textarchive.ru

Главная > Документ


Редькина Юлия

студентка 5 курса

факультета русской филологии

ТГПУ им. Л.Н. Толстого (г. Тула)

Научный руководитель:

канд. филол. наук, доцент Головина И.В.

Прилагательные с суффиксами -еньк-/-оньк- и их соответствия в немецких текстах (на материале повестей А.С. Пушкина)

Грамматические системы русского и немецкого языков неодинаковы. Вследствие существующих различий могут возникать трудности точного перевода текста с одного языка на другой. Иногда невозможно передать оттенки значения слова средствами другого языка. В ряде случаев эти оттенки выражаются с помощью иной языковой модели (причем на разных уровнях языка). Для переводчиков эта проблема очень актуальна. Одним из вопросов, вызывающих трудности, является перевод с русского языка на немецкий прилагательных с суффиксами -еньк-/-оньк-, которые в русском языке имеют значения степени качества и оценки, например: серенький, миленький, сладенький.

Цель нашего исследования состоит в рассмотрении способов перевода с русского языка на немецкий прилагательных с суффиксами -еньк-/-оньк-, встречающихся в произведениях художественной литературы.

Материалом для исследования послужили повести А.С. Пушкина «Дубровский», «Капитанская дочка», «Повести покойного Ивана Петровича Белкина» на языке оригинала и их перевод на немецком языке. В текстах не встретились прилагательные с суффиксом -оньк- (это вариант суффикса -еньк-), поэтому предметом исследования стали прилагательные с суффиксом -еньк- в упомянутых выше произведениях художественной литературы и их соответствия в немецких текстах.

В ходе исследования были получены следующие данные.

Большая часть прилагательных с суффиксом -еньк-, а именно: 69 % от общего количества проанализированных примеров, переводится на немецкий язык прилагательным, соответствующим по значению производящей основе прилагательного из текста оригинала, в результате чего теряется оттенок значения степени качества или оценки, например:

  1. Как не прозябнуть в одном худеньком армяке! [1, 593].

Wie soll man nicht frieren in dem dünnen Überrock! [2, 401].

  1. Я вошел в чистенькую комнатку, убранную по-старинному [1, 596].

Ich trat in ein sauberes Zimmerchen, das in altväterischer Weise ausgestattet war [2, 408].

  1. я стал глядеть в узенькое окошко [1, 598].

ich schaute aus dem schmalen Fensterchen [2, 410].

  1. мы увидели на площадке человек двадцать стареньких инвалидов с длинными косами и в треугольных шляпах [1, 598].

sahen wir auf dem Platze davor gegen zwanzig alte Invaliden mit langen Zöpfen und in dreieckigen Hüten [2, 411].

  1. но узенькие глаза его сверкали еще огнем [1, 617].

aber in den schmalen Augen glimmte noch ein gefährliches Feuer [2, 445].

  1. Миленькие вдовушки в девках не сидят! [1, 638].

Eine hübsche Witwe bleibt nicht alte Jungfer! [2, 485].

  1. Привыкнув не церемониться с хорошенькими поселянками, он было хотел обнять её… [1, 455].

Da es seine Gewohnheit war, mit hübschen Bauernmädchen nicht erst lange Umstände zu machen, wollte er sie umarmen [2, 227].

  1. на ее месте явилась новая, серенькая с белыми колонками дорического ордена… [1, 438].

erstand auf der gleichen Stelle ein neues Häuschen, grau mit weisen Kolonnen im dorischen Stile… [2, 191].

  1. коего лицо казалось в красненьком сафьянном переплете… [1, 439].

dessen Antlitz wie in roten Saffian gebunden schien… [2, 193].

  1. Много их в Петербурге, молоденьких дур, сегодня в атласе да в бархате, а завтра, поглядишь, метут улицу вместе с голью кабацкою [1, 449].

Viele solcher jungen Närrinnen gibt es in Petersburg. Heute gehen sie in Atlas und Samt, aber schon morgen kehren sie die Straβe gemeinsam mit dem Abschaum aus den Kneipen [2, 214].

12,5 % от общего количества проанализированных примеров составляют прилагательные с суффиксом -еньк-, которые переведены на немецкий язык прилагательными, образованными путем сложения основ слов, например:

  1. Серенькие тучи покрывали небо [1, 449].

Blaβgraue Wolken zogen am Himmel [2, 214].

  1. Ты и позабыл того пьяницу, который выманил у тебя тулуп на постоялом дворе? Заячий тулупчик совсем новёшенький [1, 626].

Hast du den Saufbruder vergessen, der im Wirthaus den Pelz abgebettelt hat? DennagelneuenHasenpelz [2, 462].

Такое же количество, а именно: 12,5 % от общего числа проанализированных примеров, составляют прилагательные с суффиксом -еньк-, которые переводятся описательным оборотом, например:

Заячийтулуппочтиновёшенький! [1, 594].

Der Hasenpelz ist noch so gut wie neu! [2, 404].

6 % составляют примеры, в которых при переводе на немецкий язык значение степени качества или оценки прилагательных переносится на существительные путем прибавления к ним уменьшительно-ласкательных суффиксов -chen или -lein, при этом сами прилагательные не обнаруживают дополнительного оттенка значения степени качества или оценки, например:

1. … барышня наша такая беленькая, такая щеголиха! [1, 461].

unser Fräulein hat so weiβesGesichtchen und ist so schön geputzt! [2, 239].

2. Выехав из деревни, поднялись они на гору, и Владимир увидел березовую рощу и влево на открытом месте серенький домик с красною кровлею… [1, 499].

Als sie das Gut hinter sich hatten und einen Hügel hinaufgefahren waren und Wladimir ein Birkenwäldchen und links davon ein kleines graues Häuschen mit rotem Dache erblickte… [2, 264].

В ходе проведенного анализа прилагательных с суффиксом -еньк-, встречающихся в повестях А.С. Пушкина «Дубровский», «Капитанская дочка», «Повести покойного Ивана Петровича Белкина», были выявлены основные способы их перевода на немецкий язык. Результаты исследования показали, что в большинстве случаев при переводе на немецкий язык оттенки значений, заключенных в суффиксе -еньк-, теряются, вследствие чего можно предположить, что в немецком языке недостаточно языковых средств для выражения значений степени качества и оценки. Эти значения при переводе не выражаются вообще, выражены слабо или с незначительным искажением смысла русского текста, что ни в коем случае нельзя считать следствием непрофессионализма переводчика. Подобные явления могут наблюдаться при переводе произведений художественной литературы и с других языков, поэтому их лучше читать на языке оригинала.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Пушкин, А.С. Евгений Онегин. Драматические произведения. Романы. Повести. Библиотека всемирной литературы. Серия вторая, том 104. – М.: Художественная литература, 1977. – 735 с.

  2. Puschkin, A. Ausgewählte Werke. – 1. Band. – Moskau: Verlaggenossenschaft ausländischer Arbeiter in der UdSSR, 1938. – 543 p.

  3. Современный русский литературный язык. Учеб. для филол. спец. пед. ин-тов под ред. П.А. Леканта. – М.: Высшая школа, 1988. – 416 c.

Сайфулина Дарья

студентка 3 курса

факультета иностранных языков

НГИ (г. Электросталь)

Научный руководитель:

канд. филол. наук Измайлов А.З.

Квантитативный подход к морфологической типологии языков

Американский лингвист Джозеф Гринберг(Greenberg, Joseph Harold) (1915–2001) родился 28 мая 1915 в Нью-Йорке. Джозеф Гринбергизучал социальную антропологию в Колумбийском университете (Нью-Йорк), который окончил в 1936г.

В лингвистике второй половины XX в. Гринберг занимает особое место. Один из самых известных результатов Гринберга – классификация африканских языков, разработанная им в 1950-х годах и опубликованная в виде журнальной статьи в 1955 г. и в виде книги «Языки Африки» (Languages of Africa) в 1963 г. Тремя десятилетиями позже аналогичная работа (с использованием тех же методов) была завершена им для языков Америки. Книга «Языки Северной и Южной Америки» (Languages in the Americas) увидела свет в 1987г. и вызвала еще более бурную дискуссию. В 2000г. Гринберг опубликовал первый том книги «Индоевропейский язык и его ближайшие родственники: евразийская языковая семья» (Indo-European and Its Closes Relatives: The Eurasiatic Language Family). Второй том был завершен ученым за полгода до смерти.

Квантитативная типология, предложенная Гринбергом, стала одним из наиболее заметных вкладов, внесенных в морфологическую типологию языков после Э. Сепира.

В основу классификации Гринберга положено пять признаков, и устанавливается ряд из одного или более индексов для определения места того или иного языка в отношении каждого из них. Первый из этих параметров – степень синтеза или общая сложность слова. Например, англ. sing-ing "пение" содержит две морфемы, но образует одно слово. Отношение M/W, где М – число морфем, a W – число слов [ср. англ. word «слово»], является мерой синтеза и может быть названо индексом синтетичности.

Второй параметр относится к способам связи. На одном полюсе здесь находятся языки, в которых значимые элементы, соединяясь, не изменяются совсем или изменяются незначительно. Таково классическое определение агглютинации. Явление, противоположное агглютинации, – взаимная модификация или слияние элементов. Используя современную терминологию, можно сказать, что имеется в виду степень морфофонематических альтернаций. Значимые отрезки, реально обнаруживаемые в высказывании, называются «морфами». Ряд сходных морфов подводится под одну основную единицу – морфему. Различные морфы, следовательно, находятся в отношении альтернации. Например, в английском языке мы связываем морфу lijf (leaf «лист») с морфой lijv-, которая встречается только в сочетании с морфой множественного числа -z и образует lijvz (leaves «листья»). Lijf и lijv- – это морфы, альтернирующие в пределах одной и той же морфологической единицы. Правила констатации подобного альтернирования относятся к морфофонематической части описания английского языка. В тех случаях, когда среди морфов, составляющих морфему, варьирования не наблюдается или когда варьирование происходит автоматически, о самой морфеме говорят, что она автоматична. Под автоматической альтернацией понимается такая альтернация, при которой все альтернанты можно образовать от основной формы, зная ряд правил сочетаемости, сохраняющих в данном языке силу для всех аналогичных случаев. Если оба морфа в какой-либо конструкции относятся к морфемам, являющимся автоматическими, конструкция называется агглютинативной.

Индекс агглютинации – это отношение числа агглютинативных конструкций к числу морфных швов. Число морфных швов в слове всегда на единицу меньше, чем число морфов. Так, в leaves два морфа, но только один морфный шов. Индекс агглютинации – A/J, где А равно числу агглютинативных конструкций, a J – числу швов между морфемами [англ. juncture, «стык, шов»]. Язык с высоким индексом агглютинации является агглютинирующим, а язык, имеющий малый по величине индекс, – фузионным.

Третий параметр – это наличие или отсутствие деривационных и конкретно-реляционных понятий. В настоящем исследовании мы исходим из существующего деления морфем на три класса – корневые, деривационные и словоизменительные. Каждое слово должно содержать, по крайней мере, одну корневую морфему, и многие слова во многих языках больше ничего и не содержат. Наличие в слове более чем одной корневой морфемы называется словосложением (compounding). Это важный признак, благодаря которому языки существенно отличаются друг от друга. В некоторых языках словосложение либо вообще отсутствует, либо встречается очень редко. Другие, напротив, широко используют словосложение. Однако большинство языков занимает в этом отношении промежуточное положение. Указанное явление можно легко измерить при помощи структурного индекса (compositional index) R/W, где R равно числу корневых морфем [ср. англ. root «корень»), а W равно числу слов. Второй класс морфем – деривационные морфемы. Примерами деривационных морфем в английском языке могут служить re- в re-make «пере-делать», -ess в lion-ess «льв-ица», -er в lead-er «предводи-тель». Деривационный индекс D/W – отношение числа деривационных морфем [ср. англ. derivational "словообразовательный, деривационный". – перев.] к числу слов. Языки с высоким D/W принадлежат к сложным. Словоизменительные морфемы образуют третий класс. Примеры из английского языка: -s в eats «ест» и -es в houses «дома». Словоизменительный индекс I/W есть отношение числа словоизменительных морфем [ср. англ. inflectional «словоизменительный»] к числу слов.

Четвертый параметр – это порядок следования подчиненных элементов по отношению к корню. Основным различием здесь является различие между использованием префиксов и суффиксов. Префиксальный индекс P/W представляет собой отношение числа префиксов к числу слов, а суффиксальный индекс S/W – отношение числа суффиксов к числу слов. Существует неопределенное число и других возможных типов положения подчиненных элементов по отношению к корню, например обрамление (containment), как у арабского имперфективного префикса второго лица женского рода, который окружает глагольную морфему в taqtuli' «ты (ж. р.) убиваешь», где морфемой второго лица женского рода является ta- – -i-, в то время как «убивать» передается при помощи -q-t-l, а «имперфектное время» – через -u-. Точно также существует и вставка (intercalation), обнаруживаемая опять-таки в семитских языках, при которой часть подчиненного элемента предшествует корню или следует за ним, а другая часть вставляется внутрь. Все эти способы, встречаются настолько редко, что, по крайней мере, для изученных нами языков, вычислять их индексы не имело смысла.

Последний параметр имеет дело со способами, используемыми в различных языках для установления связи между словами. Он, следовательно, вводит критерии как синтаксического, так и морфологического порядка. Существуют три способа, которые языки могут использовать: словоизменение без согласования, значимый порядок слов и согласование.

Языки, применяющие первые два способа, принадлежат к чисто реляционной категории, в то время как языки, применяющие согласование, являются смешанно-реляционными. Словоизменительный индекс, рассмотренный выше, будет включать как несогласуемые, так и согласуемые словоизменительные морфемы. Существует, однако, ряд осложнений, препятствующих осуществлению этого параметра. Во многих языках, в частности в латыни, согласуемые и несогласуемые явления сливаются в одной и той же словоизменительной морфеме. Так, -um латинских прилагательных мужского рода винительного падежа единственного числа имеет два согласуемых признака – род и число – и один чисто словоизменительный – падеж. В подобных случаях наша методика заключается в том, что одну и ту же морфему мы считаем обычно несколько раз, т.е. столько, сколько в ней дифференциальных признаков. Другая трудность возникает в связи с порядком следования элементов. Порядок, по-видимому, всегда имеет известное значение для установления связи между элементами даже там, где существует словоизменение. Мы связываем винительный падеж с ближайшим глаголом даже при наличии нефиксированного порядка слов. Порядок может быть фиксированным даже тогда, когда в наличии имеются и другие средства, указывающие на то, какие слова входят в конструкцию. В целом это, например, справедливо в отношении немецкого языка. Значимый порядок придется ограничить такими случаями, при которых изменение порядка элементов вызывает изменение значения конструкции. Использованный здесь критерий ближе всего к этому последнему, но более легко применим. Отсутствие словоизменительной морфемы в том или ином слове принималось за указание на то, что связь осуществлялась при помощи порядка. Если назвать каждый случай использования того или иного принципа указания отношений между словами в предложении нексусом (nexus), то можно вычислить три индекса – О/N, Pi/N и Co/N, где О – порядок (order), Pi – чистое словоизменение (pure inflection), Co – согласование (concord) и N – нексус.

Таким образом, в общей сложности были охарактеризованы следующие типологические индексы:

1) M/W – индекс синтеза.

2) A/J – индекс агглютинации.

3) R/W – индекс словосложения.

4) D/W – индекс деривации.

5) I/W – индекс преобладающего словоизменения.

6) P/W – индекс префиксации.

7) S/W – индекс суффиксации.

8) О/N – индекс изоляции.

9) Pi/N – индекс словоизменения в чистом виде.

10) Co/N – индекс согласования.

Ценность данных индексов заключается в том, что с их помощью мы можем определить использованные величины последовательно и таким образом они окажутся применимыми ко всем языкам. В действительности почти все величины, употребленные в приведенных выше формулах, допускают несколько определений. Предпочтение, оказанное здесь тем или иным определениям, обусловлено конкретными задачами исследования. С помощью данного метода можно изучить общее направление исторических изменений в языке за длительный период времени. Совпадения, наблюдаемые в санскрите и англосаксонском языках, с одной стороны, и персидском и английском – с другой, поразительны: направление изменений при переходе от более древнего языка к современному буквально для каждого индекса одно и то же. Может быть, при выборе более консервативных индоевропейских языков, например славянских, результаты были бы иными.

Ужастова Наталия

студентка 4 курса

факультета иностранных языков

НГИ (г. Электросталь)

Научный руководитель:

ст. преподаватель Разумовская Н.А.

Система универсальной переводческой скорописи

В эпоху господства информационных технологий умение владеть информацией, обработать ее и обратить в свою пользу – гарантия успешного перевода, особенно в деловой и научно-технической областях.

Переводческая деятельность – это разновидность обработки поступающей информации, синтез и анализ, передача ее средствами другого языка. Результат этого сложнейшего процесса, который может быть достаточно длительным при письменном переводе и мгновенным при устном, является вторичной информацией, отвечающей требованиям адекватности перевода.

Информация в ходе устного перевода должна стать подспорьем для переводящего. Желательно сконцентрировать ее до удобного для запоминания минимума, поддающегося мгновенной расшифровке. Наиболее приемлемый профессиональный вариант – использование универсальной переводческой скорописи (interpreter's notation).

Пример умелой и остроумной обработки (сжатия) информации можно найти в истории, задолго до наступления информационно-компьютерной эпохи. Виктор Гюго, желая узнать, как идет продажа его новой книги, направил своему издателю ОТКРЫТКУ, на которой был изображен лишь вопросительный знак? Через день он получил ответ. На чистом листе бумаги гордо красовался знак восклицательный! Участникам коммуникации все было ясно без слов, разумеется, благодаря знанию особенностей данной конкретной ситуации.

Универсальная переводческая скоропись (УПС) предназначена для оптимизации процесса устного перевода и повышения его адекватности до 95-98%.

УПС индивидуальна, но имеет ряд общих закономерностей и характеристик.

1.Ступенчато-диагональное расположение:

а) группа подлежащего; (обстоятельства места, времени)

б) группа сказуемого;

в) прямое/косвенное дополнение;

г) однородные члены предложения.

  1. УПС – это опора памяти на основе системы знаков/символов, удобных для записи и поддающихся мгновенной расшифровке в данном контексте, как лингвистическом, так и широком (обстановка и место ведения переговоров/беседы).

  2. УПС отражает не отдельные слова, а мысли и суждения, ведется как на английском (60%), так и на русском языках.

  3. УПС желательно применять, прежде всего, для записи прецизионной лексики (цифры, даты, имена собственные, названия) в любом виде устного перевода.

  1. УПС основывается на сокращениях (аббревиатурах), как общепринятых: UK, UN, IMF, RFetc., так и индивидуальных, которые пользователь УПС разрабатывает в процессе обучения и применения.

  2. Логические связи отражаются при помощи символов:

: – сказать, заявить, отметить и пр.;

ОК – одобрить, поддержать, выступить в поддержку;

отрицание обозначается зачеркиванием отрицаемого:

OK – отклонить, не принять, быть против;

будущее (подъем, улучшение) – ↑

прошлое (спад, ухудшение) – ↓

сомнение – ?

усиление – !

множественное число – знаком квадрата N2 «самый» – знаком куба N³

повторение – R больше – >

меньше – <

отъезд – →

прибытие –

7. Модальность:

d – долженствование;

m – возможность;

n (need) – необходимость;

«бы» – сослагательное наклонение;

8. Числительные:

t(тыс.);

m (млн.);

b (млрд.);

tr (трилл.) e.g. 18bU =18 миллиардов долларов США;

UUSD).

9. «Говорящие» символы:

 – встреча, съезд, конгресс (круглый стол);

 – агрессия, напряженность;

х – конфликт, война (скрещенные мечи).

10. Изъятие гласных для ускорения записи названий и имен собственных (экономия до 25-40% времени).

1. Japan and Russia are to establish investment firms in Tokyo and Moscow to financially support joint ventures be­tween the two countries, a daily said Friday.

2. The project will be announced when Russian Prime Minister makes a two-day trip to Japan, the newspaper Mainichi Shimbun said.

3. The two governments will provide $100 minillion for the two firms whose operation to support private-sector joint ventures will last 10 years, the newspaper said.

1. J/R =

IC²

T/M

Finspt JV²

2.ann RPM 2 day sim:

3.J/R – 100m

2C°

op ≈ 10у

pri JV2.

Объективные трудности УП связаны с тем, что информация в процессе устного перевода является дематериализованной, т.е. существует в виде звуковых волн и не отражена на каком-либо носителе (бумага, дисплей, пленка, дискета и т.д.).

Вызванные этим сложности УП усугубляются субъективными факторами: спецификой общей ситуации и модели УП, особенностями речи отправителя и получателя информации, а также личными профессиональными и психолингвистическими свойствами переводящего, и т.д.

Облегчить задачу может использование переводческой скорописи (УПС), которая материализует информацию, создавая опору для памяти и базу для анализа и синтеза полученных данных, тем самым, облегчая процесс перевода.

УПС может пригодиться на занятиях по аудированию, так как идет большой поток информации, которую необходимо запомнить, пленку прервать невозможно, а человеческая память не в состоянии удерживать цифры, даты и имена собственные, в особенности, встретившиеся в первый раз.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Чужакин А.П. Мир перевода-2. Practicum.– М.: Валент, 1997.

  2. Чужакин А.П. Мир перевода-3. Practicum+.– М.: Валент, 1999.

  3. Ермолович Д.И. Основы профессионального перевода. – М.:РОУ, 1996.

  4. Комиссаров В.Н. Лингвистика перевода. – М.: Междунар. отношения, 1980.

Шеремет Оксана

студентка 1 курса

факультета иностранных языков

НГИ (г. Электросталь)

Научный руководитель: канд. филол. наук, доцент Юдов В.С.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. РАЗДЕЛ I Прикладные аспекты иностранных языков Балашова Александра Структурные особенности коллоквиализмов-субстантивов в английском языке

    Документ
    ... РАЗДЕЛ I. ПрикладныеаспектыиностранныхязыковБалашоваАлександраСтруктурныеособенностиколлоквиализмов-субстантивов в английскомязыке Error: Reference source not found Брянцева Яна РАЗДЕЛ I Прикладныеаспектыиностранныхязыков 3 Балашова ...
  2. К ОСОБЕННОСТЯМ АССОЦИАТОВ С ГЕОГРАФИЧЕСКИМ ПРИЗНАКОМ ОБЪЕКТИВИРУЮЩИХ КОНЦЕПТ SIBIRIEN В НЕМЕЦКОЙ КОНЦЕПТУАЛЬНОЙ КАРТИНЕ МИРА

    Документ
    ... функционирования коллоквиализмов-субстантивов в британском газетном тексте Балашова А.И. Новый гуманитарный институт, Россия (факультет иностранныхязыков, 5 курс ...
  3. К ОСОБЕННОСТЯМ АССОЦИАТОВ С ГЕОГРАФИЧЕСКИМ ПРИЗНАКОМ ОБЪЕКТИВИРУЮЩИХ КОНЦЕПТ SIBIRIEN В НЕМЕЦКОЙ КОНЦЕПТУАЛЬНОЙ КАРТИНЕ МИРА

    Документ
    ... функционирования коллоквиализмов-субстантивов в британском газетном тексте Балашова А.И. Новый гуманитарный институт, Россия (факультет иностранныхязыков, 5 курс ...

Другие похожие документы..