textarchive.ru

Главная > Литература


2.3.2. Смысловое наполнение понятий, обозначающих ценности

Безопасность.

Частотное распределение ассоциаций позволяет предположить, что «Безопасность» респонденты чаще всего понимают (по крайней мере, в данной культуре) как «спокойствие» (234 упоминания) или «покой» (еще 128 упоминаний), как «уверенность» (185 упоминаний), как «охрану» (129 упоминаний) или «защиту» (еще 123 упоминания). Однако, как уже говорилось, частота ассоциаций на слово-стимул неспособна максимально полно описать доминирующие в понятии (в том виде, в котором оно функционирует в массовом обыденном сознании) смыслы.

При делении кластерного дерева на уровне 5 линия разреза проходит как раз через соединение трех пар кластеров. Смысловая близость кластеров в этих парах позволяет интерпретировать их как единое целое, Поэтому линию разреза можно поднять выше – до отметки 5,1, что позволяет выявить 8 крупных кластеров, в которые массовое обыденное сознание объединило наиболее частые ассоциации на слово «Безопасность». Здесь, как и во всех других рассматриваемых понятиях респонденты, часто называли среди ассоциаций то же самое слово, которое служило им стимулом. В данном анализе эти «ассоциации» не принимаются во внимание и не рассматриваются.

Первый кластер составили следующие 13 слов: железные двери, решетки, замки, государство, суд, правоохранительные органы, решетка, милиция, незащищенность, свобода, стена, надежность, крепость. Они перечисляются в том порядке, в котором они располагаются по смысловой близости в кластерном дереве. Подчеркнуто наиболее часто встречающееся, а, следовательно, ключевое слово кластера. В этой связи первый кластер можно назвать кластером физической защищенности от противоправных элементов, хотя очевидно, что, по сути, он посвящен свободе-несвободе. Весьма показательно, что в данный кластер входит слово «государство», тогда как, например, «власть» и даже «закон» оказались в другом кластере. Из этого следует, что главная функция государства, закрепленная в массовом сознании респондентов – полицейская.

Второй кластер тоже состоит из 13 слов: внимание, тревога, собака, опасность, страх, нет /безопасности/, правила, справедливость, бесстрашие, права, беспокойство, доверие. Обобщенный смысл данного кластера можно свести к эмоциональной составляющей понятий «опасность»-«безопасность», связанной с переживанием страха и беспокойства.

Третий кластер включил в себя 22 слова и словосочетания: комфорт, радость, тепло, отсутствие тревоги, все хорошо, здоровье, уют, сон, хорошо, неуверенность, мир, тишина, надежда, общество, забота, уверенность в завтрашнем дне, ответственность, вера, независимость, спокойная жизнь, спокойствие, ее нет. Смысл данного кластера с уверенностью можно интерпретировать как «покой и комфорт».

ght: normal; line-height: 150%"> В четвертый кластер вошли 16 слов: дети, семья, дом, благополучие, счастье, достаток, порядок, флот, уверенность, армия, трезвость, власть, страна, закон, стабильность, защищенность. Смысл данного кластера заключается в обеспечении безопасности дома и семьи. Следует отметить, что массовое сознание связывает указанную функцию с властью, действующей на основании закона, и разделяет власть как защиту и государство как тюрьму.

Пятый кластер объединил 9 слов, смысл которых состоит в осторожности и соблюдении правил: дорога, люди, предупреждение, осторожность, бдительность, внимательность, соблюдение правил, движение, законность.

Шестой кластер состоит из 18 слов и словосочетаний: защита, труд, правопорядок, деньги, страховка, необходимость, презерватив, гарантии, сила, работа, норма жизни, успех, муж, друг, друзья, жизнь, самозащита, уверенность в себе. В совокупности они характеризуют безопасность и защиту во внешней деятельности, прежде всего в работе.

Седьмой кластер – маленький, в нем всего 6 слов, связанных с силовыми структурами: органы, оружие, КГБ, ФСБ, ОМОН, телохранитель. Характерно, что этот компактный кластер даже на таком уровне тесноты связи выделяется как самостоятельный, не склеивающийся с другими кластерами. Это является показателем его смыслового своеобразия, отдельности от других смысловых векторов понятия «безопасность».

И, наконец, восьмой кластер включил в себя 8 слов, касающихся, в основном, материальных средств обеспечения охраны: железная дверь, сигнализация, дверь, замок, пистолет, охрана, решетки на окнах, покой. Этот кластер выглядит как близкий по смыслу первому; однако, в том скорее, представлены субъекты физической защиты человека и их атрибуты, а в этом – просто материальные средства обеспечения этой физической защиты.

Количество слов в кластере еще не является показателем удельного веса кластера в совокупном массиве ассоциаций, связанных с изучаемым понятием. Главный анализ соотношения разных смыслов, которыми массовое сознание наполняет данное понятие, заключается в подсчете совокупной частоты упоминания респондентами слов и словосочетаний, входящих в каждый кластер. Именно этот показатель помогает понять те аспекты понятия, которые массовое сознание вычленяет как важнейшие и которые в первую очередь характеризуют изучаемое явление. Соответственно, именно эти аспекты являются для политологов, социологов и культурологов маркерами наиболее значимых для людей сторон жизни общества.

При таком подходе к анализу понятия «безопасность» на первом месте оказался 4-й кластер, посвященный обеспечению безопасности дома и семьи, слова которого были названы в общей сложности 696 раз, на втором – 3-й кластер, описывающий покой и комфорт, дескрипторы которого были названы 418 раз. Третье и четвертое места фактически поделили 1-й кластер, объединивший субъектов физической защиты человека и их атрибуты, дескрипторы которого были названы в общей сложности 340 раз, и 6-й кластер, посвященный безопасности и защите внешней деятельности людей. На пятом месте оказался 8-й кластер, собравший материальные средства обеспечения защиты (302 слова). На шестом – 2-й кластер, связанный с переживанием страха и беспокойства, дескрипторы которого были названы 118 раз. Седьмое место досталось 5-у кластеру, посвященному осторожности и соблюдению правил (74 слова). И восьмое – 7-у кластеру, условно названному «силовые структуры» (55 слов).

Аналогичным образом были построены ассоциативные словари на понятия, выражающие ценности «власть», «достаток», «законность», «развитие», «свобода», «справедливость», «стабильность», «труд», «успех», а также на понятия, выражающие «антиценности»: «бедность», «беззаконие», «неудача» и «одиночество» (см. Приложение 2-5).

Результаты проведенного исследования трудно выразить в форме компактных выводов. Можно лишь заметить, что в исследовании была реализована попытка описать семантическую структуру 14 абстрактных понятий, 10 из которых характеризуют базовые ценности и 4 – аналогичного уровня «антиценности», т.е. явления, которые отвергаются людьми, вызывая у них возмущение и негодование. В результате выявлены основные смыслы, которыми обыденное сознание наполняет данные понятия, а главное – удельный вес этих смыслов в понятии. Часть выявленных смыслов хорошо репрезентируется отдельными словами, которые являясь смыслообразующими центрами соответствующих кластеров, выступают в качестве наиболее частотных ассоциаций на изучаемое понятие. Однако значительная часть смыслов, как выяснилось, такими словами не задана и без проведения кластер-анализа могла остаться за границами исследовательского восприятия.

Выявленные семантические структуры весьма далеки от словарных определений, характеризующихся четкостью и законченностью. Можно даже предположить: полученные наборы смыслов не представляются окончательными, поскольку образовавшиеся смысловые кластеры на некотором уровне связи переходят один в другой, и при повторных, даже идентичных, замерах вполне могут трансформироваться в нечто новое, в данном исследовании не зафиксированное. Наверное, при работе с абстрактными понятиями иначе не может и быть.

Вместе с тем, достаточно весомые кластеры и наиболее частотные ассоциации, в принципе, должны проявить, о чем уже говорилось, определенную устойчивость и могут (в несколько модифицированном виде) воспроизводиться от исследования к исследованию. Такая воспроизводимость – доказательство того, что они отражают главные, а не второстепенные смыслы каждого из данных слов.

В принципе, необходимость в подобной работе, посвященной углубленному рассмотрению ценностей в структуре менталитета россиян, ощущалась все время. Каждый раз в ходе интерпретации полученных данных возникал вопрос: что конкретно думают люди, выбирающие определенную ценность в качестве задающей основные жизненные смыслы? Хочется надеяться, что теперь соответствующий глоссарий создан и он может служить инструментом для проведения самых разнообразных исследований массового сознания россиян.

Очевидно, что полученные результаты открывают новые горизонты исследований. Следующим этапом работы должно стать соотнесение индивидуальных ассоциативных наборов и смыслов, раскрывающих суть понятия, с индивидуальными же социальными установками и поведенческими решениями. Именно этот подход должен привести к глубокому пониманию механизмов порождения социальных установок в индивидуальном и групповом сознании.

2.4. НОВЫЙ МЕТОД ИЗУЧЕНИЯ СТРУКТУРЫ АБСТРАКТНЫХ ПОНЯТИЙ, ВЫРАЖАЮЩИХ БАЗОВЫЕ ЦЕННОСТИ

Несмотря на достаточно интересные результаты, получаемые в ассоциативном эксперименте, исследователей не может удовлетворять высокая субъективность интерпретации полученных результатов, сочетающаяся с плохой структурированностью полученного материала. С целью преодоления указанных ограничений и была предпринята попытка представить содержание исследуемого абстрактного понятия с помощью других, не используемых ранее методов. В этой связи была разработана оригинальная методика, позволяющая раскрыть весь спектр значений изучаемого понятия, опираясь на глубоко разработанную дефиницию данного понятия.

Очевидно, что чем обобщеннее понятие, чем больше оно вбирает в себя конкретных предметов, чем шире круг видовых понятий, родовым для которых данное понятие является, тем сложнее описать содержание его значения в полном объеме. Так, например, если слово "табуретка" включает в себя лишь несколько различных видов табуреток (на трех ногах, на четырех ногах, из дерева, из пластика и т.д.), то слово "транспорт" уже обобщает понятия, каждое из которых имеет самостоятельный набор конкретных значений (вьючные животные, автобусы, троллейбусы, легковые и грузовые автомобили, корабли, самолеты и т.д.), а слово "дружба" вообще покрывает практически безграничное число примеров, описывающих межличностные отношения между различными индивидами.

Такое большое число примеров, репрезентирующих абстрактное понятие, привело к тому, что некоторые исследователи стали утверждать, что абстрактные понятия вообще лишены денотата. Их позиция понятна, но вряд ли обоснована для целей эмпирического исследования. В целом, вряд ли можно отрицать наличие предметной отнесенности у абстрактной лексики и слов с широким значением. Такие слова, как "красота", "шар", "квадрат", "влияние" ни в коем случае не лишены реальных коррелятов – иначе их можно было бы отнести с равным успехом к любому предмету или явлению. Слова с абстрактной семантикой характеризуются широкой предметной отнесенностью, хотя круг их референтов на самом деле ограничен /212/.

В истории экспериментальной лингвистики и психологии было предпринято немало попыток описать и даже измерить содержание отдельных абстрактных понятий. Самым простым способом описания их содержания является метод «иллюстраций», впервые примененный Л.В.Сахарным при проведении этнографического исследования диалектов /195/, /196/. Его суть заключается в построении набора высказываний, репрезентирующих изучаемое понятие, и сводится к простому записыванию ответов респондентов на вопрос «Что это (изучаемое понятие) такое?». Иллюстрируя предложенное понятие, респондент описывает либо обобщенную ситуацию, либо конкретный случай, к которым объясняемое понятие можно применить, и отсекает ситуации, в которых данное понятие не употребляемо.

Обратным можно считать метод противопоставлений, когда понятие описывается через отсечение того, что не входит в данное понятие. Так, в одном из исследований испытуемым в качестве стимула предъявлялись различные оттенки фиолетового, которые нужно было поставить в соответствие либо к «синему», либо к «красному» цвету /242/. Данный метод позволяет определить крайние пределы использования отдельных слов, а также различное распределение зон каждого из слов. Побочным результатом можно считать также выделение (или невыделение) испытуемыми нейтральных зон, к которым не применимо ни одно из выбранных слов, или применимы все изучаемые слова.

К сожалению, применение этих описательных методов в сравнительных исследованиях требует очень больших трудозатрат, поскольку для выявления полного содержания понятия в языке мало опросить одного или даже несколько десятков испытуемых. К эксперименту необходимо привлечь достаточное количество представителей всех половозрастных, образовательных, социальных и профессиональных групп, чьи отличия в имеющемся у них жизненном опыте могут обусловить различия в понимании данного понятия. Более того, подобные исследования представляются невозможными и по чисто техническим причинам. Очевидно, что чем более высок уровень обобщенности данного понятия, тем больше количество получаемых ответов превышает уровень, поддающийся объективной классификации с помощью существующих в математике процедур.

Поэтому в изучающих язык науках были отработаны другие методы, позволяющие более лаконично описывать содержание понятия. Исследования, посвященные изучению содержания понятия, можно условно разделить на две группы. Первая группа включает в себя исследования, посвященные описанию содержания понятий, существующих в языке как таковом. Вторая группа состоит из исследований, изучающих содержание понятий в сознании индивидов. Условность предложенного деления заключается в том, что в обоих случаях авторы работ имели дело с субъективной реальностью, являвшейся до того, как она была объективирована в памятниках культуры, содержанием сознания индивидов. Более того, большинство исследователей в своих экспериментах так или иначе обращались к индивидуальному сознанию, обобщая в своих исследованиях высказывания либо отдельных испытуемых, либо авторов известных литературных произведений. Однако если целью проводимых исследований в первом случае был максимальный охват содержания, закрепленного за понятием в конкретном языке, то во втором целью являлось изучение специфики сознания индивидов и групп, характеризуемой неполнотой отражения понятия по сравнению с объемом, зафиксированным в языке в целом.

К первой группе относятся прежде всего исследования, основывающиеся на методе компонентного анализа: сопоставлении или противопоставлении друг другу различных семем (основных смысловых единиц языка) (см., напр., /175/). В ходе сопоставления каждому слову ставится в соответствие ряд признаков разного уровня обобщенности: начиная от наиболее обобщенных частей речи (классемы) через группы слов внутри частей речи (архисемы) и к словам, сгруппированным по одной архисеме (дифференциальные семы). Определяющийся в результате набор этих признаков, соответствующих указанным разновидностям семем, имеет не случайный и не хаотичный характер; признаки внутри семемы иерархически упорядочены и находятся в структурных отношениях.

Метод компонентного анализа широко используется в лингвистических исследованиях, поскольку полученный набор достаточно полно характеризует понятие, определяя категорию слова, родовые и видовые признаки объекта, его главные и второстепенные признаки. С помощью компонентного анализа четко и достоверно решается задача исследования денотативного макрокомпонента значения большинства слов конкретной семантики. Однако для анализа содержания ценностей компонентный анализ, к сожалению, не применим. Определяя слова через построение системы родовидовых отношений, компонентный анализ, как и любой другой способ определения понятия путем подведения его под более широкое понятие, не в состоянии зафиксировать положение наиболее абстрактных категорий, поскольку они не являются видовыми по отношению к каким-либо другим понятиям. Кроме того, задачей данного исследования являлось выяснение именно периферии значения и допустимой для индивидуального сознания степени удаленности периферийных значений от ядерного, а с помощью компонентного анализа выявляются преимущественно ядерные семы, периферийные же компоненты значения компонентному анализу практически не поддаются или выделяются фрагментарно, не полностью.

К работам, анализирующим содержание понятия в языке в целом, относятся и исследования, основанные на толковании слова (аналог герменевтического метода). Так, например, Н.Н. Перцова, анализируя понятие «свобода» (применительно к отношениям человека и государства), демонстрирует возможность выделения путем логических построений семантического инварианта слова, т.е. того смыслового стержня, из которого развиваются отдельные его значения /164/. Этот метод содержит в зародыше средства анализа вариантов развития значений: «свобода – это возможность для X делать то, что X хочет».

В технике толкования, предложенной Н.Н.Перцовой, возможны два типа операций над семантическим инвариантом слова: уточнение и трансформация. Операции уточнения заключается в выделении нескольких бинарных признаков, комбинация которых может характеризовать значение с большей или меньшей степью конкретности.

Уточнения к понятию "свобода":

- А

А1 внутренняя

А2 внешняя

- Б

Б1 неограниченная

Б2 в связи с некоторым ограничением, несвободой

Б2.1 противопоставление свобода/предопределение

свобода/необходимость, свобода/бренность человеческого тела

Б2.2 выход за рамки несвободы, отсутствие зависимости, запрета,

взгляд говорящего на несвободу

Б2.2.1 несвобода как норма

Б2.2.2 несвобода как препятствие

- В

В1 свобода человека самого по себе

В2 в связи с другими людьми

- Г

Г1 свобода духа

Г2 свобода поступков

Описанный метод предполагает, что исследователь в своей работе использует некоторые текстовые источники, такие как словари, литературные и философские произведения и т.п., и извлекает подразумеваемое значение понятия из данных текстов, опираясь на контекст его употребления. Таким образом, результат анализа напрямую зависит не только от количества и характера используемых источников, но и от субъективной критериальной сетки автора исследования, осмысливающего и толкующего содержащие понятие высказывания.

Метод толкования Н.Н.Перцовой не дает ответа на главный вопрос: все ли смысловые оси понятия «свобода» воспроизведены автором работы или не все. Тем не менее, несмотря на возможную неполноту описанного Н.Н.Перцовой внутреннего пространства понятия «свобода», представляется целесообразным продолжить исследование данного понятия, используя выделенные смысловые оси понятия как основу построения шкал, способных измерять содержание данного слова в обыденном сознании конкретных индивидов.

Именно измерению содержания слова в обыденном сознании и посвящена вторая исследовательская парадигма. Исследования субъективного понимания слов позволяют достаточно точно оценить специфику психологии субъекта даже в том случае, когда субъектом является большая группа людей или этнос в целом. Очевидно, что содержание понятий в языке и содержание понятий в обыденном сознании заметно отличаются друг от друга. Понятие в массовом сознании серьезно редуцировано по сравнению с полным его содержанием, характерным для данного языка и зафиксированным в различных словарях, научных монографиях, художественных произведениях и других памятниках культуры.

Фрагментарность и неструктурированность понятий в обыденном сознании индивидов были описаны в большом числе работ, посвященных различиям между житейскими и научными понятиями /33/; /84/; /216/). Различия между полными научными определениями и содержанием понятия в обыденном сознании индивидов тем очевиднее, чем меньшее число людей опрашивается. Отмечено также, что чем выше уровень обобщенности понятия, тем больше отличий выявляется между общеязыковым содержанием понятия и его отражением в массовом сознании. Причем максимальные различия фиксируются при анализе абстрактных понятий, относящихся к общественным процессам и межличностным отношениям. В число таких понятий, несомненно, входят и человеческие ценности.

Подобные различия в содержании понятий чрезвычайно интересны для понимания специфики выделяемых в обществе субкультур. Так, например, можно предположить, что городские и сельские жители могут вкладывать разное содержание в понятие "одиночество", мужчины и женщины по-разному понимать "ухаживание", молодые и старые наполнять разным смыслом слово "любовь". Достоверная фиксация подобных различий в массовом обыденном сознании может являться надежным индикатором разницы не только в мироощущении, но и в реальном образе жизни представителей указанных субкультур.

Гораздо более серьезные расхождения отмечаются в содержании близких по смыслу понятий в разных языках. Абстрактные понятия из разных языков, приводящиеся в словарях как синонимы, абсолютными синонимами в большинстве своем не являются. Как правило, они включают в себя разные значения, отражая различные аспекты реальности и объективно характеризуя тем самым различные культуры. Наиболее заметно в сознании представителей различных культур различаются переводимые друг другом понятия, которые обозначают общественные, а не физические явления. Подобная ситуация достаточно точно была проиллюстрирована английским дипломатом, который писал: "Меня то и дело поражает, насколько различны наши представления о безопасности. Даже само русское слово "безопасность" не имеет удовлетворительного перевода на английский язык. Оно является продуктом российского исторического опыта. В нем есть что-то от вековой борьбы не на жизнь, а на смерть за выживание России. Этот опыт, столь отличный от опыта Западной Европы, привел к тому, что в России сложилось иное отношение к внешнему миру и к средствам обеспечения безопасности" /123/.

Наиболее часто используемым во второй группе исследований методом является ассоциативный эксперимент, который позволяет достаточно точно описать инвариант семантического поля, а также четко отграничить главное значение понятия от второстепенных. Широкая известность делает ненужным развернутое описание этого метода. Достаточно перечислить только некоторые из его разновидностей, описанные в литературе: поиск контрастных ассоциатов по заданию экспериментатора; использование предложений с пропуском слова; фиксирование не одного слова-реакции, а нескольких; использование жестких ограничений, таких как указание респондентам давать в качестве ответов-реакций только синонимы или только антонимы; применение зеркальных методик, когда на втором этапе эксперимента в качестве стимула предлагается наиболее частый ассоциат; использование с целью получения семантических групп не одного, а нескольких слов-стимулов; и, наконец, синтагматическая методика, в которой респондентов обязывают в качестве реакций выдавать слова, составляющие с данными словами-стимулами осмысленные словосочетания /10/; /35/; /80/; /207/; /214/; /245/).

Количество перечисленных разновидностей позволяет оценить популярность данного метода. В то же время, желание исследователей модифицировать классический вариант ассоциативного эксперимента свидетельствует о некотором несовершенстве и ограниченности исходной методики. В качестве одного из основных недостатков многие авторы отмечают высокую чувствительность ассоциативного эксперимента к побочным для предмета исследования факторам, включающим, например, окружающую обстановку и погоду. Однако наиболее существенной особенностью, которая понижает достоверность полученных в результате применения этого метода выводов, является то, что получение в ассоциативном эксперименте связных и осмысленных выводов возможно лишь на основе достаточно субъективной интерпретации полученных наборов ассоциаций самим исследователем. Кроме того, ассоциативный эксперимент, надежно выявляя инвариант семантического поля изучаемого понятия, не позволяет все же достаточно полно описать весь диапазон значений, составляющих данное понятие.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Реферат по социальной психологии по теме Психология больших социальных групп Кемерово 2008г Содержание

    Автореферат диссертации
    ... большие неорга­низованные группы («массы», «толпы»), особенности их формиро­вания, классификация и социально-психологическиефеномены ... своей природе социально-психологиче­ских потребностей. С потребностями в психологиибольшихгрупп органически ...
  2. Бюллетень новых поступлений литературы в научную библиотеку кубгу( ноябрь 2006 г ) физико-математические науки

    Бюллетень
    ... Глебович. Title: Психологиябольшихгрупп: социально-психологическиефеномены / И. Дубов ; Российская акад. образования ; Психологический ин-т. Edition: ... тетрадь студента по изучению курса "Социальнаяпсихология" : учебное пособие / О. В. Москаленко ...
  3. Бюллетень новых поступлений литературы в научную библиотеку кубгу( ноябрь 2006 г ) физико-математические науки

    Бюллетень
    ... Глебович. Title: Психологиябольшихгрупп: социально-психологическиефеномены / И. Дубов ; Российская акад. образования ; Психологический ин-т. Edition: ... тетрадь студента по изучению курса "Социальнаяпсихология" : учебное пособие / О. В. Москаленко ...
  4. Психология и культура / под ред д мацумото краткое содержание

    Краткое содержание
    ... соци­альные и психологическиефеномены — включая психологические теории — следует рассматривать только как социальные ... культурную пси­хологиюбольшее влияние ... группе и улучшить межгрупповые отношения и взаимное восприятия групп? Социально-психологическая ...
  5. Психология и культура / под ред д мацумото краткое содержание (1)

    Краткое содержание
    ... соци­альные и психологическиефеномены — включая психологические теории — следует рассматривать только как социальные ... культурную пси­хологиюбольшее влияние ... группе и улучшить межгрупповые отношения и взаимное восприятия групп? Социально-психологическая ...

Другие похожие документы..