textarchive.ru

Главная > Документ


Особую позицию занимают американские изоляционисты воглаве с П. Бьюкененом. Они воспринимают глобализм как систему допуска на богатый и справедливый американский рынок демпинговых товаров из стран с почти рабским трудом, как уход свободного американского капитала (очень необходимого своей стране) в зоны дешевой рабочей силы, что лишает работы большие массы собственно американцев, разрушает американскую экономику, ослабляет в конечном счете международные позиции Америки. В этом смысле П. Бьюкенен назвал глобализацию «заменой коммунизма» в качестве главного противника Америки.

Кто же прав в этом споре? Пример Восточной Азии показывает, что индустриализация во многом возможна без вестернизации. Но при этом все же фактом является, что глобализация приведет к консолидации мира на условиях наиболее развитой его части. После 2000 г. произойдет (утверждают американские теоретики Дж. Модельски и У. Томпсон) «реконфигурация союза демократий вокруг твердого ядра - Соединенных Штатов и Европейского Союза. Это ядро будет расширено посредством увеличения членства в НАТО и роста численности Европейского Союза, принятия России в «семерку», включения в Организацию экономического сотрудничества и развития Мексики, Польши и Южной Кореи... Другие регионы, прежде, чем присоединиться, должны будут пройти определенный путь... Партнерство США - ЕС будет главным основанием глобализированного мирового порядка в ХХI в.»225.

5. Группа теоретиков скептически относятся к утверждению о принципиальной новизне феномена. Утверждение о беспрецедентности глобализации абсурдно. Взаимозависимость мировой экономики в конце девятнадцатого - начале двадцатого века (в эпоху господства золотого стандарта) была не меньшей, что не предотвратило страшный кризис 1914 года.

Скепсис в отношении глобализации

Глобализацию подвергают критическому анализу прежде всего те, кто призывает реалистически ответить на два вопроса: не страдает ли от нее большинство мирового населения(1) и кому прежде всего выгодна глобализация(2)?

1. Огромная часть населения нашей планеты фактически отринута от возможностей современной технологической революции.Глобализация может быть причиной быстрого разорения и ухода на мировую обочину развития вследствие всесокрушающей конкуренции. Под ее влиянием государства становятся объектами резких и быстрых экономических перемен, которые способны в короткие сроки девальвировать легитимность правительств. Подданные своих стран оказываются незащищенными перед набором новых идей, противоположных по значимости главным догмам национальных правительств. Богатсво у владельцев технологии и ресурсов возникает буквально на глазах - но столь же быстро опускаются по шкале благосостояния и могущества те, кто «замешкался», кто не посмел пожертвовать собственной идентичностью.

«Свобода и ярость, - пишут американцы Менон и Вимбуш, - с которой правительства - по меньшей мере те, которые выразили свое желание участвовать в глобальной экономике - могут обратиться к репрессиям, уменьшается драматически. Это увеличивает свободу маневра и самоизъявления прежде молчавших национальных меньшинств. Государства, в которых этнические меньшинства размещаются географически концентрированно, теряют рычаги воздействия -их противодействие меньшинствам становится все более дорогостоящим, потому что данное государство теперь уже хорошо просматривается всем внешним миром»226.

Понятие экономического порядка, основанного на идеях национального суверенитета и национальных интересов становится бессмысленным в мире, где господствующую роль играют лишенные национальной принадлежности многонациональные корпорации, не имеющие границ экономические системы и никем не регулируемые глобальные потоки капитала. Национальные армии теряют смысл своего существования. «В чем миссия вооруженных сил, - спрашивает американский исследователь Уильям Грейдер, - в защите суверенной нации или в охране безликой глобальной экономической системы? Американские войска размещаются за рубежом от лица базирующихся на США многонациональных компаний или американских граждан? Является ли их главной целью защита американских ценностей или аморальностей рынка?»227

Розовая картина идеологов глобализации резко контрастирует с реальностью, характеризуемой многомиллионным перемещением сельскохозяйственноо населения в мегаполисы двадцать первого века. Как пишут американцы Р. Кеохане и Дж. Най, «вопреки ожиданиям теоретиков, информационная революция не децентрализовала мировую мощь и не уравняла государства между собой. Она оказала как раз противоположное воздействие».228 В начале ХХ1 в. мировая глобализация основана на экономическом доминировании чемпионов экономического развития и в этом отношении не устраивает (как фиксация несправедливого статус кво) значительную часть мирового населения; она же является желанной для тех, кто впереди в мировом экономическом соревновании. «Оскорбленное чувство самоуважения, озлобление, ощущение превращения в жертву складывающихся обстоятельств могут в значительной мере укрепить силы, выступающие против глобализации, которая все больше будет восприниматься как благотворная лишь для США, - пишет бывший директор Международного института международных отношений (Лондон) Ф. Хейзберг. - Фашизм и милитаризм Германии, Италии и Японии - самопровозгласивших себя «нациями-пролетариями», - были во многом отражением популярных и широко распространенных в этих странах чувств, что они (эти страны) не получили всех выгод от экономического развития своего времени - тех выгод, которые поделили между собой другие страны»229. Семьдесят лет спустя подобные же чувства снова выходят вперед в весьма мощных странах.

В случае с обращенными к глобализации правительствами, основная масса населения может, так сказать, вопротивиться жестокому открытию безжалостной конкурентной борьбе и двинуться в противоположную - обращенную в прошлое сторону. Вспыхивает традиционалистское восстание против чуждых ценностей (подаваемых как универсальные), против страшного разрыва богатства и бедности, против осквернения традиционных святынь и безразличия к потерпевшим. Уже сейчас жертвами подобной глобализации стали осколки Советского Союза и, во многом, азиатские государства - Китай, Пакистан, Афганистан, Индонезия. «Идентичность, основанная на мифе, языке, религии и культуре может оказаться недостаточно крепкой для сохранения целостности этих государств», - приходят к заключению американские исследователи Р. Менон и У. Вимбуш230

2.Qui prodest?Как признают западные исследователи, всемирное открытие барьеров выгодно, прежде всего, сильнейшему. Страной, более других получившей от мировой глобализации, являются Соединенные Штаты. На протяжении 1990-х годов США получили от роста экспорта около трети прироста своего ВНП.231 Даже когда кризис поразил часть азиатских стран, потоки капитала неустанно стремились на американский финансовый рынок, давая бесценную энергию буму американской индустрии и сельского хозяйства. «Эта экспансия, - пишут идеологи демократической партии, - ныне самая долгая в истории американской нации, низвела уровень безработицы до нижайщего за последние 30 лет уровня,она подняла жизненный уровень всех групп американского общества, включая сюда наиболее квалифицированных специалистов»232. Неудивительно, что США намерены выступать наиболее упорным и убежденным сторонником мировой глобализации. «Получая наибольшие блага от глобализации, - указывает американский политолог Э. Басевич, - Соединенные Штаты используют благоприятное стечение обстоятельств, их главная задача - выработка стратегии продления на будущее американской гегемонии»233.

Критики глобализации

Критически настроенные идеологи избежали «самоослепления» глобальными переменами на рубеже тысячелетий и сохранили ясное видение глобализации как процесса. В пику розовому будущему, рисуемому обеими ветвями идеологов глобализма - гиперглобалистами и трансформистами - выступила группа скептически настроенных в отношении глобализации специалистов. Возможно, нагляднее всего их отличие (и их аргументы) показывает сопоставление их взглядов с мировоззрением про-глобалистов.

Таблица 5. Три взгляда на глобализацию

Гиперглобалисты

Трансформисты

Скептики

Новое

Наступление глобальной эры

Беспрецедентный уровень глобализации

Формирование торговых блоков, более слабое глобальное управление, чем в предшествующее время.

Главные черты

Глобальный капитализм, управление в глобальных масштабах

Интенсивная и экстенсивная глобализация

Менее взаимозависимый чем в 1890-х годах мир.

Мощь национальных правительств

Ослабевающая и распадающаяся

Пересмотренная, реконструированная

Укрепившаяся и преумноженная

Движущие силы глобализации

Свободный капитал и новая технология..

Движение к модернизации своего общества.

Государственные механизмы и рыночные структуры.

Вид стратификации

Эрозия старых иерархий

Новая архитектура мирового порядка

Усилившаяся маргинализация Юга

Доминирующий мотив

Стандартизация:Макдональдс, Мадонна и др.

Трансформация политического сообщества

Реализация национальных интересов

Концептуализация глобализации

Пересмотр природы человеческих действий

Пересмотр межрегиональных отношений

Интернационализация и регионализация

Историческая траектория

Глобальная цивилизация

Глобальная интеграция и фрагментация

Региональные блоки, столкновение цивилизаций

Суммарный тезис

Окончание исторической релевантности нации-государства

Осуществляется трансформация государственной мощи и мировой политики.

Интернационализация вступает в зависимость от согласия государств и от мирового соотношения сил

Источник: Held D. a. o. Global Transformations.Politics, Economics and Culture. Cambridge: Polity Press, 1999, p. 10.

Скептики указывают на быстро растущую опасность со стороны международного терроризма. Доступ к самой передовой технологии, к прежде недоступной современной технике оказался возможным благодаря распространению технологии, в огромной мере облегчает вооружение даже небольшой группе фанатиков, террористов, приверженцев любой экстремальной идеи - деструктивным общественным силам. В результате интегрированный мир подвергает себя новой опасности попасть в зависимость от основанных на насилии режимов, от преступников, от исступленных жертв собственной идеологии или религии. (Даже президент Клинтон вынужден был признать, что отдельные группы и отдельные государства «могут отныне вторгаться в жизнь соседей и могут парализовать их жизненно важные системы, разрушить торговлю, поставить под вопрос благополучие и благосостояние народов, ослабить их возможности функционировать»234. Отсюда и реакция силовых структур США, которые снисходительно молчат по поводу саморегулирующегося мира и процветания глобализации).

Наиболее выдающимися критиками глобализации в США являются Б. Барбер, Д. Кортен, Г. Дейли, П. Бьюкенен. В Европе наиболее выдающимся теоретиком контр-глобализма стал Дж. Голдсмит235. Их аргументы распадаются на четыре направления.

1. Противники глобализации слева. Они принципиально выступают против давящей гражданина эксплуататорской сути частного капитала. Они со всей страстью выступают против гигантов мирового бизнеса, сделавших весь мир ареной эксплуатации труда капиталом. Вырвавшийся на глобальные просторы капитал кровно заинтересован в том, чтобы создать такую мировую систему, которая гарантировала бы враждебное противостояние рабочих разных стран, возможности для транснациональных монополий искать и находить те места и страны. где заработная плата была бы минимальной, налоги незначительны, государственное вмешательство неощутимо, субсидии создаваемым предприятиям максимальны. Для этих критиков глобализация представляет собой корпоративную силу.

C точки зрения левых «ВТО представляет собой самое последнее по времени олицетворение всей системы глобального корпоративного управления. Необходимо остановить эскалацию этого явления и ограничить деятельность таких инструментов корпоративного правления как МВФ и Мировой Банк». В журнале «Диссент» С. Джордж настаивает на необходимости сокрушить «антидемократические институты подобные ВТО, начать эпическую битву за цивилизацию и свободу против варварства и тирании»236. Борьба с глобализмом возвратила на политическую поверхность полузабытые термины типа «корпоративного правления». Скептики среди левых (в данном случае Р. Фолк) считают необходимым обнажить «подрывной вызов ориентированного на рынок глобализма, который осуществляется сейчас транснациональными корпорациями и банками». Вторит этим идеям и И. Уоллерстайн: «Выражение «гражданин мира» является глубоко двусмысленным. Оно может быть использовано для сохранения особых привилегий»237.

В политическом плане фактом является то, что торжество глобализма означает прежде всего историческое поражение левой части политического спектра практически в каждой стране. Левые политические партии еще могут побеждать на выборах и делегировать своих представителей в правительство. Но они не могут уже реализовывать левую политико-экономическую программу. В последнем случае они попросту председательствуют при распродаже своих левых ценностей. И этот кризис левых приходит, судя по всему, надолго.

Сотни миллионов трудящихся на недавно созданных рабочих местах оказались жертвами глобальных финансовых шоков, непосредственными жертвами современных информационных технологий. Часто попросту жертвами американских экономических процессов. Очевидны отрицательные по значению плоды ускоренной глобализации: растущее неравенство в доходах, отсутствие гарантии долговременной занятости, резко возросщая острота конкурентной борьбы - теперь уже в глобальных масштабах. Чувство беззащитности, ощущение себя жертвами громадных неподконтрольных процессов. Озлобление несправедливостью жизни, ощущение сверхэксплуатации - все это делает глобализацию ареной все более ожесточенной борьбы.

Один из ведущих деятелей крупнейшего профсоюзного объединения АФТ-КПП Дж. Мазур указывает на то, что «глобализация создает опасную нестабильность и усугубляет неравенство. Она приносит несчастья слишком многим и помогает слишком немногим... Глобализация объединяет против себя сторонников охраны окружающей среды, адвокатов движения потребителей, активистов движения за гражданские права... Глобализация стала сочетанием все более очевидного неравенства, медленного роста, уменьшающейся заработной платы, которые увеличивают эксцессы в одной отрасли за другой по всему миру. Работающие получают недостаточно для того, чтобы купить продукты своего труда... Эти проблемы исходят с самого верха. Представитель Мирового Банка Штиглиц заметил, что консенсус в Вашингтоне по поводу глобализации базируется на полном огнорировании неравенства и «побочных явлений», таких как ущерб окружающей среде, применение детского труда и опасные виды производства. На раундах переговоров по мировой торговле, проводимых преимущественно в интересах многонациональных корпораций - к странам предъявляются требования изменить торговое законодательство, отказаться от традиционных способов ведения сельского хозяйства и защитить лицензионные права. Но эта система не берет на себя ответственности за человеческие страдания в проведении этой политики».238

2. Враги глобализации справа более всего боятся утраты ясно выраженного национального суверенитета. Культурные и этно-националистические цели требуют поддержания сильного государственного механизма. Глобализация видится здесь едва ли не главным противником религиозных ценностей, ценностей семьи, общественной солидарности. Проклятием для правых было бы петь глобализму гимны как среде, которая в конечном счете породит некое мировое правительство.

Неоконсерваторы очень остро реагируют на то положение, что США - страна с идеалами, что вера Америки в демократию является наследием американской традиции, которую Г. Моргентау назвал «националистическим универсализмом»239. Неоконсерваторам не нравится метафора с США как «шерифом». Дж. Муравчик замечает, что «полицейский получает приказы от стоящих над ним авторитетов, но в сообществе наций нет власти более высокой, чем Америка». Религиозное рвение отличает неоконсерваторов от либералов, и это рвение не позволяет им принять глобализм - для них это вид нежелательного космополитизма.

3. Коммунитаристы видят в глобализации антитезу небольшим комьюнити, соседским общинам, которые, с их точки зрения, являются основой подлинной демократии и охраны прав граждан. Мировые рынки ввиду их колоссальной отдаленности, подрывают ответственность граждан - базис, на котором зиждится современная демократия. Никакая система трудовой мотивации не в состоянии заменить здравые соседские общины. Барбер, скажем. называет мир глобализации виртуальным миром МакУорлд , который заменяет реальный мир фикциями консьюмеристской культуры.

Критики глобалистических теорий указывают, что столь громко декларируемая интернациональность, космополитизм крупных компаний - определение, не соответствующее действительности. Среди ста крупнейших корпораций мира нет ни одной, национальная принадлежность которой была бы не ясна, которая являлась бы просто глобальной. По всем параметрам - размещение инвестиций, месторасположение исследовательских центров, национальность владельцев, держателей акций, менеджеров и дистрибьютеров -четкая национальная ориентация прорисовывается немедленно. Даже технологический уровень корпорации полностью отражает уровень страны принадлежности.

4. Как любое мощное явление, вызывающее коренные изменения, глобализация встречает отчаянное сопротивление прежде всего религиозных фундаменталистов, профессиональных союзов, культурных традиционалистов. Глобализации, строго говоря, безразличен политический строй данной страны, лишь бы стабильность, предсказуемость, транспарентность помогали видеть возможности и опасности массового приложения капитала. «Сигнал, получаемый всеми правительствами ясен: подчинитесь или страдайте», - приходит к выводу К. Уолтс240.

Социальное измерение проблемы

Ради того, чтобы избежать социальных конфликтов, которые могут проистекать из-за отсутствия глобальной сбалансированности, все правительства должны будут обеспечивать социальные субсидии для отставших - гарантии по безработице, пенсии, поддержку удаленным регионам, медицинское обслуживание для пожилых, оплачивать серьезные программы переобучения. За все это современным государствам придется платить немалые суммы, поскольку «исключение целых обществ из процесса глобальной модернизации увеличивает риск этно-национальных конфликтов, терроризма, вооруженных конфликтов».241 В этом случае можно будет надеяться, что сближение главных мировых экономик сделает более многообещающими перспективы разрешения огромного числа международных социальных проблем, которые так очевидно обострены глобализацией и сопутствующими ей миграцией и загрязнением окружающей среды.

Демократические государства не могут позволить, чтобы жизни их граждан попали в огромную и почти необратимую зависимость от глобальных экономических процессов, над которыми у них нет контроля. Эти государства либо возведут барьеры, чтобы защитить себя, либо государства начнут тесно сотрудничать между собой, чтобы не упустить остатки прежнего контроля.

Противники и сторонники глобализации есть в каждом обществе и их интересы по мере вхождения в XXI в. будут артикулироваться все более отчетливо. Скажем, финансовый кризис в Восточной Азии в конце ХХ века был вызван во многом открытием восточноазиатских стран своих финансовых рынков. Расходы на образование и медицинское обслуживание в этих странах были вынужденно прекращены - что еще более увеличило рост безработицы в мире высокой технологии. Та же картина в других регионах. Мексиканские рабочие, скажем, потеряли после 1994 года более 25% своей покупательной способности - входя в огромную Североамериканскую зону свободной торговли.242

В Европе своеобразными противниками глобализационных процессов стали (после краха левых) правые партии - германская Народная партия, австрийская партия Народной свободы, австралийская партия Единой нации. Их радикальными антиподами в среде развивающихся государств выступают такие партии как Джаната парти в Индии.

По мнению американского исследователя Р. Гилпина, политические основания экономической открытости драматически ослабли за последнее десятилетие, а фактически “взрывное” развитие торговли и инвестиций создало невиданное напряжение у глобальных институтов. Парадоксом является экономический конфликт между индустриальными странами и разрушающаяся приверженность Америки либеральной многосторонности. Правила, выработанные в 1944 году в Бреттон-Вудсе теряют свой смысл по мере того, как ослабевают политические связи между Западной Европой, Японией и США. Соединенные Штаты все с меньшей активностью осуществляют политическое лидерство, бывшее основанием прежнего либерального порядка. Если процесс пойдет в том же русле, то человечество возвратится к своему несчастливому прошлому - взлеты и падения на финансовых рынках, обострение торговых конфликтов, возрождение экономического национализма и неизбежный финал: воссоздание антагонистических региональных блоков.243 Силы глобализации еще не обесценили мощь государств, чьи лидеры еще в состоянии действенно воспользоваться своим политическим контролем. И - что еще важнее: глобализация сосдала не только чемпионов эффективности, но массовые жертвы, являющие собой источник конфликта.

Строго говоря, Р. Гилпин не верит в “невидимую руку”; он полагает, что мировой экономический порядок как и упорядоченный взаимообмен зависят от наличия воли у главенствующей державы. Упадок такой воли он фиксирует у США. С окончанием холодной войны Соединенные Штаты продолжают оставаться доминирующей державой, но “они более не нуждаются в глобальных союзах. Европейцы и азиаты перестали беспокоиться о своей безопасности, что привело к формированию региональных блоков в Европе, Восточной Азии, Латинской Америке”. Р. Гилпин считает, что Единый Европейский акт 1986 года был отправной точкой конкурирующего регионализма.

“Как открывают для себя лидерство все индустриальном мире, заручиться поддержкой глобализации будет трудно, если мировая экономика будет выглядеть как система привилегий владельцев капитала за счет рабочих, общин и окружающей среды”.244 В новой - глобальной экономике миллионы работающих многое теряют из-за распада традиционных экономических систем и уменьшения возможностей правительств их государств помочь им. Они остаются один на один с социальными пертурбациями, несущими несчастья вплоть до голода и болезней. Эти лишившиеся работы парии глобализированного мира будут вынуждены мигрировать, предлагать свою работу на любых условиях, приносить в жертву будущее своих детей, опускаясь в стращный мир отчаянного самовыживания.

В наиболее индустриально развитом - американском обществе к 2020 г. в производительной сфере США будет занято значительно меньше 10% общего населения. Эта высокооплачиваемая рабочая сила Америки категорически не заинтересована: а) в переводе американских средств и технологий в страны с дешевой рабочей силой; б) в допуске на богатый американский рынок конкурентоспособной продукции из стран, где государство помогает экспортерам и где издержки на производство значительно меньше американских.

Именно эти люди проклинали ВТО в Сиэтле в конце 1999 г. Протесты против итогов и дальнейшей глобализации в Сиэттле (на форуме ВТО в ноябре 1999 года) были довольно широко интерпретированы как начало могучего потока противодействия процессу глобализации. «Крах встречи в рамках Всемирной торговой организации в Сиэтле, - пишут американцы Ф. Рандж и Б. Сенауэр, - показало, как много неверного происходит в мировой торговле - и насколько уязвимым стало будущее общей торговой либерализации. Воинственная американская односторонность оскорбила делегации со всего света и подорвала многокультурный характер встречи»245. В то же время представители банковской, торговой, распределительной сфер больше связаны с глобализацией действиями транснациональных монополий, для них сугубо американские интересы начинают растворяться в межнациональных процессах.

Мир вовсе не вступает, - пишет редактор журнала «Нэшнл интерест» М. Линд, - «в эру гармоничной глобальной взаимозависимости и подлинной либеральной демократии. Глобальная конкуренция подстегнет геоэкономическое соревнование, включающее в себя менее богатые, но значительные в военном смысле страны, такие как Россия, Китай и Индия.»246

Не будем впадать в крайность. Более внушительным - чем плакаты жертв глобализации - аргументом в пользу продолжения этого процесса, является тот факт, что, вопреки финансовому кризису 1997-1998 годов, государства мира не повернулись «внутрь», к частным строго национальным проблемам, а продолжили движение к некоей мировой экономике, к интеграции в максимально широкий рынок.

Глобализация будет осуществлена лишь в том случае, если, во-первых, мировое сообщество согласится пожертвовать своими отраслями производства в пользу более эффективных производителей из стран-чемпионов; во-вторых, если высокооплачиваемые трудящиеся в развитых странах согласятся допустить на свои рынки товары из стран, где рабочая сила гораздо дешевле и где экспортерам помогают местные государственные структуры. В первом случае «неготовность» к глобализации выражается в возводимых для защиты национальных экономик тарифах на импорт. Во втором - в протесте профсоюзов богатых стран, не готовых отдать рабочие места своим менее оплачиваемым коллегам из менее богатых стран, а также недовольство транснациональными корпорациями, переводящими свои капиталы в зону более дешевого труда (проявления такого протеста были особенно отчетливы в Сиэтле на сессии Всемирной торговой организации в 1999 г. и на Экономическом форуме в Давосе в 2000 г.).

Согласится ли мир на господство союза чемпионов эфективности из индустриальных зон развитых стран и космополитического капитала их финансовых столиц? Как пишут американские исследователи Дж.Модельски и У.Томпсон, «возможность создания глобальной организации вокруг ядра США-ЕС имеет черты реальности, но проявляет себя и возможность ожесточения в грядущем столетии интенсивной борьбы за лидерство».247

В конце концов, в век демократий «легитимность любой современной экономической системы должна измеряться качеством жизни, достижимым многими, а не привилегиями меньшинства. Повсюду среди рабочей силы эти обстоятельства вызывают растущую реакцию против условий глобального порядка.»248 Если раньше такие профсоюзы как АФТ-КПП мыслили «геополитически», поддерживая антикоммунизм на глобальной арене, то с глобализацией в начале 21 века проблемы глобализации стаои самоценными. «Коллапс Советского Союза изменил изменил отношение правительств в рабочем вопросе. Широкое идеологическое наступление корпораций представило профсоюзы как устаревшие остатки ущедшей в прошлое эры. Но по мере того, как большой бизнес принимал глобальные размеры, борясь при этом с профессиональными союзами, рабочее движение становится все больше - а не меньше международным».249



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Мироустройство в хх i веке москва 2000

    Документ
    А. И. Уткин МИРОУСТРОЙСТВО В ХХI ВЕКЕМосква2000 Оглавление Введение.......................................................................................... Глава ... . За последнее десятилетие ХХвека суверенность самостоятельных стран подверглась ...
  2. Американская стратегия для ххi века москва оглавление

    Документ
    ... стратегиЯ ДЛЯ ХХI ВЕКА. Москва Оглавление Введение.......................................................................................... ... видения закавказского мироустройства . Стараясь ... : “После 2000 г. азиатско- ... второй половины ХХвека. Уменьшение ...
  3. Национальные интересы россии в мире москва

    Монография
    ... исторически связано со специфическим мироустройством. Национальное государство в контексте ... июня 2000 года. Поворот, произошедший во внешней политике в конце ХХвека, ... это положение не устраивает Москву. Главное требование Москвы к Евросоюзу – ...
  4. Миссия россии православие и социализм в xxi веке

    Документ
    ... и в смутном XVII векеМосква оказалась в руках инородцев ... исторические судьбы ХХвека противопоставили их ... принципиальная полярность мироустройства, задающая глубокую ... социальной справедливости // Альтернативы. - 2000. №3. 138 Булгаков С.Н. Христианский ...
  5. Религиозные конфликты проблемы и пути их решения в начале xxi века

    Документ
    ... , связанные с развитием мироустройства и борьбой различных сил ... в епархии с центрами в Москве, Новосибирске, Саратове и Иркутске ... 2000. №2. С.474-482; Сороко А.В. Некоторые аспекты урегулирования региональных конфликтов в 90-е годы ХХвека ...

Другие похожие документы..