textarchive.ru

Главная > Сборник статей


Н.Н. Гагарина

Воткинск, Россия

ПРОБЛЕМА КЛАССИФИКАЦИИ ОККАЗИОНАЛЬНЫХ

СЛОЖНЫХ СЛОВ (КОМПОЗИТОВ) В РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Классификации сложных слов традиционно строятся на двух основаниях. Во-первых, учитывается принадлежность компонентов базовых словосочетаний тому или иному грамматическому классу (части речи) – тогда можно говорить об адъективном, субстантивном, глагольном словосочетании и, соответственно, композите. Это выражает общую семантику сложного слова: признаковую, предметную, процессуальную. Во-вторых, принимается во внимание характер подчинительных отношений компонентов производящего словосочетания: согласование, управление, примыкание. Однако каждый исследователь, углубленно изучающий тот или иной тип словосложения, обнаруживает такие детали и особенности отдельной группы композитов, которые позволяют представить более разветвленную систему структурно-семантических связей компонентов внутри сложного слова.

Г.Павский, характеризуя «составные» имена существительные, созданные на собственно русской почве, а не калькированные, утверждает, что «корень главного имени должен занимать последнее место, а имя подчиненное или дополнительное должно стоять впереди. Когда в состав имени войдет глагольный корень, тогда он и будет составлять главный член и станет на конце; а когда в состав имени войдут имена, существительное и прилагательное, тогда главным, или стоящим на последнем месте, будет существительное. Наречие никогда не может быть здесь главным членом /…/» [Павский 1841: 234]. Нарушение этих моделей Г. Павский характеризует как случаи отклонения от русской словообразовательной системы и называет заимствованием путем калькирования (прежде всего, с греческих и немецких моделей). Ученый иллюстрирует данный тезис примерами: φιλυίιμια, φιλοσοφια, φιλοσοφος и т.п. – любочестие, любомудрие, любомудр. Более того, исследователь не забывает отметить случаи аналогии: «Увлекшись однажды подражанием чужеземному, мы иногда в собственных своих непереводных словах превращаем порядок и говорим: пустодом вместо домопуст; а иногда допускаем и свой и чужой порядок слов и говорим: зубоскал и скалозуб, мудролюб и любомудр, честолюбие и любочестие» [Павский 1841: 234].

В.Т. Гневко в книге «Сложные прилагательные в современном белорусском литературном языке», говоря о словосложениях, образованных путем соединения нескольких прилагательных или грамматически независимых существительных, отмечает такие же семантико-синтаксические отношения, которые существуют между однородными определениями, и выделяет их четыре типа: соединительные, противительные, детерминированные и пояснительные [Гневко 1993: 6-7]. При этом исследователь утверждает, что в основах сложных прилагательных наблюдается «постоянная тенденция к обобщению, абстрагированию лексического значения отдельных компонентов основы» [Гневко 1993: 18].

С.В. Кириченко, исследующая окказиональные сложные прилагательные (ОСП), рассматривает их с позиций смысловых отношений между компонентами и на этой основе выделяет две группы сложений: 1) ОСП со смысловыми отношениями сочинения (компоненты равноправны по смыслу и в одинаковой мере определяют те слова, к которым относятся); 2) ОСП со смысловыми отношениями подчинения, предполагающие отношения конкретизации одного признака другим [Кириченко 1990: 6]. В качестве примера исследователь предлагает следующие сложения: снежно-мглистые дни (Ю. Нагибин, «Изба») – снежные и мглистые; печено-яблочное личико – личико, напоминающее печеное яблоко.

При этом семантический анализ не представляется нам достаточно полным. Например, мглистыми дни могут казаться именно потому, что они снежные, – то есть здесь как раз присутствуют те отношения детерминированности признаков, о которых говорит В.Т. Гневко. А в сочетании печеное яблоко, где структурно (грамматически) главным компонентом, несомненно, является определяемое существительное яблоко, смысловую нагрузку в синтагме печено-яблочное личико несет слово печеный, а точнее – базовое для определяющего композита словосочетание печеное яблоко выступает как единый метафорический образ, который с трудом поддается разложению на составляющие. Таким образом, автор исследования, прежде всего, исходит не из характеристики внутренней взаимосвязи компонентов композита, а наблюдает и описывает сочетательные возможности ОСП с определяемыми словами.

Итак, различные словообразовательные модели, по образцу которых возникают сложные слова, выработались на основе определенных синтаксических сочетаний, трансформация которых в единый структурно-семантический комплекс происходит по внутриязыковым законам и обусловлена стремлением к словесной сжатости при увеличении смысловой емкости понятия. Номинативные инновации, возникшие как отступления от сформировавшихся словообразовательных отношений, также становятся слагаемыми языковой нормы и тем самым «потенциальной схемой порождения себе подобных» [Миськевич 1977: 57].

«Русская грамматика-80» рассматривает композиты по их принадлежности к определенной части речи и внутри каждой группы выделяет конкретные отношения между компонентами сложных слов. Так, например, сложные существительные могут быть образованы способом «чистого сложения – с интерфиксом (в том числе и нулевым)». Их словообразовательное значение определяется как «объединение значений основ мотивирующих слов в одно сложное значение», и выделяется два типа отношений между основами внутри сложных слов – сочинительные (равноправные), которые называют предмет, «совмещающий в себе признаки предметов, явлений, названных мотивирующими словами», и подчинительные(неравноправные). Сложные слова с последним типом отношений содержат опорный компонент – существительное (немотивированное или аффиксальное) и предшествующую основу с уточнительной, конкретизирующей функцией [Русская грамматика 1980]. Подобным образом характеризуются все возможные типы сложных слов. Данная классификация представляется наиболее полной.

Исходя из достижений ученых, мы предлагаем упрощенный вариант системы описания композитов, на котором может основываться структурно-семантическая характеристика индивидуально-авторских композитов, причем как на синтагматической оси, так и в парадигматической плоскости. В первую очередь необходимо распределять все композиты в соответствии с их принадлежностью ктой или иной части речи, поскольку каждый грамматический класс характеризуется совокупностью специфических структурно-семантических признаков. Во-вторых, внутри каждого грамматического класса следует выделять определенные модели словосложения по опорному слову (существительное, прилагательное или глагол). На третьем этапе предлагаем устанавливать синтагматические отношения между компонентами сложного слова – сочинительные или подчинительные (согласование, управление, примыкание). И, наконец, на четвертом этапе описания композитов необходимо анализировать и прогнозировать сочетательные возможности с другими словами ипарадигматические отношения друг с другом и с другими лексемами (отношения синонимии, антонимии, омоантонимии, паронимии).

В качестве примера проанализируем с этих позиций композит полоумный. Это имя прилагательное (обозначает признак предмета, лица), образованное на базе словосочетания полый ум, где главным (стержневым) является слово ум (имя существительное), которое и является «темой» словосочетания (дано для характеристики). Определяющим компонентом оказывается прилагательное полый, находящееся по отношению к определяемому существительному в подчинительных отношениях согласования. С точки зрения логики, синтагма полый ум представляет собою сочетание несовместимых понятий: в широком смысле – ‘пустоты, отсутствия, незаполненности’ и ‘наполненности, содержания, присутствия’. Однако язык допускает существование и функционирование алогичного сочетания в виде композита полоумный. Данный прием создает особую экспрессию в употреблении слова и формирует его как эмоционально-оценочное (а именно отрицательно характеризующее) по отношению к определяемому существительному, обозначающему лицо. Такова традиция употребления данного сложного слова.

Что касается парадигматических связей, то их можно обнаружить как внутри композита, так и в его отношениях с другими словами. Описание первых приводит Р.А. Будагов в «Очерках по языкознанию»: полоумный вовсе не означает, что у человека имеется лишь «половина ума», а означает полый ум, то есть пустой, ничем не заполненный. В этих случаях звуковая оболочка слова обманчива: она «заставляет» идти не по тому смысловому пути, по которому «действительно двигалось слово в своем историческом развитии» [Будагов 1953: 52]. Развитие такого представления о значении композита связано не только с процессами омонимии производящих основ (пол- - ‘половина’ и пол- - ‘полый’), но и существованием таких синонимичных определений, как, например, недоразвитый – с префиксом, выражающим значение неполноты, пустоты. Необходимо отметить, что качество оценки (отрицательной) определяется именно прилагательным полый, хотя структурно (грамматически) это зависимый компонент.

Сложные слова не являются ментально-базовыми единицами русского языка, напротив, они выражают, как правило, отношения «иноязычное слово - калька» и функционируют в контекстах, насыщенных абстрактной лексикой, например в художественных. Употребление композитов в несвойственном для них контексте бытового или нейтрального характера придает им статус эстетической категории. Изучая сложные слова в их функциональном применении, можно с уверенностью говорить о том, что они плотно вошли в русскую систему моделирования языковой картины мира. Процесс ментального впитывания структурно-семантически многокомпонентных лексем не прекращается и на современном этапе.

Список литературы

  1. Будагов, Р.А.Очерки по языкознанию [Текст] / Р.А. Будагов.– М.: Изд-во АН СССР, 1953.– 280с.

  2. Гневко, В.Т.Сложные прилагательные в современном белорусском литературном языке [Текст] : автореф. дис. … канд. филол. наук / В.Т. Гневко. – Минск: Изд-во Высш. шк., 1993. – 19с.

  3. Русская грамматика: в 2-х томах [Текст].– М.: АН СССР, Наука, 1980. – Т. 1: Синтаксис.

  4. Кириченко, С.В.Окказиональные сложные прилагательные и их функции в художественной речи (на материале советской художественной прозы) [Текст] : автореф. дис. … канд. филол. наук. / С.В. Кириченко. – Алма-Ата, 1990. – 24с.

  5. Миськевич, Г.И.К вопросу о норме в словообразовании [Текст] / Г.И. Миськевич // Грамматика и норма. – М.: Наука, 1977. – С. 42–61.

  6. Павский, Г.О составных и предложных именах [Текст] / Г. Павский // Филологические наблюдения протоирея Г. Павского над составом русского языка. – СПб., 1841. – 512с.

Р.Е. Гайда

Краков, Польша

ЛИНГВОСТИЛИСТИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЯЗЫКА РЕКЛАМЫ
(на примере газетной рекламы)

Актуальность настоящего исследования обусловлена следующими факторами:

1) изучение институциональных видов общения находится в центре внимания социолингвистики, прагмалингвистики и лингвистики текста, вместе с тем рекламный дискурс как один из видов институционального речевого общения освещен в лингвистической литературе недостаточно;

2) изучение лингвостилистических характеристик в рекламном дискурсе является одним из наиболее актуальных направлений современной лингвистики текста, вместе с тем специфика ее реализации в рекламном тексте не нашла отражения в работах по языкознанию.

Одной из функций языка является функция воздействия, иначе именуемая волюнтативной (Р. Якобсон, Г. Клаус, Е.Ф. Тарасов и др.); о ней и пойдет речь в данной статье.

Целью статьи является выявление лингвостилистических характеристик в рекламном дискурсе, а также реализация его в рекламе, выделение языковых средств, используемых в рекламном сообщении; выделение наиболее ярких особенностей языка рекламы.

Рекламный дискурс определяется как завершенное сообщение, имеющее строго ориентированную прагматическую установку (привлечения внимания к предмету рекламы), сочетающее дистинктивные признаки устной речи и письменного текста с комплексом семиотических (пара- и экстралингвистических) средств1.

Реклама является уникальным социокультурным явлением: ее формирование обусловлено социальными, психологическими, лингвистическими факторами, особенностями «эстетического сознания» социума и его культурными традициями.

Основной целью рекламы является «возбудить потребительский зуд», т.е. всеми средствами воздействовать на прагматическую сферу потребителей рекламы. Для этого наряду с другими средствами используются разнообразные стилистические приемы, целью которых является активизация интереса адресата и создание благоприятных условий для закрепления рекламного дискурса в сознании реципиента.

Стиль, как представляется, интегрирует, унифицирует средства, составляющие рекламный дискурс, и в то же время дифференцирует его, отличая от других. Стиль выступает как своего рода «цементирующий материал», так как он проявляется в отборе и аранжировке образующих элементов как на уровне собственно лингвистической структуры, так и на уровне содержания.

Частотны случаи детерминации, когда стилистически маркированный элемент употребляется на фоне стилистически нейтральных единиц и определяет стилистическую окраску всего рекламного дискурса:

Yes, it fits in your garage. No it doesn’t enjoy being cooped up.

Tahoe.

В этом рекламном тексте содержится единица фразового глагола to coop up (держать в взаперти). Этот элемент, включенный в самый конец фразы, создает более доверительную атмосферу общения людей. Такой прием помогает внушить потенциальным покупателям машины Tahoe, что это именно та машина, которую они хотели. Наличие единственного маркированного элемента to coop up позволяет говорить о принадлежности данного рекламного текста к разговорному стилю.

Использование маркированных языковых элементов (к которым относятся кроме фразовых глаголов также эллиптические конструкции, фразеологизмы) выводит адресата из состояния автоматизма восприятия рекламного дискурса. Адресат концентрирует внимание на выделяемых элементах, и при этом реализуется прагматическая установка адресата.

Таким образом, говоря о стиле как об «особом символически значимом свойстве человеческой деятельности, возникающим в результате выбора субъектом определенных способов деятельности в рамках общепринятых норм и несущим информацию о субъекте деятельности – о социальной роли, в которой он выступает, о его принадлежности к той или иной социальной группе, а также об определенных личностных свойствах субъекта» (где продуктом субъекта является для нас рекламный дискурс), мы отмечаем, что стилистические средства рекламного дискурса имеют ярко выраженную прагматическую направленность; эти средства определяют стилевую принадлежность дискурса, отличая его от других; они же создают совмещенность стилистических регистров, выводящую рекламный дискурс за пределы традиционной стилистической нормы.

Говоря о процессе рекламного воздействия на получателя, безусловно, необходимо отметить, что центральным его элементом является рекламное обращение. Именно рекламное обращение представляет коммуникатора его целевой аудитории, потенциальным покупателям.

Рекламное обращение можно определить как элемент рекламной коммуникации, являющийся непосредственным носителем информационного и эмоционального воздействия, оказываемого коммуникатором на получателя. Это послание имеет конкретную форму (текстовую, визуальную, символическую и т.д.) и поступает к адресату с помощью конкретного канала коммуникации.

При разработке рекламных обращений используют множество технологий. Одной из них является нейро-лингвистическое программирование (Neuro-Linguistic Programming - NLP). Данное направление прикладной психологии возникло в середине 70-х гг. в США. Его основателями стали Дж. Гриндер и Р. Бендлер. Как теоретическая концепция NLP находится еще в стадии развития, и в настоящее время нет ее общепринятого определения. Например, российский автор Л.Н.Хромов представляет NLP как «технологическую модель взаимодействия людей друг с другом на основе познания внутреннего процесса, происходящего в человеке при воспоминании, т.е. при обращении к внутреннему опыту»2.

Главное открытие NLP заключается в исходном положении: опыт человека состоит из зрительных образов, звуков и ощущений. В зависимости от того, какой тип восприятия преобладает, их носители также делятся на типы:

визуалы – воспринимают и организуют свой опыт и мышление в основном с помощью зрительных образов. Данный тип людей составляет примерно 80% всех людей;

аудиалы – представляют и описывают мир в аудиальных, слуховых образах (около 15%);

кинестетики – воспринимают и оценивают окружающую действительность, прежде всего с помощью ощущений и чувств (около 5%).

Эффективная коммуникация, с точки зрения специалистов NLP, предполагает диалог с получателем на его «языке». Причем само понятие «коммуникация» в данной технологии понимается значительно шире, чем та совокупность слов, которая произносится. Интересным является то, что по данным исследований, воздействия человека на собеседника определяются на 55% языком его телодвижений: позы, жестов, контактов глазами; 38% – тоном его голоса, и лишь 7% – содержанием того, о чем он говорит3.

Практическое применение NLP также связано с двойным действием слова (эмоционально-образным и рационально-логическим). Это позволяет с помощью манипуляций со словами сформировать у человека неосознаваемое им самим позитивное и негативное отношение к чему-либо («слова-приглашения» и «слова-отторжения»).

Еще одно направление наработок NLP – использование привычных стратегий мышления людей, называемых метапрограммами. То, что не соответствует метапрограмме, независимо от сознания ее обладателя, не охватывается его вниманием. Основными метапрограммами являются: «К» и «ОТ». Первая из них означает нацеленность на успех, стремление к чему-то, вторая – постоянное стремление уйти от чего-то, преобладание мотивации избежания неудачи. И та и другая метапрограммы активно используются в практике рекламы. Так, в рекламном обращении, направленном на получателей с метапрограммой «К», можно показать преимущества, получаемые при использовании рекламируемого товара. Для тех получателей, у которых преобладает программа «От», эффективней будет реклама, показывающая трудности, с которыми сталкивается потребитель, не пользующийся рекламируемым товаром.

Ярким примером использования концепции NLP в рекламе является обращение к покупателям автомобиля You’ve earned it. Now enjoy it Park Avenue: «Вы работали не покладая рук, настало время отдохнуть». Можно убедиться, что послание рассчитано одновременно и на визуалов, и на аудиалов, и на кинестетиков4.

Содержание рекламного обращения определяется множеством факторов, среди которых главную роль играют цели и характер воздействия на адресата

Воздействие рекламы на получателя призвано создавать у него социально-психологическую установку (аттитюд). «Установка – это внутренняя психологическая готовность человека к каким-либо действиям»5. В целом можно утверждать, что реклама – это не только информация, это также психологическое программирование людей.

Уже с этой точки зрения можно выделить следующие основные уровни психологического воздействия рекламы6:

когнитивный (передача информации, сообщения);

аффективный (эмоциональный аспект, формирование отношения);

суггестивный (внушение);

конативный (определение поведения).

Сущность когнитивного воздействия состоит в передаче определенного объема информации, совокупности данных о товаре; факторов, характеризующих его качество и т.п.

Целью аффективного воздействия является превращение массива передаваемой информации в систему установок, мотивов и принципов получателя обращения. Инструментами формирования отношения являются частое повторение одних и тех же аргументов, приведение логических доказательств сказанного, формирование благоприятных ассоциаций и т.д.

Внушение предполагает использование как осознаваемых психологических элементов, так элементов бессознательных. Результатом внушения может быть убежденность, получаемая без логических доказательств. Необходимо отметить, что внушение возможно, во-первых, в том случае, если оно соответствует потребностям и интересам адресата, и, во-вторых, если в качестве источника информации может быть использован человек, обладающий высоким авторитетом и пользующийся безусловным доверием. Внушение будет эффективней при многократной повторяемости рекламного обращения.

Конативное воздействие обращения реализуется в «подталкивании» получателя к действию, в подсказывании, что он должен сделать.

Конативное воздействие выражают метакоммуникативные стратегии. Они рассматриваются как центральное звено речевой коммуникации, при помощи которой говорящий реализует свои намерения в дискурсе. Некоторые исследователи сводят стратегию к процессу выбора языковых средств, а так же тех или иных речевых действий. С когнитивной точки зрения стратегия рассматривается как глобальное представление о средствах достижения цели7. Оптимальное достижение цели является одним из типичных проявлений «хорошей» стратегии8. Вслед за А.А. Романовым под коммуникативной стратегией мы будем понимать проекцию, прогноз достижения глобальных и локальных целей с набором конститутивных действий необходимых для этого9.

Коммуникативные стратегии выражают взаимодействие между участниками дискурса, поддерживают интерес читателя, способствуют тематическому продвижению. В дискурсе обнаруживаются реплики, которые имеют вопросительную форму, однако, их иллокутивная сила имеет иное назначение. Эти высказывания управляют тематическим развитием и, кроме того, являются важными для установления контакта и поддержания внимания. Поэтому иллокутивная функция вопросов в рекламном дискурсе направлена не на запрос об информации со стороны говорящего по поводу какого-либо факта действительности и не на выяснение его мнения. В рекламных текстах выделяются вопросы имеющие различные иллокутивные функции:

вопрос, который носит характер прямого обращения. На буклете компании Trail Blazer, на котором изображен 1 человек напротив автомобиля, представлен следующий текст:

The people inside have something you don’t: all their stuff

Рекламируется программа Graduate Development Programme, которая позволяет участникам совершенствовать профессиональные навыки, таким образом, она позволяет взлететь в карьерном росте.

вопрос-предложение:

What to earn lots of money?

(CDL –Class A Drivers Wanted)10

Фирме требуются на работу профессиональные водители, предложение заработать много денег с помощью вопроса привлекает внимание адресата, устанавливает более тесный контакт.

риторический вопрос:

Are you ready to step up to the plate and try a real machine?

Отказаться прокатиться на лучшем спортивном мотоцикле фирмы Aprilia невозможно, что подтверждается следующей фразой:

Once you ride it, you won’t want to return it.

вопрос-недоумение:

If we’re faster and cheaper than the AA or RAC why join them?

И в самом деле, почему? Недоумение позволяет более прочно установить контакт с адресатом.

Вопросы могут чередоваться с указанием на речевые действия адресата, коментарием по поводу его речевых действий. При этом происходит специфическое воздействие на сознание адресата посредством языковых выражений, организованных в соответствии с принятыми в данной культуре принципами убеждения.

Стратегия построения речевого действия базируется на гипотезе о ситуации и представлениях об адресате текста, включая такие параметры, как социально-ролевые, психологические, профессиональные и другие характеристики. На структуру речевой стратегии влияние оказывают системы ценностей, убеждений, социальных норм и конвенций, устанавливающие в совокупности диспозицию личности. А. Вежбицкая указывает, что различные культуры находят выражение в различных системах речевых актов, которые кодифицированы в разных языках. Как отмечает А. Вежбицкая, широкий круг английских речевых стратегий может быть объяснен со ссылкой на высокооцениваемую личную независимость11. Данное положение объясняет тот факт, что для выражения просьбы или совета в английской культуре используются вопросительные формы, директивы в английском языке часто формулируются в виде псевдовопросов, как будто показывая, что адресат рассматривается как личность, самостоятельно определяющая свои действия.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Слово высказывание текст в когнитивном прагматическом и культурологическом аспектах

    Сборник статей
    ... , Н.В. Функционирование метафоры в научно-техническом тексте [Текст] / Н.В. Грин // Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах: Материалы II Междунар. науч. конф ...
  2. Слово высказывание текст в когнитивном прагматическом и культурологическом аспектах (1)

    Сборник статей
    ... организация «Российская ассоциация лингвистов-когнитологов» Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах Сборник статей участников IV международной ...
  3. Слово высказывание текст в когнитивном прагматическом и культурологическом аспектах (2)

    Сборник статей
    ... организация «Российская ассоциация лингвистов-когнитологов» Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах Сборник статей участников IV международной ...
  4. Ковлакас елена федоровна особенности формирования топонимической картины мира лексико-прагматический и этнокультурный аспекты

    Автореферат диссертации
    ... Международной научной конференции: «Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах». Челябинск: ООО «Издательство РЕКПОЛ», 2008. С. 134– ...
  5. Ковлакас елена федоровна особенности формирования топонимической картины мира лексико-прагматический и этнокультурный аспекты

    Автореферат диссертации
    ... Международной научной конференции: «Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическомаспектах». Челябинск: ООО «Издательство РЕКПОЛ», 2008. С. 134– ...

Другие похожие документы..