textarchive.ru

Главная > Документ


Николай Фёдорович
Фёдоров

ОТЕЧЕСТВОВЕДЕНИЕ

Печатается по:
Н.Ф. Федоров., Собрание сочинений в четырех томах.
Том 3-й,
Составление, комментарии и научная подготовка текста
А.Г. Гачевой и С.Г. Семеновой.
«Традиция», Москва, 1995г.

[нумерация страниц не совпадает с оригиналом]

ОГЛАВЛЕНИЕ

[нумерация страниц не совпадает с оригиналом] 1

ОГЛАВЛЕНИЕ 2

ОТЕЧЕСТВОВЕДЕНИЕ 6

О ЗНАЧЕНИИ ОБЫДЕННЫХ ЦЕРКВЕЙ ВООБЩЕ И В НАШЕ ВРЕМЯ (ВРЕМЯ СОЗЫВА КОНФЕРЕНЦИИ МИРА) В ОСОБЕННОСТИ  1 6

ПРЕДИСЛОВИЕ К СКАЗАНИЮ
О ПОСТРОЕНИИ ОБЫДЕННОГО ХРАМА В ВОЛОГДЕ 83 44

ПИСЬМО В РЕДАКЦИИ
«ЕПАРХИАЛЬНЫХ ВЕДОМОСТЕЙ» 96 48

О ДОСТАВЛЕНИИ СВЕДЕНИЙ, КАСАЮЩИХСЯ ОБЫДЕННЫХ ЦЕРКВЕЙ И ЖИЗНИ ПРЕП. СЕРГИЯ РАДОНЕЖСКОГО ** 101 49

ПРОСЬБА К СТАРООБРЯДЦАМ О ДОСТАВЛЕНИИ
СВЕДЕНИЙ О ХРАМАХ ОБЫДЕННЫХ И О ПРИНЯТИИ УЧАСТИЯ
В СТРОЕНИИ ХРАМОВ-ШКОЛ, ПОСВЯЩЕННЫХ БОГУ СОГЛАСИЯ,
ПРЕСВЯТОЙ ТРОИЦЕ 105 50

ОБЫДЕННЫЕ ЦЕРКВИ НА РУСИ 107 51

ДОБРЫЙ ПОЧИН 115 56

ОТВЕТ «БРЯНСКОМУ ВЕСТНИКУ» 116 56

О БРАТСКИХ ПОМОЧАХ И ТОЛОКАХ, О ДОСТАВЛЕНИИ СВЕДЕНИЙ
О НИХ И КОМУ СЛЕДУЕТ СОБИРАТЬ ЭТИ СВЕДЕНИЯ В РОССИИ,
ОБРАБАТЫВАТЬ ИХ И ПРОЧ., А ТАКЖЕ О ПРИМЕНЕНИИ ЭТОЙ
ПОМОЧИ В РОССИИ 117 57

ПО ПОВОДУ СТАТЬИ С. С. СЛУЦКОГО
«ХРАМ СВ. ТРОИЦЫ ПРИ РУМЯНЦЕВСКОМ МУЗЕЕ» 121 60

Вопрос об иконах в память жертвователей 61

НЕСКОЛЬКО СЛОВ ПО ПОВОДУ СТАТЬИ В. МАК ГАХАН
«ПОСТУПАТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ ПРАВОСЛАВИЯ» 62

«Qu'on me cite une armée la mieux composée» 63

К КОММЕНТАРИЮ О ХРАМАХ ОБЫДЕННЫХ 137 64

КАЧИМСКАЯ ШКОЛА И ЕЕ ЗНАЧЕНИЕ 139 65

НИНЕВИТЯНЕ И РУССКИЕ. ДВА СПОСОБА ПОКАЯНИЯ 140 66

ОБЫДЕННЫЕ ЦЕРКВИ И ПРЕП. СЕРГИЙ 141 66

ЗАМЕТКИ О ПРЕП. СЕРГИИ РАДОНЕЖСКОМ 143 67

ЧТО ТАКОЕ ОТЕЧЕСТВОВЕДЕНИЕ? 163 72

Кремль как храм есть выражение вертикального положения человека, а как крепость — положения сторожевого 73

КРЕМЛЬ 166 74

Москва — большая деревня 76

РЕГУЛЯЦИЯ ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ С ЭСТЕТИЧЕСКОЙ СТОРОНЫ, ИЛИ В ЧЕМ СОСТОИТ БЛАЖЕНСТВО. ПАСХА В КРЕМЛЕ 172 76

К ПАСХЕ КАК ПРАЗДНИКУ И КАК ДЕЛУ 173 77

ПАСХА В КРЕМЛЕ ДЛЯ ИНОСТРАНЦЕВ.
МНЕНИЕ ИНОСТРАНЦЕВ О ПАСХЕ 178 80

ПАСХА В КРЕМЛЕ С КОРОНАЦИЕЮ 81

К ПАСХЕ В КРЕМЛЕ С КОРОНАЦИЕЮ 189 82

Пасха в Кремле в связи с Коронациею 83

О НЕНАВИСТНИКАХ КРЕМЛЯ 193 83

ПРАОТЦЫ КРЕМЛЯ 203 86

ОТЦЫ КРЕМЛЯ 210 86

СТЕНЫ КРЕМЛЯ 212 87

«Стены Кремля, что они есть и чем должны быть?» требуют дополнения 88

РОСПИСЬ ЦЕНТРАЛЬНОГО КЛАДБИЩА (КРЕМЛЯ МОСКОВСКОГО) И МЕСТНЫХ КЛАДБИЩ ДЛЯ ОБЪЕДИНЕНИЯ ВСЕХ СЫНОВ НА ЗЕМЛЕ КАК ОБЩЕМ КЛАДБИЩЕ ОТЦОВ 217 89

К РОСПИСИ СТЕН КРЕМЛЯ (МОСКОВСКОГО) 225 94

К РОСПИСИ КРЕМЛЯ 95

При внимательном чтении этих двух статей 96

ПОЮЩАЯ БАШНЯ КРЕМЛЯ 232 97

БАЖЕНОВСКИЙ КРЕМЛЬ 236 98

БАЖЕНОВСКИЙ КРЕМЛЬ 240 99

КРЕМЛЬ В МУЗЕЕ В ВИДЕ МОДЕЛИ И
ЮБИЛЕЙ СОЗИДАТЕЛЯ МОДЕЛИ БУДУЩЕГО КРЕМЛЯ И
ЗДАНИЯ НЫНЕШНЕГО МОСКОВСКОГО МУЗЕЯ,
ИЛИ ВОПРОС, ЧЕМ ДОЛЖЕН БЫТЬ КРЕМЛЬ, В ЧЕМ ЕГО ДЕЛО? 244 100

ОТВЕТ ВЛАДИСЛАВЛЕВУ 247 101

О РУМЯНЦЕВСКОМ МУЗЕЕ 250 102

ЕЩЕ О РУМЯНЦЕВСКОМ МУЗЕЕ — КАК ПАМЯТНИКЕ 1812 ГОДА 256 104

ПРЕДКРЕМЛЕВСКИЙ МОСКОВСКИЙ РУМЯНЦЕВСКЙЙ МУЗЕЙ И ПАМЯТНИК ОСНОВАТЕЛЮ ЭТОГО МУЗЕЯ В САМОМ КРЕМЛЕ 260 106

ПРЕДКРЕМЛЕВСКИЙ МОСКОВСКИЙ МУЗЕЙ И ПАМЯТНИК ОСНОВАТЕЛЮ МУЗЕЯ В КРЕМЛЕ 270
(Вариант) 109

О ПАМЯТНИКЕ АЛЕКСАНДРУ III, О МЕСТЕ И
ЗНАЧЕНИИ ЭТОГО ПАМЯТНИКА 275 111

БЕЗ ЗАГЛАВИЯ 284 114

БУДУЩЕЕ ИЛИ ЧТО ДОЛЖНО БЫТЬ 116

К ВОПРОСУ О ПАМЯТНИКЕ В. Н. КАРАЗИНУ 290 118

ДВА ЮБИЛЕЯ 121

О СОЕДИНЕНИИ ШКОЛ-ХРАМОВ СО ШКОЛАМИ-МУЗЕЯМИ 136

О СОЕДИНЕНИИ ШКОЛЫ-ХРАМА (РЕЛИГИИ)
СО ШКОЛОЮ-МУЗЕЕМ (НАУКОЮ) 138

НЕСКОЛЬКО ПРЕДПОЛОЖЕНИЙ ПО ПОВОДУ НОЯБРЬСКИХ ПАДАЮЩИХ ЗВЕЗД 319 140

ОТЕЧЕСТВОВЕДЕНИЕ. ОБ ИЗУЧЕНИИ МЕСТНОЙ ИСТОРИИ 322 145

К ПРЕДСТОЯЩЕЙ КОРОНАЦИИ 323 147

ЕКАТЕРИНИНСКАЯ ВЫСТАВКА В ВОРОНЕЖСКОМ ГУБЕРНСКОМ МУЗЕЕ С 6 ГО ПО 10 ОЕ НОЯБРЯ 1896 325 149

ПОЖЕРТВОВАНИЕ В. А. КОЖЕВНИКОВА ВОРОНЕЖСКОМУ МУЗЕЮ 152

КАМЕННЫЕ БАБЫ
как указание смысла, значения музеев 333 156

КАМЕННАЯ БАБА ВОРОНЕЖСКОГО МУЗЕЯ 345 161

ЮБИЛЕЙНАЯ ВЫСТАВКА 352 165

ВОРОНЕЖСКИЙ МУЗЕЙ В 1998 ГОДУ (1798-1998 гг.) 358 168

МУЗЕЙ Л. Г. СОЛОВЬЕВА В ВОРОНЕЖЕ 364 174

XXXI я ГОДОВЩИНА ВОРОНЕЖСКОГО ОКРУЖНОГО СУДА 368 176

О МЕСТНОМ УМИРОТВОРЕНИИ КАК УЧАСТИИ ВО ВСЕМИРНОМ УМИРОТВОРЕНИИ 372 179

К ДЕЛУ УМИРОТВОРЕНИЯ,
ВОЗБУЖДАЕМОМУ НОТОЮ 12 ГО АВГУСТА 1898 ГОДА 373 180

Воронежская Рождественская Выставка 191

НОВАЯ КАРТИНА-ИКОНА ПЕРВОСВЯЩЕННИЧЕСКОЙ МОЛИТВЫ КАК УКАЗАНИЕ ЦЕЛИ УМИРОТВОРЕНИЯ, И СВЯЗЬ ЭТОЙ СТАТЬИ С ПРЕДЫДУЩЕЮ О ВЫСТАВКЕ ВОРОНЕЖСКОГО МУЗЕЯ НАКАНУНЕ XIX-ВЕКОВОГО ЮБИЛЕЯ РОЖДЕСТВА ИИСУСА ХРИСТА  398 192

АСХАБАДСКИЙ МУЗЕЙ 401 193

О МЕСТЕ БУДУЩЕГО АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО СЪЕЗДА 405 196

ГДЕ БЫТЬ НАУЧНЫМ СЪЕЗДАМ В ТУРКЕСТАНЕ? 411 199

ЧЕМУ НАУЧАЕТ ДРЕВНЕЙШИЙ ХРИСТИАНСКИЙ ПАМЯТНИК
В КИТАЕ 200

Живоносный Памир и смертоносная Индия 206

Центральный Музей и организация науки 207

КОММЕНТАРИИ 210


ОТЕЧЕСТВОВЕДЕНИЕ

О ЗНАЧЕНИИ ОБЫДЕННЫХ ЦЕРКВЕЙ ВООБЩЕ И В НАШЕ ВРЕМЯ (ВРЕМЯ СОЗЫВА КОНФЕРЕНЦИИ МИРА) В ОСОБЕННОСТИ * 1

К запросам, заявленным к Х му Археологическому съезду в Риге:

№ 127 й. С. А. Белокуров. «Граф А. С. Уваров статью об обыденных церквах (Древности, Труды Московского Археологического Общества, ч. 1 я: Материалы для Археологического словаря, стр. 47 я) оканчивает вопросом: «Откуда взялось в России обыкновение строить обыденные церкви»2.Желательно было бы знать: было ли что-либо сходное, аналогичное с нашими обыденными храмами на Западе, и не оттуда ли они нами заимствованы, или же обычай строения таких церквей в годины бедствий есть наше самородное явление»; и

№ 132 й. С. С. Слуцкий. «Желательно знать, было ли что сходное с нашими обыденными церквами и на Востоке, не только у православных греков, арабов, коптов, но и у инославных народов, армян несториан, у индусов, китайцев, в Тибете, Монголии, Японии и т. д.»3

Несколько слов о чрезвычайной важности этого древнейшего обычая, обычая построения обыденных церквей в годины бедствий, для нашего времени, в эпоху конференции мира4, не может быть, полагаем, сочтено за уклонение от предмета занятий Археологического Съезда.

Обыденные церкви, как памятники единодушия и согласия, доказывают положительно, так же как конференция мира, превратившаяся почти в комиссию санитарного приготовления к войне, вместо умиротворения, доказывает отрицательно, что для человеческого рода возможен не мир, а союз для дела священного, общего, великого, от коего зависит самая жизнь, т. е. мир невозможен без союза. Такое дело и сделает невозможною войну. Союз народов возможен лишь в деле обращения орудий, употребляемых на войне, в орудия спасения от неурожая хлебов и от урожая болезнетворных зародышей (патогенных микробов), как об этом говорится в статье «Нового Времени» от 14 го октября 1898 г., № 8129 й — «Разоружение»5. Такое внешнее умиротворение вовсе не чуждо Археологии, ибо нравственная задача этой великой науки состоит в том, чтобы, собирая и восстановляя памятники прошлого всех народов, соединить нынешнее живущее поколение, сынов-потомков, в любви к отцам-предкам, любви не мертвой, а животворной. Мы потому и называем Археологию величайшею и святейшею наукой, что без познания памятников и останков умерших, — познания не мысленного только, — невозможно объединение, братство живущих.

Строение обыденных церквей, будучи высшим выражением помочей и толок, есть произведение природы и всей истории русской земли, или континентальной части земного шара; вопрос же о них, поставленный Археологическим Съездом, относится и к ближнему и к дальнему Западу, к дальнему и ближнему Востоку, т. е. делается всемирным и вызывает на объяснение, что препятствовало или способствовало существованию обычаев, приведших к строению обыденных церквей, и что нужно, чтобы вызвать эти обычаи, т. е. чтобы умиротворение пришло во всей силе; построение обыденных храмов, одним днем строимых, есть образ умиротворения, ибо краткость срока, назначенного для построения, требует теснейшего внутреннего соединения, внутреннего союза для построения храма как внешнего выражения церкви. Этот обычай, обычай построения обыденных церквей, несомненно свойственный России, не указывает ли на призвание ее к делу умиротворения?!

Статья о храмах обыденных, и Спасообыденских в особенности, противополагает их, эти обыкновенно малые храмы, громадным средневековым храмам Запада, строившимся многие столетия и недостроенным по причине розни — или по недостатку единодушия, — противополагает их и громадным храмам Востока, которые хотя и доводились до конца, но как произведения гнета или ига. Таким образом, обыденные церкви отличаются от храмов Востока добровольностью, а от храмов Запада единодушием в деле созидания, что и выражалось, главным образом, в быстроте постройки.

Настоящую статью, говорящую о строении обыденных церквей, можно бы назвать «Об общине в самом действии», в работе, или труде, и притом в деле святом, в священнодействии, в литургии, так как при таком только действии община и бывает действительно общиною, т. е. единением, а не разобщением, внутренним общением без внешнего гнета, внутренним общением вместо внутреннего разобщения, сдерживаемого лишь внешнею силою. Только в деле может найти свое выражение и соборность, только в деле истинная соборность, а не в прениях, которые приводят к разъединениям; истинная соборность превращает догмат в заповедь, тем и утверждает его; таков догмат о Пресвятой Троице как образце или заповеди единодушия и согласия — умиротворения в деле всеобщем; только в смысле дела соборность и составляет истинное свойство православия, которое ныне есть печалование о розни и гнете; при объединении в деле устраняется то, что вызывает печалование, устраняется и рознь, и гнет; только при этом возможно будет жить не для себя только и не для других, а со всеми и для всех; жить же со всеми, т. е. живущими, — это братство, жить для всех, т. е. и для отцов, уже не живущих, — это отечество. Но чтобы жить со всеми живущими, т. е. с борющимися и гнетущими, или вытесняющими друг друга, не принимая участия в борьбе и гнете, или вообще в вытеснении, нужно, сочувствуя вытесняемым, не враждовать с вытеснителями, а чтобы избегать более и более борьбы и быть менее и менее гнетущими, нужно отказаться от стремления к центрам, из сел в города, а также и вверх, и участвовать лишь в спасении от общих всем людям бедствий, для чего уже не требуется ни борьбы, ни гнета. Должно жить не для себя только, но и не для других, а со всеми (братство) и для всех (отечество), потому что если жить не со всеми, а для других только, т. е. для некоторых, хотя бы и для многих, это значит, что, делая добро одним, будешь делать зло другим; должно жить со всеми живущими (братство), потому что большего уже нельзя, а меньшее безнравственно, и жить нужно не для обездоленных, что уже заключается в жизни со всеми живущими, а для тех, которые всего лишены и для которых все нужно сделать, т. е. для умерших, лишенных даже жизни; большего же дела, как возвращение самой жизни, быть уже не может, и потому это и есть самое высшее нравственное дело. Нужно не отказаться лишь от участия в борьбе и вытеснении, но и исправить все зло, которое причинила борьба, т. е. возвратить жизнь всем жертвам борьбы.

О народности в ее прошедшем и предполагаемом будущем и ответ на вопрос «Что такое Россия».

Не отрицая возможности существования и на Западе и на Востоке явлений, подобных строению наших обыденных храмов, особенно в древнейший период истории, подобно тому, как на Западе существовали общины, с которыми не в близком лишь отношении находится обычай строения обыденных (или обыночных) храмов, так как строение таких храмов есть сама община в действии, как это уже было сказано, — итак, не отрицая возможности чего-либо подобного и на Западе, и на Востоке, мы, однако, решительно склоняемся к тому, что обычай этот есть явление самородное и притом самое характерное, заключающее в себе самые существенные черты нашей народности; словом, вопрос о храмах обыденных есть вопрос о самой народности русской, о духе народном и об его проявлениях в делах хозяйственных, государственных и церковных — в прошедшем, а также и о предполагаемом проявлении этого духа в будущем; и время проявления этого будущего, надо полагать, наступает уже, будем надеяться, что циркуляр 12 го августа 1898 г. об ограничении вооружений6 полагает ему начало.

Для построения обыденных (однодневных) храмов нужна и община лишь однодневная, но самого глубокого, теснейшего соединения, соединения бескорыстного, беспорочного, святого... Община, артель, собор очень многими считаются отличительною чертою славянского племени; но и первая, и вторая, как и третий, говорят лишь о соединении сил и не указывают на цель этого соединения, в обыденных же храмах указывается самая цель соединения сил, и мы узнаем эту цель, если вместо храма, который есть образ, сень, символ*, преобразование, поставим действительность, ему соответствующую; ибо новый завет есть действительность — осуществление чаемого, осуществление не в мысли только, не в слове, не в художественном образе, но самим делом, осуществление чаемого («чаю воскресения мертвых»), т. е. исполнение делом — на самом деле —молитвы всех живущих о всех умерших. Таким образом, обыденные храмы есть не памятники лишь единодушия и согласия, но и предвестники общего дела спасения, или всеобщего воскрешения, которое в конференции, конгрессе или соборе и получит рано или поздно всемирный центр.

Смысл и значение построения обыденных храмов раскрывается, или становится понятным, при всестороннем рассматривании этого построения; можно же рассматривать его и с религиозной стороны, как выражение религиозного подъема, и со стороны психологической, показывающей, вопреки утверждению западных психологов, что толпа, соединившись в святом деле построения храма, очищается от пороков, делается хотя и на короткое время святою, церковью, имеющею одну душу, делается способною на действие, которое может выразиться и не в одних только болезненных явлениях, психических эпидемиях... Можно рассматривать построение обыденных храмов и как помочь или толоку, как коллективный или кооперативный труд; но вместе с тем это не юридико-экономическое, а чисто нравственное явление, и внесение в помочи и толоки юридико-экономических интересов только искажает их. Можно рассматривать построение обыденных храмов и с географической стороны; рассмотрение с этой стороны указывает на лесную полосу, воспитавшую людей, способных к постройкам, плотников, и давшую материал для созидания обыденных храмов, указывает и на те климатические условия, которые требуют наибольшего соединения сил для совершения работы в наикратчайший срок; указывает также и на степную полосу, воспитавшую «разрушителей построек», которыесвоими разрушительными набегами не допускали прочных построек и вынуждали к постройкам на скорую руку — скородомов, скорогородов и, так сказать, скорохрамов... В строении обыденных храмов участвовал и лес и поле (степи кочевников), зной лета и стужа зимы, словом, вся физическая и психическая природа континентальной глуби земной планеты... Рассматривая с исторической стороны, мы увидим, что обыденные храмы есть произведение Псково-Новогородской, пограничной с немцами, земли, а потом и Московской государственности. Сила, произведшая обыденные храмы, с наибольшею энергиею проявилась в спасении русской земли от смут, вызванных самозванцами; та же сила проявилась и в 1812 м году, хотя и с меньшим напряжением. Мы не будем, однако, рассматривать здесь каждую сторону отдельно, так как все они находятся в теснейшей между собою связи; укажем только на обыденные погребения странников общею помочью и толоками большей части Москвы, от царя и его семьи. (См. «Богословский Вестник» — 1897 г., № 2 й.)7

Обычай построения обыденных храмов есть лишь наивысшее проявление наших помочей и толок, наивысшее выражение единодушия и согласия, обещающее великое будущее, когда единодушие и согласие будет проявляться не временно лишь и случайно, не в некоторых только отдельных местах, когда оно найдет приложение к великому общему делу, к всеобще-обязательному знанию, к знанию не пустому, а выражающемуся в общем деле, для которого, будем надеяться, конференция мира сделается центром, как об этом и было уже сказано.

В вопросах о храмах обыденных, обращенных к Западу и Востоку, заключается, или должен заключаться, и вопрос о помочах и толоках, т. е. вопрос о том — было ли что-либо подобное нашим помочам и толокам как на Западе, так и на Востоке. Хотя вопрос этот прямого отношения к археологии не имеет, но в вопрос историко-археологический он входит, и желательно, чтобы съезды не специализировали, а расширяли свои задачи.

Хотя в помочах и толоках8 единодушие и согласие проявляется в степени низшей сравнительно с проявлением его при построении обыденных храмов и прилагается не к такому святому делу, но зато в помочах и толоках единодушие и согласие выражается не в редкие лишь минуты, как при построении обыденных храмов, а постоянно, ежегодно, повсеместно, и притом как у русских, так и у инородцев, живущих в России*. Впрочем, постоянство и повсеместность помочей и толок, так же как и действие в них начала нравственного, есть еще вопрос, который может быть решен только тогда, когда, во-первых, помочи и толоки будут выделены из массы юридических обычаев, к которым их неправильно относят, как это будет видно из нижеследующего; во-вторых, когда сведения о них будут собраны отовсюду и особенно из дальних, захолустных мест, в которых они еще не подверглись или мало подверглись влиянию городской жизни, из тех мест, где живы еще былины времен старых, а также и от старообрядцев; и в-третьих, когда сведения — таким образом собранные местными интеллигенциями —будут разработаны не экономистами и юристами, а психологами.

В Русской земле — в земле общин, мирских сходок, артелей, братчин (что отразилось в самом устройстве при храмах трапез, или схожих изб, для поминовений, для пиров в храмовые праздники и для сходок — «Богословский Вестник», 1897, № 2 й9) вопрос о помочах и толоках, так же как и о храмах обыденных (вопрос психологии коллективной), есть вопрос самый существенный и коренной, и притом такой, который всей философии, всем частям ее, может дать иной вид, так как вопрос этот соединяет философию теоретическую и практическую в одну, в философию проективную; и это будет философия не субъективная и не объективная, и в ней не будет ничего, не относящегося к делу.

И помочь, и толока начинается призывом Бога в помочь и толоку. «Бог в помочь» есть обычное у нас, на Руси, приветствие всякому работающему; употребляется ли выражение «Бог в толоку», мы не знаем, и вопрос об этом также может быть поставлен в числе вопросов, на которые желательно получить ответы. Помочь и толока — слова однозначущие, и в одних местах толока имеет более обширный смысл, а в других помочь употребляется в более широком значении. В построении обыденных храмов помочь и толока возводятся в дело священное. Обыденный храм, как здание, есть произведение церкви в ее идеальном значении как общества, имеющего одно сердце и одну душу. Обыденный храм — это жертва, приносимая всеми и за всех... Но помочи и толоки и сами по себе не лишены священного значения: «работа миром за угощение»10 — выражение неточное и не свойственное патриархальному быту, а работа миром есть произведение именно патриархального быта; но работа здесь не товар, а угощение — не плата, и тем не менее этот бесплатный труд есть труд плодотворный, спорый, и самое слово толочее значит спорее. Угощение при этом есть выражение благодарности, есть как бы евхаристия, ибо работа толочан и помочан, т. е. братская, мирская помочь, завершается братскою трапезою, которая напоминает то, что называлось агапе11. Помочи и толоки — явление не экономическое, если даже угощение и принять за плату, ибо не будет соответствия между работою и платою за нее, и работа при этом вполне добровольна. Нет в помочах и толоках ничего и юридического, ибо это не наем, нет при этом ни торга, ни договора. Что помочи и толоки суть явления чисто нравственного порядка, а не экономического или юридического, это доказывают особенно помочи бедным. Так пришли однажды* на помочь к бедной вдове не целым, конечно, миром, а лишь несколько человек12. Бедная вдова не имела ничего, чем угостить, чем бы выразить свою благодарность помочанам, и когда они окончили работу, так им говорила: «Касатики мои, мне нечем вас попотчевать, не обессудьте. Пошли вам, Господи, свою милость, родителям вашим — царство небесное», — и повалилась в ноги помогавшим ей, которые и не ожидали, конечно, никакого от нее угощения. Вдова не ограничилась пожеланием милости Божией работавшим, а пожелала и родителям их царствия небесного, т. е. это акт вполне религиозный. Помочь, совершаемая обыкновенно в праздники, не доказывает ли, что для наших крестьян праздник — не покой, не суббота, а дело, труд, не доказывает ли это, что наши крестьяне поступают в этом случае согласно с Евангелием, и не в праздности видят праздники13.

По словарю Даля помочь или толока есть сбор населения к одному хозяину по кличу для дружной работы на один день. Хозяин угощает помочан и этим способом за один раз снимает хлеб, выкашивает луг, молотит. В этой однодневности помочи кроется и обычай созидания храма в один день... Бывает толока и на вывоз назема, на рубку капусты, т. е. все делается сообща. Эта совокупная работа всех вместе придает силу и энергию каждому в отдельности, увлекает ленивых, дает силу слабым, словом — заражает, но заражает здоровьем, силою, вопреки мнению западных психологов, делающих свои выводы из наблюдений над народами вырождающимися... Работа помочью и толокою, кроме того, что она дружна, спора, сопровождается еще песнями и совершается с такою радостию и веселием, что один из описывающих полевые работы помочью сомневается, можно ли назвать их страдою. При таком дружном труде работа перестает быть бременем тяжелым и делается игом благим, добровольным. Без этой же совокупности не один лишь крепостной, но и труд для себя не кажется легким, не совершается с такою радостию; на людях же и тяжелый труд становится легким и делается радостным. Итак, вот что значит труд дружный, труд совокупный; такой труд есть возведение работы в художество, в поэзию, в благое дело, в службу Божию, т. е. в этом совокупном труде соединяется искусство, нравственность и религия. Помочь и толока хотя и не имеют такого нравственного совершенства, как обыденные храмы, но они обыденны во всяком смысле, как в значении обыкновенного, постоянного явления, так и в значении однодневного, или обыденного, исполнения, совершения работы. Сама барщина была лишь злоупотреблением помочью — добровольное обратилось при этом в принудительное, сбор стал сгоном; но угощение осталось и у помещиков, оно делалось осенью, по окончании всех полевых работ. Насколько этот обычай был повсеместен, мы не знаем, и вопрос об этом также должен войти в число вопросов о помочах и толоках.

Помочи и толоки свойственны не только русским, но и инородцам, как это видно из «Обычного права» Якушкина (Библиографический указатель)14 и из приведенного выше письма г на Михайлова; так что главным, по крайней мере, деятелем в обращении людей к совокупной работе, в приучении их к такой работе, был климат, дающий очень короткий срок для посева, покоса, жатвы и вообще — для всех сельскохозяйственных работ; а потому помочи и не могут быть предметом нашей гордости, если бы даже оказалось, что помочи принадлежат одной России, имеющей континентальный климат по преимуществу. Таким образом, в деле разъяснения вопроса о коллективной работе в ее прошлом, настоящем и будущем значении могут принять участие как те, которые делают русский народ носителем всех добродетелей, так и западники, т. е. те, которые видят в нем, в русском народе, носителя всех пороков, т. е. как любящие русский народ, так и ненавидящие его.

В некоторых местах помочи и толоки так исказились, что иной усомнится даже, точно ли они были когда-нибудь выражением единодушия и согласия. Однако есть еще места, где помочи и толоки — это приложение единодушия и согласия к хозяйственным делам — сохраняют характер религиозный, не юридический, а чисто нравственный. В статье «Раскольничья община на Вятке» Добротворского говорится: «Они (раскольники) во всем помогают друг другу, все почти работы делаются у них помочами, в круговую; причем на помочах не бывает ни капли вина: "не для выпивки ходим, а так, значит, за любовь", — говорят раскольники, — "он мне поможет, а я ему"» («Рус<ские> Вед<омости>», 1884 г., № 24). Сохранили свои основные черты помочи и толоки именно в тех местах, где и доселе живы еще древние былины, а в прежнее время преимущественно строились обыденные храмы. Г. И. Куликовский («Олонецкие Губ<ернские> Ведомости», 1889 г., № 34 й) в помочах, устраиваемых крестьянами «ради кошения лугов, жатвы, запашки, кладки готового сруба на фундамент при постройке дома, привозки для него бревен, делания в новом доме печи» и т. п. видит привычку «издавна жить вместе, работать сообща»; «при этом, — говорит Куликовский, — на помощь одному обывателю приходит вся община или даже несколько близ живущих общин со своими собственными орудиями... при возке для постройки дома бревен общинники являются со своими лошадьми, веревками, топорами и проч.; в лес едут и мужчины и женщины длинною вереницею в 20, 30 и более лошадей; лес рубится сообща, сообща взваливается на дровни, везется, и в два, три и четыре приема на деревенской улице воздвигаются целые горы бревен, привезенных помочью...» Все это очень напоминает построение обыденных храмов, заметим от себя. Затем «хозяин угощает помочан и начинает строиться; для рубки сруба нанимает он рабочих, но раз сруб сложен, та же помочь является к нему по первому его приглашению, разбирает весь сруб и перекладывает его на фундамент»... «Кладку балок, потолка, стропил, крыши и проч. производит опять наемная сила...» На строение печи, для так называемого печебитья, вновь приглашается помочь, привозится глина и начинается печебитье*. «Работа идет весело и живо, под такт народных песен, и через каких-нибудь два часа большая крестьянская печь готова». После начинаются пляски и угощение и «помочане расходятся иногда только к полночи»... «Только что описанное чередование помочей с наемною работою будет тем понятнее, — говорит Куликовский, — если мы предположим, что в былое время крестьянские дома, или вообще здания, строились целою общиною; община ехала в лес, строила дом целиком; ... хозяин строящегося дома из благодарности предлагал работающим ряд угощений...» Помочи устраиваются всего чаще по праздникам и после обеда. «В заключение остается пожалеть, — говорит Куликовский, — что прекрасный обычай падает, прекращается...»

Помочи и толоки прилагаются не к одним хозяйственным нуждам, они имеют приложение и к государственным делам, а в некоторые эпохи помочи получали у нас необыкновенно широкое применение, как, например, в так называемое смутное время и особенно в безгосударное, когда Москва была занята поляками, а Лавра находилась в осаде или же едва вышла из нее. В смутное время русская земля была спасена взаимною помочью и толокою, конечно и при Божьей также помощи, выразившейся, между прочим, в деятельности Троице-Сергиевой Лавры15. Желательно было бы сделать сравнение способов спасения у разных народов в подобных положениях, т. е. в безгосударное время. Города сносились тогда между собою отписками, которых много собрано во II м томе актов Археографической Экспедиции. Такова, например, отписка вычегодцев к пермичам, в которой говорится, что вычегодцы хотят со всею пермскою землею, от мала до велика, посоветоваться, чтобы жить и умереть вместе, друг друга ни в чем не выдать (№ 102 й, а также №№ 91, 97, 99 и мног<ие> друг<ие>)16. Не напоминают ли эти отписки тех посланий, которыми ссылались христианские общины времен апостолов и мужей апостольских!.. В этой переписке городов между собою о спасении земли заключается богатый материал для изучения мирского дела, а потому и следовало бы все акты, относящиеся к этой переписке, выделить из второго тома актов Археогр<афической> Эксп<едиции> (который к тому же становится ныне библиографическою редкостью) и, присоединив к ним акты такого же содержания из других источников, издать особою книгою.

Но не в смутное только время русская земля спасена была помочью и толокою. Действие их, т. е. толок и помочей, есть явление непрерывное, хотя не единственное и не исключительное. В деле созидания и обороны, объединения и спасения Руси всегда принимала и принимает участие помочь и толока17, т. е. русская земля созидалась, восстановляла свое единство и спасалась не одною обязательною и принудительною службою, но и добровольною. Помочи и толоки суть проявление добровольности, так же как принудительная служба есть следствие недостаточности или слабости доброволия. Полная добровольность есть выражение совершеннолетия, недостаток же добровольности есть следствие несовершеннолетия общества. Призыв князей домосковскою Русью был явным признанием слабости доброволия для защиты от степных варваров и для внутреннего объединения, и выражением достаточности его, т. е. доброволия, лишь для невынужденного подчинения призванной власти. Недостаточность доброволия для объединения в так называемый удельный период вызвала необходимость московского принуждения; тем не менее первое восстание, как и последующие против татар, против Мамая и т. д., были произведением не одного принуждения, но и добровольной толоки князей и народа и постоянной помочи Божией, особенно явленной в благословении преп. Сергия и в подвиге двух великих добровольцев его обители, Пересвета и Ослябы. В 1812 году добровольная помочь не успела развернуться во всей своей мощи по причине скорого окончания войны, тем не менее добровольцев было много даже из интеллигентного класса, вопреки вольностям дворянства. Были добровольцы к в сербскую войну и в болгарскую, созидался добровольный флот18 — доброволие на суше и на море. Такое значительное участие добровольности, или толоки, одиночной и совокупной — в прошедшем, дает надежду на проявление еще большей добровольности — в будущем, если только целью будет поставлено не свободное государство, или царство своеволия, не жизнь для себя или для других (эгоизм и альтруизм), а царство доброволия, т. е. жизнь со всеми и для всех, или искупление от общих всем бедствий, для спасения от которых и воздвигались обыденные храмы. Надежда на полную замену принуждения добровольностию осуществится, если будет признано необходимым постоянное, непрерывное вызывание (расширение) добровольности, приучение к этой добродетели в виде побуждений к сверхдолжной службе, к сверхтребуемым, или добровольным, податям, а вместе если будет устранено все, что препятствует расширению добровольности, т. е. если добровольность будет употребляема именно на спасение от общих бедствий, а не на удовлетворение каких-либо частных выгод, что было бы злоупотреблением, а не благим употреблением добровольности. И тогда принуждение, как проявление несовершеннолетия общественного, стало бы ненужным, а единодушие и согласие, вызываемые чрезвычайными бедствиями и проявляемые до сих пор лишь в редкие моменты построения однодневных церквей, стали бы постоянными и были бы направлены против тех самых бедствий, которыми и вызывалось построение обыденных храмов, т. е. против моров, язв, голода и смерти. Государство, так же как и церковь, есть общество спасения от бедствий, общих всем сынам человеческим, от голода, мора, язв и — вообще — смерти, которую мы видим преимущественно, прежде всего — можно сказать — в смерти наших родителей. Правда, обыденные храмы — это проявление самой доброй, самой благой воли — давно уже стали, по-видимому, лишь памятниками прошедшего; но дух, созидавший их, еще жив, как это и доказывает многими примерами священник Ребрин, наш зауральский корреспондент, которые мы и приводим ниже, принося глубокую благодарность за сообщение их.

Случаи, которые обыкновенно считаются за начало построения обыденных церквей, а именно построение церкви в 6504 г. св. Владимиром в Василеве в благодарность за спасение от печенегов, и построение церкви в 6530 г. Мстиславом в Тмутаракани в благодарность за победу над касогами, в строгом смысле не могут считаться таким началом, так как неизвестно, были ли эти церкви обыденными и совокупным ли трудом всех они были построены; относительно этих церквей несомненно лишь то, что они суть церкви обетные19. Но возможно, что и эти церкви были построены так же, как церковь во Владимире Волынском. А об этом храме, называемом в предании обыденным, говорится, что Владимир, возвращаясь с войны, велел взять каждому воину по камню, из этих камней и была сложена церковь (Волынь, Батюшков, стр. 76)* 20. Если и в Василеве была построена церковь так же, то должно будет признать, что построение церквей трудом общим, совокупным связано и с борьбою против кочевников, так что обыденные храмы были бы памятниками самого начала умиротворения степи. Сам Василев был из числа тех городков или крепостей, которые сооружались Владимиром по рекам Роси, Стугне и вообще на границе степи, т. е. на сторожевых линиях, как они назывались в государстве Московском. К храмам, воздвигнутым в короткий срок и совокупным трудом, совокупными силами, хотя и не однодневно, можно отнести построение при Ярославе, после пожара, церкви в Вышгороде**, а также брянского Свенского монастыря 6796 (1288 г.): «по отпении оного (молебна) нача сам князь своима рукама со всеми при том бывшими на храм Божий, Пречистыя Богородицы, древа рубити и, совершив храм вскоре во имя Пресвятой Владычицы, честнаго славнаго ея Успения, и освятив, повелел служити собором Божественную литургию»22. Но возможно, что происхождение обыденных церквей связано с самим крещением русского народа и было первым делом новокрещенных, как это указывает предание о построении обыденной церкви в Угодичах ([А. А.] Титов, Ростовский уезд, Москва, 1885 г., стр. 81). Это замечательное сказание применяет к Ростову то, что совершилось в Киеве, оно заставляет Владимира созывать ростовцев на общий крещатик, и угожане (Угодичи — село против Ростова, на противоположном берегу озера Неро) оказываются первыми, отозвавшимися на призыв князя. Не видно, чтобы крещению предшествовало какое-нибудь книжное научение, но очень видно, что угожане знают о христианстве именно то, что оно требует братской любви и согласия; эта великая добродетель — единодушие и согласие — и проявилась в построении в один день церкви. Сказание приурочивает это построение к 15 му июля, ко дню памяти Кирика и Иулиты, во имя которых и созидается церковь, ко дню кончины (будущей) равноапостольного князя23. Отсутствие предварительного научения показывает, что этот храм был уже и школою... По всей вероятности, и другие старые города имели сказания, в которых делают Владимира своим восприемником от купели; а так как «народ русский крещен был без предварительного оглашения, или просвещения, т. е. крещение народа совершилось на том же основании, на каком крестят детей» (Предислов<ие> к Сказанию о постр<оении> обыден<ной> церкви в Вологде. «Чтения в Общ<естве> Истории и Древно<стей> Рос<сийских>», т. 166 й)24, то восприемник народа от купели должен был принять на себя долг всеобщего обязательного образования. Ни Владимир, ни его преемники не могли еще исполнить этого долга, а потому он все еще остается долгом, переходя от одного властителя к другому, особенно чрез помазание на царство.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Оглавление 1 Пояснительная записка

    Программа
    ... в которую помещаются оригиналы или копии (бумажные ... ходе изучения нумерации и арифметических операций ... учебнике (на развороте, в оглавлении, в условных обозначениях); в словаре ... несовпадает, и поэтому зачастую не ... возникающие на страницах биографий и ...
  2. Оглавление 1 Пояснительная записка

    Автореферат диссертации
    ... в которую помещаются оригиналы или копии (бумажные ... ходе изучения нумерации и арифметических операций ... учебнике (на развороте, в оглавлении, в условных обозначениях); в словаре ... несовпадает, и поэтому зачастую не ... возникающие на страницах биографий и ...
  3. Некоторые иллюстрации я взял в интернете номер страниц предшествует тексту дмитрий кирсанов веб-дизайн книга дмитрия кирсанова

    Книга
    ... оглавлении (стр. I). Хотя все перекрестные ссылки в тексте используют номера страниц, а не ... обязательно сопровождаются английскими оригиналами в скобках), ... экрана страницы может совершенно несовпадать с тем ... является автоматическая нумерация заголовков, ...
  4. 9/29/13 Некоторые иллюстрации я взял в интернете Номер страниц предшествует тексту Дмитрий КИРСАНОВ

    Книга
    ... оглавлении (стр. I). Хотя все перекрестные ссылки в тексте используют номера страниц, а не ... обязательно сопровождаются английскими оригиналами в скобках), ... экрана страницы может совершенно несовпадать с тем ... является автоматическая нумерация заголовков, ...
  5. 9/24/13 Некоторые иллюстрации я взял в интернете Номер страниц предшествует тексту Дмитрий КИРСАНОВ

    Книга
    ... оглавлении (стр. I). Хотя все перекрестные ссылки в тексте используют номера страниц, а не ... обязательно сопровождаются английскими оригиналами в скобках), ... экрана страницы может совершенно несовпадать с тем ... является автоматическая нумерация заголовков, ...

Другие похожие документы..