Главная > Монография


ПРАВИТЕЛЬСТВО ХАНТЫ-МАНСИЙСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА—ЮГРЫ

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

СИБИРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ

ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ И ПРАВА

Е.А. Тюгашев, Г. А. Выдрина, Ю.В. Попков

ЭТНОКОНФЕССИОНАЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ

В СОВРЕМЕННОЙ ЮГРЕ

Новосибирск

Издательство «Нонпарель»

2004

ББК 60.55

Т 98

Издается по решению ученого совета Института философии и права СО РАН. Часть работы выполнена в рамках интеграционного проекта СО РАН № 78 «Адаптация населения в Сибири: этапы, механизмы, результаты».

Рекомендовано к изданию Советом по национальным вопросам при губернаторе Ханты-Мансийского автономного округа—Югра.

Рецензенты: доктор политологических наук И.Н. Гомеров

кандидат философских наук В.В. Бобров

кандидат философских наук И.В. Удалова

Ответственный редактор: доктор философских наук, профессор В.В. Мархинин

Тюгашев Е.А., Выдрина Г. А., Попков Ю.В. Этноконфессиональные процессы в современной Югре. – Новосибирск: Изд-во «Нонпарель», 2004. – 224 с.

В монографии дан комплексный анализ состояния и развития этноконфессиональной обстановки в Ханты-Мансийском автономном округе в условиях современной глобализации и интернационализации общественной жизни. Обобщен опыт государственного регулирования этноконфессиональных процессов и охарактеризованы основные методологические подходы, применяемые в автономном округе для практического решения назревших проблем.

Монография представляет интерес для исследователей национальных и религиозных отношений, специалистов органов государственной власти и управления.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ
Глава 1 Этноконфессиональное развитие современной Югры

1.1 Методологические основы социокультурного подхода в исследовании этноконфессиональных отношений

1.2 Состояние этноконфессиональной обстановки в Ханты-Мансийском автономном округе

1.3 Религиозный фактор в деятельности национально-культурных объединений Югры

1.4 Национально-культурное самоопределение личности и феномен национально-персональной автономии

Глава 2. Государственное регулирование этноконфессиональных процессов в автономном округе

2.1. Аналитический метод в практике государственного регулирования этноконфессиональных процессов

2.2. Социальная ориентация этноконфессионального менеджмента в региональном сообществе

2.3 Культ Югры и формирование территориального патриотизма

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ПРИЛОЖЕНИЯ

3

10

11

31

63

84

117

120

139

165

198

207

ВВЕДЕНИЕ

В 90-е годы ХХ века российское общество столкнулось с противоречивой и неоднозначно развивающейся ситуацией в этноконфессиональной сфере. С одной стороны, тенденции к духовному возрождению народов России, усилению национальной самостоятельности, восстановлению статуса дискриминированных национальных групп, с другой – рост националистических настроений, сепаратизма, центробежных и этнократических тенденций, обострение межнациональных отношений, переплетение межэтнических противоречий с межрелигиозными, обострение межконфессиональных противоречий, распространение и активизация нетрадиционных религиозных движений. Все эти процессы имеют региональную социокультурную специфику, которую нельзя не учитывать при проведении сбалансированной, научно обоснованной и адаптированной к условиям отдельных регионов государственной национальной и религиозной политики.

Особое место среди регионов России занимает Ханты-Мансийский автономный округ – Югра. Актуальность исследования этноконфессиональных процессов на территории округа, относительно недавно ставшего самостоятельным субъектом РФ, обусловлена прежде всего его особенностями. Будучи одним из крупнейших в мире нефтедобывающих регионов и составной частью финно-угорского мира, он привлекает внимание к себе со стороны и мусульманского мира и западной цивилизации.

Современный облик округа складывался в процессе интенсивного нефтепромышленного освоения, потребовавшего организованной трудовой миграции из союзных и автономных республик СССР. Интернационализм и признательность народам разных национальностей формировали духовную атмосферу обновленной Югры.

И сегодня как один из самых состоятельных регионов нашей страны округ привлекает мигрантов сравнительно высоким уровнем доходов, особенно из регионов Средней Азии и Кавказа, что порождает множество этносоциальных проблем. Значительный приток мигрантов и более высокой доля молодежи способствует росту народонаселения в округе.

Ещё одна особенность автономного округа – небольшая доля в составе населения представителей титульных этносов и отсутствие заметных этнократических тенденций. Но при этом наблюдается повышенная активность национально-культурных объединений отдельных национальных групп и религиозных объединений.

Исследования этноконфессиональных процессов в Ханты-Мансийском автономном округе традиционно включают два основных направлениях: 1) изучение положения проживающих на территории округа коренных малочисленных народов Севера1, и 2) социокультурный анализ межнациональных и межконфессиональных отношений в отдельных поселениях округа2.

Эти направления исследований развиваются относительно независимо. И если положение коренных малочисленных народов Севера рассматривается во взаимосвязи с миграцией пришлого населения, то исследуя этноконфессиональные отношения в среде последнего, авторы, как правило, абстрагируются от статуса обских угров, которые, как следует напомнить, являются титульными этносами в автономном округе.

Таким образом, анализ этноконфессиональных процессов в современной Югре носит метафизически односторонний характер: фрагменты одного целого изучаются в отрыве друг от друга, хотя взаимосвязь культур коренного и пришлого населения признается3. Между тем научный подход к управлению этноконфессиональными процессами в регионе может быть реализован исходя из целостного социокультурного анализа, представления как единого целого, в единстве и различии сторон, составляющих данное социокультурное явление.

Данная целостность может быть представлена в разных аспектах – ландшафтном, языковом, хозяйственно-культурном и т. п., в зависимости от позиции и точкой зрения ведущих субъектов этноконфессиональных отношений, их организованности и сознательности. Поскольку в новейшей истории Югры определяющей и высшей формой социокультурного развития округа стало приобретение статуса самостоятельного субъекта федерации, то деятельность органов государственной власти и управления стала важнейшим фактором развития этноконфессиональных отношений. Сложность и многообразие этих отношений, неопределенность соотношения этнической и конфессиональной составляющей определяют социокультурную вариативность и неоднозначность государственного управления в этой сфере.

Региональная исследовательская рефлексия процессов, развертывающихся в Ханты-Мансийском автономном округе, осуществляется преимущественно с позиций социокультурного подхода1. Восходящее к интегральной социологии П. Сорокина (коми-зырянина по происхождению) базисное представление о социокультурной динамике позволяет учесть многообразие разнородных материальных и духовных факторов, формирующих культуру региона нового освоения. Возникшее в результате управляемого социокультурного синтеза региональное сообщество было вынуждено практически решать неотложные задачи интеграции субкультур, развивающихся в сложной сети внешних и внутренних взаимосвязей, исходя из собственного опыта.

Органическая включенность автономного округа в мирохозяйственные отношения определяет глобальный масштаб оценок природы и тенденций развития региональных процессов. Корни многих современных проблем усматриваются не только в событиях последнего десятилетия, в истории промышленного освоения Югры Советской властью и даже царским правительством, но и в миграциях на территории Евразии, происходивших в течение тысячелетий. Обские угры возвращаются в финно-угорский мир, восстанавливают духовную преемственность с исторической прародиной – Средним и Ближним Востоком как гипотетическим очагом этногенеза. Дискуссии антропологов о расовой идентичности ханты и манси также служат целям социокультурного самоопределения.

Следовательно, в поле зрения серьезного аналитика событий, происходящих сегодня в Ханты-Мансийском автономном округе, должна быть не только динамика статистически фиксируемых показателей и отдельные мероприятия органов государственной власти, но и глубинные процессы, отражающие тектонические сдвиги в недрах этнокультурного массива Евразии. Медленные колебания, природные ритмы Евразии определяют конкретную структуру этнического сообщества Югорской земли, но не меняют полностью его облик, заданный целостностью ландшафта – болотистой низменностью бассейна р. Оби. Экологическая адаптация, «коренизация» пришлого населения – это вопрос времени. Поэтому растительный, животный и людской мир Югры необходимо рассматривать в устойчиво воспроизводящейся системной целостности антропобиогеоценоза.

Югра как система представляет собой сложный самовоспроизводящийся циклический процесс2. Главное в системном процессе – его стабильность, достигаемая за счет постоянного воспроизводства одних и тех же взаимодействий, воспроизводства одних и тех же условий, в которых осуществляется каждое взаимодействие. Воспроизводство обеспечивается постоянной заменой собственных элементов на новые, но системно тождественные предшествующим, иначе говоря, наличием цепочки постоянного превращения предыдущих элементов в последующие, в результате чего каждый элемент одновременно разрушается и воссоздается. Из «мыслящего» и «немыслящего» вещества, которое усваивается из окружающей среды, система собирает все то, что она собой представляет. В противодействии спонтанно идущей диффузии осуществляется самосборка органической структуры из попадающих в поле ее воздействия соответствующих элементарных единиц. Поэтому стабильная структура представляет собой стационарный процесс3.

Устойчивость системы является следствием непрерывного воспроизводства процесса. Форма воспроизводства – циклическое движение, имманентное органической системе. Цикличность обеспечивается тем, что каждая предпосылка есть вместе с тем следствие процесса. В иерархии отношений одни реакции являются средством осуществления других, и наоборот. Система порождается как процесс собственного воспроизводства. При достаточных условиях в процессе возникает внутреннее опосредование, замыкающее его исходное и конечное состояния как противоположности. Тогда конечное становится исходным, а исходное конечным. В своей основе органическая система есть механизм ее собственного вос­производства. Поэтому, сколько бы ни усложнялась си­стема в дальнейшем, в её основе всегда ле­жит базисный механизм воспроизводства. На ранних этапах система во­обще состоит только из процесса собственного воспроиз­водства. Затем воспроизводство становится основанием, на котором возникает надстройка.

Как всеобщая характеристика системы воспроизводство имманентно всем ее подсистемам. Все подсистемы оказываются лишь специфическими процессами собственного воспроиз­водства, а также воспроизводства системы в целом. Не менее существенно и то, что как бы ни усложнялись за счет нарастания опосредований внутренние связи системы, все ее подсистемы, в конечном счете, зависят от исходного, базисного типа производства. Генетически пер­вичная клеточка системы и есть ее первоначальный меха­низм воспроизводства1.

Для Югры как относительно самодостаточного и развивающегося системного образования генетически первичной клеточкой является противоречивое взаимодействие Севера и Юга. Так как процесс замкнут на себя, его диффе­ренцированность постоянно воспроизводится. Закономерности взаимодействия Севера и Юга определяют как развитие обско-угорской системы в историческом прошлом, так и повседневность современной Югры. «Холодная война» между севером и югом в новейшей истории Югры2 – геополитическое эхо ледникового периода и тех процессов, которые привели угров в Северную Евразию. Процессуальность как способ существования объекта создала его внутреннюю дифференцированность, а замкнутость процесса на себя сделала эту дифференцированность устой­чивой — благодаря постоянным повторениям самого про­цесса. Внешнее для Югры противоречие Севера и Юга обеспечивает воспроизводство внешнего основания целостности системы, и внешняя рефлексия в Ближний и Дальний Юг – будь-то потоки инвестиций или трудовая иммиграция – является объективной необходимостью, диктуемой неотложными нуждами воспроизводства.

Это воспроизводство является основанием, на котором возникают надстроечные противоречия, в первую очередь, противоречие между Западом и Востоком. Это противоречие прежде всего представляет собой внутреннее опосредование югорского социума как системы, замыкающее его в процессуально самообусловленную целостность. Разрыв в уровне развития западных и восточных районов автономного округа, с одной стороны, и интенсивность взаимосвязей между ними, с другой, определяют исторически конкретную меру регионального единства, поддержание которого всегда будет актуальной, вновь и вновь решаемой инфраструктурной задачей.

Внешние системные связи могут подчинять себе под­систему воспроизводства вплоть до полной ее ликвидации, когда это необходимо для эффективности целого. Однако в таком случае имеет место лишь перераспределение функций. Так, в зависимости от геоклиматических колебаний могли смещаться северные и южные границы Югры, в зависимости от геоэкономических колебаний меняются (иногда необратимо) ресурсный потенциал. Необратимость ряда завершившихся процессов собственно и порождает поступательный характер процессов в современной Югре. Ее неизменность — результат непре­рывного изменения. Всякая неподвижность выступает лишь как подчиненный момент движения. Будущее Югры – в движении, снимающем те основания, которые ограничивают горизонты ее развития.

***

В данной монографии использованы материалы социологического исследования “Состояние межнациональных и межконфессиональных отношений в Ханты-Мансийском автономном округе и пути их гармонизации”, проведенного в 2001 г. Московским областным общественным благотворительным фондом “Протея” по заказу администрации Ханты-Мансийского автономного округа. Исследование включало социологический опрос населения округа в возрасте от 18 лет и старше по репрезентативной выборке, позволяющей дифференцировать социально-демографические группы и типы поселения (N=930); опрос экспертов, в качестве которых были привлечены государственные и муниципальные служащие, работники учреждений образования и культуры, журналисты, ученые, лидеры этнических диаспор, национально-культурных объединений, руководители хозяйственных структур (N=185).

Авторами отдельных разделов монографии являются: Е.А. Тюгашев – введение, параграфы 1.1, 1.2, 1.4, 2.1 – 2.3, заключение, Г.А. Выдрина – параграфы 1.2, 1.3, 2.1 – 2.3, Ю.В. Попков – введение, параграфы 1.1, 1.2, заключение.

Глава 1. Этноконфессиональное развитие современной Югры

Устойчивый, циклически повторяющийся процесс всегда возвращается в себя, но каждый раз иным, опосредованным случившейся историей. Самоопределяясь и определяясь, процесс поддерживает собственную идентичность, себетождественность, выступая во внешних связях отдельным сущим, самодостаточной субстанией. Субстанция есть causa sui, круговорот взаимодействующих причин и следствий. Повторяющиеся циклы взаимодействий свертывают и развертывают процесс, создавая ситуацию развития – развития обусловленного, направленного и относительного. Относительность процессуальности конституирует отношение как элементарное событие развития.

Понятие «этноконфессиональное отношение» является сложным теоретическим конструктом, которое выделяет в иерархии общественных отношений, составляющих целостный социальный организм, исторически конкретное единство этнических и конфессиональных отношений. В абстрактной возможности этнические отношения могут находиться в существенной взаимосвязи не только с конфессиональными отношениями, но, скажем, и с научными, художественными и т. п. Но абстрактная возможность не всегда реализуется в исторически конкретной действительности. Поэтому феномен этноконфессиональных отношений дан прежде всего в опыте, эмпирически. На основе констатации факта их существования становится содержательно обоснованным теоретическое определение этноконфессиональных отношений либо как этнически дифференцированных конфессиональных, либо как конфессионально дифференцированных этнических отношений. Структура этноконфессиональных отношений снимает генезис, этническую и религиозную историю конкретного общества.

Но для эмпирического исследования путей развития действительных отношений абстрактно-теоретического понятия «общественные отношения» недостаточно. Так, простая суммативная конструкция «этноконфессиональные отношения» отображает не целое, а его состав, данный лишь в абстрактном расчленении. Отсюда необходимость методологически обоснованного познавательного движения от абстрактного к конкретному и введения понятий, способных зафиксировать конкретную действительность общественных отношений в ее целостности. Такой набор социокультурных категорий вместе с их эмпирически-конкретной интерпретацией составляет онтологическую основу социокультурного подхода к анализу этноконфессиональных отношений.

1.1. Методологические основы социокультурного исследования общественных отношений

Социокультурный подход есть такой способ эмпирического описания социальных объектов, в котором культурно-особенное синтезируется в общесоциальном, которое, в свою очередь, предстает как особенное относительно других отдельных обществ. Каждое исторически данное общество выступает как ансамбль культур, в составе которого каждый культурный слой со своими механизмами взаимодействия, способом иерархической взаимосвязи представлен в особенных, характерных именно для этой страны вариациях. В действительности существует многоукладное, поликультурное, сложное и внутренне противоречивое, но в этой сложности – органически единое реальное общество в его конкретно-исторической данности. В работах, посвященных методологии социокультурного подхода, подчеркивается множественность форм бытия конкретного общества, несводимость его содержания только к основным, главным общественным отношениям1.

В конкретно-исторической действительности значимыми для динамики отдельных видов общественных отношений могут быть не только формационно субординированные, конституирующие целостную социальную систему виды общественных отношений. Так, М. Вебер показал, что для формирования буржуазных экономических отношений сложившиеся тогда в европейском обществе религиозные отношения были не менее значимы, чем развитие производительных сил в форме машинного производства. Получается, что конкретный анализ генезиса капитализма должен учитывать не только взаимообусловленность развития в системе способа производства, диалектику экономического базиса и политической надстройки, но и весьма специфические факторы, значимость которых в теории даже трудно предусмотреть.

Поэтому в эмпирическом анализе развития общественных отношений представляется важным выделение их конкретных комплексов, в которых отдельные виды общественных отношений существуют в неповторимом сочетании, соединении, подобно тому, как каждый минерал есть конкретное сочетание химических элементов и соединений. Такие комплексы общественных отношений являются элементарными единицами эмпирического анализа, и возможные их варианты следует определить. Иначе говоря, как следует охарактеризовать некоторый конкретный способ существования, скажем, этноконфессиональных отношений в данный момент времени и в данном месте? Это уже не просто этноконфессиональные отношения вообще, а нечто более конкретное, реальность, для фиксации которой необходимо использовать особые понятия социокультурного подхода.

На наш взгляд, одним из ключевых понятий, используемых для эмпирического анализа общественных отношений, является понятие «ситуация». Очевидно, что когда сегодня ведут речь о ситуации, то характеризуют конкретные общественные отношения. Так, оценивая религиозную ситуацию, Р.А. Лопаткин пишет о том, что необходимо принять во внимание наличие различных религий, их взаимоотношения и количественное соотношение между собой, историческую вписанность в данное общество и их взаимоотношения с данным обществом и составляющими его группами и т.д.1 Речь здесь идет об отношениях, взаимоотношениях, конкретных соотношениях.

Как же более точно определить понятие ситуации? Говоря о религиозной ситуации, Р.А. Лопаткин понимает её как «такое положение дел в обществе, регионе, на конкретном обследуемом объекте, которое характеризуется наличием, характером и интенсивностью религиозных проявлений, динамикой и направленностью их изменений, характером и степенью их воздействия на общество или обследуемый объект»2. Заметим, что в данном определении речь не идет об общественных отношениях. Речь идет только о «положении дел». Возникает вопрос: чьих дел? И далее: что такое «дело» как социологическое понятие? В определении также говорится о религиозных проявлениях некоторого неноминируемого явления. Предложенное Р.А. Лопаткиным определение фиксирует такие параметры действительности, как конкретность, характер, интенсивность, степень и направленность. Но в целом оно не оперирует основными понятиями какой-либо науки, в том числе социологии, вследствие чего такое определение представляется недостаточно категориальным и содержательно неточным.

Чем же вызвано использование понятия ситуации в научном анализе? Как отмечает Н.Г. Михайлов, понятие «ситуация» является одной из основных категорий в самых разных наук3. Соглашаясь с ним, следует отметить, что в одних науках (например, в психологии) ограничиваются простым определением понятия ситуации и элементарным анализом конкретных ситуаций4, а в других науках разрабатываются целостные учения о специальных ситуациях (например, в криминалистике – криминалистическая ситуалогия5). Потребность в понятии «ситуация» актуализируется, по-видимому, на достаточно высоком уровне развития науки, когда она достигает зрелости и стремится обеспечить практику точной методикой принятия решений в конкретных типичных ситуациях.

Но общий уровень разработки теории ситуации в той или иной науке не обязательно вносит определенность в ее исходное понимание. И психологи и криминалисты ограничиваются, как правило, обыденным значением слова: ситуация (франц. situation, от лат. situs – положение) – сочетание условий и обстоятельств, создающих определенную обстановку, положение6. Понятие ситуации оказывается вне зависимости от уровня развития теории ситуации.

Подобные неясные понятия Т. Парсонс называл остаточными: «Логическим именем для этой темноты будет термин “остаточные категории”»7. По мнению Т. Парсонса, остаточные категории являются ключевыми для понимания той или иной теоретической системы. Но эмпирические заключения, вытекающие из употребления таких остаточных категорий, часто не замечаются или формулируются настолько неясно, что становятся фактически бессмысленными. Поэтому одним из «видов прогресса» в теоретической работе Т. Парсонс считает вычленение из остаточных категорий позитивно определенных понятий и последующую их верификацию в эмпирическом исследовании. Остаточные категории исходной теоретической системы переводятся в позитивные категории более прогрессивных теоретических систем8. Следовательно, если в какой-либо отрасли науки обращаются к понятию «ситуация», то при поступательном развитии это «остаточное понятие» будет когда-то определено.

Выше мы констатировали инвариантность степени определенности содержания понятия «ситуация» по отношению к уровню развития научной дисциплины. Примером может служить и теория социального действия Т. Парсонса. Заметим, что для Т. Парсонса понятие ситуации является одним из основных. Ситуация рассматривается им как составляющая системы действия наряду с агентом и целью. Ситуацию действия он определяет как часть внешнего мира, значимую для агента9. Ситуация складывается либо из объектов ориентации, либо из условий и средств действия, либо просто трактуется как среда. В конце концов Т. Парсонс приходит к представлению о системе действия как отношении субъекта и объекта10. В этой системе ситуация неотличима от объекта действия.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. этноконфессиональные процессы в современной югре

    Монография
    ... , Г. А. Выдрина, Ю.В. Попков ЭТНОКОНФЕССИОНАЛЬНЫЕПРОЦЕССЫ В СОВРЕМЕННОЙЮГРЕ Новосибирск Издательство «Нонпарель» 2004 ББК ... Тюгашев Е.А., Выдрина Г. А., Попков Ю.В. Этноконфессиональныепроцессы в современнойЮгре. – Новосибирск: Изд-во «Нонпарель», ...
  2. Ано «центр социально-политических исследований и проектов»

    Документ
    ... КАК ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСССОВРЕМЕННОСТИ 38 ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В РОССИИ ... 189 МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ЮГРЕ: ИНФОРМАЦИОННЫЕ И КОММУНИКАЦИОННЫЕ ... исследовательского интереса к феномену этноконфессиональной принадлежности была «бризантность» ...
  3. Много книг и мало идей

    Документ
    ... РФ»; Соколова З.П. Постановлением Думы ХМАО–Югры награждена Почетной грамотой Думы Ханты ... (г. Нижний Новгород). Курсы лекций: «Особенности современныхэтноконфессиональныхпроцессов в Поволжье», «Теория и практика противодействия экстремизму ...
  4. Список публикаций и индекс цитирования трудов доктора юридических наук Понкина Игоря Владиславовича I

    Документ
    ... религиозной составляющей этнополитических процессов в современной России: сравнительный ... Санджиева Б.А. Институционально-правовое измерение этноконфессиональных общественных объединений: Дис. ... ... Мансийского автономного округа - Югры: Дис. ... канд. ...
  5. Список публикаций и индекс цитирования трудов доктора юридических наук Понкина Игоря Владиславовича I Диссертации

    Документ
    ... религиозной составляющей этнополитических процессов в современной России: сравнительный ... Санджиева Б.А. Институционально-правовое измерение этноконфессиональных общественных объединений: Дис. ... ... Мансийского автономного округа - Югры: Дис. ... канд. ...

Другие похожие документы..