Главная > Документ


Ким Харрисон

Хороший, плохой, неживой

Рейчел Морган — 2

/

Сканирование, распознавание и вычитка — Iren

Криминальный мир нежити славного своей преступностью города Цинциннати. Вампиры, чьей территорией считаются стильные клубы... Оборотни, подстерегающие своих жертв на тропинках ночных парков... Демоны, с наслаждением выпивающие души зазевавшихся колдунов-любителей...

Полиция явно не способна справиться с подобным «контингентом». Значит, здесь начинается работа для частного детектива Рэйчел Морган — охотницы за наградами в лучших традициях вестерна и достойной наследницы Аниты Блейк и Гарри Дрездена!

Поклонники Лорел Гамильтон, Шарлин Харрис и Джима Батчера! Не пропустите!

Мужчине, который знает, что первым делом — кофеин, потом — шоколад, и только потом — романтика. (И знает, когда надо менять этот порядок.)

Глава первая

Я поддернула повыше холщовую перевязь канистры и потянулась раструбом к висячему растению. В окна светило солнце и грело меня через синий служебный комбинезон. За узкими зеркальными стеклами лежал небольшой внутренний дворик, окруженный кабинетами высокого начальства. Щурясь от солнца, я сжала рукоять поливального шланга, и из него появился, шипя, еле заметный намек на воду.

Протрещала очередь компьютерных клавиш, и я перешла к следующему растению. Из двери кабинета позади секретарши доносился телефонный разговор, сопровождаемый утробным смехом, похожим на собачий лай. Вервольфы. Чем они выше в стае, тем больше похожи на людей, но по смеху их всегда можно опознать.

Мимо ряда висячих растений перед окнами я посмотрела на аквариум за спиной секретарши. Ага, кремовые плавники. Черное пятно на правом боку. Она и есть. Мистер Рей выращивал золотых рыбок и выставлял на ежегодной выставке в Цинциннати. Победитель прошлого года всегда демонстрировался в приемной, но сейчас здесь были две рыбки, а у «Хаулеров» пропал талисман. Мистер Рей болел за «Денов», соперников команды внутриземельцев из Цинциннати. Нетрудно было сложить два и два и получить украденную рыбку.

— Что случилось? — профессионально-жизнерадостно спросила женщина за конторкой, поднимаясь заложить бумагу в принтер. — Марк в отпуске? А мне он не говорил.

Я кивнула, не глядя на секретаршу в щегольском кремовом костюме, и проволокла свое поливальное барахло еще натри фута. Марк находился в краткосрочном отпуске в лестничном колодце дома, который он обслуживал до этого. Вырублен быстродействующим сонным зельем.

— Да, мэм, — добавила я, возвысив голос и слегка шепелявя. — Он мне сказал, какие растения поливать. — Я согнула пальцы, пряча в кулаках наманикюренные ногти, пока она не заметила: ногти не сочетались с обликом поливальщицы растений. Надо было раньше об этом подумать. — На этом этаже все, что есть. И еще деревья на крыше.

Женщина улыбнулась, показав излишне большие зубы. Вервольф. И явно высоко стоит в офисной стае, судя по ее лощености. Мистер Рей не будет держать в секретаршах дворнягу, если может позволить себе платить зарплату настоящей суке. От нее исходил легкий запах мускуса, не так чтобы неприятный.

— Марк тебе говорил про служебный лифт у заднего входа? — подсказала она. — Это проще, чем тащить тележку по всем лестницам.

— Нет, мэм, — ответила я, потуже натягивая уродскую кепку с логотипом садовника. — Он, наверное, хотел, чтобы мне потруднее было, чтобы я не стала отбивать у него клиентов.

У меня пульс забился чаще, когда я толкнула дальше тележку Марка с садовыми ножницами, гранулированными удобрениями и поливальной системой. Про лифт я знала — как знала и про размещение шести аварийных выходов, про пожарную сигнализацию и про ключ от квартиры, где деньги лежат.

— Мужчины! — Она закатила глаза, снова возвращаясь к своему экрану. — Никак не допрут, что если бы мы хотели править миром, то уже бы правили.

Я неопределенно кивнула, прыснув тонкую струйку воды на следующий цветок. Мне так казалось, что мы вроде бы и правим.

Гудение принтера и общий легкий шум офиса перекрыло какое-то жужжание. Это жужжал Дженкс, мой напарник, и он явно был в плохом настроении, вылетев из кабинета босса ко мне. Стрекозиные крылья от возбуждения стали ярко-красными, и пыльца пикси слетала с него, вспыхивая солнечными лучиками.

— С цветами я там разобрался, — сказал он вслух, садясь ми край цветочного горшка передо мной. С руками на бедрах он им глядел как пожилой Питер Пэн, произведенный в мусорщика в синей спецовке. Жена ему даже подходящую кепку сшила. — Им только вода нужна. Могу я чем-нибудь тебе помочь — или мне вернуться в грузовик и завалиться спать? — добавил он едко.

Я сняла с себя канистру, поставила ее на пол и отвинтила крышку.

— Гранула удобрения не помешала бы, — попросила я, гадая, что с ним стряслось.

Он, ворча, подлетел к тележке и стал там копаться. Во все стороны полетели зеленые проволочки для подвязки, колышки и использованные тесты определения кислотности.

— Нашел одну, — объявил он, выныривая с белой гранулой размером с его голову.

Гранулу он бросил в канистру, и она зашипела. Это было не удобрение, а оксигенатор и средство для создания слоя слили. Что толку красть рыбку, если она в дороге сдохнет?

— Бог мой, Рэйчел! — шепнул Дженкс, усаживаясь мне на плечо. — Это же синтетика! Я одет в полиэстер!

Мне стало легче — выяснилась причина его настроения.

— Все будет путем.

— Я не вынесу! — Он яростно почесывал кожу под воротником. — Не могу я носить полиэстер. У пикси на него аллергия! Смотри, видишь? — Он наклонил голову, отведя светлые полосы с шеи, но был слишком от меня близко, чтобы можно было рассмотреть. — Покраснело! И воняет, я слышу запах нефти. Это ткань из мертвых динозавров. Не могу я носить на себе дохлое животное, это варварство, Рэйчел!

— Знаешь что, Дженкс? — Я навинтила крышку на канистру, снова повесила ее на плечо, оттолкнув при этом Дженкса. — Я одета в то же самое, так что не выступай.

— Но он воняет!

Я скосила на него глаза и сказала сквозь зубы:

— Ты давай, подрезай веточки.

Он показал мне оба средних пальца, отлетев назад. Ладно, черт с ним. Похлопав себя по заднему карману, я нашла ножнички. Мисс Профессиональная Секретарша печатала какое-то письмо, а я встала на раскладную табуретку и стала обрезать листья у растения, висящего сбоку от ее стола. Дженкс начал помогать, и через секунду я ему шепнула:

— Влез туда?

Он кивнул, не сводя глаз с открытой двери кабинета мистера Рея.

— В следующий раз, как он полезет почту смотреть, взвоет вся система безопасности Интернета. Исправить можно будет за пять минут, если она свое дело знает, или за четыре часа, если без понятия.

— Мне всего пять минут и надо, — сказала я, потея от жаркого солнца в окне. Здесь пахло как в саду — в летнем саду, где мокрая собака тяжело дышит на прохладных плитах.

У меня участился пульс, я перешла к следующему растению. При этом я оказалась за спиной женщины, и она напряглась — я вторглась в ее личное пространство, а ей приходилось с этим смириться, поскольку я приделе. Надеясь, что мое возросшее напряжение она отнесет за счет того, что мне пришлось работать рядом с ней, я продолжала делать свое дело, положив руку на крышку канистры. Один поворот — и она будет открыта.

— Ванесса! — донесся ор из кабинета.

— Оно, — сказал Дженкс, взлетая к потолку и к камерам наблюдения.

Я повернулась и увидела разозленного мужчину — явно вервольфа, судя по его плюгавости. Он высунулся из дверей.

— Опять оно барахлит! — орал он, багровея и вцепляясь толстыми пальцами в косяк двери. — Терпеть не могу эти штуки. Чем плоха была бумага? Мне она нравится!

Лицо секретарши озарилось профессиональной улыбкой.

— Мистер Рей, вы опять на него накричали? Я же вам говорила, компьютеры — как женщины. Если на них кричать или требовать от них слишком многого сразу, они зависают намертво.

Он что-то рыкнул в ответ и скрылся в кабинете, безразличный к ее пренебрежительному тону. У меня пульс скакал галопом, когда я переставила табуретку прямо к аквариуму.

Ванесса вздохнула:

— Прости его господь, — сказала она вполголоса, вставая. — Он себе когда-нибудь собственным языком яйца разобьет. — Поглядев на меня усталым взглядом, она направилась в кабинет, стуча каблуками и громко на ходу возглашая: — Только ничего не трогайте! Я уже иду!

Я быстро перевела дыхание:

— Камеры? — тихо спросила я. Дженкс спикировал ко мне:

— Десятиминутный цикл. Все чисто.

Он подлетел к входной двери, зацепился за дверной наличники повис, наблюдая за коридором. Крылья его слились в прозрачный круг, потом он показал мне большой палец — все о'кей.

У меня по коже мурашки побежали от волнения — вот-вот будет работа сделана. Сняв с аквариума крышку, я вытащила из внутреннего кармана зелененький сачок, встала на табуретку, закатала рукав до локтя и сунула сачок в воду. Обе рыбки гут же метнулись прочь.

— Рэйчел! — прошипел вдруг Дженкс мне в ухо. — Она свое дело знает. Уже половину сделала.

— Следи за дверью, Дженкс, — ответила я, прикусив губу. Сколько времени нужно, чтобы поймать рыбку?

Я перевернула камень, за которым они прятались — они бросились вперед.

Тихо загудел зуммер телефона.

— Дженкс, разберись, — спокойно сказала я, заводя сачок, загоняя рыбок в угол. — Ага, попалась...

Дженкс метнулся прочь от двери, ногами приземлился на зеленую кнопку.

— Офис мистера Рея. Пожалуйста, подождите, — сказал он высоким фальцетом.

— Черт! — выругалась я, когда рыбка вывернулась мимо зеленой сетки. — Дура ты, я тебя домой хочу доставить, скользкая ты плавникастая тварь, — манила я ее сквозь стиснутые губы. — Вот сейчас... сейчас...

Она оказалась между стеклом и сачком. Если бы она хоть секунду постояла спокойно...— Эй! — раздался громкий голос из коридора. Адреналин плеснул в кровь; я вскинула голову. В коридоре стоял коротышка с аккуратной бородкой и с папкой в руках.

— Что вы там делаете? — угрожающе спросил он.

Я глянула на свою руку, до локтя засунутую в аквариум. Сачок был пуст. Ускользнула рыбка.

— Я... я ножницы уронила...

Со стороны кабинета мистера Рея послышалась дробь каблуков, потом ахнула Ванесса.

— Мистер Рей!

Вот так-то. Вот тебе и легкий способ.

— План «Б», Дженкс! — сказала я и ухнула, хватаясь за край аквариума и дергая его на себя.

Аквариум накренился, и двадцать пять галлонов пахнущей рыбой воды хлынули на стол Ванессы. Ее вопль, наверное, был слышен на улице. Рядом с ней тут же возник мистер Рей. Я спрыгнула с табуретки, мокрая до пояса. Все застыли в ошеломлении, и я быстро осмотрела пол.

— Есть! — крикнула я, бросаясь за нужной рыбкой.

— Она хочет украсть рыбку! — завопил коротышка народу, высунувшемуся в коридор на шум. — Держи ее!

— Беги! — провизжал Дженкс. — Я их задержу.

Тяжело дыша, я гонялась за рыбкой по мокрому ковру, пытаясь ее поймать не повредив. Она дергалась и билась, но наконец с шумным выдохом я сомкнула вокруг нее пальцы, бросила добычу в лейку и закрутила крышку.

Дженкс адским светляком летал от оборотня к оборотню, жонглируя карандашами и запуская их в чувствительные места. Четырехдюймовый пикси, сдерживающий наступление вервольфов. Меня это не удивило. Мистер Рей смотрел с интересом, пока не понял, что одна из его рыбок у меня.

— Какого черта ты делаешь с моей рыбкой? — спросил он.

— Уношу домой, — ответила я.

Он бросился на меня, растопырив толстые лапы. Я любезно ухватилась за одну из них, дернула его вперед, навстречу удару моей ноги. Он пошатнулся, схватившись за живот.

— Хватит собак дразнить! — крикнула я Дженксу, взглядом ища выход. — Пора мотать отсюда.

Схватив монитор Ванессы, я метнула его в зеркальное окно. Мне давно хотелось такое проделать — с монитором Айви. Стекло с приятным звоном разлетелось... странно выглядит экран на траве. В комнату хлынули вервольфы, разозленные и воняющие мускусом. Подхватив лейку, я нырнула в выбитое окно.

— Держи ее! — крикнул кто-то.

Я пришла плечами на подстриженный газон, перекатилась и встала на ноги.

— Вставай! — сказал Дженкс мне в ухо. — Вон туда.

Он метнулся через закрытый дворик, я за ним, подтягивая желтую канистру на спину. Освободив руки, я полезла на шпалеру, не обращая внимания на колючки под ладонями.

Долезла до верху я уже тяжело дыша. Треск ветвей оповестил, что погоня рядом. Перевалившись на плоскую гудронную крышу, я побежала. Ветер здесь был горячий, и передо мной расстилался весь Цинциннати.

— Прыгай! — крикнул Дженкс, когда я добежала до края. Дженксу я верила. Размахивая руками и не останавливаясь, я перебежала через край крыши.

Сердце упало, и взметнулся адреналин. Парковка! Дженкс меня послал прочь с крыши — приземляться на парковке!

— У меня крыльев нету, Дженкс! — заорала я, стиснула зубы и поджала колени.

Я ударилась об асфальт, ноги пронзило болью... я рухнула вперед, обдирая ладони. Канистра с рыбкой зазвенела и свалилась — лямка лопнула. Я перекатилась, гася удар.

Металлическая канистра вертелась волчком, и я, все еще шипя от боли, качнулась к ней и успела зацепить пальцами, когда она закатилась под машину. Выругавшись, я бросилась плашмя на асфальт, пытаясь ее достать.

— Вот она! — донесся крик.

Вдруг машина надо мной дзынькнула, потом другая рядом. В асфальте в нескольких дюймах от руки появилась дыра, острые осколки осыпали кожу. В меня стреляют?

Ворча и ругаясь, я вылезла из-под машины задним ходом, прикрывая собой канистру.— Эй, вы! — крикнула я, откидывая волосы с глаз. — Какого черта вы делаете? Это всего лишь рыба, да к тому же и не ваша!

Троица вервольфов на крыше смотрела на меня. Один вскинул оружие.

Я повернулась и побежала. Это работка уже не на пять сотен — на пять тысяч разве что.

В следующий раз я выясню все подробности, прежде чем называть стандартную цену.

— Сюда! — проверещал Дженкс.

Куски мостовой жалили меня в спину, звенели по металлу машин. Шлагбаум у стоянки не был закрыт, и я рванула через улицу — мышцы уже дрожали от напряжения, — прямо в поток пешеходов. Сердце колотилось. Я перешла на шаг и оглянулась — силуэты вервольфов на фоне неба. Прыгать они не стали — им не надо было. Я оставила кровь на шпалере сверху донизу. И все же я не думала, что они будут меня выслеживать. Это же не их рыба, а «Хаулеров». На этот раз за мою квартиру заплатит бейсбольная команда внутриземельцев Цинциннати.

Легкие жгло огнем. Я пыталась держать тот же темп, что и прохожие на улице, потея в своем полиэстере под палящим солнцем. Дженкс наверняка прикрывал мне спину, так что я завернула в переулок переодеться. Поставив рыбку на асфальт, я прислонилась головой к прохладной стене здания. Сделано. Заработала квартплату еще на месяц.

Подняв руку, я сдернула висящий на шее амулет маскировки, и сразу мне стало легче — иллюзия смуглой большеносой шатенки исчезла, стали видны мои пушистые рыжие кудри до плеч и белая кожа. Я глянула на ободранные ладони, с опаской потерла их друг о друга. Можно было бы прихватить с собой и амулет от боли, но я старалась брать как можно меньше магических предметов — на случай, если меня поймают, и мое «покушение на кражу» превратится в «покушение на кражу и нанесение телесных повреждений». От одного я еще отмазалась бы, за второе пришлось бы отвечать. Я — розыскной агент, а потому законы знаю.

Когда у входа в переулок никого не было, я содрала с себя мокрый комбинезон и сунула в мусорный ящик. Стало намного легче, и я наклонилась опустить закатанные кожаные штаны. Выпрямляясь, я заметила на них новую царапину и повертелась, оценивая ущерб. Кондиционер Айви для кожи справится, но мостовая и кожаные вещи сочетаются не очень. Впрочем , пусть лучше царапина будет на штанах, чем на мне — для mm их и ношу.

Сентябрьский воздух в тени был приятен. Я заправила черный топ в штаны и подняла канистру. Больше ощущая себя собой, я вышла на солнце, кепочку свою надела на голову проходящего мальчишки. Он посмотрел на нее, улыбнулся и застенчиво помахал мне рукой, а его мама наклонилась к нему спросить, где он ее взял. Встряхнув волосами, в мире со всем миром я пошла по тротуару, направляясь к Фаунтейн-сквер, где меня ждала машина. Сегодня утром я там оставила темные очки и, если мне повезет, они все еще там. Прости меня Бог, но люблю быть независимой.

Прошло уже почти три месяца с тех пор, как я ложилась мод те дерьмовые задания, что давал мне мой прежний босс в Охране Внутриземелья. Я чувствовала, что меня используют и сильно недооценивают, а потому нарушила неписанное правило и ушла из ОВ, открыв собственное агентство. В тот момент мне эта мысль казалась удачной, но потом оказалось, что мнe грозит смерть, а все потому, что нет денег на взятку — избавиться от контракта. Тогда у меня открылись глаза, хоть и поздно. Я бы не справилась, если бы не Айви и не Дженкс.

Как это ни странно, но именно сейчас, когда я наконец начала зарабатывать себе репутацию, стало не легче, а труднеe. Да, я сумела использовать свой диплом, готовя зелья и амулеты, которые привыкла покупать, и кое-какие еще, которые никогда не могла себе позволить. Но деньги стали настоящей проблемой. Не то чтобы я не могла найти заказы: просто не держались денежки в коробке на холодильнике.

То, что я заработала, выведя на чистую воду лису-оборотня, ушло с подачи одной соперничающей конторы на возобновление лицензии ведьмы — раньше за это платила ОВ. Одному колдуну я нашла украденного фамилиара — и это ушло па ежемесячную доплату по медицинской страховке. А я и не знала, что агенты почти не подлежат страховке: ОВ давала мне карточку, и я ею пользовалась. Потом пришлось заплатить одному типу, чтобы снял смертельные чары с моего барахла в хранилище, купить Айви шелковый халат вместо того, что я ей разорвала, и себе кое-каких шмоток прикупить — мне теперь надо репутацию поддерживать.

Но самую большую дыру в моем бюджете пробивали расходы на такси. Водители автобусов в Цинциннати знали меня в лицо и подбирать не хотели — вот почему Айви должна была приехать и отвезти меня домой. А это несправедливо: уже почти год прошел с тех пор, как я ненароком лишила волос полный автобус пассажиров, пытаясь взять вервольфа.

Мне надоело быть почти нищей, но деньги за возврат талисмана «Хаулеров» дадут мне продержаться еще месяц. А вервольфы за мною не погонятся. Это не их рыбка, и если они подадут жалобу в ОВ, придется им объяснять, как она к ним попала.

— Эй, Рейч! — сказал Дженкс, появляясь фиг его знает откуда. — У тебя позади все чисто. Так что это за план «Б»?

У меня брови приподнялись, я недоверчиво покосилась на него — он летел рядом, идеально держа мой темп.

— Хватать рыбку и драпать к чертовой матери. Дженкс засмеялся и сел мне на плечо. Свою униформу он

уже выбросил и был больше на себя похож в защитного цвета шелковой рубашке и штанах. Красная бандана на голове должна была сообщить любому пикси или фейри, на чьей территории он мог бы оказаться, что он не браконьерствует. У него на крыльях еще мерцали последние искорки пыльцы, взбаламученные почти уже схлынувшим приливом адреналина.

Ближе к Фаунтейн-сквер я замедлила шаг. Поискала глазами Айви, но ее не увидела. Не встревожившись, я села на сухой стороне фонтана, запустив пальцы в щель стены, где лежали мои очки. Она приедет. Эта женщина живет и умирает по расписанию.

Пока Дженкс пролетал через брызги, смывая остаток «вони мертвого динозавра», я раскрыла очки и надела их. Жаркое сияние сентябрьского дня сразу утихло, мышцы наморщенного лба расслабились. Вытянув ноги, я небрежно сняла с себя болтавшийся на шее амулет запаха и бросила в фонтан. Вервольфы выслеживают по запаху. И если они за мной все-таки шли, то след оборвется здесь. Я сяду в машину Айви — и привет.

Надеясь, что никто не видит, я оглядела окружающих: нервозный анемичный слуга вампира, выполняющий дневную работу для своего любовника, двое нормалов шепчутся и хихикают, косясь на его шею в жутких шрамах, колдун — нет, ворлок, судя по отсутствию резкого запаха красного дерева, — сидит на скамейке неподалеку и ест пирожок, и я. Устроившись поудобнее, я медленно вздохнула. Ждать машину — своего рода разрядка.

— Жаль, что у меня машины нет, — сказала я Дженксу, придвигал поближе канистру с рыбкой.

В тридцати футах от нас медленно ползла пробка. Она все росла, и я подумала, что уже, наверное, больше двух — как раз время, когда люди и внутриземельцы начинают свою ежедневную борьбу за сосуществование в ограниченном пространстве. Куда как легче становится, когда солнце заходит, и люди — в основном, разбредаются по домам.

— А зачем тебе машина? — спросил Дженкс, присев ко мне на колено и начиная аккуратно чистить стрекозиные крылья. — У меня машины нет. И никогда не было. И отлично обхожусь, — говорил он, хотя я и не слушала. — В них надо заливать бензин, сдавать в ремонт, тратить время на мытье, и думать, куда поставить, деньги на них тратить. Хуже, чем подружку завести.

— И все-таки, — ответила я, покачивая ногой, чтобы его позлить. — Хотела бы я иметь машину. — Я оглядела окружающих людей. — Джеймсу Бонду никогда не приходилось ждать автобуса. Я все его фильмы смотрела, и никогда он автобуса не ждал. — Я прищурилась на Дженкса. — Как-то не тот шик.

— Ну, да, — сказал он, глядя куда-то мне за спину. — Согласен, иногда с ней надежнее. На одиннадцать часов. Вервольфы.

Я задышала быстрее, оглянувшись; снова вернулось напряжение.

— Черт! — тихо сказала я, поднимая канистру. Это были те трое. Шли по моим следам, нагибаясь к земле и принюхиваясь. Стиснув зубы, я встала так, чтобы между нами остался фонтан. Куда Айви девалась?

— Рейч? — спросил Дженкс. — А чего они тебя преследуют?

— Не знаю.

Я вспомнила кровь, которую оставила на розах. Если я не смогу прервать запаховый след, они меня так до самого дома проследят. Но зачем? Я села спиной к ним, зная, что Дженкс наблюдает.

— Они меня учуяли?

Он затрещал крылышками и взлетел.

— Нет, — ответил он, вернувшись через секунду. — Между вами примерно полквартала, но тебе надо бы пошевеливаться.

Я лихорадочно прикидывала, что рискованней: не рыпаться и ждать Айви или бежать, надеясь удрать от погони.

— Черт, машину бы мне сейчас, — пробурчала я и попробовала выглянуть на улицу, нет ли там голубой крыши автобуса, или такси, или чего угодно. Куда, к черту, подевалась Айви ?

Я встала, сердце бешено колотилось. Прижимая к себе канистру, я направилась к улице, рассчитывая сунуться в ближайшее офисное здание, потеряться там в лабиринте и подождать Айви. Но путь мне загородила большая черная «Краун Виктория» — прямо передо мной остановилась.

Я злобно уставилась на водителя, но тут же сердитая гримаса сползла у меня с лица, потому что зажужжало опускаемое окно, и он выглянул.

— Миз Морган? — спросил темнокожий водитель несколько властно.

Я оглянулась на приближающихся вервольфов, потом на него. Черная «Краун Виктория» с водителем в черном костюме могла означать только одно: он из Федерального Внутри-земного Бюро — людская контора, аналог ОБ. А чего надо ФВБ?

— Ага. А вы кто?

Он досадливо поморщился:

— Я говорил с миз Тамвуд, она сказала, что я вас тут найду. Айви! Я положила руку на открытое окно:

— С ней что-нибудь случилось?

Он поджал губы:

— Когда я говорил с ней по телефону — ничего. Дженкс завис надо мной в испуге:

— Рейч, они тебя унюхали!

Я со свистом втянула носом воздух. Оглянулась, увидела одного из них. Заметив, что я на него смотрю, он испустил короткий вой. Остальные двое с неспешной грацией пошли на сближение. Я с усилием сглотнула слюну: все, я собачий корм. Корм собачий. Игра окончена, нажмите кнопку «ресет».

Развернувшись, я схватилась за ручку двери, дернула, нырнула внутрь и захлопнула дверь.

— Поехали! — крикнула я, оборачиваясь к заднему окну. Длинная физиономия водителя с некоторым отвращением глянула в зеркало заднего вида.

— Они с вами?

— Нет! Эта штука вообще ездит, или вы просто понарошку и ней сидите?

Раздраженно хмыкнув, он плавно нажал на газ. Я развернулась на сиденье, глядя на остановившихся посреди улицы вервольфов. Рассерженно гудели машины, которым оборотни загородили дорогу. Я села прямо, стиснула в руках канистру с рыбкой и с облегчением закрыла глаза. Айви у меня за это получит. Клянусь, я ее драгоценными картами землю в саду замульчирую. Она должна была сама меня забрать, а не подсыпать какую-то шестерку из ФВБ.

Пульс несколько успокоился, и я обернулась к водителю. Он был на целую голову выше меня — а это уже о чем-то говорит, — с отличными плечами, очень коротко постриженными курчавыми черными волосами, квадратным подбородком, и сидел он в такой напряженной позе, что так и подмывало его но спине хлопнуть. Красиво мускулистый, но отнюдь не перекачанный, без малейшего намека на жир. В идеально оббегающем черном костюме, в белой рубашке с черным галстуком — просто мальчик с постера ФВБ. Усы и бороду он постриг по последней моде — так, что они почти незаметны, и он бы выиграл, если бы меньше напирал на лосьон после бритья. Я с завистью глядела на наручники у него на поясе, вспоминая свои. Они принадлежали ОВ, и я очень по ним скучала. Дженкс устроился на своем обычном месте на зеркале заднего вида, где встречный ветер не трепал ему крылья, и водитель посмотрел на него так настороженно, что ясно было: он явно не часто имел дело с пикси. Везучий.

Радио затрещало и сообщило о воришке в универсаме. Водитель раздраженно отключил связь.

— Спасибо, что подвезли, — сказала я. — Вас послала Айви? Он оторвал взгляд от Дженкса.

— Нет. Она сказала, что вы здесь будете. А с вами хочет говорить капитан Эдден, что-то там насчет советника Трента Каламака, — безразлично добавил фэвэбэшник.

— Каламак! — завопила я и тут же себя обругала, что вообще раскрыла пасть. Этот богатенький сукин сын хочет, чтобы я на него работала или чтобы сдохла — зависит от его настроения и от благополучия его портфеля акций. — Значит, Каламак? — произнесла я, смягчив интонацию и неловко ерзая на сиденье. — А зачем тогда Эдден вас за мной послал? Вы у него в списке на увольнение на эту неделю?

Он не ответил, но так стиснул руль, что ногти побелели. Молчание стало напряженнее, мы проскочили на желтый, сменившийся красным.

— А кто вы такой? — спросила я наконец.

Он издал какой-то насмешливый горловой звук. Я привыкла к настороженному недоверию со стороны людей, но этот человек не боялся, и это меня раздражало.

— Детектив Гленн, мэм.

— Мэм! — захохотал Дженкс. — Он тебя «мэм» назвал! Я состроила Дженксу сердитую гримасу.

Этот мальчик слишком молод для детектива — наверное, ФВБ испытывает отчаянный кадровый голод.

— Что ж, большое спасибо, детектив Глейд, — сказала я, коверкая его фамилию. — Можете меня высадить где угодно, отсюда я на автобусе доеду. А к капитану Эдцену я завтра зайду, сегодня я работаю над очень важным делом.

Дженкс хихикнул, и водитель покраснел, что почти незаметно было на его темной коже.

— Меня зовут Гленн, мэм. Ваше важное дело я видел. Прикажете доставить вас обратно к фонтану?

— Нет, — ответила я, несколько сдувшись при мысли о размен ных вервольфах. — Однако была бы благодарна, если бы вы довезли меня до моего офиса. Это в Низинах, следующий поворот налево.

— Я вам не таксист, — ответил он мрачно и недовольно. — Я мальчик на посылках. И послали меня — за вами.

Я убрала руку с окна, потому что он кнопкой на панели поднял стекло. Оно тут же застыло намертво. Дженкс взлетел к потолку, оказавшись в запертой машине.

— Какого черта ты делаешь? — завизжал он.

— Вот именно! — воскликнула я, больше от злости, чем от тревоги. — В чем дело?

— Капитан Эдден хочет видеть вас сейчас, миз Морган, а не завтра. — Он на секунду отвлекся от дороги, покосившись на меня. Зубы у него были решительно сжаты, и недобрая улыбка мне не понравилась. — А если вы только попытаетесь сейчас потянуться за хоть какими амулетами, я тут же вас выдерну из машины, надену наручники и закину в багажник. Капитан Эдден велел вас доставить, но в каком виде — не оговорил.

Дженкс опустился на мою серьгу, выбросив сердитую голубую полоску пыльцы. Я снова подергала кнопку окна, но Гленн ее заблокировал. Раздраженно выдохнув, я откинулась на сиденье. Можно бы ткнуть пальцем в глаз Гленна, чтобы он съехал с дороги, но зачем? Я знала, куда меня везут. И Эдден распорядится, чтобы меня подвезли домой. Но меня выводило из себя, что нашелся человек, у которого наглости больше, чем у меня. К чему катится наш город?

Мы ехали в угрюмом молчании. Я сняла очки и наклонилась вперед, отметив, что он превышает скорость на пятнадцать миль. Ничего себе.

— Сюда смотри, — шепнул Дженкс.

Я приподняла брови, когда пикси слетел с моей серьги. Осеннее солнце в окнах вдруг заиграло искрами пыльцы, которую Дженкс незаметно на детектива насыпал. Готова поста-пить лучшие свои кружевные трусики, что не обычная это была пыльца. А с хорошей добавкой.

Я улыбнулась про себя. Минут через двадцать Гленн будет так чесаться, что не сможет сидеть спокойно.— Так почему же ты меня не боишься? — спросила я, чувствуя, что мне намного легче.

— Когда я был ребенком, у нас по соседству жила семья колдунов, — ответил он осторожно. — И девочка у них была, моя ровесница. Вот она со мной творила практически все, что может колдунья сотворить с человеком. — От едва заметной улыбки его лицо вдруг стало совсем-совсем не фэвэбэшным. — Самый был печальный день моей жизни, когда они переехали.

Я сочувственно надула губы.

— Бедное дитя! — сказала я, и снова он стал официально-мрачен. Но мне не было особенно приятно. Эдден послал его за мной, зная, что этого мне не запугать.

Ненавижу понедельники.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Руфь Такер От Иерусалима до края земли

    Документ
    ... восторг от неживой красоты Божьего ... вместе с капитаном Морганом они отплыли к ... Гейднера, доктора Пола Харрисона и Уильяма Бор- ... ситуация приводила к плохому управлению и лени ... хорошо говорил на их языке, когда приехала Рейчел ... . Проповедник Ким, христианин ...
  2. Руфь Такер От Иерусалима до края земли

    Документ
    ... восторг от неживой красоты Божьего ... вместе с капитаном Морганом они отплыли к ... Гейднера, доктора Пола Харрисона и Уильяма Бор- ... ситуация приводила к плохому управлению и лени ... хорошо говорил на их языке, когда приехала Рейчел ... . Проповедник Ким, христианин ...
  3. От Иерусалима до края земли (Руфь Такер) Руфь Такер От Иерусалима до краяземли История миссионерскогоения Христианство и миссионерство Эти два понятия неразрывно связаны между собой Как пишется история христианского миссионерского движения

    Документ
    ... от неживой расоты Божьего ... из-за собственного плохого здоровьяПокинув Таиланд в ... же хорошо, как хорошо их ... вместе с капитаном Морганом они отплыли к ... 1957) Турне Рейчел Сейнт и ... Гейднера, доктора Пола Харрисона и Уильяма Бор- ... . Проповедник Ким, христианин ...

Другие похожие документы..