textarchive.ru

Главная > Сборник статей


ПОНЯТИЕ ПРАГМАТИКИ И СЕМАНТИКИ ТЕКСТА

Прагматика и семантика стали довольно популярными понятиями в лингвистике и лингвистических исследованиях. Наука исследует ситуацию, продуктом которой является текст. Каждый художественный текст обладает своей фоновой парадигматикой, строящейся из языковых составляющих текста. Идейные сущности (смыслы) текста соотносятся с содержанием всех конкретных художественных текстов, поскольку являются определенной степенью абстрагирования содержания текста. Универсальные смыслы – время, пространство, человек, событие образуют в совокупности с речевыми средствами их воплощения соответствующие текстовые категории – категории времени, пространства, героя, события.

Термин «прагматика» введен в конце 30-х годов ХХ столетия Ч.У. Моррисом как название одного из разделов семантики, которую он разделил на семантику, изучающую отношение знаков к объектам, семантику – раздел о межзнаковых отношениях, исследующую отношение к знакам говорящих. Выделение и формирование прагматики в качестве области лингвистических исследований, стимулированное идеями Ч.С. Пирса, началось в 60-х - нач. 70-х годах под влиянием логико – философских теорий речевых актов Дж. Остина, Дж. Р. Серла, З. Вендлера и др. В современной лингвистической литературе достаточно часто употребляется термин «прагматика» и понимается в основном как корреляция лингвистических признаков и экстралингвистических условий в рамках определенного типа коммуникативных ситуаций. С этих позиций прагматика текста как продукта коммуникации представляет собой вербальную реализацию коммуникативных установок участников общения: «… выбор языковых средств из наличного репертуара для наилучшего воздействия», что во многом определяет законы текстообразования.

В поэтическом, художественном произведении есть те же самые «стихии», что и в слове: содержание (или идея), соответствующее чувственному образу или развитому из него понятию; внутренняя форма, образ, который указывает на это содержание, соответствующий представлению (которое тоже имеет значение только как символ), и, наконец, внешняя форма, в которой объективируется художественный образ. Разница между внешней формою слова (звуком) и поэтического произведения та, что в последнем, как проявлении более сложной душевной деятельности, внешняя форма более проникнута мыслью.

В современном языкознании утверждаются принципы анализа семантического пространства текста как разновидности когнитивной структуры в рамках фреймовой семантики.

Семантический анализ текста можем рассмотреть на основе языковой игры. Языковая игра в последние десятилетия весьма интенсивно исследуется как в зарубежной, так и в отечественной лингвистике (например, Арутюнова 1987, Барботько 1999, Булыгина, Шмелев 1990; Земская и др. 1983; Немец 1993; Рядчикова 1996; Штеп 1989 и др.) Это обусловлено целым рядом причин: бурным развитием прагмалингвистических исследований, в особенности прикладных направлений (типа нейролингвистического программирования), акцентрирующих внимание на аспектах языкового воздействия в сфере массовой коммуникации, рекламного бизнеса, в психотерапевтической практике и т.д., сближением собственно лингвистических исследований с семиотическими и литературоведческими изысканиями.

Произведем семантический анализ языковой игры слов. Группа сленгизмов, которые можно рассмотреть в контексте игры слов, представлена единицами, создающимися на чисто семантической основе, т.е. без опоры на созвучие обычного и заменяющего его наименования. При этом вновь создаваемая номинация либо берет за основу какой – либо необычный аспект денотата (ср., вратарь – «швейцар», неваляшка – «девственница», дума – «туалет», тряпки – предмет «материаловедение»), либо именует денотат необычным образом, например, посредством иностранного слова или на основе специфических коннотаций слова (ср.: сэконд-хэнд – «мужчина ранее уже состоявший в браке», кровельщик – «психиатр» от выражения кровля съехала). Например, в словарях молодежного сленга отличаются глаголы «приватизировать» и «прихватизировать», оба в значении «украсть». Здесь видна более сложная игра слов с «политическим подтекстом», а именно, контаминация слов, содержащая иллюзию на суть приватизации, произошедшей в России в девяностых годах. В просторечии можем наблюдать сдвиг значения, осуществляемый посредством семантики близких слов (ср. тачка – «легковой автомобиль», потоптаться – «потанцевать»).

Итак, семантика и прагматика – это еще незавершенные аспекты научных исследований. Так как речь наша обогощается с помощью новых лексических единиц, то и наука «Лингвистика» также будет развиваться.

Л.И. Богданова

Москва, Россия

РУССКИЕ ГЛАГОЛЬНЫЕ АНТОНИМЫ

В ЛИНГВОПРАГМАТИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ

Понимание языка как деятельности предполагает его описание с двух позиций: с точки зрения лица, воспринимающего чужую речь (в письменном или устном виде), и с точки зрения человека, производящего высказывания с той или иной целью. Указанное разграничение, на наш взгляд, вносит существенные коррективы в описание языка, способствуя более адекватному его представлению.

Проблема антонимии имеет богатую традицию изучения [см. об этом, напр., Новиков 1973]. Тем не менее, находящаяся в процессе становления новая парадигма научных исследований побуждает взглянуть на антонимы с позиций человека говорящего. В этом плане принципиально важными представляются такие вопросы, как систематизация функций антонимов в продуктивных видах речевой деятельности, выявление лакун при обозначении противоположных явлений, изучение способов компенсации обозначенных лакун и др.

Осознание противоположности в языке всегда опиралось на определённую точку отсчёта – норму. Человеческая коммуникация устроена таким образом, что сообщения фокусируются в основном на отклонениях от нормы и стереотипа жизни: «норма имеет слабый выход в лексику» [Арутюнова 1998: 65]. Этим и объясняется отчасти широкая употребительность антонимов в речи. Семантические функции антонимов тесно связаны с важнейшими сферами деятельности человека и являются оценочным выражением его мыслей, чувств, воли.

Важность фундаментального изучения антонимов далеко не исчерпывается потребностью говорящего «найти образное противопоставление, схватить полярные проявления того или иного признака, качества, свойства» [Новиков 1996: 3]. Как показали современные исследования по когнитивной лингвистике, способом хранения информации являются сценарии или фреймы. Свого рода «мини-сценарием» является и антонимическое противопоставление. Так же, как названия дней недели, месяцев и т.п. представлены в сознании как бы в одной упаковке, так же не существуют изолированно и члены антонимического противопоставления.

С позиций «активной» грамматики принципиальным является решение вопроса о возможности предсказать существование антонима в том или ином формальном облике. Рассмотрим с этой точки зрения семантические противопоставления в группе глаголов движения. Одним из важных противопоставлений такого рода является ‘начало – прекращение пространственной локализации’ [Апресян 1995: 288].

Средством выражения антонимических отношений при обозначении ‘начала или прекращения пространственной локализации’ являются префиксы при-\ у- соответственно, синтагматический тип для антонимов этого типа – N1Vf в(на)N4 из (с)N2, где в позициях начальной и конечной точек – названия мест пространственной локализации. Если указанные позиции замещаются словами, обозначающими лиц, то синтагматический тип преобразуется следующим образом: N1Vf к N3 от N2 (Ребёнок приехал к бабушке от матери – Ребёнок уехал от матери к бабушке). Глаголы движения регулярно образуют антонимические пары по этому типу, исходя из чего выводится такое правило: Если есть глагол движения, то можно прогнозировать наличие антонимической пары с семантическим противопоставлением ‘начало – прекращение пространственной локализации’: идти – прийти в школу / уйти из школы; бежать – прибежать в парк / убежать из парка; ехать – приехать в город / уехать из города; лететь – прилететь в Москву / улететь из Москвы; плыть – приплыть в порт / уплыть из порта и т.д.

Глаголы в переносных значениях далеко не всегда вступают в антонимические отношения указанного типа. Ср. улетела юность, но нельзя сказать: *прилетела старость при вполне корректном: молодость ушла – старость пришла.

При прогнозировании наличия / отсутствия антонимической пары важен учет фигуры говорящего, организующей семантическое пространство высказывания. В частности, эмоционально окрашенные глаголы, содержащие темповые характеристики движения, обнаруживают существенные различия в образовании антонимических пар, что имеет прагматически обусловленный характер. Для говорящего является естественным отрицательно оценивать замедленное движение, связанное с прибытием субъекта в определенное место, и, с другой стороны, негативную оценку говорящего получает и слишком быстрое или незаметное удаление субъекта из места локализации. Поэтому глаголы, несущие в себе отрицательную оценку замедленного движения, как правило, не используются для выражения значения ‘прекращение пространственной локализации’, обозначая при этом её начало. Так, в частности, глаголы плестись, волочься, брести, тащиться, тянуться достаточно легко могут обозначать ‘начало пространственной локализации’ с помощью модификаций приплестись, приволочься, прибрести, притащиться, притянуться. Ср. Ну, что притащился, наконец. Весь день тебя ждала (Разг.); Домой-то я не пришёл, а приплёлся (Ф. Достоевский). Однако глагольные модификации со значением ‘прекращение пространственной локализации’ типа уплестись, уволочься, убрести, утащиться, утянуться практически не используются в речи, особенно при оценке действий третьих лиц. Ср. некорректность высказываний типа: *Он уже уплёлся домой. Не выражается значение ‘прекращение локализации’ и при глаголах, содержащих в своем значении негативную оценку интенсивности движения, как качественной (переться), так и количественной (валить): ср. Он приперся домой – при некорректном *Он уперся из дома; Гостей привалило – *Гостей увалило (при этом множество субъектов, прибытие которых нежелательно, обозначаются при помощи родительного падежа множественного числа). Если в значении глагола содержится отрицательная оценка слишком поспешного движения или движения, совершаемого украдкой, то, напротив, с помощью глагольных модификаций обозначается ‘прекращение пространственной локализации’: удрать (ср. *придрать), умотать, ускользнуть, улизнуть, урваться, улетучиться и др. Ср. Но по счастью, тот не успел улизнуть (М. Булгаков) – при некорректном *Он прилизнул; …давно уже унёсся и пропал из виду дивный экипаж (Н. Гоголь) – некорректно: *экипаж принёсся.

Если глагол обозначает разные способы, виды ходьбы, бега, полета, то противопоставление указанного типа обычно также не образуется (шагать, шаркать, трусить, реять, парить).

Глаголы, составляющие антонимическую пару указанного типа, как правило, не различаются по способу обозначения транспортного средства: приехать на поезде, поездом – уехать на поезде, поездом. При этом средство передвижения не может выражаться с помощью творительного падежа без предлога в следующих случаях:

1. Если глагол имеет эмоциональную окраску: прикатить – укатить на автобусе; сомнительно?прикатил автобусом;

2. Если субъект передвижения активен: пришёл – ушёл на лыжах (ср. *пришёл лыжами); приехал – уехал на машине (в значении ‘вести машину’);

3. Если транспортное средство обозначается одушевлённым существительным: прискакать – ускакать на лошади. Ср. пример Ю.Д. Апресяна: Приехал поездом, вернулся ослом.

Позиция транспортного средства может обозначаться с помощью N5 в том случае, если данный вид транспорта является обычным рейсовым средством передвижения, т.е. следует по расписанию: прилететь – улететь самолетом, но на дирижабле, на воздушном шаре; приехать – уехать поездом, автобусом, но на тачке”, на автомобиле, наВолге”. При данном антонимическом противопоставлении недостаточно корректно звучит: ?приехал – уехал трамваем, троллейбусом, электричкой (ср. вполне корректно: добраться трамваем, троллейбусом, автобусом). Если акцент смещается на время, обозначающее начало или прекращение пространственной локализации, то оформление позиции транспортного средства с помощью N5становится возможным: приехал – уехал первым трамваем, последним троллейбусом, ночной электричкой (ср. в связи с этим шутл.: уехать вечерней лошадью).

Определения к существительному, обозначающему транспортное средство, возможные в позиции N5, должны отвечать принципу релевантности, выделяемому Грайсом [Грайс 1985], т.е. в этой позиции уместны определения, характеризующие скорость движения (пассажирский, скорый, сверхскоростной), время отправления (утренний, дневной, вечерний, ночной, первый, последний), категорию транспортного средства (фирменный поезд): ср. Он приехал скорым поездом, приплыл первым теплоходом, улетел ночным самолетом; при невозможности: *Он приехал комфортабельным поездом, *приплыл белым пароходом, *улетел маленьким самолетом.

Итак, очевидно, что при описании глагольной синтагматики и выявлении лакун в области антонимии необходимо учитывать субъективный и прагматический компоненты значения.

Список литературы

1. Апресян, Ю. Д. Избранные труды в 2-х томах. Том I: Лексическая семантика. Синонимические средства языка. [Текст] / Ю. Д. Апресян. – М.: Языки русской культуры, 1995. – 472с.

2. Арутюнова, Н. Д. Язык и мир человека. [Текст] / Н. Д. Арутюнова. – М.: Языки русской культуры, 1998. – 895с.

3. Грайс, Г. Логика и речевое общение [Текст] / Г. Грайс // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16. Лингвистическая прагматика. – М.: Прогресс, 1985. – С. 217-237.

4. Новиков, Л. А. Антонимия в русском языке. Семантический анализ противоположности в лексике. [Текст] / Л. А. Новиков. – М.: Изд. МГУ, 1973. – 289с.

5. Новиков, Л. А. Русская антонимия и ее лексикографическое описание. Предисловие к словарю [Текст] / Л. А. Новиков // Словарь антонимов русского языка / Под ред. Л.А. Новикова. – М.: Арсис Лингва, 1996. – С. 3-29.

А.А. Борисов

Ставрополь, Россия

ОПИСАНИЕПРИРОДЫКАКСРЕДСТВО

ОБЕСПЕЧЕНИЯ ТЕКСТОВОЙ КОГЕРЕНТНОСТИ

(социопрагматический аспект)

Антропоцентрическая направленность лингвистических исследований последних лет ставит во главу угла проблемы, связанные с взаимодействием социума и языка. Как представляется, подобное истолкование сущности и специфики современного языковедения позволяет очертить два основных круга вопросов, релевантных с позиции адекватного описания обозначенной проблемной области. Во-первых, это изучение речевого воздействия, нашедшее свое отражение в работах по прагмалингвистике; во-вторых, сюда следует отнести исследования, характеризующие социальный статус говорящего и его репрезентацию в речевой деятельности, а также в тексте, являющемся ее результатом, зафиксированным в письменной форме. Интегративные тенденции, доминирующие в современной лингвистике, делают возможным объединить социо- и прагмалингвистические варианты осмысления сущности, структуры и функций текста, в том числе художественного, в единый социопрагматический подход к его изучению, который предполагает «исследования результатов влияния не только таких факторов, как род, класс, национальность, но и влияние установок, в том числе и идеологических, в определенную эпоху развития. В зависимости от социокультурной ситуации в языке могут возникнуть изменения, меняются способы и средства реализации языкового материала в тексте» [Карасева 2004: 4].

Социопрагматический подход к описанию текста позволяет выделить определенное количество типов текста, обладающих прагматическими, лингвистическими и социокультурными особенностями. Каждый тип текста представлен как модель взаимодействующих уровней:

а) социокультурная модель речеповедения, реализующаяся в тексте в виде его формальной и тематической структуры;

б) социокультурные ценности говорящего/пишущего и их лингвистическая реализация в структуре и ткани текста [Милостивая 2006: 27].

Описание природы является социопрагматическим типом текста, который включает в себя, опираясь на изложенные выше соображения, три основных параметра: особенности субъекта-повествователя (его аксиологические установки), фреймовую модель композиционного развёртывания (композиционно-речевую форму «Статическое описание» или композиционно-речевую форму «Динамическое описание») и социокультурную дистрибуцию (специфику соответствующего литературного направления).

Перечисленные выше факторы способны, с одной стороны, отграничить описание природы от других конституентов структуры и ткани художественного текста (сюжетного нарратива, описания внешности и характера персонажа и т. п.) и тем самым представить его как особый феномен, требующий отдельного рассмотрения и изучения, а, с другой стороны, они детерминируют способность данного социопрагмалингвистического типа текста выступать в качестве одного из маркеров когерентности художественного дискурса. При этом имеется в виду, прежде всего, коммуникативно-прагматический ракурс истолкования когерентных отношений, связанный с сигнификативной сочетаемостью высказываний в рамках макроречевого акта.

В данной статье нашей целью является описание когерентообразующего механизма социопрагматического типа текста «Описание природы» в романе Б. Пастернака «Доктор Живаго». Рассмотрим основные компоненты социопрагматической модели типа текста «Описание природы» и их роль в процессе достижения когерентности художественного произведения:

Аксиологические установки субъекта-повествователя. Вслед за Е.М. Лазуткиной под субъектом мы понимаем главную, организующую речь и текст субстанцию, человека со всеми его индивидуальными и социокультурными ценностями [Лазуткина 1994:56]. В пространстве художественного текста в качестве субъекта-повествователя может выступать как его автор, так и один из персонажей. Однако при интерпретации аксиологических характеристик художественного персонажа следует учитывать тот факт, что мировоззрение и жизненные ориентиры последнего детерминированы авторской интенцией, являющейся в тексте доминирующей. В процессе описания природы на страницах романа Б. Пастернака «Доктор Живаго» мы довольно часто сталкиваемся со сравнительными конструкциями, где базисом сравнения служат явления, релевантные в ценностном отношении для повествователя: «Здесь была сырая тьма, бурелом и падаль, было мало цветов и членистые стебли хвоща были похожи на жезлы и посохи с египетским орнаментом, как в его иллюстрированном священном писании» [Пастернак 1989: 21].

Маленький Юрий, от лица которого ведется повествование в данном фрагменте, достаточно религиозен, отсюда – выделенное жирным шрифтом сравнение. Таким образом, из описаний природы можно почерпнуть определенную информацию об аксиологических предпочтениях субъекта речи.

Фреймовая модель композиционного развертывания повествования. Изображение природы в художественном тексте осуществляется в форме статического или динамического описания. Статика при этом, в большинстве случаев, связана с идиллией, любованием пейзажем на фоне положительного душевного настроя персонажа художественного текста: «Здесь была удивительная прелесть! Каждую минуту слышался трехтонный высвист иволг, с промежутками выжидания, чтобы влажный, как из дудки извлеченный звук до конца пропитал окрестность. Стоячий, заблудившийся в воздухе запах цветов пригвожден был зноем непосредственно к клумбамНад лужайками слуховой галлюцинацией висел призрак маминого голоса, он звучал Юре в мелодических оборотах птиц и жужжании пчел» [Пастернак 1989: 21].

Приведенный фрагмент описания природы рисует картину восприятия пейзажа маленьким Юрием Живаго, во времена его счастливого детства, когда он еще ничего не знал о предстоящих великих потрясениях. Спокойствие и безмятежность отражают в тексте существительные-наименования природных явлений в сочетании с конкретизирующими эпитетами (трехтонный высвист иволг, стоячий, заблудившийся в воздухе запах цветов), а также сочинительная связь компонентов сложного предложения, эксплицирующая пространственное и временное соположение описываемых фактов. Глаголы стерты в своем значении, ослаблены, нередко превращаясь в формальные связки (был).

При изображении переломных моментов в судьбе персонажа писатель задействует описание природы в динамике: «Из-под сдвинувшейся снеговой пелены выбежала вода и заголосила. Непроходимые лесные трущобы встрепенулись. Все в них пробудилось. Воде было где разгуляться. Она летела вниз с отвесов, прудила пруды, разливалась вширь. По лесу змеями разливались потоки, увязали и грузли в снегу, теснившем их движение, с шипением текли по ровным местам и, обрываясь вниз, рассыпались водяной пылью» [Пастернак 1989: 181].

Процитированное пейзажное описание локализовано в том пространстве романа, где Юрий Живаго изображен перед началом новой жизни в небольшом уральском городке после отъезда из послереволюционной Москвы. В данный период все в жизни персонажа нестабильно, что выражено в динамическом описании природы, сопровождающем этот эпизод, при помощи кратких предложений, асиндетических соположений однородных членов предложения и экспрессивных глаголов (выбежать, заголосить, пробудиться, разливаться, течь), причем упор делается на развитие действия, его пошаговый характер. Так описание природы обеспечивает связность авторской трактовки образа и окружающей его социокультурной среды, делая текст когерентным.

Специфика реалистического направления в литературе как социокультурная дистрибуция описания природы. Когерентность, достигаемая при помощи использования пейзажного описания, вариативна в зависимости от принадлежности анализируемого произведения к определенному литературному направлению, которое определяет акценты, связывающие сюжетное действие и то, на фоне чего оно развертывается. Реалистический характер романа Б.Пастернака «Доктор Живаго» определил выбор явлений природы, попавших в фокус писательского восприятия. Это те элементы пейзажа, которые сопровождают повседневную жизнь в художественном пространстве романа: невзрачный огород, кусты желтой акации, мерзлые лужи проезжей дороги, бисерный дождь, малорослые яблони, рыжелистая рябина, зимние пичужки и т.д. Примечательно, что природные явления могут быть объединены в описанных выше условиях в рамках одного предложения с реалиями быта путем согласования с одним определяющим словом, что способствует приближению изображаемого к жизненным метаморфозам: «Пахло началом городской зимы, топтанным листом клена, талым снегом, паровозной гарью и теплым ржаным хлебом, который выпекали в подвале вокзального буфета и только что вынули из печи» [Пастернак 1989: 32].

Сказанное позволяет сделать вывод о том, что социопрагматические параметры типа текста «Описание природы» способны внести весомый вклад в обеспечение когерентности художественного произведения, понимаемой как коммуникативно-прагматический механизм глобальной связности структуры и семантики текстового целого.

Список литературы

  1. Карасева, Е. О. Социопрагмалингвистический аспект новой лексики немецкого языка [Текст] : автореф. … дисс. канд. филол. наук / Е.О. Карасева. – Пятигорск: ПГЛУ, 2004. – 19с.

  2. Лазуткина, Е. М. К проблеме описания прагматических механизмов языковой системы [Текст] / Е. М. Лазуткина // Филологические науки. – 1994. – № 5/6. – С. 56 - 65.

  3. Милостивая, А. И. Социопрагмалингвистическая типология публицистического текста [Текст] / А.И. Милостивая. – Ставрополь: СФ МГОПУ им. М. Шолохова, 2006. – 152с.

  4. Пастернак, Б. Л. Доктор Живаго [Текст] / Б.Л. Пастернак. – М.: Книжная Палата, 1989. – 431с.

Б.А. Булгарова

Москва, Россия

ОСОБЕННОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ЛСГ
СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ-НАИМЕНОВАНИЙ МИМИКИ,
ПОКАЗЫВАЮЩЕЙ РАСПОЛОЖЕНИЕ К СМЕХУ
В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ М. БУЛГАКОВА

Данная ЛСГ существительных входит в состав семантического поля смеха и представлена следующими единицами: улыбка, полуулыбка, усмешка, ухмылка. Особенности функционирования единиц ЛСГ интересно наблюдать в художественных текстах, благодаря наглядности, разнообразию и своеобразию их употребления. В данной статье в качестве единиц исследуемой ЛСГ выступает лексика произведений М. А. Булгакова.

Существительные улыбка, усмешка и ухмылка образуют в русском языке синонимический ряд, члены которого различаются по следующим смысловым признакам. Основные различия между синонимами касаются с одной стороны, характера мимики субъекта, а с другой – характера испытываемых им чувств.

Улыбка – движение мышц лица (губ, глаз), показывающее расположение к смеху, выражающее привет, удовольствие, насмешку и т.п.: улыбка превратилась в смех. Губы при улыбке обязательно растянуты: раздвинуть губы в улыбке. Отсутствие улыбки тоже маркировано в русском языке: без единой улыбки, без улыбки. «Воланд взял в руки поданный ему экземпляр, повернул его, отложил в сторону и молча, без улыбки уставился на мастера». (Мастер и Маргарита.) «Тот стоял на пьедестале уже без улыбки с обиженным лицом». (Дьяволиада. Орган и кот.)

Степень растянутости губ при улыбке может быть различной. Если губы растянуты слишком сильно, то меняется все лицо субъекта, особенно его овал: расплываться в улыбке, расползаться в улыбке: «Манит сюда запах шашлыка москвичей, и белые московские барышни, ребята, мужчины в европейских пиджаках, поджав ноги в остроносых ботинках, с расплывшимися улыбками на лицах, сидят на пестрых толстых тканях». ( Золотистый город.)

Усмешка – «улыбка, обычно с оттенком иронии, насмешки, недоверия и т.п.», а существительное ухмылка – « то же, что усмешка». «Но тебе не придется примириться с этим, - возразил Воланд, и усмешка искривила его рот, - не успел ты появиться на крыше, как уже сразу отвесил нелепость, и я тебе скажу, в чем она, - в твоих интонациях». (Мастер и Маргарита.)

Существительное улыбка употребляется в сочетании с глаголами, указывающими на ее появление, изменение и исчезновение: улыбка заиграла. «Улыбки заиграли на лицах фельдшера и акушерок». (Записки юного врача. Тьма египетская.) Улыбкаискривила: « Я теперь никто, - ответил мастер, и улыбка искривилаего рот». (Мастер и Маргарита.) Улыбка тронула: «Шариковский рот тронула едва заметная сатирическаяулыбка, и он разлил водку по рюмкам». (Собачье сердце.) Показалась: «Подобие улыбки показалось на щеках ученого». (Роковые яйца.)

Обычно улыбка выражает радость или другое подобное приятное для субъекта чувство, что выражается атрибутивными словосочетаниями: радостная, довольная, счастливая, сытая: «Ходя замкнулся в лучезарной и сытой улыбке». (Китайская история.)

Однако улыбка может выражать и противоположные чувства, разнообразные эмоциональные состояния, в том числе и очень сложные чувства, что на вербальном уровне также обозначается атрибутивными словосочетаниями: мрачная, жалкая, плохая улыбка. «Та же плохая улыбка исказила лицо Левия, и он сказал…» (Мастер и Маргарита.)

Различные эмоциональные состояния могут выражаться сочетаниями существительного улыбка с существительным в Род. падеже: «Но и падая, сохранил на окаймленном небольшими бакенбардами лице улыбку восторга и преданности». (Мастер и Маргарита.)

В улыбке может присутствовать большая доля рациональной оценки: презрительная, недоверчивая, снисходительная улыбка: «Не имея возможности защищаться от всегдашних снисходительных и ласковыхулыбок при помощи очков, я старался выработать особую, внушающую уважение, повадку». (Записки юного врача. Полотенце с петухом.)

Улыбка может выражать непосредственное чувство, естественное состояние человека: счастливая улыбка, беззаботная, нервная, конфузливая («Обладатель брюк был глух и поэтому, на лице всегда сохраняя вежливую конфузливую улыбку, в нужных случаях руку щитком прикладывал к левому уху». (Записки юного врача. Великий провал.)

Улыбка выражает и вполне контролируемую эмоцию человека: подавить, спрятать; выразить улыбку:«Пришедший откинул капюшон, обнаружив совершенно мокрую, с прилипшими ко лбу волосами, голову, и, выразивна своем бритом лицевежливую улыбку, стал отказываться переодеться, уверяя, что дождик не может ему ничем повредить». (Мастер и Маргарита.) Изобразить улыбку:«Пилат мертвыми глазами поглядел на первосвященника и, оскалившись, изобразил улыбку». (Мастер и Маргарита.) Повторить улыбку: «Не зная как ответить на это, секретарь счел нужным повторить улыбку Пилата». (Мастер и Маргарита.)

Выделяются «этикетные» улыбки. Приветливая:«Его бритое круглое лицо, налитое желтоватым студнем, являло приветливую улыбку». (Роковые яйца.) Вежливая улыбка: «Мужчина, улыбаясь необыкновенновежливойи гипсовойулыбкой, подошел к Короткову, нежно пожал ему руку и молвил, щелкнув каблуком….» (Дьяволиада. Орган и кот.) Благодушная улыбка: «Троцкий был изображен в пенсне, как полагается, и с достаточно благодушнойулыбкой на губах». (Трактат о жилище.) Хозяйская улыбка: «Черт знает откуда взявшаяся рыжая девица в вечернем туалете, всем хорошая девица, кабы не портил ее причудливый шрам на шее, заулыбалась у витрин хозяйской улыбкой». (Мастер и Маргарита.) Заискивающая улыбка: «Набрав воздуху в грудь,он улыбнулся как бы заискивающей улыбкойи тихо молвил…» (Мастер и Маргарита.)

Маркированными являются также и «искусственные» улыбки: принужденная улыбка, безжизненная: «Молодые люди, спутники Азазелло, улыбаясь безжизненными, но приветливымиулыбками, уже теснили господина Жака с супругой в сторону, к чашам с шампанским, которые негры держали в руках».(Мастер и Маргарита.) Приготовленная улыбка, напряженная улыбка, неискренняя улыбка, патентованная улыбка: И даже свою вечнуюпатентованную улыбку он убрал с лица. (Белая гвардия.) Фальшивая: «Умерев, Куролесов поднялся, отряхнул пыль с фрачных брюк, поклонился, улыбнувшись фальшивой улыбкой, и удалился при жидких аплодисментах».(Мастер и Маргарита.) Искусственность улыбки у Булгаква может быть маркировано так: «Ходя ответил на первый раскат улыбкой №2 с несколько заговорщицким оттенком и повторением трех слов». (Китайская история.)

Улыбка может манифестировать общее состояние человека, часто болезненное, что вербально выражается атрибутивными сочетаниями: растерянная улыбка: «Он все время пытался заглянуть в глаза то одному, то другому из окружающих и все время улыбался какой-то растерянной улыбкой». (Мастер и Маргарита.) Нервная улыбка, бессмысленная, сумасшедшая: «Как легионеры снимают с него веревки, невольно причиняя ему жгучую боль в вывихнутых на допросе руках, как он, морщась и охая, все же улыбается бессмысленной сумасшедшей улыбкой». (Мастер и Маргарита.) Уверенная улыбка: «Тут он зааплодировал, но в совершенном одиночестве, и на лице у него при этом играла уверенная улыбка, но в глазах этой уверенности отнюдь не было, и скорее в них выражалась борьба». (Мастер и Маргарита.)

Восприятие улыбки, усмешки и ухмылки самим субъектом или другим человеком выражают различные атрибутивные сочетания. Мудрая улыбка: «Ну, мы-то с вами понимаем, - тут Бенгальский улыбнулся мудрой улыбкой, - что ее вовсе не существует на свете и что она не что иное, как суеверие…» (Мастер и Маргарита.) Дикая усмешка: «Николай Иванович, видный в луне до последней пуговки на серой жилетке, до последнего волоска в светлой бородке клинышком, вдруг усмехнулся дикой усмешкой…» (Мастер и Маргарита.) Поразительная усмешка: «И когда он залез в вагон со своим твердым чемоданом и огляделся, поразительная усмешка исказила его выразительное лицо». (Записки на манежах. Столица в блокноте.)

Восприятие улыбки может сопровождаться как положительной оценкой: славная улыбка, так и отрицательной. Недобрая: «Левий с ненавистью поглядел на Пилата и улыбнулся столь недоброй улыбкой, что лицо его обезобразилось совершенно». (Мастер и Маргарита.) Страшная улыбка: «О да, ты не похож на слабоумного, - тихо ответил прокуратор и улыбнулся какой-то страшной улыбкой, - так поклянись, что этого не было». (Мастер и Маргарита.)

Уменьшительное к улыбка существительное улыбочка служит, для обозначения отрицательной оценки говорящим и наблюдателем данного мимического жеста, воспринимаемого как искусственный: «Он имел наглость выйти перед фронтом арапов и с заискивающей улыбочкойобратиться к Рики-Тики». (Багровый остров.)

Улыбка может быть метафорически представлена как живое существо, способное к движению: улыбка соскользнула с лица, мелькнул: «Все равно мне нужно было топить, - ответила она, и чуть мелькнула у нее в глазахулыбка». (Белая гвардия.)

Типичными также являются растительная метафора: лицо расцвело улыбкой, кто-либо расцвел в улыбке: «Те расцвелиулыбками, зубы изумительные». (Записки юного врача. Достукался до чеченцев.) «Умильнейшая улыбка расцвела у того на лице».(Роковые яйца.)

Улыбка может быть адресована собеседнику, может служить ответом на какие-либо действия или слова, выполняя коммуникативную функцию. Ответить улыбкой на взгляд кого-либо: «Ходя ответил улыбкой, но от каких бы то ни было слов удержался» (Китайская история.) Отзываться улыбкой на чьи-либо слова, обмениваться улыбками с кем-либо, одарить кого-либо улыбкой, послать улыбку: «Однако, послав Петраковой обольстительнуюулыбку, Арчибальд Арчибальдович направил к ней официанта, а сам не покинул своих дорогих гостей». (Мастер и Маргарита.)

Синонимы улыбка, усмешка, ухмылка употребляются с предлогом с: с улыбкой, с усмешкой, с ухмылкой: «Ты будешь засыпать, надевши свой засаленный и вечный колпак, ты будешь засыпать с улыбкойна губах». (Мастер и Маргарита.) «И Ходя, безбольный и спокойный, с примерзшей к лицу улыбкой, не слышал, как юнкера кололи его штыками». (Китайская история.)



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Слово высказывание текст в когнитивном прагматическом и культурологическом аспектах

    Сборник статей
    ... , Н.В. Функционирование метафоры в научно-техническом тексте [Текст] / Н.В. Грин // Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах: Материалы II Междунар. науч. конф ...
  2. Слово высказывание текст в когнитивном прагматическом и культурологическом аспектах (1)

    Сборник статей
    ... организация «Российская ассоциация лингвистов-когнитологов» Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах Сборник статей участников IV международной ...
  3. Слово высказывание текст в когнитивном прагматическом и культурологическом аспектах (2)

    Сборник статей
    ... организация «Российская ассоциация лингвистов-когнитологов» Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах Сборник статей участников IV международной ...
  4. Ковлакас елена федоровна особенности формирования топонимической картины мира лексико-прагматический и этнокультурный аспекты

    Автореферат диссертации
    ... Международной научной конференции: «Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах». Челябинск: ООО «Издательство РЕКПОЛ», 2008. С. 134– ...
  5. Ковлакас елена федоровна особенности формирования топонимической картины мира лексико-прагматический и этнокультурный аспекты

    Автореферат диссертации
    ... Международной научной конференции: «Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах». Челябинск: ООО «Издательство РЕКПОЛ», 2008. С. 134– ...

Другие похожие документы..