textarchive.ru

Главная > Сборник статей


АКАДЕМИЯ НАУК СССР

ИНСТИТУТ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ

ИНДИЙСКАЯ КУЛЬТУРА

И БУДДИЗМ

INDIAN CULTURE

AND BUDDHISM

Сборник статей

памяти академика

Фщ И. Щербатского

ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА»

Главная редакция восточной литературы

Москва 1972

И 60

Ответственные редакторы

акад.|Н. И. КОНРАД, Г. М. БОНГАРД-ЛЕВИН

Editors

|N. KONRADI, G. BONGARD-LEVIN

Предлагаемая вниманию читателей книга включает статьи по истории

и культуре стран Востока, прежде всего Индии. Специальный интерес представляют

новые материалы об открытии советскими учеными памятников

буддизма в Средней Азии.

Книга посвящается памяти выдающегося ученого-востоковеда академика

Ф. И. Щербатского и содержит материалы юбилейной научной сессии.

6-1

35-72

ОТ РЕДАКТОРА

Настоящий сборник, посвященный памяти выдающегося советского

ученого-востоковеда, индолога, тиботолога, буддолога академика Федора

Ипполитовича Щербатского, подразделяется на две части. Первая включает

доклады, которые были прочитаны на юбилейной сессии, посвященной

столетию со дня рождения ученого (Москва — Ленинград, 1966 г.), вторая

состоит из статей и сообщений по истории и культуре стран Востока, преимущественно

Индии, Центральной Азии и Дальнего Востока, а также по

общим и частным проблемам буддологии, индологии, тибетологии.'Все указанные

вопросы входили в круг научных интересов Ф. И. Щербатского,

который, как известно, был блестящим и тонким знатоком индийской культуры,

древней и средневековой философии, индийских религий, древнеиндийской

литературы и науки. Однако центральной областью научной деятельности

его был буддизм (его философия и история) и культура тех

:тран Азии, где буддизм получил распространение.

Эти главные направления научных исследований Ф. И. Щербатского и

определили название сборника в целом — «Индийская культура и буддизм

». Содержание его показывает, что традиции школы Ф. И. Щербатского

успешно продолжаются и развиваются советскими учеными, свидетельствует

о большой научной значимости проблем культуры и идеологии народов

Востока в лрошлом и настоящем.

Исследования Ф. И. Щербатского не только не утратили своей важности

для развития востоковедения, но и сами явились предметом специального

научного анализа, составили особую отрасль современной буддологии.

До сих пор его труды переиздаются в различных странах мира, переводятся

на многие языки. Характерно, что недавно в Индии ,в специальной

серии «Советских индологических работ» (Soviet Indological Series)

опубликовано несколько статей Ф. И. Щербатского. В предисловии к ним

известный индийский философ и историк Дебипрасад Чаттопадхьяи пишет

об огромной благодарности, -испытываемой индийцами к русскому ученому,

который, по словам Д. Чаттопадхьяи, помог им открыть их собственное

прошлое и восстановить подлинный смысл их философского наследия.

«Индийская культура и буддизм» позволит еще глубже и более всесторонне

оценить выдающийся вклад академика Ф. И. Щербатского в развитие

мировой ориенталистики,

Г. М. Бонгард-Левин

FROM EDITOR

This collection of articles in commemoration of academician F. I. Stcher

batsky, the eminent Soviet Orientalist who specialised in Indology, Tibetan

studies and Buddhology, falls into two parts. Part one presents the papers

read at the session held to mark the centenary of Stcherbatsky's birth

(Moscow — Leningrad, '1966); part two carries articles and notes devoted

to the history and culture of the East (mostly India, Central Asia and the

Far East) as well as to general and specific problems of Buddhology, Indology

and Tibetan studies. Stcherbatsky took up all these subjects; he stands

out as a great authority on Indian culture, ancient and medieval philosophy,

Indian religions, ancient Indian literature and science. His main field, however,

was Buddhism (its philosophy and history) and the cultures of those

Asian countries where Buddhism in widespread.

The main trends of Stcherbatsky's work prompted the title of this volume,

Indian Culture and Buddhism. The contributions to the volume show that

the traditions of Stcherbatsky's school are successfully continued and deve

loped by Soviet scholars, and the problems of Oriental culture and ideology

in the past and today hold a very important place in their researches.

Not only has Stcherbatsky's work retained its significance for the development

of Oriental studies, but it is in itself the subject-matter of scientific

analysis, making up a special branch of modern Buddhology. To this day his

studies are reprinted in many countries of the world and translated into many

languages. It is noteworthy that the Soviet Indological Series published in

India, recently carried two volumes of articles by Stcherbatsky. Introducing

these articles, Debiprasad Chattopadhyaya, the well-known Indian philosopher

arid historian, expressed the Indians' deep appreciation of the work of Stcherbatsky,

who, in his view, had helped the Indians to discover their own past

and restore the right perspective of their philosophical heritage.

This volume will help to apreciate still more profoundly the outstanding

contribution made by Academician F. I. Stcherbatsky to the development of

Oriental studies on a world scale.

G. M. Bongard-Levin.

МАТЕРИАЛЫ СЕССИИ, ПОСВЯЩЕННОЙ

СТОЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ

Ф. И. ЩЕРБАТСКОГО

|Н. И. Конрад)

О ФЕДОРЕ ИППОЛИТОВИЧЕ ЩЕРБАТСКОМ

Полвека тому назад в качестве ««Издания Отдела по

делам; музеев и охраны памятников искусства и старины» с

пометой «Петербург. 1919» вышли в свет четыре маленьких

— in 8° — книжечки, на обложке которых была одинаковая

надпись: «Первая (буддийская выставка в Петербурге».

Книжечки эти воспроизводили публичные лекции, прочитанные

на выставке в августе—сентябре 1919 г. Лекторами

были академик С. Ф. Ольденбург, академик Ф. И. Щербатской,

профессор О. О. Розенберг, профессор Б. Я. Владимирдов.

Тема лекции первого — «Жизнь Будды — Индийского

Учителя Жизни», второго — «Философское учение буддизма

», третьего — «О миросозерцании современного буддизма

на Дальнем Востоке», четвертого —«Буддизм в Тибете и

Монголии» (всюду орфография оригинала.— Я. /С).

Все в этом факте крайне характерно для своего времени.

Начиная с «Петербурга». Как известно, в связи с войной с

Германией в 1914 г. русское правительство сочло неумест

ным сохранять «немецкое» название города, данное ему ос

нователем, и заменило его на «Петроград». Просвещенная

интеллигенция столицы не приняла переименования, во-пер'

вых, из должного чувства уважения к велико!Му императору,

который «Россию вздернул на дыбы», во-вторых, из чувства

преклонения перед специфической, именно «петербург

ской»— и никак иначе—красотой города. С падением импе

рии название «Петербург» стало повторяться все чаще, а

когда после Великой Октябрьской социалистической револю

ции здесь образовался первый орган Советского правитель

ства по делам музеев и охраны памятников искусства и

старины, оно стало употребляться даже в официальном

обиходе.

Столь же характерно для Петербурга тех лет устройство

в голодном, холодном, почти темном по вечерам, опустев

шем городе, потрясающий облик которого с поразительной

точностью запечатлен на замечательных гравюрах М. Добу

жинского и А. П. Остроумовой, устройство в этом городе

именно тогда... буддийской выставки. Это «было делом научной

и художественной интеллигенции, сосредоточенной в

Эрмитаже, Музее антропологии и этнографии, Азиатском

музее Академии наук и -возглавляемой в 'этом начинании

Сергеем Федоровичем Ольденбургом, тогда непременньш

секретарем, т. е. главньш деятелем, Академии и ближайшим

консультантом правительственных органов по вопросам

охраны художественных сокровищ и их пропаганды в народных

массах. В собраниях Эрмитажа, Музея антропологии и

этнографии, Русского музея, а также некоторых коллекционеров

находилось много ценнейших образцов буддийского

искусства, почти никому, кроме немногих специалистов, не

известных. Решено было показать эти сокровища всем.

И вот 24 августа 1919 г. «Первая 'буддийская выставка з

Петербурге» открылась. Первая и .пока единственная.

Но буддийское искусство—это мир буддизма, вмещающий

в себя религию и философию, словом, все области

культуры, духовной и ^материальной. Поэтому устроители

сочли необходимым ввести посетителей «в круг представлений,

открываемых предметами материальной культуры. Поскольку

произведения, экспонированные на «выставке, принадлежали

разным народам, усвоившим разные формы буддизма

и его культуры, постольку оказалось нужным сказать

о буддизме в Индии 'и Тибете, в Монголии и Китае и, конечно,

в Японии, где он был тогда представлен особенна

широко и многосторонне.

Внимание, однако, сосредоточилось на двух, но важнейших

сторонах буддизма: его религии и философии,

К счастью, рядом с уже давно признанными авторитетами

в этих областях — академиками С. Ф. Ольденбургом и

Ф. И. Щербатским были их ученики — молодые профессора

О. О. Розенбер<г, проведший несколько лет в Японии, и

Б. Я. Владимирцов, изучавший буддизм в Монголии. Нужно

ли добавлять, что никого из них уже нет, да и тех, кто может

в наше время рассказать об этой выставке, вряд ли

найдется более двух-трех человек. Прошло ведь пятьдесят

лет...

Выставка, как принято говорить, имела успех: ее посещали,

лекции слушали. Интерес оказался настолько боль

_шим, что Отдел по делам музеев и охраны памятников

искусства и старины счел важным лекции даже издать.

И <вот появились четыре маленькие книжечки. Сейчас они —

настоящая библиографическая редкость. Не уверен, что они

есть во всех крупных библиотеках.

Открываешь эти чудом уцелевшие книжечки, вспоминаешь

лекции, людей, когда-то их прочитавших, саму выставку,

и невольно обращаешься памятью к прошедшим пятидесяти

годам. И видишь прежде всего: эта выставка, эти

лекции были" удивительным (Взрывом научного воодушевления,

культурнического энтузиазма, веры в то, что революция

распахнула перед народом дверь BQ весь .мир и во все в

мире.

Действительность оказалась гораздо сложнее. Мы, теперь

уже очень немногие, по собственному опыту знаем, что такое

годы хозяйственной разрухи, гражданской войны, иностранных

интервенций, «годы обостренных поисков лучших решений

«насущнейших -вопросов жизни и государственного строительства,

годы отважных порывов и горестных разочарований.

Не до буддизма было тогда.

А если кому и |было дело до него, то совсем с особой

стороны — с позиции гремевшего тогда изречения «религия

— опиум народа». Оно звучало как призыв к действию.

Это не могло не отозваться на изучении буддизма. Во

первых, -в поле зрения оказалась лишь его религиозная сто

рона, даже уже — культовая; во-вторых, (говорить и писать

о буддизме как о религии стали лица, весьма поверхностно

познакомившиеся с ним вообще; в третьих, подходили они к

вопросам буддизма на уровне журнала «Безбожник» и, самое

удручающее, полагали, что знают о буддизме... Если к это

му добавить, что из двух молодых авторов лекций один,

О. О. Розенберг, очень скоро умер, другой, Б. Я. 'Владимир

цов, монголист по специальности, целиком ушел в языкозна

ние, из двух же старших С. Ф. Ольденбург полностью отдал

ся делам Академии, а затем организованного в 1931 г. акаде

мического Института востоковедения, то оказалось, что

«при буддизме» остался только Федор Ипполитович Щер

батской.

Он старался что-то сохранить и успел даже — при содей

ствии С. Ф. Ольденбурга — создать небольшую группу сов

сем молодых тогда учеников, фигурировавшую некоторое

время под названием «Буддологического института» или

«Института буддийской культуры». Участники этой группы

стремились продолжать изучение буддийской философии, но

не всем их планам суждено было сбыться.

Федора Ипполитовича давно уже нет: он умер в эвакуа

ции в годы Великой Отечественной войны. Из многих его уче

ников той поры двое дожили и до наших дней. Б. В. Семичов,

последний прямой ученик Щербатского по линии буддизма,

работает ныне в научном институте в Улан-Удэ, В. И. Калья

нов, один из учеников по линии индийской литературы, работает

в Ленинграде — в Институте востоковедения.

И вот — неожиданность. Через пятьдесят с лишним лет

после опубликования «Лекций» на (первой буддийской (выставке

в Петербурге подготовлены к печати уже в Москве

два издания: сборник работ Ф. И. Щербатского, в котором

впервые увидят свет на русском язьгке его труды (по отдельным

BonpocaiM буддийской (философии, напечатанные в свое

время по-английски, и сборник работ, только что написанных

в память знаменитого буддолога.

Для человека, слышавшего — и притом далеко не

юным — знаменитые «Лекции» 1919 г. и .прошедшего затем

через все эти пять десятков лет, опубликование названных

двух сборников воспринимается как настоящий ренессанс.

И, как полагается при всяком ренессансе, создали оба этих

сборника совсем новые люди, люди нашего, современного

поколения. Правда — и это просто замечательно,— их связывают

с далеким прошлым и ученики Федора Ипполитовича.

Это ощущается как радостное свидетельство того, что преемственность

в данном случае порождается не только глубинным

течением, но и реальными его носителями.

Радостно и то, что снова (появились специалисты по различным

сторожам буддизма, и то, что им оказалось по плечу

решение труднейшей задачи перевода на русский язык

сложнейших по материалу работ Ф. И. Щербатского. Не

менее радует -расширение круга тем, так или иначе связанных

с буддизмом: это уже темы не одной философии, а и

религии, культа; темы не одного буддизма непосредственно,

а и культуры стран, исторически -связанных с ним. В свое

время Ф. И. Щербатской вместе с С. Ф. Ольденбургом мечтали

об Институте буддийской культуры и даже представили

в 1927 г.. в Академию наук «объяснительную записку» к

проекту его учреждения. Теперь такой институт, во всяком

случае хотя бы специальный отдел какого-нибудь научноисследовательского

института, был бы вполне реален и,

появись он, число желающих заняться буддийской культурой

сразу оказалось бы неожиданно большим. Словом, если

говорить о ренессансе буддологии еще трудно, то «дух»

ренессанса уже повеял.

Однако полвека все же прошло. И восстанавливать

ушедшее невоз;можно не только потому, что прошлого вообще

не вернешь, но и потому, что оно никогда не восстанавливается

в прежней форме. Ренессанс — не реставрация.

Нынешние .ренессансные веяния идут из работ Ф. И. .Щербатского.

Это понятно, законно и глубоко плодотворно: в

них заложено столько требующего дальнейшего развития

и призывающего к новым делам, что они долго будут источником,

питающим научную мысль новых наших исследова

телей буддизма и его культуры. Сейчас (необходимо (подвергнуть

изучению и сами работы Ф. И. Щербатекого, прежде

всего его метод интерпретации исследованных им памятников

буддийской философской мысли и перевода их на русский

язык. А то, что это действительно вопрос серьезный, открывается

при первом же обращении к трудам Федора Ипполитовича.

Возьмем первую большую его работу, создавшую ему

научное имя. Она озаглавлена: «Теория познания и логика

по учению позднейших буддистов» (ч. 1, 1903, ч. 2, 1909).

В предисловии автор заявил, что «язык буддийских философов

передан по возможности языком современной европейской

философии» (ч. 1, стр. VI). О том, что автор так и

поступил, свидетельствует уже само название — «Теория

познания и логика». В годы, когда писался этот труд, и еще

долго потом в Петербургском университете — том университете,

на факультете восточных языков которого работал

тогда Щербатской, кафедру философии занимал А. И. Введенский;

о нем Федор Ипполитович даже упоминает на первой

странице «Введения» (чв сноске). Одним из курсов,

которые (постоянно читал А. И. Введенский, была «логика»;

впоследствии этот курс был издан под названием «Логика

как часть теории дознания».

Слушавшему курсы А. И. Введенского в университете тех

лет хорошо известно, что он принадлежал к числу правоверных

кантианцев и именно от Канта идет у него не только

концепция логики как части теории познания, но и сама

идея, что теория познания, и притом критическая, есть первое

и необходимое условие всякой подлинной философии.

Ф. И. Щербатской пишет: «Буддизм выработал для защиты

своих основоположений особую теорию познания в связи с

логикой. Главнейшие черты этой теории дают ей право называться

'Критической: она объявляет всякое метафизическое

познание невозможным...» (ч. 1, стр. VII).

В одном же месте он говорит прямо, «что <в основе нашего

мышления лежит факт связи понятий по существу, что

эта неразрывная связь понятий не почерпывается нами из

опыта, но существует прежде всякого опыта и обусловливает

собою формы нашего опытного знания, что такая связь

имеет характер необходимости, потому что составляет сущность

нашего мышления, вне которой мы ничего мыслить не

можем,— «все это характерные положения буддийской, а

также и современной критической, философии» (ч. 1,

стр. 231). Совершенно ясно, Ф. И. Щербатской, задавшийся

целью изложить учение буддийских философов «языком современной

европейской философии», выполняет это языком

философии Канта.

Но вот перед нами лекция, прочитанная Ф. И. Щербат

ским в 1919 г., т. е. через десять лет после выхода в свег

второй части «Теории познания и логики по учению позднейших

буддистов». Как было сказано выше, название лекции—

«Философское учение буддизма». И он начинает ее

гак:

«„Три главных идеи являются достоянием всякой религии:

«бытие бога, бессмертие души и свобода воли; без них

не может быть построено учение о нравственности". Таково

учение Канта и с ним европейской науки, равно как таково,

и убеждение широких слоев образованных людей» (стр. 3).

Далее он продолжает:

«И вот, однако, существует религия, которая... не знает

ни бога, ни бессмертия души, ни свободы воли» и которая;

тем не менее «языком пламенной живой веры горит в сердцах

миллионов своих последователей, которая воплощает в себе

высочайшие идеалы добра, любви к ближнему, духовной свободы

и нравственного совершенства... эта религия — буддизм»

(стр. 3—4).

Ф. И. Щербатской и тут находит, что буддизм как философское

учение близок к последнему слову европейской,

научной 'мысли. Изложив «основные стороны буддийского

философского учения», Федор Ипполитович в заключение

пишет, что '«они, будучи правильно поняты и переложены на

наш философский язык, обнаруживают замечательную близость

как раз к самым последним, самым новейшим достижениям

в области научного миросозерцания» (стр. 47)..

Кого же имеет он -в виду конкретно? Оказывается, на этот

раз современную научно-философскую мысль олицетворяет

у него Анри Бергсон. Именно у этого французского мыслителя,

«Творческая эволюция» которого так широко читалась

в России в конце первого и в течение всего второго десятилетия

нашего века, Ф. И. Щербатской находит идеи, весьма

близкие к некоторым идеям буддийских философов. «У буддистов,

как и у Бергсона, термин „бытие" равносилен термину

„перемена"» (стр. 22); «буддисты, как Бергсон, считают,

что душа „я" не есть реальность, а просто условный

знак» (стр. 23).

Наступают 30-е годы. В 1932 г. Ф. И. Щербатской издает

«Buddhist Logic». В эти годы мы, имевшие счастливую возможность

общаться с Федором Ипполитовичем, часто слышали

от него о том впечатлении, какое произвела на него

известная, пользовавшаяся тогда громкой славой работа

Гуссерля — «Logische Untersuchungen». Ф. И. Щербатской в;

то время как раз много размышлял над оценкой категорий

л законов различных направлений буддийской логической

мысли, и его, видимо, очень заинтересовало стремление

Гуссерля выделить «чистое сознание», отделенное от бытия

и сознания конкретного субъекта, и в целом общее феномено

Ф. И. Щербатскои

(1866—1942)

логическое направление автора «Logische Untersuchungen».

И следы зтого интереса явно усматриваются в собственной

работе Ф. И. Щербатского по буддийской логике.

Пройти мимо всех этих фактов нельзя. Их нужно понять.

Как отнестись к тому, что положения, понятия и категории

индийских философов VII в. (т. е. и для истории Индии в

для нашей—(периода «глубокого средневековья) оцениваются

(положениями и понятиями европейской философии нового

и новейшего времени? Как отнестись к тому, что к идеям

буддийских мыслителей средневековья прилагаются идеи

рационализма в кантовекой форме, интуитивизма — в редакции

Бергсона, феноменологии — в интерпретации Гуссерля?

Означает ли это у Щербатского открытие у мыслителей

далекой древности таких идей, которые затем совершеннонезависимо,

но чуть ли не буквально в той же форме родились

в умах мыслителей совершенно другого исторического

времени и иного культурного мира? А так как в философии

каждая идея принадлежит системе в целом и только в ней

и существует в своем подлинном смысле, означает ли это

открытие, что в истории повторяются не только отдельные

идеи, но и целые системы? Или же у Федора Ипполитовича

обращение к Канту, Бергсону и Гуссерлю — только поиски

«понятных» для европейского читателя^Шфеводов терминов

или их пояснений, т. е. в сущности iBcero лишь переводческий

или комментаторский прием? Все это — вопросы весьма

серьезные, и в наше время, с его повышенным чувством

историзма, мимо них пройти нельзя. Без этого нам будет

трудно двигаться действительно вперед в дальнейшем изучении

буддийской философии да и культуры вообще.

В. И. Кальянов

АКАДЕМИК Ф. И. ЩЕРБАТСКОЙ.

ЕГО ЖИЗНЬ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

В истории отечественного востоковедения Ф. И. Щербатскому

принадлежит особое место. Он до сего времени остается

общепризнанным авторитетом в области индийской

философии и буддийской культуры в Индии и на Дальнем

Востоке. Его имя приобрело широкую популярность в странах

Запада и Востока, а монументальные труды прославили

нашу науку далеко за .пределами Родины.

I

Федор Ипполитович Щербатской родился 19 сентября

1866 г. в Кельцах (Польша), где в то время служил его

отец, человек -высокой культуры. Он дал сыну прекрасное

образование, и тот с детства в совершенстве владел тремя

западноевропейскими языками (английским, французским и

немецким).

В 1884 г. Ф. И. Щербатской окончил гимназию в Царском

Селе и поступил на историко-филологический факультет

Петербургского университета. Научные интересы его определились

рано. Он стал посещать лекции проф. И. П. Минаева

по языкознанию и санскриту, а во время командировки

последнего в Бирму занимался санскритом у С. Ф. Ольденбурга.

Одновременно он лрослушал у германиста

Ф. А. Брауна курсы готского, древнесеверного, англосаксонского

и древневерхненемецкого, у проф. И. В. Ягича — церковнославянского

и сербскохорватского языков.

Особенно увлекся Ф. И. Щербатской санскритом, поразившим

его богатством форм. Большую роль в этом сыграл

руководивший занятиями и усиленно поддерживавший его

интерес И. П. Минаев, индианист-филолог, основоположник

научной индологии в России, под обаянием которого как

учителя и ученого Щербатской находился всю жизнь.

В 1889 т. он окончил университет, сдав экзамены на степень

кандидата и представив диссертацию на тему: «О двух рядах

гортанных в индоевропейских языках». Ф. И. Щербатской

твердо решил специализироваться по санскритологии.

Не без участия и помощи Ольденбурга он поехал сначала

в Вену, а затем в Бонн, чтобы совершенствовать свои знания

в язьже у крупнейших санскритологов Георга Бюлера и

Германа Якоби. В письме из Бонна от 1(14) января

1900 г. Федор Ипполитович писал Ольденбургу: «Благодарю

Вас за хлолоты о моей судьбе, которые Вы самоотверженно

и добровольно на себя возложили».

К тому времени научная индология в Европе была уже

создана. Тремя ее основателями, продолжившими дело, начатое

в Инди<и знаменитым Уильямом Джонсом, выступили

Е. Бюрнуф во Франции, И. Колебрук в Англии, Т. Бенфей

в Германии. Они передали свое наследие и заветы

многочисленным ученикам. Во Франции это были

А. Барт, Е. Сенар, А. Фуше, Л. Фино и, конечно, Сильвен

Леви; в Англии — Т. Рис-Дэвиде, С. Бендол и Дж. Бэрджес,

Ф. Томас и др.; в Германии—Георг Бюлер и Герман

Якоби, Э. Лейман ,и Г. Людерс. Г. Бюлер, талантливейший

из учеников Т. Бенфея, лровел 17 лет в Индии и лоднял

преподавание санскрита на совершенно новую ступень,

обеспечив ему роль самостоятельного предмета, а не подчиненной

языкознанию дисциплины, как было до него. Особенность

школы проф. Бюлера состояла в том, что он применял

к европейской системе исследований методы традиционного

индийского образования. При таком методе изучается определенная

шастра, т. е. научная трактовка предмета в какойнибудь

области. В основе всего лежит знание санскрита, на

которое индийское преподавание обращает исключительное

внимание. Считается, что без точного, глубокого и отчетливого

знания этого языка немыслима плодотворная работа в

индийской филологии.

В Вене у проф. Г. Бюлера Ф. И. Щербатской начал заниматься

индийской поэтикой, чем заложил прочный фундамент

для дальнейших исследований по индийской философии.

Они получили оформление в двух работах, а именно: в издании

исторической поэмы «Haihayendracarita» с комментарием

>и немецким переводом и в статье «Теория поэзии в Индии

» (1902 г.), которая явилась одной из первых и оригинальных

работ в этой области (после П. Реньо и С. Тагора)

и ооередила на несколько месяцев работу Германа

Якоби о Dhvanyaloka («Учение о тайном смысле поэтической

речи»). Кроме теории шоэзии он изучал грамматику Панини,

дхармашастры, а также эпиграфику. Занятия эпиграфикой

завершились статьей о надписи царя Шиладитья II (VII в.).

Несколько лет спустя, в 1889 г., Ф. И. Щербатской едет

в Бонн, известный тогда как центр развития индологии, как

«Бенарес на Рейне», к Герману Якоби и углубленно изучает

там прежде всего философскую шастру. В профессоре

Г. Якоби Ф. И. Щербатской нашел ученого, духовно близкого

себе, ибо, если для Бюлера индийские науки были

приложением к историческим и литературным исследованиям,

для Якоби они являлись самостоятельным объектом исследования;

главным он считал проникновение в сущность

самого предмета, то, что Щербатской называл bhavana —

«четвертой ступенью восприятия (предмета». После занятий

с Якоби он окончательно остановился на философии как на

основном средстве постижения духовной культуры Индии.

Его не привлекала ведийская культура, реальность которой,

как он говорил, скрыта в дебрях доисторической мифологии,

его не удовлетворяло изучение событий политической истории,

все свое внимание он обращал на готовые явления,

которые возникли в связи с этими событиями. По этому

поводу Федор Ипполитович любил повторять санскритское

изречение «purvam asti pagcad asti kim anena» («Раньше

было, теперь есть, не все ли равно!»). Он считал, что только

через индийскую философию, конкретнее — логику, возможно



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Предлагаемая вниманию читателей книга включает статьи по истории

    Сборник статей
    ... -ЛЕВИН Editors |N. KONRADI, G. BONGARD-LEVIN Предлагаемаявниманиючитателейкнигавключаетстатьипоистории и культуре стран Востока, прежде всего ... трудов поистории среднеазиатской архитектуры не замечают или не принимают во внимание гипотезу ...
  2. Предлагаемая вниманию читателей книга беспристрастно

    Книга
    ... Предисловие переводчика Предлагаемаявниманиючитателейкнига беспристрастно, объективно ... параллель между моей статьей и предупреждением, ... ни в одной книгепоистории нашего истэблишмента, ... порядке порнофильмы, включая гомосексуальную и лесбийскую ...
  3. Предлагаемый вниманию читателя очередной этнографический те­матический сборник посвящен разработке вопросов семейного (и в свя­зи с ним отчасти общественного) быта народов Дагестана

    Документ
    ... rV^ne^' Л-_РчеР;КИ поистории семьи и брака у народов ... старых тради­ций, включая и религиозные. Немалую ... . Взято нами из книги Токарева С. А. Религия в истории народов мира. М., ... исследователей. В предлагаемойвниманиючитателястатье мы остановимся на ...
  4. Международная книга предлагает вашему вниманию очередной каталог книжных новинок по художественной литературе философии религии истории политике и праву экономике научно-технические издания и прочим рубрикам пожалуйста обратите внимание (2)

    Книга
    ... рукописей в Санкт-Петербурге. Книгавключает введение в изучение памятника ... ОНИКС, Москва. . Предлагаемаявниманиючитателейкнига написана известным специалистом в ... справочного издания поистории культуры эпохи Возрождения. В статьях энциклопедии ...
  5. Международная книга предлагает вашему вниманию очередной каталог книжных новинок по художественной литературе философии религии истории политике и праву экономике научно-технические издания и прочим рубрикам пожалуйста обратите внимание

    Книга
    ... Нобелевской премии по литературе. Предлагаемыйвниманиючитателя сборник включает ряд стихотворений ... , автором двадцати книгпоистории России! Книга имеет весьма оригинальную ... Книга содержит перевод избранных псалмов, комментарии к ним и статьипо ...

Другие похожие документы..