textarchive.ru

Главная > Книга


ЭПИЛОГ

Повисшая на ушах одурманенного народа «лапша» о генеральских дачах-хоромах, мерседесах, огромных состояниях и прочая-прочая к Грибановым не относится. Да и откуда взяться богатству, если за сорок лет службы Борис Иванович и Галина Валентиновна сменили бо­лее двадцати мест службы. Дочери Елена и Татьяна - по семь школ.

Обидно за другое. Богатая, огромная страна, вели­кий народ-труженик прозябают в нищете. Поэтому пос­леднее десятилетие бездарных реформ само по себе под­мешивает в состав офицерской крови адреналин стра­тегической геополитики, заставляет постоянно думать, анализировать, искать ответы на вопросы очень дале­кие от тех, что отражены в общевоинских Уставах. По­этому вскорости к дипломам об окончании академии имени М.В. Фрунзе и Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил СССР у генерал-лейтенанта Бориса Ивановича Грибанова прибавится диплом Рос­сийской академии государственной службы при Прези­денте Российской Федерации. Поэтому и согласился он на предложения солдат и сержантов, офицеров и вете­ранов выдвинуть свою кандидатуру кандидатом в депу­таты Государственной Думы Российской Федерации. Уверены, его опыт, знания, позиция будут востребо­ваны.

Юрий РОМЕНСКИЙ, Галина МИНИНА.

ЧП» афганского масштаба

Генерал-майор Мацнев Дмитрий Михайлович

БИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА Генерал-майор Мацнев Дмитрий Михайлович. Ро­дился в 1946 г. в с. Ротаево Нижнедевицкого района Воронежской области. Службу в рядах Вооруженных Сил начал солдатом в 1965 году.

С 1969 по 1984 гг. на различных должностях прохо­дил службу в Среднеазиатском пограничном округе. При­нимал участие в выполнении боевых задач в Афгани­стане.

До 1989 г. - заместитель начальника отряда - на­чальник политического отдела Отдельного Арктичес­кого пограничного отряда.

1989-1990 гг. - преподаватель Высших пограничных командных курсов КГБ СССР. До 1997 г. - служба на руководящих должностях в Центральном аппарате Фе­деральной пограничной службы России.

В Западном региональном управлении с июня 1997 года.

Награжден орденом Красной Звезды, многими меда­лями, среди которых «За боевые заслуги», «За отличие в охране государственной границы СССР».

- Под Гульханой случилось ЧП: одна из трех погра­ничных застав сводного боевого отряда отказалась от приема пищи. Люди военные представляют, что озна­чало в те годы подобное происшествие. Сразу по при­лету на этот объект меня, тогда помощника начальни­ка политотдела Среднеазиатского пограничного окру­га по комсомольской работе, пригласил к себе уже находившийся там начальник Хорогского отряда пол­ковник Николай Николаевич Малютин:

- Давай, разбирайся, чего это твои комсомольцы бузят. Кстати, а заводилой у них - секретарь.

Отмечу, что повод для отказа от приема пищи был у личного состава весьма своеобразный: две заставы уходили на боевое задание, а третью оставляли на охране объекта. Это и вызвало недовольство погранични­ков: дескать, что это мы - хуже других?

Добрался в окопы, где располагалась «бастующая» застава. Долго разъяснял, что всем на операцию ухо­дить нельзя, что кто-то должен остаться охранять объект да и что, мягко говоря, не совсем правиль­ную они выбрали форму выражения своего протес­та, тем более здесь, в боевой обстановке. В конце концов убедить удалось. А вечером две заставы ухо­дили на боевое задание. И надо было видеть глаза тех парней, остающихся на базе, когда смотрели они вслед товарищам...

Я не случайно начал именно с этого эпизода. Сей­час афганским событиям той поры дают самую раз­личную оценку. Но давайте вспомним. Великая Отече­ственная война длилась четыре года. Однако для того, чтобы написать ее полную, а главное подлинную исто­рию, исследователям не хватило и полувека. Не мень­ше потребуется времени и для освещения и анализа действий Ограниченного контингента советских войск на территории Афганистана. А учитывая тяжелые эко­номические и политические потрясения, которые пе­реживает сегодня наша Родина, говорить о каких-то конкретных сроках вряд ли реально. Подлинную же правду об участии советских войск, в том числе и по­граничников, в той войне, о героизме и мужестве со­ветских солдат и офицеров никто, кроме них, воевав­ших там, не расскажет.

В вышедшей в феврале 1999 года книге «Афгани­стан 1979-1989: по обе стороны границы» подробно рассказано об участии пограничников в афганской вой­не. Воспоминания участников событий тех лет - это, что называется, информация из первых уст. Чтобы не повторять уже упомянутые в книге факты, я останов­люсь на некоторых аспектах той деятельности, кото­рой лично занимался в те годы - партийно-политической работой и, в частности, комсомольской работой, как одна из ее составляющих.

Ныне модно критиковать «партийную машину» и «тоталитарный режим». А я замечу, что во многом бла­годаря именно четко налаженной партийно-политиче­ской работе нашим войскам удавалось выполнять по­ставленные перед ними задачи.

С самого начала афганской эпопеи перед погран­войсками была поставлена задача создать своеобраз­ную буферную зону, прочно отделив воюющий Афга­нистан от советской земли. Проще говоря, чтобы наши соотечественники, живущие на приграничной терри­тории, не ощущали на себе непосредственного боево­го воздействия со стороны бандформирований. И лишь один раз за долгие десять лет войны душманам удалось обстрелять территорию СССР (март 1987 года, г. Пяндж).

Наши сводные боевые отряды воевали на «той сто­роне», и политработники делали все возможное, что­бы не только поддержать моральный дух бойцов, но и сохранить тесную связь с родной землей, где погра­ничников в волнении ждали близкие, дорогие люди.

Помимо уже устоявшихся форм партийно-полити­ческой работы в афганский период были разработаны и внедрены принципиально новые и, как показало время, наиболее эффективные методы. К примеру, од­ним из первых ввел в практику организацию звуковых писем матерям, женам, родственникам наших погра­ничников помощник начальника политотдела по ком­сомольской работе Московского погранотряда старший лейтенант Валерий Роман. Звуковое письмо записыва­ли на магнитофонную пленку и передавали в Союз. Представляете, как приятно было услышать близкого человека. И в обратном порядке такие послания шли в боевые порядки.

В то время еще не были широко распространены ви­деомагнитофоны и видеокамеры, но, по возможности, снимали наших бойцов на кинопленку, а потом соби­рали в клубе части жен, родственников и показывали этот самый интересный и долгожданный для них фильм. Вот он, твой муж, живой и здоровый машет тебе с эк­рана, передает привет и просит, чтобы ты не волнова­лась. А обратно, на афганскую территорию, привозили записанные на пленку голоса жен и детишек:

- Мы тебя ждем, папа! У нас все хорошо. Приезжай побыстрее, - раздается из динамика, и мужики, не раз стоявшие лицом к лицу со смертью, порой не могли удерживать навернувшиеся слезы...

О семьях тех, кто находился на боевой стажиров­ке, заботились особо. Женсоветы, политработники их регулярно посещали, причем это было неформальное, душевное общение. Все дни рождения жен, детишек держали на строгом учете, стараясь к этой дате пере­дать привет и подарок от мужа и отца.

И на афганской стороне не забывали о моральной поддержке. К примеру, праздновали дни именинни­ков, накрывая традиционные «сладкие» столы. При­чем надо отдать должное поварам, они ухитрялись го­товить и торты, и пироги практически из ничего.

Большую помощь оказывали и шефствовавшие над нами областные комсомольские организации. Приез­жали делегации, передавали подарки и посылки по­граничникам. К примеру, у нас служило немало харь­ковчан, и вот Харьковская кондитерская фабрика ре­гулярно направляла пограничникам посылки с кон­фетами. Распределяли их на каждый объект, и, смею заверить, они доходили до каждого солдата. И таких примеров немало.

Особенно было развито в те годы персональное шефство комсомольцев-старослужащих над молодыми солдатами. Новичков не пускали сразу же в бой, пред­варительно обучая всем тонкостям, помогали в их ста­новлении.

На одной из недавних встреч с ветеранами-погра­ничниками, проходившей в Белгороде, фронтовики заметили, что и в годы Великой Отечественной суще­ствовала такая же форма - персональное шефство над новичками. Так что, как говорится, новое - это забы­тое старое. И метод этот работал в Афганистане безуп­речно.

Когда наши мотоманевренные группы начали дол­говременное обустройство на афганской стороне, по­явились стационарные бани, столовые, клубы. Посте­пенно стал налаживаться нормальный быт. Впрочем, тогда все основные задачи округа были подчинены интересам тех, кто находился на афганской террито­рии. Едет офицер в командировку, обязательно поин­тересуется: нет ли писем для передачи. Кадровые аппа­раты, строевые части каждую фамилию держали на строгом учете. Все послания доходили до адресата, ни одна посылка, ни одно письмо не затерялись.

Думаю, необходимо назвать тех комсомольских ра­ботников - помощников начальников политотделов погранотрядов по комсомольской работе, которые были первопроходцами в создании комсомольских органи­заций в сводных, боевых отрядах, находящихся в Афга­нистане, вели трудную и напряженную работу. Это стар­ший лейтенант Павел Полянский (Тахта-Базарский ПО), старший лейтенант Владимир Рыбалко (Керкинский ПО), старший лейтенант Валерий Прохоров (Термезский ПО), лейтенант Петр Иванюк (Пянджский ПО), старший лейтенант Валерий Роман (Московский ПО), старший лейтенант Валерий Пекшин (Хорогский ПО).

Говоря о партийно-политической работе в тот пе­риод, нельзя не отметить одну весьма существенную сложность в ее проведении - это информационная бло­када деятельности пограничников в Афганистане. Вы­пускаемые листовки и фотолистовки распространялись строго на территории части, не выходя за ее пределы. Наша пограничная газета «Дзержинец» писала только об «учебных боях» и «условном противнике». Вся ин­формация была завуалирована до предела. Так, даже выступая на Пленуме ЦК комсомола, я не мог напря­мую рассказывать о действиях пограничников на афган­ской территории. Все, как говорится, вокруг да около. Разумеется, руководство ЦК комсомола было в курсе, представители ЦК приезжали к нам в боевые поряд­ки, и все равно завеса секретности существенно свя­зывала руки. Ведь поначалу пограничников даже пере­одевали в общеармейскую форму, что, разумеется, било по самолюбию. А в письмах и весточках домой ни в коем случае нельзя было упоминать о каких бы то ни было боевых действиях. Все наши пограничники офи­циально продолжали нести службу на родной земле.

И все же моральный дух, душевный порыв солдат и офицеров был огромен. Ведь боевую стажировку в Аф­ганистане в то время прошли почти все офицеры-по­граничники, находившиеся на том участке границы. «Отсеивали» лишь медработники да аттестационные комиссии. Это объяснимо: если в мирное время с ка­кими-то недостатками офицера можно мириться, то в военное... К примеру, излишняя суетливость, несоб­ранность и неорганизованность в боевой обстановке могут привести к непоправимому. Так что сами пони­маете.

Народ был тщательно подобран, в большинстве своем это были добровольцы. Отказ от командировки в Афганистан считался позором. Впрочем, таких отказов в округе и не было. В подразделениях были сильные комсомольские и партийные организации, на которые и опирались в своей работе офицеры. Да и местное на­селение называло нас «коммунистическими войсками», и в таком названии не читалось ни доли негативного. Мы не были завоевателями, и большинство местных жителей в этом убеждались на собственном примере. К нашим медикам шли толпами, мы делились продукта­ми, углем, а уж от местной ребятни отбоя не было.

Поражала нищета, в которой жили дехкане. Помню, в районе Калай-Хумба, перейдя через подвесной мост, мы заметили саманные стены, прилепленные прямо к скале. Зашли внутрь: испуганная женщина сидела на потрепанной циновочке - единственной «мебели» в этом жилище, а вокруг нее стаей вились голодные де­тишки. Отдали им продукты, которые были с собой: хлеб, пшено, несколько пачек сахара. Потом солдаты сводного боевого отряда принесли еще. Испуг в жен­ских глазах сменился неподдельной благодарностью...

Что касается наиболее памятного для меня эпизо­да, так это, пожалуй, первая командировка в Афгани­стан. В первую же ночь после прибытия на объект в районе населенного пункта Янги-Кала место нашей дислокации было неожиданно обстреляно из стрелко­вого оружия. В темноте ничего не было видно, да и не слышно свиста самих пуль - только характерные шлеп­ки о стену самана. Личный состав был поднят по тре­воге, мы ответили интенсивным огнем. Когда же ут­ром присмотрелись к стене, у которой стояли ночью, то к своему изумлению обнаружили, что она букваль­но изрешечена. То есть в любой момент пули могли угодить и в нас, но, видимо, судьба берегла. Потом еще не раз приходилось бывать под обстрелом, но тот первый эпизод врезался в память навсегда.

И еще хочу отметить огромное мастерство наших летчиков, которые пользовались особой любовью и уважением.

Однажды вместе с вертолетчиками довелось участво­вать в операции. Обнаружили банду (по информации разведки), прилетели на место и приступили к унич­тожению. НУРсами - точно в дверные и оконные про­емы! Вот это мастерство! А какие закладывали виражи! Недаром на авиаторов наши парни в Афганистане про­сто молились.

...Проходит время, и многое постепенно стирается в памяти. Я уехал из Средней Азии в 84-ом. Пятнадцать лет прошло! К сожалению, большинство документов тех лет шло с грифом секретности и подлежало унич­тожению. А ведь сегодня как нельзя кстати пришлись бы они, открывая ненаписанные страницы афганской войны.

Со многими моими сослуживцами той поры дове­лось служить и потом, на других участках госграницы. Некоторых встретил и здесь, в Западном региональ­ном управлении ФПС России. А с другими нас развели вновь образовавшиеся границы независимых государств. И все же «развод» этот формальный, так как нельзя порвать крепкие узы братства и боевого товарищества.

Вот и мой коллега той поры, давний товарищ, уже упомянутый ранее Валерий Иванович Роман сегодня занимает такую же должность, как и я, но только в Юго-Восточном направлении пограничных войск Ук­раины. Часто перезваниваемся, выпадает случай - встре­чаемся. Кстати, во многом благодаря именно дружес­ким отношениям пограничников-«афганцев», прохо­дящих ныне службу в различных государствах, удается более оперативно и плодотворно для обеих сторон ре­шать служебные вопросы и возникающие проблемы. И это прекрасно, что не очерствели наши души, что не поддались они разрушительному действию беспамят­ства и забвения.

Можно спорить о том, нужна или не нужна была афганская война. Бесспорно одно - мы с честью вы­полнили свой солдатский долг. Среди пограничников не было предателей, дезертиров и трусов, прячущихся за чужие спины. Эпизод, с которого я начал свой рас­сказ - лучшее тому доказательство. «ЧП» на объекте «Гульхана» можно правомерно назвать как «ЧП» «афганского масштаба». Я ковычу «ЧП», так как понятно, что стремление пойти в бой вместе со своими товари­щами чрезвычайным происшествием назвать нельзя. Это был единый порыв - святой и благородный.

ТАСС уполномочен заявить...

Генерал-майор Харковчук Игорь Афанасьевич

8 марта 1987 года в числе главных новостей миро­вые средства массовой информации сообщили, что со стороны Афганистана нанесен ракетно-бомбовый удар по советскому приграничному городу Пяндж. И хотя к тому времени афганская война своими чудовищными жерновами перемолола тысячи человеческих жизней, со­бытие это для Страны Советов было из ряда вон выхо­дящим. Впервые снаряды упали на советскую террито­рию, более того, на населенный пункт. Вопрос обсуж­дался на уровне высшего политического руководства страны.

Непосредственным участником событий двенадца­тилетней давности был заместитель начальника За­падного регионального управления ФПС России генерал-майор И. Харковчук, в ту пору командовавший Пянджским пограничным отрядом.

Кстати, до этого Игорь Афанасьевич уже имел бо­гатый опыт боевых действий в ДРА, был начальником штаба Московского погранотряда, а еще раньше - с 1983 по 1985 гг. - старшим офицером по службе Оператив­ной группы КСАПО. Лично принимал участие в плани­ровании, подготовке, проведении около двадцати опера­ций. За Куфабскую и Тулуканскую в 1984 году награж­ден орденом Красной Звезды, за Мармольскую - меда­лью «За отличие в охране государственной границы СССР», за обеспечение вывода наших войск из Афганис­тана удостоен ордена Красного Знамени.

Именно подполковнику И. Харковчуку пришлось в то время держать отчет перед членом Политбюро ЦК КПСС, председателем Комитета государственной бе­зопасности СССР В.М. Чебриковым, прибывшим вскоре после случившегося в Пяндж.

- Точными данными о том, что планируется об­стрел города, мы не располагали, хотя возможность такую всегда учитывали. Ведь напротив Пянджа находилось густонаселенное Имам-Сахибское улусвольство. За год до событий, о которых идет речь, произошел инцидент между жителями приграничного района Тад­жикистана и афганцами в районе сенозаготовок. Дело дошло до стрельбы, в результате которой получил ра­нение наш соотечественник. Шальные пули нередко залетали и в период разборок между афганскими бан­дформированиями, но такой спланированной акции с применением реактивных снарядов, безоткатных ору­дий, конечно, не было...

В тот памятный солнечный, по-весеннему теплый день все шло своим чередом. Мужчины рассыпались в любезностях перед прекрасной половиной человечества, пограничные наряды несли службу, «за речкой», по докладам с «точек», обстановка была контролируемой и стабильной. Личный состав гарнизона жил по плану праздничного дня, который традиционно заканчивал­ся просмотром художественного фильма. Десантно-штурмовая маневренная группа отряда, вернувшаяся с боевых порядков после проведения активных мероп­риятий, отдыхала.

Начальник пограничного отряда, как обычно, вер­нулся домой затемно. Первые взрывы прозвучали око­ло десяти часов вечера. Дом, в котором жила семья Харковчука, самый крайний к бурно несущему свои воды Пянджу. Сразу за домом - электросигнализаци­онная система, еще дальше - граница.

- Услышав знакомый звук, - вспоминает генерал-май­ор И. Харковчук, - хорошо помню мое первое впечатле­ние: недоумение. Ну никак не соотносилась домашняя об­становка с разрывами реактивных снарядов. И только когда выглянул в окно, услышав знакомый «шелест» «эрэсов», понял, что это не галлюцинации, не праздничный са­лют.

Еще до звонка оперативного дежурного Харковчук дал команду поднять отряд по команде «К бою!» и развернуть все огневые средства в сторону нападавших. Члены семей военнослужащих заняли место в укрытии. На КП части уже находились начальник штаба и ко­мандир ДШМГ подполковник Б.Марков - опытный бо­евой офицер. Он и доложил, что минометы установле­ны прямо на спортивном городке, офицеры отмечают координаты, откуда ведется огонь. Параллельно стали поступать доклады с пограничной заставы «Тугул», фик­сирующие, что снаряды рвутся где-то между учебным центром и городом. Но поскольку на заставах из груп­пового оружия имелся только РПГ-7, им ничего не оставалось, как только отслеживать обстановку из опор­ных пунктов.

До того момента, как заработали наши минометы, с Афганистана было сделано 3 серии выстрелов реак­тивными снарядами и 10-15 из «безоткатки». Первые снаряды бандитов легли в хлопковых полях, километ­рах в полутора от Пянджа. Второй залп - метров на 300-400 ближе, последующий оказался еще более прицель­ным: на северо-восточной окраине города из окон близ­лежащих домов повылетали стекла, смертельное ране­ние получил один из местных жителей.

Ответный удар пограничников последовал одновре­менно с третьей серией нападавших. Он оказался точ­ным, но главное - своевременным. Откорректировав свою стрельбу, погасив огневые точки противника, по­граничники перешли на так называемый «беспокоя­щий огонь» по всей площади, откуда велся обстрел. Вскоре за речкой стихло.

На экстренном заседании в райкоме партии началь­ник пограничного отряда предложил выключить внеш­нее освещение города, утопающего в ночных огнях, и хорошо просматриваемого бандитами. Что и было сде­лано. Остаток ночи прошел в подготовке к ответным действиям. С рассветом в Пяндж прибыли начальник войск Среднеазиатского пограничного округа генерал-майор И. Коробейников, начальник оперативной груп­пы полковник Л. Высоцкий. Здесь уже были сосредото­чены силы и средства с других пограничных отрядов. Первый наш десант высадился в районе афганско­го кишлака Калангузар. Три группы последовательно овладевали рубеж за рубежом. Практически без всяко­го сопротивления были захвачены мелкие группы бан­дитов, которые подтвердили, что именно с этого мес­та велся обстрел. Позицию нападавшие выбрали весь­ма толково в стратегическом плане. Замешкайся погра­ничники с контрмерами, позволь пристреляться про­тивнику, беда была бы большая. И для населенного центра, и для пограничного отряда, где одних только запасов ГСМ, не считая других материальных средств, находилось предостаточно. Доказательством меткого огня пограничников явились найденные трофеи: 36 «эрэсов» и 45 выстрелов для безоткатки, которыми не успели воспользоваться нападавшие.

Как выяснилось впоследствии, акция была органи­зована известным бандглаварем Латифом не без со­действия исламских фундаменталистов. В течение двух с половиной недель преследовали «духов» мотоманев­ренные и десантно-штурмовые группы Пянджского, Термезского, Московского, Керкинского погранотрядов. Была зачищена территория от Имам-Сахиба до Тулукана. На одном из участков пограничники уже почти настигли главаря с остатками банды. Спасло его лишь то, что он был завален разрушенным дувалом, ночью сумел выбраться, скрыться в горах, и затем выйти из нашей зоны ответственности.

27 апреля, после работы в Термезе, в Пяндж при­летели председатель КГБ СССР В.Чебриков, началь­ник пограничных войск Союза ССР генерал армии В.Матросов. После знакомства с обстановкой, участ­ком госграницы высоким гостям было продемонстри­ровано вооружение, имеющееся на заставе, в спецподразделениях, резервах округа и Москвы.

Спустившись на одну из позиций, председатель КГБ вполне профессионально устроил пограничникам эк­замен. Когда же на конкретный вопрос о том, сколько весит миномет, командир расчета назвал округленную цифру, генерал армии Чебриков добавил:

-...и еще триста граммов! Отечественную войну, сынок, я начинал также командиром минометного рас­чета и эти 0,3 кг ощущал на себе постоянно.

Чебриков отдал должное мастерству погранични­ков ДШМГ, установивших 82-мм минометы на спортгородке и с неподготовленных позиций поразивших точки противника.

Не обошлось и без курьезных ситуаций. Председа­тель поинтересовался у полковника Богловского - за­местителя начальника войск КСАПО по вооружению, как действуют сигнальные мины? Ему решили тут же продемонстрировать, чем доставили немало хлопот ох­ране шефа всемогущего КГБ, пытавшейся на всякий случай со всех сторон защитить своего патрона.

Так совпало, что 27 апреля - день рождения Чебрикова, являлся одновременно и днем афганской (саурской) революции. Праздник этот по-своему отмечали как представители власти ДРА, так и оппозиция. Когда подполковник И. Харковчук стал докладывать обстанов­ку на участке отряда, «духи» начали минометный об­стрел наших точек в Имам-Сахибе, Тулукане, Нанабаде. Совещание пришлось временно прекратить.

Член Политбюро ЦК КПСС встретился, как тогда говорили, с партийно-хозяйственным активом района. От имени руководства страны он выразил соболезно­вание семьям пострадавших и попросил прощения у жителей за то, что позволили бандитам внезапно на­нести удар по городу. Скажете, это не поступок?

Для пограничников визит столь -высокого гостя не прошел бесследно: в скором времени пограничные заставы на афганском направлении были усилены стан­ковыми противотанковыми гранатометами СПГ-9, ав­томатическими гранатометами АГС-17, значительно увеличен боекомплект. Для поражения противника на максимальной дальности в спецподразделениях погран­войск появились артиллерийские дивизионы, имевшие в своем составе системы залпового реактивного огня БМ-21.

Юрий РОМЕНСКИЙ.

Приказ: ошибку исключить!

Генерал-майор Комлев Леонид Петрович

БИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА Генерал-майор Комлев Леонид Петрович. Родился в 1946 году в поселке Мундыбаш Кемеровской области. В 1968 году с отличием окончил Тюменское высшее воен­но-инженерное училище. Затем служил в Приволжском военном округе, был командиром инженерно-саперного взвода в окружном инженерно-саперном батальоне «Тоцкие лагеря». После событий на острове Даманский от­правлен в Дальневосточный пограничный округ с инже­нерно-саперным взводом, который был затем преобра­зован во взвод минно-взрывных заграждений. Проходил службу в Бикинском и Сковородинском пограничных от­рядах. В 1975 году поступил в военно-инженерную ака­демию. По ее окончании, в 1978 году, был направлен в Восточный пограничный округ.

С 1979 по 1989 гг. неоднократно выполнял задания командования на территории Республики Афганистан. Награжден медалью «За боевые заслуги», рядом афган­ских наград.

1992-1994 - служба в Северо-Восточном погранич­ном округе. С 1994 года генерал-майор Леонид Комлев -заместитель начальника ЗРУ ФПС РФ по вооружению.

- Так как я служил в Восточном пограничном ок­руге, в зону ответственности нашей группировки вхо­дил так называемый малый Афганский Памир. Мест­ность сложная, гористая. По ту сторону границы от нас были Гумбат на левом фланге, Сархаб, Гульхана, Бандар-Пост, Герат и так далее - всего около десяти по­граничных гарнизонов. Хозяйство немалое.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. По обе стороны границы (афганистан 1979-1989) книга вторая под общей редакцией генерал-лейтенанта

    Книга
    ПООБЕСТОРОНЫГРАНИЦЫ (АФГАНИСТАН1979-1989) Книгавторая. Подобщейредакциейгенерал-лейтенанта Б.И. Грибанова ВОРОНЕЖ 1999 ... 604 ПообестороныграницыПодобщейредакциейгенерал-лейтенанта Б.И. ...
  2. По обе стороны границы (афганистан 1979-1989) книга вторая под общей редакцией генерал-лейтенанта (2)

    Книга
    ПООБЕСТОРОНЫГРАНИЦЫ (АФГАНИСТАН1979-1989) Книгавторая. Подобщейредакциейгенерал-лейтенанта Б.И. Грибанова ВОРОНЕЖ 1999 ... 604 ПообестороныграницыПодобщейредакциейгенерал-лейтенанта Б.И. ...
  3. Международный фонд д о к у м е н т ы под общей редакцией

    Книга
    ... Наумов КНИГАВТОРАЯ МОСКВА ... по поводу нарушения советской границы с финской стороны. Финны поставили об ... Подобщейредакцией канд. воен. наук генерал- ... 1900-1989) - генерал-лейтенант ( ... А.А. (1912-1979) - ... до границы с Ираном и Афганистаном. Сталинград ...
  4. Книгу можно купить в Прогноз

    Документ
    ... пообестороны ... выпустил книгупод ... по лестнице на второй этаж и пошли по ... редакции ... 1989 ... Афганистане ... подобщим ... по сокращению штагов как "подозрительного" человека. Умер Василевский в 1979 ... за границей, ... генерал-лейтенанта Борисоглебского положительного решения по ...
  5. ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЦУНАМИ Аналитика событий в Северной Африке и на Ближнем Востоке Под редакцией Сергея Кургиняна Международный общественный фонд «Экспериментальный творческий центр» Москва 2011

    Документ
    ... Подредакцией ... в его книге «Второй шанс». ... книге: «На дворе апрель 1989 года, советские войска только что покинули Афганистан ... был генерал-лейтенант Хамид ... племена подобщий ... Афганистане и позже (с 1979 г. до, по ... групп пообестороныграниц) южных ...

Другие похожие документы..