textarchive.ru

Главная > Документ


Но если это говорит Павел о некогда Богоданном ветхозаветном Законе, - то как же должен относиться христианин к тем оккультно-языческим экспериментам, через которые он сам некогда впервые открыл для себя форточку в духовный мир?

Так что и к Валерию Львовичу приходится обратить вопрос, который я задаю обычно моим сектантским оппонентам: вполне ли вы понимаете, с кем вы спорите? Вы уверены, что то, что вам не нравится в моих словах, есть только лишь мое? А может быть, ваша аллергия на меня; - это аллергия вообще на Православие, на Евангелие, на святоотеческое предание? Если у вас аллергия лишь на меня, на мой стиль, - то это не страшно. Но вдруг то, что было мною сказано и что явилось для вас наиболее неприятным, сказано мною не от моего сердца (в котором, конечно, "рассредоточенна молитва, обрывочны мысли, фрагментарны сведения"), а от имени отцов и апостолов?

Стиль моих статей действительно полемичен. Но зато, вступая в полемику, я не становлюсь в позу вселюбвеобильной умудренной терпимости. У каждого свой стиль, свои литуратурные симпатии и антипатии. Я, например, не выношу слащаво-сентиментального стиля, нанизывающего бессмысленные красивости одна на другую, поскольку полагаю, что у каждой фразы должен быть конкретный смысл. Каждая фраза должна сообщать читателю что-то помимо уверения последнего в умении автора мастерить возвышенно-благочестивые штампы. Надеюсь, что никогда в мои тексты не проникнут фразы типа: "Собирается нынче Святая Русь не отделяя живых и мертвых, собирается воедино, она-то именно и есть доподлинно и во веки веков, а есть ли мы, будем ли, - о том речет Бог". Что означают сии стилистические возвышенности Бог весть. Зачем усомнился Валерий Львович в своем существовании - тоже неведомо. Я, по крайней мере, не сомневаюсь в своем существовании, да и в бытии Валерия Львовича не вижу оснований усомниться...

Если уж спорить - так давайте спорить открыто, не маскируя спор призывами к "терпимости", "открытости" и "собиранию". Но Валерий Львович, решив преподать мне урок терпимости, не удержался даже от уже совершенно пошлого намека на мое обучение на кафедре научного атеизма и на мои ученые степени.

Не понимаю, почему я должен стесняться того, что защитил две диссертации. Я бы постеснялся другого - постеснялся бы объявлять себя членом фальшивых "академий". Собираются хорошие знакомые и объявляют себя "академией" ("Международной академией информатизации", "Всегалактической академией эзотерических знаний", "Российской экологической академией"). И ошарашивают читателей пышными подписями. И хотя в Отделе религиозного образования и катехизации один академик экологической "академии" и минимум два члена-корреспондента, для Отдела и для Церкви в этом мало чести. Как показала практика работы Отдела (за четыре года связи с ним я, правда, так и не понял, в чем же именно состоит его работа и каков его вклад в жизнь нашей Церкви и в дело катехизации мирян), гораздо больше в ней сказывается не то, что в Отделе есть "академики" и "члены-корреспонденты", а то, что в нем нет ни одного сотрудника, имеющего хотя бы среднее (семинарское) богословское образование (включая председателя Отдела и ответственного секретаря и исключая трех-четырех преподавателей РПУ).

Да, я окончил МГУ по кафедре атеизма. Окончил - по благословению священника, крестившего меня. Когда при совершении чина воцерковления мы зашли в алтарь и тем самым скрылись от посторонних глаз и батюшка начал расспрашивать меня, то, узнав о месте моей учебы и вдоволь посмеявшись, он твердо сказал мне, что я не имею права бросать университет и должен его окончить. Да, я использовал единственную возможность получить образование в области истории религии, которая была тогда в нашей стране. Почему я должен стыдиться того, что именно в ходе изучения истории религии и атеизма я пришел к выводу о правоте Православия? Можно ведь и апостолу Павлу попенять за то, что он не всегда сидел у ног Христа, но был воспитан "при ногах Гамалиила" (Деян. 22, 3). Что же касается философской диссертации, то защищал я ее не на атеистической кафедре и не в советское время, а в 1994 г. в Институте философии РАН, и темой диссертации было православное учение о человеке.

И ведь не в райкоме познакомились мы с Валерием Львовичем Шленовым. В 1988 (или 1987) году его сынишка подошел ко мне (и помог), когда я занимался столь обычной ныне уличной проповедью о Христе, - в ту пору на старом Арбате еще только-только открылся московский "гайд-парк" и начали впервые проповедовать кришнаиты, баптисты и я, грешный, вместе с несколькими одноклассниками-семинаристами. Наверно, исключительно в силу моей чуждости "русской духовной традиции" и в силу инерции атеистического воспитания... Насколько я помню, тогда моя полемика с атеистами и сектантами не вызывала негативных эмоций у Валерия Львовича. И для некоторых дискуссий он даже предоставлял комнатку, в которой жила его замечательная семья. Но он тогда еще был просто частным человеком, просто добрым христианином. Он еще не был "ответственным секретарем Отдела религиозного образования". Одной из черт "русской духовной традиции" В. Шленов видит "непринужденность". Точно ли непринужденна Ваша статья, Валерий Львович?

Позиция моего критика по-человечески понятна, но логически непоследовательна: терпимость к оккультистам (хоть бы слово осуждения в адрес оккультизма было им произнесено!) и нетерпимость ко мне. Полное оправдание любых ошибок своего начальства - и выискивание малейших неточностей или стилистических упущений у того, кто действия начальства критикует. И вроде ведь нет даже повода к дискуссии, ибо вывод, следующий из моих текстов, предельно прост и, по-моему, недискуссионен: негоже давать церковные награды проповедникам оккультизма. Так что прав член-корреспондент Российской экологической академии (возглавляемой А. Яншиным) В. Л. Шленов: "Увы, не только оккультизм и теософия противостоят Христианству". Еще ему противостоит обыкновенный карьеризм.

Отдел религиозного образования и катехизации предлагает заняться магией

В книжном магазине Отдела религиозного образования и катехизации Московского Патриархата - новинка. Русский перевод книги Томаса Шипфлингера "София-Мария. Целостный образ творения".

В XX веке теме Софии, "женской ипостаси" Божества посвящено немало работ. Идеи софиологии оказались той дверью, через которую в христианскую философию проникают оккультно-космические построения. И издание книги католического исследователя можно было бы лишь приветствовать, - если бы она действительно была исследованием. Но она оказалась не трезвым сопоставлением христианской традиции с доктринами Каббалы, софиологов и оккультистов. Книга Шипфлингера оказалась восторженной проповедью софианства. Причем не того робкого и достаточно христианизированного варианта его, который был знаком русской философии от Владимира Соловьева до Сергия Булгакова, а откровенно оккультного.

Книга венчается главой с вполне недвусмысленным названием: "New Age - прорыв в новую эпоху". New Age ("Нью Эйдж", "Новое Время", "Новая Эпоха") - это принятое во всем мире название (и самоназвание) неоязыческого движения, в России наиболее известного по действиям таких его ответвлений, как движение Порфирия Иванова, кружки рериховцев, школы "рейки". Как торжественно уверяет автор, эта

"Новая Эпоха" (еще именуемая "эрой Водолея") принесет "открытие заново целебных свойств природы", что, несомненно, означает торжество экстрасенсов и "целительной" магии. Произойдет "конвергенция западной науки и восточной философии" (здесь автором называются имя Ф. Капры, автора книги "Дао физики", и пантеистические концепции "творческой Вселенной" и "живой Земли").

Об атмосфере и интонации книги, продающейся в Отделе религиозного образования и катехизации Московского Патриархата (статус этой организации предполагает, что книги, выставленные в помещении Отдела, не просто продаются, а еще и рекомендуются к использованию в приходских школах), можно вполне судить по такому, например, абзацу: "В этом беглом обзоре нельзя оставить без внимания первопроходцев и в чисто религиозной области. Надо назвать трех великих женщин: Е. П. Блаватскую, А. А. Бейли и Е. И. Рерих. Ими вдохновлены и "Мировая спираль", далее - Р. Штейнер, основатель антропософии, нового духовного движения, а также группа бахаистов" (с. 368).

Автор книги полагает, что II Ватиканский Собор открыл Католическую церковь влиянию New Age. "New Age универсальности и холистичности, издревле заложенных в Католической церкви, но разворачивающихся только в ходе времени и истории, наступил и в Церкви. Наверное, это эпоха Св. Духа, как считали аббат Иоаким Флорский или святой Хильдегард, которая придавала особое значение в этой третьей эпохе народам мира (язычникам) и глубинной сим человечества (развитие-энтелехия, Мировая Душа, София)" (с. 371). Вообще-то Иоаким Флорский с его идеей "Третьего Завета", который должен прийти на смену Новому Завету (это событие Иоаким назначал на 1200 год) был осужден как еретик еще IV Латеранским собором. Теперь же эта идея, по сути отметающая Евангелие, стала самооправданием для многих неоязычников, которые желают считать себя "новыми христианами". И это самопосвящение язычников в христиане оказалось прямо поддержано католическим автором (кстати, предисловие к немецкому изданию написано архиепископом Альбертом Раухом, директором Института Восточных Церквей, то есть главным воспитателем филокатоликов в среде русского духовенства) и - косвенно - православными распространителями книги "София-Мария".

Главный религиозный вывод этой книги вполне откровенен: "Пришло время обратиться к добрым обычаям и опыту наших предков: испытывать любовь и пиетет к природе, особенно же к ее духам и душам. Не следует опасаться, что мы впадаем здесь в язычество, идолопоклонство, суеверие и шаманизм. Софийное провидение убережет нас от этого. С любовью и почтением вступая в контакт с различными существами природы, мы воздействуем на них и они реагируют На это бессознательно или осознанно, если обладают хоть каким-то сознанием. В этом случае мы можем воздействовать на них, помогать им и служить, чтобы они заняли относительно нас благосклонную позицию или отказались от неблагосклонной, если мы сознательно и выразительно влияем на них, то есть призываем их и просим об этом. В этом частично и состоит возможность и дело так называемой белой магии" (с. 379). На самом деле "пиетет", то есть почтение к духам природы и служение им - это как раз и есть обычный шаманизм и язычество.

Итак, книга "София-Мария" есть обычный манифест неоязычества. Удивляет (хотя уже не должно удивлять) только то, что книга издана и распространяется людьми, заверяющими в своей православности. Более того - людьми, призванными осуществлять православное обучение. "Дело белой магии" оказалось близко делу Отдела религиозного образования и катехизации Московского Патриархата. Ответственный редактор книги - Валентин Никитин, сотрудник ОРОК, главный редактор журнала "Путь Православия". Его вклад в редактирование книги заметен по редакционному примечанию к только что цитированному пассажу с апологией язычества и "белой магии": "Подобное учение о стихиалях развивает Даниил Андреев в своей "Розе мира". - Ред".. Это все, что редактор официального органа ОРОК смог сказать по поводу апологии язычества: указать читателям еще одну оккультную лужу, из которой можно напиться болотной водицы... Свой религиозный путь Валентин Никитин начал с антропософии Штейнера и, похоже, так и не отошел от своей первой любви. Так что официальный орган Отдела религиозного образования и катехизации "Путь Православия" лучше уж назвать честнее: "Дао Православия". Кстати, тираж и доходность издания от этого только выиграют.

Русское издание книги предваряется восторженным предисловием: "Отважный и титанический труд Томаса Шипфлингера переведен на русский язык. Теперь дело за теми, кто переймет его жертвенную подвижническую эстафету. В России подвиг автора не останется безответным" (с. 12). Автор этого акафиста - Аркадий Ровнер. Тоже оккультист ("гностик") со стажем, составитель "Антологии Гнозиса" (Спб., 1994). Насколько можно понять, "жертвенная подвижническая эстафета" проповеди неоязычества под флером христианских терминов в России перенята Отделом религиозного образования и катехизации Московского Патриархата. Интересно также отметить, что Аркадий Ровнер не считает себя человеком, чуждым Церкви. Бывшим сотрудником ОРОК протоиереем Иоанном Свиридовым (мало кто знает, что, после того как на Епархиальном собрании Святейший Патриарх Алексий подверг критике возглавляемую Свиридовым радиостанцию ОРОК "София", протоиерей Иоанн был уволен из ОРОК не с выговором, но с объявлением благодарности за понесенные труды) он приглашен читать лекции по истории религии в группе церковной журналистики на журфаке МГУ.

Так в самом деле - не пора ли аббревиатуру ОРОК расшифровывать как "ОРден ОКкультистов"? Кстати, особенно горько было видеть по соседству со стеллажом, где была выставлена неоязыческая книга, указатель с адресом приемной комиссии Российского православного университета святого Иоанна Богослова. Учредителем его является ОРОК, ректором - председатель ОРОК игумен Иоанн (Экономцев). Беда в том, что кто-то может подумать, что это действительно православный университет. А окажется в заведении, чьи студенты способны на полном серьезе (и отнюдь не на первом курсе) спрашивать: "А что, разве христианство отвергает переселение душ?" Напомню, раз уж все время появляются новые и новые поводы возвращаться к этой печальной теме, что именно по рекомендации председателя ОРОК игумена Иоанна церковный орден святого благоверного князя Даниила был вручен члену правления Международного центра Рерихов А. Яншину. Человеку, который цель своей жизни формулирует так: "Нам нужно на основе "Живой Этики" и других близких концепций выработать в нашей стране поколение граждан, для которых духовная жизнь будет главной ценностью существования"60. На общении с какими именно духами будет строится "духовная жизнь нового поколения граждан России, если их будут воспитывать рекомендуемые ОРОК г-да Яншин и Шипфлингер, мы уже видели.

Как меня критикуют - 2

Как и в первом случае, Отдел религиозного образования встал на путь оправдания своих странных действий. На этот раз мне было отправлено открытое письмо Валентина Никитина, члена-корреспондента Российской академии естественных наук и главного редактора журнала "Путь Православия". Письмо (от 8 августа 1997 года) было опубликовано в "Радонеже " (М., 1997, № 14); приводится ниже (с сокращениями).

Ваше преподобие, отец Андрей!

Вынужден откликнуться на обличительную статью (увы, Вашу), которую прочел вчера в последнем номере газеты "Радонеж" (М., 1997, №12, июль).

Само название этой статьи - "Отдел религиозного образования и катехизации предлагает заняться магией" - заставило меня содрогнуться. В начале ее и далее, причем неоднократно это акцентируя, Вы возмущаетесь тем, что книга католического священника Томаса Шипфлингера "София-Мария. Целостный образ творения" (М., изд. "Гнозис Пресс - Скарабей", 1997) продается в качестве новинки в книжном магазине Отдела религиозного образования и катехизации Московского Патриархата.

Поскольку вы придаете этому обстоятельству (на мой взгляд, несущественному) первостепенное и какое-то самодовлеющее значение, я должен Вас огорчить: эта книга не продается и не продавалась в упомянутом книжном магазине. Возможно, Вы ее видели на выставочном стенде новых книг (где бывают выставлены различные, в том числе отнюдь не ортодоксальные издания)? Но ничего зазорного в этом нет. В любой библиотеке, например в зале новых поступлений РГБ, как в некоем ковчеге, представлены и "чистые", и "нечистые" (с Вашей точки зрения) издания; и откуда же иначе Вы бы узнали о них? Как видите, в Отделе катехизации неплохо поставлена соответствующая информационная служба.

Я же, как один из редакторов рассматриваемой книги, обязан обратить внимание отца Андрея на следующий бесспорный факт: "София-Мария" отца Томаса Шипфлингера не является изданием ОРОК. (см. ее выходные данные) и абсолютно никакой ответственности за ее издание Отдел не несет. А посему нападки на председателя Отдела игумена Иоанна (Экономцева) совершенно беспочвенны и вызывают, мягко говоря, чувство недоумения.

Что касается моего участия в редактировании книги "София-Мария", то, во-первых, эта работа проделана мной в данном случае как частным лицом (и нигде в книге нет ни слова о моей причастности к Отделу); во-вторых, обвинять редактора в том, что он разделяет и несет ответственность за воззрения автора, - nonsens. Это примерно такое же заблуждение, как усваивать романисту взгляды его персонажей...

К сожалению, явная предвзятость (и недобрая тенденциозность) Ваших оценок в рассматриваемой статье бросается в глаза. Даже исходя из верных посылок, Вы умудряетесь делать логически немотивированные, странные, на мой взгляд, "экстраполяции", например: "Как торжественно уверяет автор [отец Томас Шипфлингер, рассуждая о движении New Age], эта "Новая Эпоха" (еще именуемая "эрой Водолея") принесет "открытие заново целебных свойств природы", что, несомненно, означает торжество экстрасенсов и "целительной" магии".

Спрашивается, почему же открытие "целебных свойств природы" должно, да еще несомненно, привести к торжеству экстрасенсов и магов? Разве это область медицины? Сам отец Томас Шипфлингер этого знака равенства между врачами и магами не ставит. Цитируя абсолютно нейтральную редакционную сноску ("Подобное учение о стихиалях развивает Даниил Андреев в своей "Розе мира". - Ред".), Вы крайне пристрастно усматриваете здесь попытку указать читателям на "еще одну оккультную лужу, из которой можно напиться болотной водицы".

Далее Вы пишете, злоупотребляя доверительностью моего Вам рассказа (в Минске, летом 1995 г.), в котором я упомянул о минувшем юношеском увлечении: "Свой религиозный путь Валентин Никитин начал с антропософии Штейнера и, похоже, так и не отошел от своей первой любви".

Вынужден напомнить уважаемому оппоненту следующее место из Откровения: "Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою" (Апок. 2, 4).

В данном контексте Тайнозритель, согласно общеизвестному толкованию, советует ефесянам оставить гордость своего христианского ведения и трудничества, покаяться в теперешней своей холодности и возвратиться к прежним делам любви.

Применительно к Вам, всечестной отец Андрей, мне хочется от всего сердца посоветовать оставить роль всеобщего обличителя и не претендовать на звание обладателя и хранителя истины в последней инстанции. Как хорошо известно из истории, на эту роль претендовали инквизиторы. "Пусть наказывает меня праведник: это милость; пусть обличает меня: это лучший елей, который не повредит голове моей; но мольбы мои - против злодейств их" (Пс. 140, 5).

Что же касается Вашего остроумно-иронического совета переименовать журнал "Путь Православия" в "Дао Православия", то я непременно им воспользуюсь, - разумеется, если возникнет необходимость перевести это издание на китайский язык. Ведь Вам хорошо известно, что понятие "пути" ("дао") китайский философ Лао Цзы употреблял в значении естественного и всеобщего закона...

В заключение мне хочется спросить Вас: не забыли ли, отче Андрее, что кроме правоты ума есть еще правота сердца (Пс. 118, 7) и что Господь назидает нас к изучению закона расположить свое сердце? (1 Езд. 7,10).

С любовью о Господе и верой, что благодать Христова все может уврачевать любовью...

Вероотступничество как частное дело христианина

Появление Валентина Никитина в "Журнале Московской Патриархии" и в "Богословских трудах" было подлинной радостью и самым неожиданным и приятным событием в русской церковной журналистике 80-х годов. Человек, дотоле работавший в официозном издательстве "Молодая гвардия", вдруг бросил перчатку советской идеологии и открыто перешел работать в гонимую Церковь. Как говорили, владыке Питириму стоило немалых трудов и неприятностей, чтобы отстоять право своего нового сотрудника на работу в Церкви. Литературный дар Валентина Никитина был очевиден, его статьи стали украшением церковной периодики. Богословский дар заметен не был. Но тогда ведь любое доброе слово, сказанное о Церкви светским человеком, было неожиданно и отрадно.

И значит, уже в третий раз я вынужден полемизировать с человеком, который старше меня, раньше меня пришел в Церковь, занимает более высокий пост, чем я, и к которому в пору своей церковной юности я привык относиться с безусловным уважением. Сначала мне пришлось оспорить некоторые действия игумена Иоанна (Экономцева), затем - обращение в "Радонеж" В. Шленова, помощника отца Иоанна, а теперь - вступить в спор с главным "золотым пером" Отдела религиозного образования и катехизации - с Валентином Никитиным.

Суть дела в том, что Валентин Никитин отредактировал книгу Томаса Шипфлингера "София-Мария. Целостный образ творения", а Отдел религиозного образования и катехизации в своем здании ее продавал.

И в своем ответе на мою недоуменную реплику Валентин Никитин ни слова не говорит по сути. Как это делают все сектанты при дискуссиях со мной, - он призывает меня быть более "терпимым", отказаться от претензий на то, что мне известно Евангелие, снять с себя "тогу инквизитора" и вообще "голосовать сердцем". Вместо содержательной дискуссии мне Преподается очередной урок экуменически-благовоспитанного поведения.

А по сути подлежат обсуждению три вопроса.

Первый: книга языческая или христианская?

Ответ очевиден. Книга, советующая поклоняться "духам природы" и оправдывающая "дело магии", христианской быть не может. И "целебные силы природы" Шипфлингер видит совсем не в том, что будет открыто какое-нибудь новое лекарственное растение. Это "открытие" он связывает именно с "Нью Эйдж", с "эрой Водолея" и пробуждением нового религиозного сознания. Вполне в русле теософской литературы Шипфлингер возвещает наступление "Новой Эпохи" торжества шестой расы, обладающей оккультно-магическими и экстрасенсорными способностями. И нечего выставлять меня идиотом, который всех врачей считает колдунами и боится того, что в следующем столетии медицина сделает шаг вперед61.

Второй вопрос: имеет ли право христианин способствовать распространению оккультной литературы?

Я знаю, что в ОРОК. маленькие официальные зарплаты. Но продаваться оккультистам (а издательство "Гнозис Пресс-Скарабей" очевидно оккультное издательство) - это просто непристойно для христианина. И не надо юлить и заявлять, что редактор, мол, совсем не сочувствует редактируемой им книге. Редактор волен в выборе той книги, с которой он будет работать. Не в штате же этого оккультного издательства состоит г-н Никитин, чтобы исполнять любые его поручения?! Не сочувствуешь - зачем берешься? Издательство поставило условие воздерживаться от критических комментариев? Опять же, почему бы не отказаться от контракта?!

Третий вопрос: нормально ли, что Отдел религиозного образования и катехизации, который по сути своей должен быть камертоном чистой церковной проповеди, на своей выставке предлагает оккультную книгу?

Хорошо, предположим, поначалу В. Никитин ввел в заблуждение игумена Иоанна, и тот не знал, что книга оккультная. Но сейчас этот факт стал очевиден. Зачем же отстаивать право церковного учреждения на распространение антицерковных взглядов?

У В. Никитина дивная аргументация. Я говорю, что ОРОК продает антицерковную книгу, а В. Никитин отвечает: а у нас-де в Отделе таких книг вообще много ("на выставочном стенде новых книг бывают выставлены различные, в том числе отнюдь не ортодоксальные издания. Но ничего зазорного, по-моему, в этом нет"). В. Никитин прав. В Отделе постоянно продается католическая и протестантская литература. Более того - именно католичка официально занимается закупкой литературы для Отдела.

Только это не "свобода взглядов". Это несвобода от западных спонсоров. Когда после критического выступления Патриарха Алексия из Отдела был уволен протоиерей Иоанн Свиридов, на его место (руководителя радио ОРОК) был назначен иеромонах Анатолий (Берестов). Он успел сделать лишь две-три передачи, причем в строго православном духе, - и был отстранен. На его место был назначен Валентин Никитин, и радио вновь стало филокатолическим. И тут одно из двух: или игумен Иоанн считает недопустимым проведение иной политики, кроме униатской, или он, сам имея православные воззрения, вынужден подчиняться западным спонсорам Отдела. Так что постоянное наличие в Отделе "отнюдь не ортодоксальных изданий" есть проявление его несвободы. С точки же зрения православной миссии это называется "должностное преступление".

Прав В. Никитин в одном: книга была не в книжном магазине ОРОК, располагающемся на первом этаже, а на втором. В магазине покупают книги люди с улицы, проходящие по Петровке. А на втором этаже лежит литература для посланцев епархий и приходов, для катехизаторов и православных педагогов. И это отнюдь не выставка библиотечных поступлений.

Если прав г-н Никитин и книга в ОРОК не продавалась, значит, я стал вором. Я украл книгу с библиотечной выставки, а не купил ее. Не стану зарекаться: может быть, когда-нибудь, увидев какую-то очень ценную и важную для меня книгу "плохо лежащей", я ее стащу. Но ради Шипфлингера брать грех на душу все же не стал бы.

Это отнюдь не выставка новых поступлений в библиотеку ОРОК. Книги здесь продаются. И выставлены на ней далеко не все книги, приходящие в библиотеку. И поздравлять ОРОК с тем, что в нем хорошо поставлена служба библиографической информации, нет достаточных оснований. Почему только секта софиологов-"ньюэйджеров" представлена на этой выставке-продаже? Почему не продаются книги "Богородичного центра"? Для полноты информации можно было бы предложить еще книги сайентологов или мунистов... С другой стороны, "объективность" и "широта" этой выставки почему-то не распространяется на мои книги. Ни одной из них не было на том стенде Отдела религиозного образования, несмотря на то, что именно на катехизаторов и педагогов они и рассчитаны.

Так что не надо кривить душой: книга не просто продавалась. Самим фактом ее помещения на "отдельской" выставке-продаже она включалась в библиотечку православного катехизатора и оказывалась в положении книги, рекомендованной Отделом религиозного образования. Я и не говорил, что ОРОК ее издал. Я говорил о том, что ОРОК ее рекомендует.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Диакон Андрей Кураев Оккультизм в православии

    Документ
    Диакон Андрей Кураев родился 15 февраля 1963 года в Москве, выпускник философского факультета МГУ, кандидат богословия, профессор Московского Свято-Тихоновского богословского института, миссионер, проповедник, публицист, автор многих
  2. Диакон Андрей Кураев Неамериканский миссионер

    Автореферат диссертации
    Уже века этак полтора светские школы выращивают тараканов для подселения их в головы учеников. Один из самых откормленных тараканищ — это тот, который окапывается где-то в районе левого уха и своими усами раздражает ту нейронную цепочку,
  3. Диакон андрей кураев неамериканский миссионер

    Автореферат диссертации
    Уже века этак полтора светские школы выращивают тараканов для подселения их в головы учеников. Один из самых откормленных тараканищ — это тот, который окапывается где-то в районе левого уха и своими усами раздражает ту нейронную цепочку,
  4. Диакон Андрей Кураев Ответы молодым

    Документ
    – Не знаю, не встречался. Я знаю Таню, Васю, Диму. Они все разные. А если серьезно, то, наверное, это трудно – быть православным и молодым. Потому, что это значит идти против – идти против двойного течения.
  5. Андрей кураев сатанизм для интеллигенции о рерихах и православии том первый религия без бога 2

    Документ
    Эта книга написана на тему «теософия и христианство». Это означает, что в ней речь идет не только о теософии, но и о христианстве. Из оглавления достаточно ясно видны главы, в которых можно ожидать изложение христианского мировоззрения.
  6. Андрей кураев сатанизм для интеллигенции о рерихах и православии том первый религия без бога 2

    Документ
    Эта книга написана на тему «теософия и христианство». Это означает, что в ней речь идет не только о теософии, но и о христианстве. Из оглавления достаточно ясно видны главы, в которых можно ожидать изложение христианского мировоззрения.

Другие похожие документы..