Главная > Документ


С. Н. Глинка

Стихи генералу Раевскому

Вера твоя спасет тя!

Великодушный русский воин,

Всеобщих ты похвал достоин:

Себя и юных двух сынов –

Приносишь всё царю и богу;

Дела твои сильней всех слов,

Ведя на бой российских львов,

Вещал: «Сынов не пожалеем,

Готов я с ними вместе лечь,

Чтоб злобу лишь врагов пресечь!..

Мы россы!.. умирать умеем».

Орлы взвилися на врагов!

На бога твердо уповая,

Полки врагов не исчисляя,

За веру льют родную кровь.

Враг отражен, и снова

На россов злость его сурова

К стенам Смоленска привлекла;

Стотысячна толпа пришла.

Мал русских сонм – но вера с ними!

Опять с полками стал своими

Раевский, веры сын, герой!..

Горит кровопролитный бой.

Все россы вихрями несутся,

До положенья глав дерутся;

Их тщетно к отдыху зовут:

«Всем дайте умереть нам тут!» –

Так русски воины вещают,

Разят врага – не отступают:

Не страшен россам к смерти путь.

И мы, о воины! за вами

Из градов русских все пойдем;

За нас вы боретесь с врагами,

И мы, мы вас в пример возьмем.

Или России избавленье,

Иль смерть врагу и пораженье!..

К победе с вами мы пойдем,

Иль с верой – верными умрем.


Д. В. Давыдов

Бородинское поле

Элегия

Умолкшие холмы, дол некогда кровавый!

Отдайте мне ваш день, день вековечной славы,

И шум оружия, и сечи, и борьбу!

Мой меч из рук моих упал. Мою судьбу

Попрали сильные. Счастливцы горделивы

Невольным пахарем влекут меня на нивы...

О, ринь меня на бой, ты, опытный в боях,

Ты, голосом своим рождающий в полках

Погибели врагов предчувственные клики,

Вождь гомерический, Багратион великий!

Простри мне длань свою, Раевский, мой герой!

Ермолов! я лечу – веди меня, я твой:

О, обреченный быть побед любимым сыном,

Покрой меня, покрой твоих перунов дымом!

Но где вы?.. Слушаю... Нет отзыва! С полей

Умчался брани дым, не слышен стук мечей,

И я, питомец ваш, склонясь главой у плуга,

Завидую костям соратника иль друга.

Поведай подвиги усатого героя

Поведай подвиги усатого героя,

О муза, расскажи, как Кульнев воевал,

Как он среди снегов в рубашке кочевал

И в финском колпаке являлся среди боя.

Пускай услышит свет

Причуды Кульнева и гром его побед.

Румяный Левенгёльм на бой приготовлялся

И, завязав жабо, прическу поправлял,

Ниландский полк его на клячах выезжал,

За ним и корпус весь Клингспора пресмыкался;

О храбрые враги, куда стремитесь вы?

Отвага, говорят, ничто без головы.

Наш Кульнев до зари, как сокол, встрепенулся;

Он воинов своих ко славе торопил:

«Вставайте, – говорит, – вставайте, я проснулся!

С охотниками в бой! Бог храбрости и сил!

По чарке да на конь, без холи и затеев;

Чем ближе, тем видней, тем легче бить злодеев!»

Всё вмиг воспрянуло, всё двинулось вперед...

О муза, расскажи торжественный поход!

Партизан

Отрывок

Умолкнул бой. Ночная тень

Москвы окрестность покрывает;

Вдали Кутузова курень

Один, как звездочка, сверкает.

Громада войск во тьме кипит,

И над пылающей Москвою

Багрово зарево лежит

Необозримой полосою.

И мчится тайною тропой

Воспрянувший с долины битвы

Наездников веселый рой

На отдаленные ловитвы.

Как стая алчущих волков,

Они долинами витают:

То внемлют шороху, то вновь

Безмолвно рыскать продолжают.

Начальник, в бурке на плечах,

В косматой шапке кабардинской,

Горит в передовых рядах

Особой яростью воинской.

Сын белокаменной Москвы,

Но рано брошенный в тревоги,

Он жаждет сечи и молвы,

А там что будет… вольны боги!

Давно незнаем им покой,

Привет родни, взор девы нежный;

Его любовь – кровавый бой,

Родня – донцы, друг – конь надежный.

Он чрез стремнины, чрез холмы

Отважно всадника проносит,

То чутко шевелит ушьми,

То фыркает, то у́дил просит.

Еще их скок приметен был

На высях, за преградной Нарой,

Златимых отблеском пожара, –

Но скоро буйный рой за высь перекатил,

И скоро след его простыл...

…………………………………………………….

…………………………………………………….

…………………………………………………….


Н. М. Языков

Д. В. Давыдову

Жизни баловень счастливый,

Два венка ты заслужил;

Знать, Суворов справедливо

Грудь тебе перекрестил:

Не ошибся он в дитяти,

Вырос ты – и полетел,

Полон всякой благодати,

Под знамена русской рати,

Горд и радостен, и смел.

Грудь твоя горит звездами,

Ты геройски добыл их

В жарких схватках со врагами,

В ратоборствах роковых;

Воин смлада знаменитый,

Ты еще под шведом был

И на финские граниты

Твой скакун звучнокопытый

Блеск и топот возносил.

Жизни бурно-величавой

Полюбил ты шум и труд:

Ты ходил с войной кровавой

На Дунай, на Буг и Прут;

Но тогда лишь собиралась

Прямо русская война;

Многогромная скоплялась

Вдалеке – и к нам примчалась

Разрушительно-грозна.

Чу! труба продребезжала!

Русь! тебе надменный зов!

Вспомяни ж, как ты встречала

Все нашествия врагов!

Созови из стран далеких

Ты своих богатырей,

Со степей, с равнин широких,

С рек великих, с гор высоких,

От осьми твоих морей!

Пламень в небо упирая,

Лют пожар Москвы ревет;

Златоглавая, святая,

Ты ли гибнешь? Русь, вперед!

Громче буря истребленья,

Крепче смелый ей отпор!

Это жертвенник спасенья,

Это пламень очищенья,

Это фениксов костер!

Где же вы, незваны гости,

Сильны славой и числом?

Снег засыпал ваши кости!

Вам почетный был прием!

Упилися еле живы,

Вы в московских теремах,

Тяжелы домой пошли вы,

Безобразно полегли вы

На холодных пустырях!

Вы отведать русской силы

Шли в Москву: за делом шли!

Иль не стало на могилы

Вам отеческой земли!

Много в этот год кровавый,

В эту смертную борьбу,

У врагов ты отнял славы,

Ты, боец чернокудрявый,

С белым локоном на лбу!


Удальцов твоих налетом

Ты, их честь, пример и вождь,

По лесам и по болотам,

Днем и ночью, в вихрь и дождь,

Сквозь огни и дым пожара

Мчал врагам, с твоей толпой

Вездесущ, как божья кара,

Страх нежданного удара

И нещадный, дикий бой!

Лучезарна слава эта

И конца не будет ей;

Но такие ж многи лета

И поэзии твоей:

Не умрет твой стих могучий,

Достопамятно-живой,

Упоительный, кипучий,

И воинственно-летучий,

И разгульно-удалой.

Ныне ты на лоне мира:

И любовь и тишину

Нам поет златая лира,

Гордо певшая войну.

И как прежде громогласен

Был ее вои́нский лад,

Так и ныне свеж и ясен,

Так и ныне он прекрасен,

Полный неги и прохлад.


П. А. Вяземский

Поминки по Бородинской битве

I

Милорадовича помню

В битве при Бородине:

Был он в шляпе без султана

На гнедом своем коне.

Бодро он и хладнокровно

Вел полки в кровавый бой,

Строй за строем густо, ровно

Выступал живой стеной.

Только подошли мы ближе

К средоточию огня,

Взвизгнуло ядро и пало

Перед ним, к ногам коня.

И, сердито землю роя

Адским огненным волчком,

Не затронуло героя,

Но осыпало песком.

«Бог мой! – он сказал с улыбкой,

Указав на вражью рать, –

Нас завидел неприятель

И спешит нам честь отдать».

II

И Кутузов предо мною,

Вспомню ль о Бородине,

Он и в белой был фуражке,

И на белом был коне.

Чрез плечо повязан шарфом,

Он стоит на высоте,

И под старцем блещет ярко

День в осенней красоте.

Старца бодрый вид воинствен,

Он сред полчищ одинок,

Он бесстрастен, он таинствен,

Он властителен, как рок.

На челе его маститом,

Пролетевшею насквозь

Смертью раз уже пробитом,

Пламя юное зажглось.

Пламя дум грозой созревших,

В битве закаленных дум,

Он их молча вопрошает

Сквозь пальбу, огонь и шум.

Мыслью он парит над битвой,

И его орлиный взгляд

Движет волею и силой

Человеческих громад.

И его молниеносцы

Ждут внимательно кругом,

Чтоб по слову полководца

Зарядить крылатый гром.

От вождя к вождю обратно

Мчатся быстрые гонцы,

Но иного безвозвратно

Смерть хватает на лету!

Против нас дружины, ужас

Завоеванных земель,

Записавшие победу

С давних лет в свою артель;

Славой блещущие лица

И в главе их – вождь побед,

Гордым солнцем Аустерлица

Загоревшее лицо.

Но бледнеет это солнце

И течет на запад свой,

А взойдет другое солнце

Над пылающей Москвой.

И впервые в грудь счастливца

Недоверья хлад проник:

Так с учителем заспорил

Седовласый ученик.

К острову Святой Елены

Здесь проложен первый шаг,

И Кремля святые стены

В казнь себе усвоит враг.

День настал! Мы ждали битвы,

Все возрадовались ей:

Шли давно о ней молитвы

Приунывших усачей.

И на пир веселый словно

Каждый радостно летит,

Будь у каждого три жизни,

Он всех трех не пощадит.

Никогда еще в подлунной

Не кипел столь страшный бой:

Из орудий ад чугунный,

Разразившись, поднял вой;

Целый день не умолкает,

Извергая смерть кругом;

Строй за строем исчезает

Под убийственным огнем.

Но пылают мщенья гневом

Снова свежие ряды,

Свежей кровью и посевом

Смерть плодит свои бразды.

Словно два бойца во злобе,

Набежала рать на рать;

Грудью в грудь вломились обе,

Чтоб противника попрать.

Но победа обоюдно

То дается нам, то им;

В этот день решить бы трудно,

Кто из двух непобедим.

Крепнет боевая вьюга,

Все сильней растет она,

И вцепившихся друг в друга

Разнимает ночь одна.

Грозный день сей Бородинский

Им и нам в почет равно.

Славься битвой исполинской,

Славься ввек, Бородино!..


М. И. Цветаева

Генералам двенадцатого года

* * *

Вы, чьи широкие шинели

Напоминали паруса,

Чьи шпоры весело звенели

И голоса.

И чьи глаза, как бриллианты,

На сердце вырезали след –

Очаровательные франты

Минувших лет.

Одним ожесточеньем воли

Вы брали сердце и скалу, –

Цари на каждом бранном поле

И на балу.

Вас охраняла длань Господня

И сердце матери. Вчера –

Малютки-мальчики, сегодня –

Офицера.

Вам все вершины были малы

И мягок – самый черствый хлеб,

О, молодые генералы

Своих судеб!

* * *

Ах, на гравюре полустертой,

В один великолепный миг,

Я встретила, Тучков-четвертый,

Ваш нежный лик,

И вашу хрупкую фигуру,

И золотые ордена...

И я, поцеловав гравюру,

Не знала сна.

О, как – мне кажется – могли вы

Рукою, полною перстней,

И кудри дев ласкать – и гривы

Своих коней.

В одной невероятной скачке

Вы прожили свой краткий век...

И ваши кудри, ваши бачки

Засыпал снег.

Три сотни побеждало – трое!

Лишь мертвый не вставал с земли.

Вы были дети и герои,

Вы все могли.

Что так же трогательно-юно,

Как ваша бешеная рать?..

Вас златокудрая Фортуна

Вела, как мать.

Вы побеждали и любили

Любовь и сабли острие –

И весело переходили

В небытие.


Ю. В. Друнина

Дети двенадцатого года

(отрывок из поэмы)

Мы были дети 1812 года.

Матвей Муравьев-Апостол

Тринадцатое июля

Зловещая серость рассвета...

С героев Бородина

Срывают и жгут эполеты,

Бросают в огонь ордена!

И смотрит Волконский устало

На знамя родного полка –

Он стал в двадцать пять генералом,

Он все потерял к сорока...

Бессильная ярость рассвета...

С героев Бородина

Срывают и жгут эполеты,

Швыряют в костер ордена!

И даже воинственный пристав

Отводит от виселиц взгляд.

В России казнят декабристов,

Свободу и Совесть казнят!

Ах, царь милосердие дарит;

Меняет на каторгу смерть…

Восславьте же все государя

И будьте разумнее впредь!

Но тем, Пятерым, нет пощады!

На фоне зари – эшафот...

«Ну что ж! Нас жалеть не надо:

Знал каждый, на что он идет».

Палач проверяет петли,

Стучит барабан, и вот

Уходит в бессмертие Пестель,

Каховского час настает...

Рассвет петербургский тлеет,

Гроза громыхает вдали...

О, боже! Сорвался Рылеев –

Надежной петли не нашли!

О, боже! Собрав все силы,

Насмешливо он хрипит:

«Повесить – и то в России

Не могут как следует! Стыд!..»

Сергей Муравьев-Апостол

Дитя двенадцатого года:

В шестнадцать лет – Бородино!

Хмель заграничного похода,

Освобождения вино.

«За храбрость» – золотая шпага,

Чин капитана, ордена.

Была дворянская отвага

В нем с юностью обручена.

Прошел с боями до Парижа

Еще безусый ветеран.

Я победителем вас вижу,

Мой капитан, мой капитан!

О, как мечталось вам, как пелось,

Как поклонялась вам страна!

…Но есть еще другая смелость,

Она не каждому дана.

Не каждому, кто носит шпагу

И кто имеет ордена, –

Была военная отвага

С гражданской в нем обручена.

С царями воевать не просто!

(К тому же вряд ли будет толк...)

Гвардеец Муравьев-Апостол

На плац мятежный вывел полк!

Не для того мы шли под ядра

И кровь несла Березина,

Чтоб рабства и холопства ядом

Была отравлена страна!

«Зачем дошли мы до Парижа,

Зачем разбили вражий стан?..»

Вновь победителем вас вижу,

Мой капитан, мой капитан!

Гремит полков российских поступь,

И впереди гвардейских рот

Восходит Муравьев-Апостол...

На эшафот!..

Т. Пономарева

Бородино 1812 года

Настоящим стихам предисловий не нужно,

Как призывов о мужестве тем, кто давно

Родине отдал и сердце, и душу,

А жизнь положил у Бородино.

Там в дымном аду, словно факел, пылает

Дениса Давыдова дом родовой.

Там пушка Раевского гневно стреляет,

Сметая французов бесчисленный строй.

Там спят вечным сном голубые гусары,

Там молод Волконский и Трубецкой.

О, как над Москвой там бунтуют пожары!

А сердце щемит бедой грозовой.

Но невозможно сместить расстоянья

Меж веком моим и этим, где жив

Дух предков великих и время дерзаний,

Где каждый – сказанье, легенда иль миф.

Но их имена – назиданье потомкам!

Истоки же судеб – у Бородино.

В тех грозных годах и в историях громких!

Иного в России нам не дано.


СЦЕНАРИИ МАССОВЫХ МЕРОПРИЯТИЙ

Каждый участвовавший в Отечественной войне 1812 года генерал, офицер, рядовой достоин того, чтобы о нём и его подвиге знало будущее поколение. Рассказать об этом можно во время проведения различных мероприятий: библиографических обзоров литературы, игровых программах, литературно-музыкальных и тематических вечеров, вечеров-портретов. Темы мероприятий могут быть следующими: «Гроза двенадцатого года», «…Бессмертен тот, Отечество кто спас», «Недаром помнит вся Россия…», «Павшие на поле чести», «Верные сыны Отечества», «Спасители Отечества», «Генералы двенадцатого года», «Декабристы – участники войны 1812 года», «Герои-партизаны войны 1812 года», «Война 1812 года в русской поэзии». Мероприятия могут быть посвящены отдельным героям войны: «Подвиг полководца», «Бестрепетный Раевский», «Слово о Багратионе», «Вихорь-атаман Платов», «Воин-поэт Давыдов», «";Кавалерист-девица"; Надежда Дурова» и т. д.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Печатается по решению редакционного совета (1)

    Документ
    ... А. Бабенко, Е. А Онищенко Печатаетсяпорешениюредакционногосовета Справки по телефону 72-22-82 Факс ... , главнокомандующий принял решение об отступлении, чтобы ... совет? Кто присутствовал на нём? Какое решение было принято на совете? Ответ: Военный совет ...
  2. Печатается по решению редакционного совета (2)

    Документ
    ... А. Бабенко, Е. А Онищенко Печатаетсяпорешениюредакционногосовета Справки по телефону 72-22-82 Факс ... , главнокомандующий принял решение об отступлении, чтобы ... совет? Кто присутствовал на нём? Какое решение было принято на совете? Ответ: Военный совет ...
  3. Печатается по решению редакционно-издательского совета КемГУ

    Документ
    ... Н 34 УДК 001:37(036) Печатаетсяпорешениюредакционно-издательского совета КемГУ. Редколлегия: к.и.н. Е.Е. Адакин ... самостоятельному построению конструктивной творческой деятельность порешению проблем, самостоятельному прогнозированию результатов и ...
  4. Печатается по решению Редакционно-издательского совета (3)

    Программа курса
    ... «Универс-групп» 2005 ПечатаетсяпорешениюРедакционно-издательского совета Самарского государственного университета Экспериментальная ... характере. Восстание в Киле. Советы. Формирование Совета Народных Уполномоченных. Провозглашение республики. ...
  5. Печатается по решению редакционно-издательского совета ВлГУ

    Документ
    ... Владимир 2010 ББК 87 И89 Печатаетсяпорешениюредакционно-издательского совета ВлГУ И89 История и философия ... совета. Программа кандидатского экзамена по общенаучной применительно к данной отрасли науки дисциплине определяется решением ...

Другие похожие документы..