкова-Щедрина. В Ленинграде тоже жилось не сладко, зарплата была ничтожная — и у матери (она работала учительницей), и у отца, — но отцу еще полагался так называемый «книжный паек». О, какие это были замечательные книги! Дюма, Сервантес, Верхарн, Андре Жид, Мериме, Пьер Мак-Орлан… Издательства: «ACADEMIA», «Круг», «Всемирная библиотека»… Образовалось два шкафа прекрасных книг. Они сыграли огромную роль и в судьбе Аркадия, и в моей судьбе, но, к сожалению, от славной этой библиотеки почти ничего не осталось: в тяжелое послевоенное время мы с мамой практически все распродали, — говоря попросту, проели.

Я родился в 1933 году. В ночь моего рождения отца вызвали в Смольный и с большой группой партийных активистов «бросили на хлеб». Он был назначен начальником политотдела Прокопьевского зерносовхоза-гиганта. Даешь хлеб — до последнего зерна! Мама рассказывала, что там, в Сибири, он спал с наганом под подушкой. Совхоз был на грани бунта — отбирали буквально все, без остатка, — и отвечал за это ограбление наш отец. Он был ортодоксальным коммунистом, никогда не колебался, никогда не участвовал ни в каких оппозициях, верил партии безгранично и выполнял ее приказы, как солдат. Но каким-то образом ухитрился при этом сохранить широкий образ мыслей, когда речь шла о литературе, живописи, о культуре вообще. Уже позже, в Сталинграде, где был завотделом культуры не то горкома, не то горисполкома, он постоянно сцеплялся со своими коллегами. То он заявлял, что советским живописцам надобно учиться мастерству у Андрея Рублева, то объявлял, что Николай Островский — щенок по сравнению с Львом Толстым, а Дунаевский — в сравнении с Чайковским и Римским-Корсаковым. Мама считала, что сгубили его эти вот полемические эскапады, а я думаю, что главную роль сыграло то, что он запретил выдачу женам городских начальников бесплатных контрамарок в театры и на концерты. В 1937-м, летом, его исключили из партии и сняли со всех постов. Без всякого сомнения, должны были посадить, и спасло лишь то, что в ту же ночь он кинулся в Москву — искать правды.

Правды отец добивался до конца дней своих и, разумеется, не добился. Когда началась война, немедленно отправился на сборный пункт, но в регулярную армию его не взяли — во-первых, он был уже не молод (45 лет), а во-вторых, у него был порок сердца. Позже, правда, уже в ноябре, он добился, чтобы взяли в ополчение, он успел повоевать под Пулковскими высотами, а в январе 1942-го его, опухшего, полумертвого, окончательно комиссовали и отправили умирать домой.

ИЗ: БНС. ГОЛОДНЫЙ РАБ БУНТУЕТ. ПРИКОРМЛЕННЫЙ — НИКОГДА!

Мама наша, Стругацкая (Литвинчева) Александра Ивановна родилась в 1901 году в местечке Середина-Буда Черниговской губернии в огромной (одиннадцать детей!) семье прасола, мелкого сельского торговца. В 24-м встретилась там с НЗ, приехавшим погостить к своим родственникам. Большевик, комиссар, интеллигент, весь в ореоле революции и войны — и деревенская простушка, не шибко грамотная, веселая, певунья, необыкновенной красоты… Возникла романтическая история, О согласии родителей не могло быть и речи. Отец просто увез нашу маму с собой, и дед наш, прасол, Иван Павлович проклял спою дочь самым страшным родительским проклятием. («Без отцовского благословения? Да еще с большевиком! С евреем!..» Впрочем, пару лет спустя мама рискнула приехать к нему с маленьким Аркадием. Увидевши внука, грозный прасол растаял душою и проклятье свое снял.) Мама наша окончила педвуз и стала учительницей. Всю жизнь работала не покладая рук. Отец был непрактичен, зарабатывал мало, домом не занимался вовсе, так что все было — на маме. Она была человеком поразительной энергии, никогда не унывала, не сдавалась, в любых обстоятельствах боролась до конца. Никакие трудности не могли сломить ее, никакие беды, никакие превратности судьбы. Никакой работы она не боялась, во всем, за что бралась, добивалась максимального успеха. (В эвакуации ей пришлось стать начальником приемо-перерабатывающего молочного пункта — «маслопрома», — так она не только организовала работу, разваленную своими предшественниками, но еще ухитрилась наладить производство какой-то там особенной брынзы, за что получила грамоту почетного мастера-брынзодела.) Она была и учитель Божьей милостью. Заслуженный учитель РСФСР, кавалер ордена Знак Почета, и даже когда была она уже на пенсии, из родной школы посылали ей особо трудных учеников, которых она «вытягивала на четверку», — она была словно врач-специалист, спасающий безнадежных больных. Она любила своего мужа, всегда оставалась верна его памяти, всю жизнь свою вложила в детей и в работу и до последнего дня своего оставалась верна самым простым принципам, которые, как известно, труднее всего реализовать: «Под лежач камень вода не течет», «Сначала дело — потом все остальное» и «Дай нам Бог только здоровья, а все, что нам понадобится, мы заработаем себе сами». Она умерла от инфаркта в 1979 году в Ленинграде.

Биографические сведения о Натане Стругацком можно почерпнуть и с сайта знаменитой «Салтыковки» (текст немного подправлен для удобства чтения — даны полные варианты всех сокращенных слов, часто употребляемых в такого рода материалах):

ИЗ: САЙТ РОССИЙСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ БИБЛИОТЕКИ. РАЗДЕЛ БИОГРАФИЧЕСКИХ СТАТЕЙ СОТРУДНИКОВ

СТРУГАЦКИЙ Натан (Нота) Залманович

(май 1892, деревня Дубовичи Глуховского уезда Черниговской губернии — 7.02.1942, Вологда), искусствовед, библиограф, иконограф, в Публичной библиотеке 1937—42.

Отец — адвокат и агент страхового общества.

Учился в реальном училище и в гимназии в Севске. В 1915 поступил на юридический факультет Петроградского университета (из-за I мировой войны и революции не закончил), был аспирантом Института истории искусств при Коммунистической академии. Член партии большевиков с марта 1917.

В феврале—ноябре 1917 — сотрудник Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, в 1918 — заведующий Отделом народного образования Псковского губревкома, политкомиссар продотряда. Во время гражданской войны — в отряде Красной Армии, инструктор политотдела 2-й Конной армии (Южный фронт), военный комиссар бригады, заместитель начальника политотдела 5-й дивизии Северо-Кавказского военного округа. Затем на партийной работе: 1925—26 — главный редактор газеты «Трудовой Аджаристан» (Батум), 1926—28 — заместитель заведующего отделом печати Ленинградского обкома ВКП(б), заведующий отделом печати Выборгского райкома ВКП(б), 1928—30 — заведующий методической частью музейно-экскурсионного сектора ОНО. В годы учебы в аспирантуре исследовал творчество советского художника А. Н. Самохвалова (1894–1971), опубликовав о нем в 1933 большую статью в журнале «Искусство» и книгу в серии «Мастера советской живописи». Учась в аспирантуре, в октябре 1933 поступил на работу в Государственный Русский музей секретарем, с 18 января 1933 — научный сотрудник.

В 1933 мобилизован ЦК ВКП(б) на политработу: был начальником политотдела ряда зерновых совхозов, в том числе зерносовхозов «Гигант» (Прокопьевск) и «Зеленовский» (Сталинградская область). В 1936—37 — начальник краевого управления искусств в Сталинграде. В апреле 1937 исключен из ВКП(б) «за притупление политической бдительности».

17 октября 1937 зачислен в Публичную библиотеку главным библиотекарем отдела эстампов; с 25 марта 1938 — заведующий отделом. Активно занимался раскрытием и популяризацией материалов отдела, публиковал статьи, в том числе вступительные по выставкам, начал исследовать портреты М. Е. Салтыкова-Щедрина и иллюстрации к его произведениям. Перед войной, совместно с Б. С. Бутник-Сиверским, составил каталог советского плаката эпохи гражданской войны (Вып. 1. Фронтовой плакат), который вышел в свет лишь в качестве сигнального экземпляра, составив 7-й том «Трудов Государственной публичной библиотеки».

19 сентября 1941 зачислился в рабочий отряд. 27 октября 1941 принят кандидатом в члены ВКП(б) как лучший командир истребительного отряда. 27 октября 1941 уволился из Библиотеки в связи с мобилизацией в батальон НКВД Куйбышевского района Ленинграда. В связи с тем, что Стругацкий был комиссован по состоянию здоровья (порок сердца) из воинской части, 20 декабря 1941 он восстановлен в должности главного библиотекаря. Уволен из Публичной библиотеки с 1 февраля 1942 в связи с эвакуацией из города. Стругацкий умер по дороге, в Вологде, сын Аркадий попал в детский приемник, откуда бежал, скитался по стране, попал в город Чкалов, был направлен как грамотный в райцентр на работу в пункт по приему молока. В августе 1942 вдова Стругацкого, узнав о судьбе Аркадия, выехала к нему со вторым сыном — Борисом. Впоследствии оба сына Стругацкого стали известными писателями-фантастами.

Следующий документ чрезвычайно сложен для изложения в книге такого формата. Для удобства чтения граф тогдашней многостраничной анкеты вопросы и ответы представлены здесь в повествовательном виде.

ИЗ: АНКЕТА НАТАНА ЗАЛМАНОВИЧА СТРУГАЦКОГО

20. Выполняемая работа с начала трудовой деятельности (включая военную службу)

Дата (м-ц, год) вступ. и ухода — Должность или выполняемая работа где (Подробное название учреждения, организации или предприятия) — Местонахождение учреждения или предприятия (указать город, район, какой области, края, республики)

март 1917 — сотрудник информационно-справочного бюро Совета Рабочих и Солдатских Депутатов — Петроград

1917 — сотрудник мандатной комиссии Совета Рабочих и Солдатских депутатов — Петроград конец 1917 — начало 1918 — управляющий делами Наркомата агитации и печати — Петроград

1918 — комиссар народного образования Псковского ревкома — ст. Торошино

1918 — стрелок продагитотряда — Малмыж Вятской [губернии]

1919 — стрелок продагитотряда — Бузулук Самарской [губернии]

1919 — политкомиссар продагитотряда — Мелитополь Таврической [губернии]

1920 — заместитель редактора газеты «Красная лава» — Врангелевский фронт

1920 — военследователь Особого Отряда 2-й Конной армии — Врангелевский фронт

1920 — инструктор политотдела 2-й Конной армии — Врангелевский фронт

1921 — инструктор политотдела 2-го конного корпуса — Кубань

1922–1923 — начальник Агитпропчасти 5-й Кавдивизии — г. Моздок и Ставрополь

1923–1924 — помощник начальника политотдела 9-й Донской стрелковой дивизии — г. Нахичевань

1925 — ответственный секретарь партячейки совета Дома Красной Армии Северо-Кавказского военного округа — г. Ростов-на-Дону

1925 — редактор газеты «Трудовой Аджаристан» — Батуми

1926–1927 — заведующий подотделом печати Выборгского райкома ВКП(б) — Ленинград

1927–1928 — заместитель заведующего отдела печати Выборгского райкома ВКП(б) — Ленинград

1928–1930 — слушатель Высших государственных курсов искусствоведения [при Ленинградском институте истории искусств] — Ленинград

1930–1932 — аспирант (ИКП) при ЛИЯ ЛОКА [секции литературы, искусства и языкознания Ленинградского отделения Коммунистической Академии при Институте красной профессуры] — г. Ленинград

1932 — научный сотрудник Ленинградского института литературы и искусства — г. Ленинград

1933–1934 — начальник политотдела Прокопьевского зерносовхоза — г. Прокопьевск, Западная Сибирь

1935 — начальник политотдела Зеленовского зерносовхоза — Фроловский район

1936 — начальник Краевого управления искусств при КИКе [Краевом исполкоме] — г. Сталинград

1937 — начальник политотдела Зеленовского зерносовхоза — Фроловский район

22. Участие в центральных, республиканских, краевых, областных, окружных, городских выборных органах

Местонахождение выборного органа — Название выборного органа — Член или кандидат — Дата избрания-выбытия ст. Торошино — Псковский Ревком — член — 1918 Ставрополь — исполком Городского Совета Рабочих и Крестьянских Депутатов — член — 1923

Батуми — Аджарский Областной Совет Профессиональных Союзов — член президиума — 1925

Батуми — Аджарский Обком КП(б) Грузии — член — 1925 Ленинград — Совет Рабочих и Крестьянских Депутатов — член — 1930

Прокопьевск — Бюро Горкома ВКП(б) — член — 1933-34 Фролово — Бюро Райкома ВКП(б) — член — 1935 Сталинград — Крайисполком — член — 1936

23. Знание иностранных языков и языков народностей СССР

Название языков, которыми владеет (пишет, читает, говорит)

иностранных — французский и немецкий (оба слабо)

народностей СССР — русский (хорошо), еврейский (слабо)

24. Подвергался ли репрессиям за революционную деятельность до Октябрьской революции (за что, когда, каким)

в апреле 1917 был избит на демонстрации против Временного правительства у Мариинского дворца, был избит и арестован на митинге на Знаменской площади, был арестован 5-го июля



Скачать документ

Похожие документы:

  1. ДОКУМЕНТАЛЬНЫЕ ФИЛЬМЫ стр

    Документ
    ... Письма ... реставраторы: В.Курильская, А.Лавров, ... Мышкин, В. Александров, Л. Бондаренко, а также артисты ансамбля ... Над фильмом работали: В. Стругацкий, А. Дегтярев, П. ... , рабочие, заместители ... неизвестными ... дневник. ... -Йорке в 1942 г. Училась ... кино с 1962г. Снял ...

Другие похожие документы..